—3 века Вас ничему не научили, профессор?

      Тринадцатое июня. Ровно год, как начали зарождаться отношения с Феликсом, поэтому захотела приготовить ужин, но мужчина взял на себя эту обязанность. Зато готовка вафлей осталась на мне.       Мы поужинали чуть раньше, чем обычно, из-за внезапно образовавшихся дел. Это к лучшему. Будет сюрприз. Только вот я буду не собой, если что-то не испорчу. Как итог — бежала в первую кондитерскую за похожими, ибо мои вафельки прилипли и сгорели. Когда Лейн приехал, я переложила десерт и украсила.       — Я сделала тебе вафли. Ешь, пока не остыли.       Мужчина прошел к столу, я тем временем наливала вкусный чай, а когда повернулась лицом к вампиру, он пристально следил за каждым моим движением.       — Что?       — Ты выйдешь за меня? …       Что? Как? Зачем? Я сплю?!       Осела на стул, поспешно поставив чайник с заваркой. Я совершенно растерялась, поэтому выпалила первое, что пришло в голову:       — Они покупные.       Но следующие действия добивали оставшийся здравый смысл и любые соображения. Феликс что-то достал из кармана и встал на одно колено передо мной. Лицо серьезно и почти ничего не выражало. Но я долго изучала смену его настроения и выражение лица. Поэтому сказать, что мужчина волнуется, не составит труда.       — Грейс Мелтон, я знаю, что мы не так давно вместе, но этого времени хватило, чтобы понять, что такого не испытывал и не буду испытывать ни с кем, кроме тебя. Поэтому я решил сделать этот ответственный шаг и… предлагаю стать моей женой…       Предлагаю стать моей женой…       Несколько секунд я не двигалась, не говорила, не дышала, а просто шокировано смотрела на него, поэтому Феликс поспешил продолжить:       — Я знаю, что это не так романтично, как, возможно, ты хотела~       В тот момент весь организм заработал и мгновенно среагировал. Я бросила к нему на шею, тем самым падая на пол. Нервная система не выдерживает такого всплеска эмоций и выдает такое количество слез, что начинаю захлебываться ими, в то же время крича «Согласна!».       Вот так, посередине кухни, на полу мы сидели в объятиях долгое время. Даже у вампира выступила скупая слеза.       — Грейс, ты не представляешь, как осчастливила меня, — он неожиданно вскакивает, подхватывая на руки, и начинает кружить, а потом ставит на ноги для долгого поцелуя.       В моей голове возникает «но», и я поспешно отстраняюсь, из-за чего мужчина выглядит крайне удивленным.       — Ты же знаешь, что есть одно условие с моей стороны, — мне неловко прерывать такой момент, но надо вернуться в реальность сейчас.       Эмоции Лейна сменяются. Удивление. Шок. Растерянность. Задумчивость.       — Ты должен обратить меня… Он боялся этой фразы.       — Мы обсуждали это.       — Ты знал, что так будет. Один серьезный шаг обязательно надо подкрепить другим серьезным шагом, иначе ничего не получится.       — Это обречение на вечные муки!       — Муки будут без тебя! По-другому никак!       — Ты не обязана становиться монстром, чтобы быть со мной.       — Феликс.       Историк понимал, что ничего меня не переубедит. Внутри у него идет борьба, но оба знаем, что друг без друга не сможем, тем более прошли такие этапы. Я жутко боялась неизвестности, но готова пойти на жертвы ради него.       Вампир садится на стул и зарывается пальцами в волосы. Отчаяние. Все, что могу сейчас сделать, это поддержать, поэтому подхожу и обнимаю.       — Ты точно уверена? Назад пути не будет.       Я целую его в макушку, но это лишь для того, чтобы скрыть накатывающую истерику. Это ради него. Ради нас.       — Да. Уверена. Сегодня.       — Сегодня?! Грейс, поживи еще! Пожалуйста! С удовольствием, но боюсь потом отказаться или струсить.       — Сейчас.       — Грейс. Пожалуйста.       — Феликс.       Мужчина встает и уходит в ванную.       Да ладно! Он не решился? Нет. Такого просто не может быть!       Я слышу удар и звук разбившегося стекла. Зеркало.       Опустошенный вампир выходит с аптечкой и замотанной рукой. Молча берет за руку, сажает на диван в гостиной и надевает на безымянный палец кольцо, целуя руку. Почти никогда не задумывалась о смерти, тем более в таком ключе. «Я готов убить за любовь!» и «Я готов умереть за любовь!» — так гласили множество сопливых романтичных книг, в которых обязательно должен быть счастливый конец. С детства поняла, что с любовью обязательно приходится проходить тернистый путь, но до нее еще надо дорасти. «Раньше я мало думала о смерти… но, по-моему, отдать жизнь за любимого человека — не худшая смерть!» — цитата из популярного романа о вампирах, оборотнях, людях — «Сумерки», — который не особо привлекал мое внимание. Казался полным бредом. Какие вампиры? Детские глупости! Но эта самая глупость ворвалась в жизнь, нарушила спокойную человеческую жизнь, а сейчас приняла выбор стать кровососом.       Я видела, как Феликс аккуратно наклоняется к шее, чувствовала потрескавшиеся губы, а потом непривычную боль, из-за которой вытягиваюсь по струнке и резко хватаю за руку мужчину. Странное ощущение, как из тебя выходит кровь, сила, жизнь. Остатком разума понимаю, что вампир переходит грань, поэтому выдавливаю из себя лишь его имя. Оно звучит так жалко. Последнее, что вижу перед потерей сознания, — это скатившуюся слезу по щеке Лейна и сожаление в синих глазах.       Казалось, вот он — конец, но мое тело пронизывает невыносимая боль, от которой глаза мгновенно открываются, и я делаю глубокий вдох, занимая сидячее положение. Поняв, что источником острых ощущений является шея и, соответственно, голова, осторожно касаюсь тех мест. Шея перебинтована. Тогда пытаюсь сфокусировать взгляд на местности. Я до сих пор находилась в гостиной на диване, только вот вся мебель и вещи до спальни раскиданы в разные стороны. Феликс. Он сорвался. На протяжении многих десятилетий вампир пил только кровь животных, избавившись от питания человеческой кровью. А сейчас из-за меня сорвался.       Я успеваю посмотреть лишь время перед тем, как каждую частичку тела пробивает, как будто током. От неожиданности и силы боли вскрикиваю, а из глаз брызжут ручьем слезы. 00:00       Полагаю, это первая оплата за бессмертие.       Семь дней. Целую неделю ровно в полночь и до рассвета мое тело пронизывала боль, и содрогалось в агонии. Руки и губы были разодраны в кровь. Я определенно похудела, ибо за все время у меня хватало сил только пить воду. Уже в первый день старалась сдержать крик или заглушить его с помощью подушкой, чтобы не привлекать внимание соседей. Но, кроме физической боли, во мне жила моральная. Я не знала о самочувствии Лейна, он не выходил из комнаты. А также гложет чувство обиды и какого-то предательства, хоть и пыталась погасить тем, что вампиру еще хуже, чем мне.       Шла вторая неделя мучений. Только вот страшно, что боль я принимала как должное, обыденное, и хотя теперь уже хватало сил на принятие душа и употребление пищи, но от нее выворачивало. Лишь мясо спокойно поступало в организм. Иногда выходила на балкон и вдыхала свежий воздух, слушала шум машин, периодически садилась у двери в спальни, облокотившись на нее, и подолгу прислушивались к дыханию мужчины, от этого становилось спокойнее, и я могла уснуть на некоторое время.       Подходила к концу пятнадцатая ночь, когда я подошла к комнате и, прислонившись ладонью к деревянной поверхности, прошептала:       — Феликс?       Я почувствовала, как он приблизился, и заполнила легкие его родным ароматом. Все мои ощущения, чувства, эмоции, восприятие обострилось за последнее время.       — Грейс, прости. Я должен поддерживать тебя, быть рядом, проходить боль вместе, — тихий голос раздался из-за двери.       — Открой дверь. Пожалуйста.       Когда в замке что-то зашуршало, тело напряглось, руки затряслись. Близилась истерика. Но окончательно сорвалась, увидев его, такого обезвоженного, потухшего, бледного. Не скрывая чувств, накинулась на шею, повалив на кровать, в то время как по щекам стекали водопады слез. Лейн прижимал к себе и целовал макушку, лицо, лоб.       — Как же я соскучился…       — Мне тебя не хватало до безумия.       Я схватила край футболки и начала задирать вверх, чтобы снять, тем самым показывая, что хочу продолжения. Да вампир и не против. Наша одежда улетала в разные углы с невероятной скоростью, поцелуи становились более обжигающими и прерывались лишь стонами. Два истосковавшихся тела хотели поскорее воссоединиться. Движения были быстрыми, страстными. Через какое-то время Феликс уже возвышался надо мной, оставляя отметины и поцелуи по всему телу и доставляя удовольствие сначала мне. Но после очередного охрипшего стона, вырвавшегося из моих губ, ему окончательно срывает крышу. Без промедлений мужчина вошел, постепенно темп ускорялся, и я цеплялась коготками в плоть, вызывая громкие стоны.       После нескольких минут одышки от жаркого секса и феерического завершения я проговорила:       — Еще раз оставишь меня одну, я на тебе живого места не оставлю!       — Звучало, как домогательство, а не как угроза, — вампир засмеялся, но потом осмотрел лицо, шею. — Как себя чувствуешь?       — Уже лучше.       — Изменения ощущаются?       — От бифштекса с кровью не отказалась бы!       — Согласен.       Феликс пошел в ванную комнату, перед этим заказав четыре бифштекса на ужин. Я переоделась в чистую домашнюю одежду и поставила завариваться чай, когда в дверь позвонили. Еще из кухни почувствовала запах человека и мяса. Быстро очутившись у входа и натянув приветливую улыбку, открыла:       — Добрый вечер.       — Добрый.       — Феликс Лейн здесь проживает? — кивнула в знак согласия. — Вот Ваш заказ, — доставщик протянул пакет.       — Спасибо, — я протянула деньги.       — Приятного аппетита!       И молодой парень удалился, а моя сила воли заканчивалась, чтобы не наброситься на горячий ароматный кусок мяса с кровью. Но я дождалась, пока Феликс выйдет из душа, чтобы вместе поужинать. Он был спокоен и казался умиротворенным, пока не заметил накрытый стол.       — Ты открыла дверь доставщику?       — Ну, да.       — И как?       — Ты о чем? Слушай, я ждала тебя, не для того чтобы выслушивать странные вопросы, вместо того чтобы вкусить это! — не выдерживаю и неожиданно повышаю голос.       — Я про запах человеческой крови.       …Так. Не поняла. Запах. Весь мой разум затуманил лишь запах бифштекса. Заметив замешательство, Феликс рассмеялся и заправил выбившуюся прядь волос за ухо.       — Ты не обратила внимание на человека, предчувствуя вкус говядины. Удивительная вампирша! — мужчина вновь засмеялся.       — Вампирша?       — Обращение прошло.       По-моему, вместе с человеком потеряла и разум. Так. Я вампирша… Офигеть. Ну, а как еще, собственно, объяснить обострение реакций и всего остального? Тупеешь, Грейс!       Оказалось, я быстрее привыкала к сущности вампира, чем ожидала. По общему согласию с Феликсом мы решили просто расписаться, хоть он и настаивал на свадьбе, пиршестве и тд. Мне все-таки удалось остановить на свадебном платье невесты и костюме. В начале июля мы расписались, и буквально через пару дней после этой знаменательной и тревожной даты произошел интересный случай.       Мой муж (ааааа!!! Наконец-то! Профтите) намывался в душе, когда дверной звонок раздался трелью по квартире. Я мгновенно оказалась у виновницы беспокойства.       — Привет, — на пороге стояла рыжая ведьма, которая, увидев меня, померкла. — Мелтон?! Ты что здесь делаешь?!       — Привет, Камилла. Во-первых, я Лейн, а во-вторых, я здесь живу. Челюсть девушки с грохотом пробила нижние этажи.       — Неет. Не может быть! Ты врешь! — она замахнулась, чтобы ударить, но вампирская скорость и чувствительность не дала прозвучать пощечине. Глаза Джексон округлились, а чтобы добить приоткрываю рот, проводя языком по зубам и демонстрируя клыки. — Нет! Он-он говорил, что это большая ответственность, которой он не может подвергать ни себя, ни меня! Ты врешь!       Я непринужденно помахала пальцами специально, чтобы заметно мое обручальное кольцо. Девушка находилась на грани истерики, тряслась от злости, а глаза краснели. Вдобавок ко всему подошел Феликс и по-хозяйски меня приобнял, положив свою руку в карман домашних штанов.       — Мисс Джексон? Что-то случилось? — хоть интересовался, тон был безэмоциональным.       — Это правда?       Непонятно к какому шокирующему факту адресован вопрос. Так. Она определенно заметила его кольцо, потому что оглядела полуголого мужчину и его руку.       — Что именно? — вампир скучающе спросил, тем временем прислоняясь к моей спине своим мокрым оголенным торсом.       Я втягивала запах геля для душа, ароматом которого была душистая мята, и от этого я сходила с ума. Эта ведьма мешает насладиться в полной мере этим чудесным благоуханием.       — Ты обратил ее вампиром!       — Она моя жена. Извини, если у тебя ничего важного нет, мы, пожалуй, уединимся, — Лейн без эмоций проговорил это, залазив под мою футболкой ладонью. — Всего хорошего, — и, отодвинув меня, хлопнул дверью перед лицом опустошенной Камиллы.       — И кто из нас тут жестокий, коварный, стервозный? — я усмехнулась, выгибая бровь в наигранном удивлении.       Но, кроме приятных и смешных моментов, присутствовали в жизни жены вампира и опасные ситуации…       Феликс Лейн мало говорил о второстепенных делах, но мое женское любопытство заставило просматривать его местонахождение, один раз это даже спасло жизнь мужчине. Два дня подряд преподаватель ходил в бар — сомнительное заведение. На третий день вслед за ним вышли трое подозрительных людей. А вход в заведение находился в темном переулке, опасном для жизни. Те трое окружили Феликса.       — Молодые люди, что-то случилось? Какие-то проблемы? — Лейн всегда пытался быть интеллигентным и спокойным со всеми людьми в разных ситуациях.       — Конкретно у тебя — да. Большие проблемы.       Это были наркоманы, готовые продать все или убить человека либо вампира за очередную дозу.       Заподозрив неладное еще несколько дней назад, приготовила наряд, не привлекающий внимание общества. Темные удобные вещи и маска, закрывающая часть лица и не дающая поступить зараженному токсинами воздуху, была также запасная.       Задумавшись, я пропустила часть разговора, увидев направленные пистолеты с серебряными пулями, как поняла позже. В моем снаряжении присутствовала усыпляющая бомбочка с наркотическими веществами, приобретенная в том самом баре «на всякий случай».       Сама осуждала Брендона за содержание наркотиков, а что сейчас? Стою у смутного заведения с дурью в сумке! Как осудишь, так и сам и побудешь!       Я решила подобраться ближе, и вовремя! Ловушка сужалась, мужики все ближе подходили, тогда, рассчитав время, бросила ту самую бомбочку. Распылившийся газ распространялся медленнее на открытом пространстве, но наркоманы сразу же вдохнули. К Феликсу успела подбежать и надеть маску до того, как тот вдохнет хоть грамм.       — Закрой глаза, не открывай рот и дыши лишь через маску, пока не скажу! — Лейн послушался, только вопрос задал, глупый конечно.       — Грейс?       — Нет, Санта Клаус! Успокойся и закрой рот! Отойдя на приличное расстояние, сняла маски.       — И что это было?       — Спасение твоей жопы.       — Спасибо, но если бы они выстрелили?       — Во-первых, все было просчитано, во-вторых, свинцовый сердечник не нанес бы такой ущерб твоему здоровью как, например, серебряные, — последние я подкинула в руке, на которой надета кожаная перчатка, не допускающая соприкосновение, — которые твоя жена успешно подменила в том сомнительном баре в их пистолетах.       — Как?       — Секрет. А теперь пойдем домой. Убийственно хочу спать!

***

      Я все-таки старалась искать положительные моменты в нашей совместной жизни. Феликс — одно из лучших, что случалось в моей недолгой практике. Прекрасное чувство, когда находишь человека, вампира — не важно, с которым готов прожить век, благодаря которому меняешься в лучшую сторону, вы вместе проживаете и ад, и рай. Вам хорошо вместе. Вы можете не говорить ничего, но чувствовать друг друга. Это, видимо, и есть любовь. Но любовь — это взлеты и падения, резкие и плавные. Тебе повезло найти своего человека, вторую половинку, ведь на планете 7.758.156.792 человек. И мне повезло! Мы обязаны дорожить тем, что у нас есть! Спасибо судьбе!