Философия падения

Утро началось с того, что мы бегали по квартире и собирались впопыхах, потому что вчера перед сном я забыла поставить будильник. А проспали мы, между прочим, на час. Пара должна была начаться вот-вот. И, конечно же, у Александра Сергеевича. Вылетев из квартиры и закрыв её благополучно на ключ, мы преодолели два этажа в считанные секунды. Добежав до университета за 7 минут, мы влетели в холл и, поднявшись на 2 этаж, постучали в дверь аудитории. Лерка открыла дверь и зашла первой, а виновница нашего опоздания, если быть точной — я, зашла следом за ней. Опоздали мы в общей сложности на полчаса. — Вы только посмотрите, кто пришёл к нам. Евсеева и Власова. Вы в курсе, что опоздали на мою пару на… — Загорский взглянул на наручные часы, красовавшиеся на его запястье, — тридцать пять минут? — Да, Александр Сергеевич, в курсе. И просим за это прощения, — твёрдо ответила я, встретившись со взглядом карих глаз. — Проходите, задержитесь после окончания, вас ждёт серьёзный разговор, — стальным голосом сказал препод и продолжил вести лекцию. Мы с Леркой прошли на свои места, и, достав тетради, принялись записывать всё, что говорит Александр Сергеевич. Пара шла мучительно долго, но больше всего меня напрягало то, что нас ждёт «серьёзный» разговор. И вот что он говорить будет? Отчитает? Или отведёт к ректору? Или что лучше, как маленьких в угол поставит? Смотря в одну точку, я погрузилась в мысли, повторяя про себя каждое слово преподавателя, которое могла только уловить. — Евсеева! Мало того, что вы опоздали, так вы ещё и не слушаете! — вывел меня из раздумий голос, преподавателя. — Александр Сергеевич, я слушаю вас. И прекрасно запоминаю всё, что вы говорите. — Хорошо, Евсеева. И что же я сказал перед тем, как отвлечь вас от великих дум? — Поинтересовался Загорский, ехидно улыбнувшись, явно уверенный в том, что в этом небольшом поединке он одержал победу. — Спецификой греческой философии, особенно в начальный период ее развития, является стремление понять сущность природы, космоса, и мира в целом, — процитировала я из слова в слово речь Загорского. — Считайте, что вам повезло, — бросил Мудак Сергеевич, и продолжил рассказ. Умойся! Думал, что я ответить не смогу? А вот хрен тебе! Так я и просидела до конца пары, с победным выражением лица. А он то и дело, бросал на меня хмурые взгляды. Когда пара подошла к концу, наша группа начала покидать аудиторию, а мы с Лерой остались ждать смертного приговора. — Ну что, девушки? Пропуск сегодняшней лекции вам уже поставили. И что мне с вами делать? — Понять и простить, — бросила я. Мужчина рассмеялся и лукаво посмотрел на меня. — Я смотрю, кто-то с юмором. Ну что ж, я придумал прекрасное наказание вам. К следующей паре вы готовите доклад. На тему: «Отечественная философия». Выделите особенности формирования, идейные истоки и основные черты. Не менее 10 страниц с каждой. — Вы серьёзно? — подала голос Лера. — Более чем, — ухмыльнулся Александр Сергеевич. — Хорошо, мы всё сделаем, — спокойно сказала я, — мы можем идти? — Да, идите. И больше не опаздывайте. — До свидания, — попрощались мы с подругой, и вышли из аудитории. Лера была явно взбешена. Её редко можно было вывести из себя, но этому самодовольному придурку удалось. — Да как он вообще может? Теперь я понимаю, почему он мудак в твоих глазах. — Лер, спокойно, мы всё сделаем вместе, не переживай, — попыталась успокоить подругу я, хотя сама тоже нервничала. — Боже, я надеюсь, что у нас получится сделать эту чёртову работу. Чтобы остудить пыл, мы пошли в буфет, заедать своё горе. И были приятно удивлены, потому что там находилась вся наша группа. Мы взяли по стаканчику с кофе и коржику, и уселись за один стол с нашими одногруппниками. — Ну что? Что вам Загорский говорил? — поинтересовался Глеб. — Сказал больше не опаздывать и сделать доклад к следующей паре, не менее 10 страниц. — Вот вам не повезло, — подключился староста. — Кстати, а вы знали, что Александр Сергеевич — сын ректора? — подключилась, по всей видимости, главная сплетница нашего курса. — Чего?! — почти хором спросили мы с ребятами. — Что слышали. Он сын нашего ректора. Два плюс два сложите. Ректор наш, Сергей Викторович Загорский, а Александр Сергеевич его сын. Охренеть! Это как же до меня сразу не дошло? Теперь понятно, что он о себе думает… Перекусив в буфете, мы пошли на пару по цитологии. До чего же было скучно, мне кажется в первый раз в жизни, я так сильно хотела домой. Когда последняя пара закончилась, мы с Лерой вышли из универа, на улице начало темнеть. Лера предупредила меня, что сегодня её дома не будет, и она останется у парня. Поэтому попрощавшись с подругой, я пошла домой. Фонари освещали тротуар, мимо проезжали машины, а небо было безумно красивым, из-за ярко-алого заката. Настроение было слегка приподнятое, а в голове мелькали воспоминания о лете. Я пришла домой, поужинала, и приступила к подготовке доклада, который нам задал Загорский. Около 20 минут я пыталась найти особенности формирования отечественной философии, но у меня всё никак не получалось, пока меня не прервал телефонный звонок. Это была моя давняя подруга Лиля. — Лиля, привет, — радостно ответила я. — Привет, Ярослава. Как у тебя дела? Не отвлекаю? — Дела нормально, но не всегда. Нет, не отвлекаешь, конечно. Что случилось? — Слава, тут такое дело. Мне правда неудобно тебя просить, но у меня Ирочка приболела, не могла бы ты до утра с ней посидеть? У меня сегодня ночная смена, а ребёнка я в стрип-клуб не поведу. Лиля была из тех девушек, которые добиваются всего сами. В свои двадцать пять она поднимала на ноги пятилетнюю дочь, платила за квартиру, и работала в ночные смены в стриптиз-клубе официанткой. А всё потому, что в двадцать лет, когда она забеременела, отец Иры их бросил. Я всегда удивлялась её силе воли. — Ты с ума сошла?! Какой неудобно? Ты чего? Я только «за», но есть проблема. Ты же знаешь, что за детьми я не умею ухаживать, да и общий язык находить. Я сама, можно сказать — ребёнок. А тем более, Ирочка болеет, чем я смогу помочь? — Чёрт, — устало проговорила Лиля, — Я даже не знаю, что делать. С кем же её оставить? — Слушай, тебе покажется моя идея сумасшедшей, но давай я за тебя выйду сегодня. Так же можно? — Что? Ярослава, ты уверена? Тебе же только восемнадцать, — с сомнением проговорила девушка. — Да, я уверена. Хамов отшивать умею. Тем более ты сама говорила, что первое правило вашего клуба, что посетители не притрагиваются к официанткам. Да и к тому же охрана у вас напичкана по всему клубу. Кто меня тронет? — Тогда давай так… Сейчас я позвоню боссу, узнаю что как, и попрошу моего охранника Лёшу за тобой заехать и присмотреть в самом клубе. Идёт? — Хорошо, жду звонка. Лиля отключилась, оставляя меня наедине с мыслями. «Вот это я конечно хрень задумала! Родители узнают, убьют, наверное. Ну, Яра, молодец, ничего не скажешь!» Лиля не заставила себя долго ждать. — Ярослава, босс согласился. Сейчас за тобой заедет Лёша, довезет до клуба, там девочки переоденут тебя в нашу униформу. Тебе всё объяснят. Лёша будет всегда рядом. И самое главное, чаевые ты можешь оставить себе, и да, запомни, чем больше улыбаешься, тем больше чаевые — это главная фишка в работе официантом, в подобных заведениях. — Ух, хорошо. До какого времени смена будет? — Вытерев ладонью испарину со лба, поинтересовалась я. — До семи утра. Утром тебя Лёша отвезёт туда, куда скажешь. — Поняла. Тогда пойду собираться? — Боже, Слава! Ты так меня выручила. И извини, что тебе придётся всю ночь в стрип-клубе работать, — радостно и одновременно виновато проговорила Лиля. — Ну, во-первых, я сама предложила, а во-вторых, я перед тобой в долгу, если помнишь, — успокоила я, вспоминая, как Лиля помогала мне с поступлением в вуз. — Лёша как подъедет, наберёт тебя. Я ему номер скинула. Ещё раз спасибо. — Хорошо. Давай, пусть Иришка поправляется. Пока-пока. — Пока, я утром ещё наберу. Я положила трубку. Внутри бушевала смесь эмоций. Вот это авантюра, конечно. Взяв портфель, я положила с собой тетрадки для лекций, пенал, и косметичку. (Надо же будет с утра синяки под глазами замазывать). Вскоре мне позвонил Лёша и сказал, что ждёт внизу. Накинув толстовку и джинсы, я закрыла квартиру и спустилась вниз. Пока мы ехали до клуба, Алексей ещё раз заверил меня, что за всю ночь никто ко мне не притронется, и даже слова дурного не скажет. От чего немного стало спокойнее. Ну конечно, когда неподалёку будет стоять шкаф-Лёша, любой девушке будет спокойно. Мы приехали в стрип-клуб «Чёрный лёд» и прошли внутрь. Там Лёша проводил меня до гримёрки, и остался ждать снаружи. Я прошла внутрь и меня тут же встретили три улыбчивых девушки. — Ты, наверное, Ярослава? — спросила одна девушка-женщина. Было сложно определить её возраст. — Да, это я. — Не волнуйся, сейчас тебя приоденем, накрасим, и будешь просто красавица. Меня кстати Лена зовут, а это Марина, и Дана. — Приятно познакомиться, — смущенно проговорила я. Девушки начали хлопотать вокруг меня. Лена вручила мне их форму. И собственно когда я переоделась, была немного удивлена. Ибо формой это было назвать невозможно. Жилетку я должна была надеть на бюстгальтер, что я и сделала немного позже. Смотрелось неплохо, но если в люди так выйдешь, путаной до конца жизни называть будут. Юбка обтягивала мою пятую точку так, как будто я её у пятиклассницы стырила, и была выше колена сантиметров на 20. М-да, хоть бы никого из знакомых не встретить… А то родителям скажут, чем у них дочь по ночам занимается. Пока я раздумывала, девчонки наклеили мне ресницы, и накрасили губы яркой помадой. Минимум косметики, но выглядела я не как официантка, а как самая, что, ни на есть стриптизёрша. Я сложила вещи в сумку и вышла из гримёрки. — Оу, вот это девочки постарались, — увидев меня, удивился Лёша. — Не говори больше ни слова об этом прикиде, — вздёрнув указательный палец вверх, проговорила я, — Иначе я тебе чем-нибудь ударю. — Тише-тише. Всё, мой рот на замке, — проговорил Лёша, изобразив, будто он застёгивает рот на замок, а застёжку от него выбрасывает в сторону. — Так, что мне делать нужно? — Решила перейти сразу к делу я. — Сейчас до бара дойдём, там тебе всё объяснят. Как только я подошла к барной стойке, бармен всучил мне поднос, объяснил, что делать и отправил выполнять работу. Стоило мне отойти от барной стойки, как тут же меня подозвал лысый мужик. Приняв заказ, я пошла к бару. — Вискарь для лысого. — Смотрю, ты уже вжилась в роль официантки, молодец, так держать, — усмехнулся бармен, выполняя заказ. Стоило мне отдать мужику его вискарь, меня подозвал другой. Так и проходила я, разнося заказы. Когда все вроде как затихли, я уселась за барную стойку. — Который час? — Поинтересовалась я, подпирая кулаком подбородок. — Половина первого, — ответил бармен Дима. — Серьёзно?! — Да. Ты подожди, сейчас к двум ещё подтянутся, не протолкнуться будет. Кстати, тебя там чаевые ждут. — Точно! Я пошла. Вернувшись к лысому, я мило улыбнулась, и он вложил в счёт, ещё одну пятитысячную купюру. «Хера! Я ж просто улыбнулась!» Так за ночь, я могу неплохо подзаработать. Забрав ещё пару счётов, и отдав бармену, мои чаевые составляли: пятнадцать тысяч. Теперь я понимаю, почему Лиля здесь работает. Так я и протянула до четырёх утра. В кармане уже было двадцать шесть тысяч. И я, мягко говоря, в шоке. Пока я сидела и отдыхала за барной стойкой, в клуб зашёл новый посетитель. Взглянув через плечо на него, я смачно ругнулась. «Твою мать! Тебя-то сюда, каким ветром занесло? Следишь за мной что-ли? Или у тебя животные инстинкты так работают?» Я повернулась спиной, но в зеркальную витрину с бутылками было всё прекрасно видно. Загорский сел за столик и подозвал меня. Именно меня! Видимо не узнал… Я встала с места и подошла к нему. Подняв на меня взгляд, на его лице появилась смесь эмоций. Первая — удивление, вторая — отрицание, третья — принятие, и наконец, последняя — гнев! — Ярослава?! — сквозь зубы процедил, Загорский. Ёбушки-воробушки! Наконец-то он ко мне по имени обратился! — Здравствуйте, Александр Сергеевич, что заказывать будете? — Скучающе проговорила я и достав из фартука блокнот с ручкой, приготовилась записывать. — Что ты тут делаешь?! — продолжил цедить сквозь зубы мужчина, и прожигать меня взглядом карих глаз. — У меня встречный к вам вопрос. Но личная жизнь, она на то и личная, так что можете не отвечать. — Прекрати паясничать! Что ты тут делаешь? Что это такое Александр Сергеевич, вы злитесь что-ли? — Вам честно сказать? Или соврать? — Не унималась я. Теперь внутри разгорался интерес. Что же будет, если его из себя вывести? Парень поднялся с места и взял меня за руку. — Пойдём, поговорим! Тут же к нам подлетел Лёша, готовый выворачивать руки Загорскому. Я даже охренела от такой быстрой реакции охранника. — Лёша! Спокойно! Всё нормально. Это мой знакомый, мы отойдем, поговорим, — я тут же преградила путь собой Алексею и постаралась успокоить. — Ты уверена? — Решил удостовериться парень. — Да, Лёш. Мы вон там будем, — указав рукой на место, где мы будем вести беседу с Загорским, проговорила я, — так что можешь спокойно наблюдать. — Хорошо, если что, кричи. В ответ я лишь кивнула и повела преподавателя следом за собой. Мы подошли к коридору, в то время, как все за нами наблюдали. — Евсеева, мать твою! Какого хрена ты тут делаешь? — Взорвался мужчина, когда мы, наконец, отошли на достаточное расстояние, чтобы никто нас не слышал. — Как видите Александр Сергеевич, работаю, — развела руками я. — А работу немного поприличнее найти не могла? — прошипел мужчина. — Меня подруга попросила за неё выйти, у неё ребёнок заболел. Да и вообще, какое вам до этого дело?! — Самое прямое! — Что простите? Мы вроде с вами на брудершафт не пили, и в отношениях не состояли, чтобы вы за меня переживали! — Евсеева! Да я… — Что, вы? Идите, отдыхайте, а меня работа ждёт, — гордо проговорила я, и, развернувшись, пошла в сторону бара. Лёша подошёл ко мне, и сел рядом. — Ну что как? Кто это? И чего этот тип хотел? — Ой, Лёш. Это мой препод. И он немного охренел, когда меня увидел здесь. Мы поговорили, вот и всё. — Понятно. Кстати он тебя зовёт, — оглянувшись, произнёс парень. — Да блять! Заебёт же сейчас… Вот, нет, чтобы домой уехать, он же настырный, сейчас сидеть тут будет! Я взяла поднос и подошла к его столику. — Что будете заказывать? — Лимонад, — ехидно ответил Александр Сергеевич. — Хорошо, я сейчас узнаю у нашего бармена, есть ли лимонад в наличии. Я подошла к Диме, и спросила, есть ли, этот чёртов лимонад. В итоге нашёлся только сок. Поэтому Загорскому я принесла бокал сока. — Благодарю, милая. — Ага, пейте, не подавитесь, — тихо бросила я, уходя. Ближе к половине шестого, людей становилось все меньше и меньше. За полтора часа, что Загорский был тут, я успела обслужить ещё пару мужиков, которые тоже порадовали меня чаевыми. Итого: к шести утра в моем кармане лежали мои родненькие тридцать тысяч. Так как заказов больше не было, я уже сидела, опустив голову на барную стойку. — Ярослава, переодевайся, — похлопав рядом со мной, сказал Лёша. — Но мне же ещё час тут работать, — поднимая голову, утвердила я. — Сейчас уже вряд ли кто придёт, да и девочки справятся. Так что вперёд. Я буду ждать на парковке. — Хорошо. Я пришла в гримёрку, взяла свою сумку и переоделась обратно в джинсы и толстовку. Адски болели ноги и спина, но больше всего хотелось спать. Сложив деньги в сумку, я попрощалась с девчонками, и направилась к выходу из клуба. Лёша уже сидел в машине, но на парковке меня ждал ещё один человек. Загорский! Прилип же, как банный лист. — Разрешишь довезти тебя до университета? — спросил Александр Сергеевич. Я посмотрела на Лёшу, ждущего в машине. Он опустил окно, и я устало потерев переносицу, спросила: — Лёш, ты не против, если меня преподаватель подвезёт? — Конечно, не против. Ты только позвони, как доедешь, а то меня Лиля прибьёт, если что-то случится. — Хорошо, пока. И спасибо, что следил за мной. — Да не за что. Будем рады видеть тебя в нашем заведении ещё. Загорский открыл мне дверь машины, я плюхнулась на сидение, и он закрыл за мной дверь. Сев за руль, он завёл машину и выехал с парковки. — Александр Сергеевич, вы не против, если я посплю немного, пока мы едем до универа? — Спи, Евсеева, спи, — снисходительно проговорил Загорский. Вот может же быть нормальным… — Спасибо. Я опустила кресло немного назад, и, устроившись поудобнее, принялась засыпать. Стоило голове только коснуться мягкой обивки сидения, как я уснула мертвецким сном. *** Загорский Прошло уже полчаса, как я подъехал к университету. Евсеева мирно спала, развалившись на сидении. Усталость брала своё, поэтому я откинулся на спинку сидения. Будить Ярославу не хотелось, потому что она всю ночь не смыкала глаз. Да и до начала пар оставался как минимум час. Поэтому поставив будильник на телефоне, я решил взять пример с Евсеевой и поспать. Евсеева Проснулась я от незнакомой мелодии. Слюна изящно скатывалась по подбородку, а Александр Сергеевич с ухмылкой наблюдал за мной. Вытерев рукавом подбородок, я посмотрела на дисплей своего телефона. На часах было полвосьмого утра. — Доброе утро, Евсеева. Что же тебе снилось, такое, что ты спинку сидения обслюнявила? — И вам доброго утра, Александр Сергеевич. Да это я специально, чтобы вам насолить. Кстати, спасибо, что довезли, пойду я, а то скоро пары начнутся. — Ярослава. Ты спала всего два часа. Может домой тебя отвезти? — Спасибо, конечно, но не стоит. Пропуски мне не нужны. Так что продержусь как-нибудь. До свидания. — До свидания, — хмуро произнёс Александр Сергеевич. — Всё в порядке? — Решила всё же удостовериться я. — Евсеева! Вали уже. Не сказав больше ни слова, я вышла из машины и хлопнула дверью. Придурок! На первом этаже меня уже ждала Лерка. И при виде меня, она в недоумении изогнула брови. — Какого хрена, Слава? Хрен с этими ресницами, но что у тебя на губах? И что за синяки под глазами? — Бля-я-ять, — протянула я, и принялась доставать влажные салфетки и зеркало из сумки, — я тебе все дома расскажу, но сегодня я работала в ночную смену в клубе. — А вот будь добра не забыть рассказать, — уперев руки в бока, строго проговорила подруга. Вот Загорский тварь, даже ничего не сказал, про мой макияж. Я стёрла помаду с губ, и выбросила салфетки в мусорку. Мы спокойно пошли на пары. На некоторых мне даже удалось спокойно поспать. Но сил не хватало, и даже кофе не помогал. Так и прошёл день.