Кости

      — Гарри! — Гермиона подбежала к другу, заключив его в крепкие объятия.       Он вернулся к учебе спустя месяц после избавления от «поглотителя». Как только организм был очищен, с помощью пары зелий, нескольких дней правильного питания, Поттер смог без тошноты посмотреть на еду. И уже через три недели он уплетал за обе щеки все съедобное в пределах его досягаемости. Набрав за время лечения больше пяти килограмм, конечно же, совмещая с физическими нагрузками, спустя месяц врачи не видели смысла ему оставаться в Мунго.       — Теперь ты точно здоров? — Рон стоял в стороне, не торопясь разделять их радость от воссоединения.       Гарри с улыбкой посмотрел на друга, потом, отпустив Гермиону, приподнял свою кофту, оголяя слабо очерченный пресс, и очертания ребер, которые теперь не были пригодны для изучения анатомии.       — Я здоров, Рон.       Уизли помялся еще пару секунд, потом утянул его в крепкие дружеские объятия. И хотя Рон был намного крупнее Гарри, сейчас он казался совсем маленьким рядом с ним. Поттер чувствовал, как с плеч его друга спал тяжелый груз. Уизли сдерживался, но все-таки одна слеза скатилась по его щеке. Когда Поттер почувствовал неладное и решил отстраниться, его прижали еще сильнее.       — Спасибо, что вернулся к нам…       Гермиона стояла рядом и плакала как ребенок. Теперь у них все будет хорошо…

***

      Когда Гарри впервые после своего отсутствия появился на завтраке, учеников невозможно было успокоить. Только после угроз о снятии баллов с факультетов все вернулись за свои столы и Поттер смог вздохнуть спокойно. Как же он скучал по переполненным разными вкусностями столам Хогвартса! Его друзья с радостью наблюдали как Гарри наполняет свою тарелку различной едой. Но какое же облегчение они испытали, когда он еще и съел все это!       — Кажется, теперь ты можешь соревноваться с Роном за место главного обжоры в нашей компании, — в шутку заметила Гермиона.       — Эй! Я добивался этого места в течение шести лет! Несправедливо!       Стол Гриффиндора разразился громким смехом.       И никто, кроме Рона, не мог заметить, как со стола преподавателей за ними наблюдает пара черных глаз. Он кивком поприветствовал Снейпа, и получил… улыбку в ответ.       Теперь у него все будет хорошо…

***

      Как назло, первое занятие у них было по зельеварению. Еще никогда Северусу не было так сложно сосредоточиться на своем предмете. Он все время бросал взгляды на Поттера. Тот же, казалось, даже не замечал его. Уткнулся в учебник, изучил рецепт и впервые так прилежно начал приготовление зелья.       Когда они прощались, Снейп верил, что он справится с тем, что Гарри забудет про чувства к нему и не захочет видеться. Когда сообщили, что лечение Поттера продвигается успешно, Северус начал понимать, что сам не справляется с осознанием, что Гарри очнулся и не связался с ним. Он не стал тем самым исключением. Когда этот мальчишка вернулся и не удостоил даже взгляда, Снейп растворился в своем кошмаре. Он не справлялся. Хотелось обнять, почувствовать биение сердца здорового организма, хотелось рассказать обо всех переживаниях, которые накопились за последний месяц. Но это больше не его Гарри. Этот не захочет услышать признание, не захочет прыгнуть в объятия.       Снейп с яростью сжал столешницу, да так, что у него побелели костяшки. Это труднее, чем он представлял. Гарри всего на мгновение посмотрел на профессора, но даже этого Северусу хватило, что понять окончательно — дважды он не справится.       Успокаивала лишь одна мысль: теперь Гарри будет в порядке.

***

      Гарри был не в порядке…       Как только он очнулся после ритуала по освобождению от «поглотителя», то понял, что проблема была не в ушедших чувствах, а в оставшихся воспоминаниях. Поттер даже думал связаться с профессором, и вроде бы мысль об этом человеке будоражила сердце, но он в итоге не смог. Потому что помнил, как обнимают его крепкие руки, потому что помнил запах трав, исходящий от этого человека. Помнил, но не был уверен, что все еще любит. Было страшно. Гарри не стал отправлять и строчки, потому что боялся, что когда увидит его, сердце будет биться в прежнем ритме. Давать ложные надежды — слишком жестоко.       Он был благодарен Снейпу — это правда. Но было ли что-то большее в его чувствах, Гарри не знал. Поэтому решил оставить эту мысль на потом, сосредоточившись на скорейшем выздоровлении. Только не до конца получалось. Иногда Северус приходил во сне, иногда во время еды, Поттер резко вспоминал их совместные ужины, реже, но все-таки были случаи, когда Гарри просто залипал в одну точку с мыслями об этом человеке.       Хотелось рассказать ему о своих успехах. Но когда Поттер садился писать, рука снова выводила лишь один вопрос: «Это любовь или благодарность…»       Было решено, что ответ придет, когда Гарри столкнется с ним в Хогвартсе.       Снейп его не встретил. Даже после приветствия с друзьями, Поттер все еще чувствовал, что чего-то не хватает. Может, просто накручиваю? Когда он разобрал вещи, поздоровался со всеми, кого встретил, когда уже наступило время завтрака, сердце все еще было не на месте. И вот наступил решающий момент. Двери Большого зала открылись, и Гарри увидел его.       Северус не удостоил его даже взгляда. И вот на место любви/благодарности пришла обида. Больше Поттер не ждал с ним встречи, не молил о слове и не занимал этим человеком все свои мысли. Ну, он так думал, хотя в голове все время крутилось «Почему он не посмотрел?»       Но Северус смотрел постоянно, когда этого не делал Гарри. Он обещал держаться. А навязываться студенту, который явно не заинтересован в нем, профессор не мог.       Настало время первого занятия. Гарри бы посмеялся над своей судьбой, если бы не увидел его взгляд. Всего мгновение, но Поттер заметил желание, сожаление и гнев, выраженный побелевшими от сильного напора на столешницу костяшками. Почему.? Больше он на него не смотрел, но предательское сердце колотилось с безумной скоростью. Кажется, он снова стал исключением…

***

      — Я либо идиот, либо отчаянный — думал Гарри, медленнее всех собирая свою сумку. — Рон, иди первым, я догоню.       Уизли посмотрел на друга, перевел взгляд на профессора, усмехнулся. Ждать его точно не нужно.       Когда все ушли, Северус все еще не поднял голову, чтобы осмотреть пустой класс, он был слишком сильно погружен в свои мысли. Поэтому не мог видеть, как рядом со своей партой Гарри все еще пытался собраться с мыслями. Что следует сказать? Признаться? Начать объяснять? Гарри не знал.       Снейп его заметил.       — Поттер? — в его голосе, хоть и очень тихо, но чувствовалась надежда.       И о чем тут было думать? Гарри бросил сумку, подошел к Северусу и накрыл его губы своими. Это было слишком смело, поэтому Поттер решил отстраниться, чтобы хотя бы убедиться в реакции. Но ему не позволили. Северус изменил их положение, усадив Гарри на стол, при этом не отрывая губ и удерживая его в крепких объятиях. Избранный не отставал, он обнял профессора за шею и углубил поцелуй.       — Я так скучал, — в губы прошептал Северус. Он улыбался.       — Я так тебя люблю! — зарываясь рукой в жесткие темные волосы, подставляя шею под горячие поцелуи, Гарри звонко смеялся.

Поттер наконец-то нашел ответ: он был благодарен Северусу за любовь…

за то, что позволил любить и быть любимым.