В твоих объятьях

Пробежав глазами по последней строчке своего эссе, Римус захлопывает тетрадь и откладывает ее на тумбочку возле кровати. Громко хрустнув пальцами, Люпин бросает взгляд на свежий шрам на запястье и, прикрыв глаза, устало падает на мятую постель. В комнате находится только он. У Джеймса и Сириуса сейчас тренировка по квиддичу, а Питер торчит в библиотеке. Обычно Римус тоже предпочитал заниматься там, но сегодня совершенно не было настроения лишний раз покидать комнату. Естественно, Сохатый звал посмотреть на их тренировку, и для него, как и для Лили, занял место на трибуне, но Люпина это слишком выматывало. Для сравнения возьмем Эванс. Та каждый раз дергается или даже вскрикивает, когда Джеймс чуть не врезается в кого-то или натыкается на бладжер. Поведение Лунатика идентично, правда, объект его воздыханий — Сириус Блэк. Тот, как назло, смотрит прямо в глаза и тепло улыбается. Этот взгляд пробирает до глубины души. Иногда хочется просто спрятаться и больше никогда не видеть его, или наоборот, долго-долго смотреть и совсем не дышать. Римус сидит, будто на иголках. Что бы он не делал, как бы себя не сдерживал, реакция всегда одна: щеки неумолимо покрывались краской. Услышав торопливые шаги на лестнице, парень рефлекторно открыл глаза и приподнялся на локтях. Тут же дверь распахнулась и в комнату влетел растрепанный Сириус. Когда его взгляд наткнулся на оборотня, глаза на секунду засияли ярче обычного. — Рем, почему ты не пришёл? — его правая бровь поползла вверх, — я тебя ждал, — быстро ухмыльнулся парень. «Чёртов Блэк».. — Кстати, сегодня я был просто божественен, поверь, — шустро стянув свитер, он развернулся к зеркалу, все ещё ожидая ответа. «Ты всегда такой, Бродяга». Римус тихо прокашлялся, прежде чем заговорить: — Ну ты же знаешь, нам задали кучу домашней работы на каникулы, я хотел закончить сегодня. А то, как вы на метлах гоняете, я могу видеть почти ежедневно. Сириус развернулся к нему лицом и почти незаметно ухмыльнулся. Плавно подойдя вплотную к кровати Римуса, он медленно нагнулся, упираясь грубыми ладонями в острые коленки друга и заглянул в глаза. Его взгляд будто прожигал насквозь. Подобравшись губами к самому уху, он замер секунд на пять, а потом еле слышно прошептал: — Лунатик, ты такой зануда. Люпин растерялся, а потом закатил глаза. Блэк же, громко засмеявшись и щёлкнув пальцем, отпрянул от него. Сириус часто позволял себе такие странные шуточки, а у Лунатика каждый раз кровь стыла в жилах. Кинув ещё один еле заметный взгляд на свое отражение в зеркале, Бродяга слегка поправил взмокшую чёлку. Хрустнув кистями, одернув рубашку, он сел точно напротив Римуса и сложил ноги в позу лотоса. Потом опустил руки на ладони оборотня, слегка сжал, как бы поддерживая, и уверенно заговорил: — Я серьёзно, Римус. Позволь себе отдохнуть хоть раз за этот год. И вообще, заведи себе девушку наконец. Отношения - это, конечно, тяжело, но никто не отменял секса. Парень рефлекторно сглотнул слюну и хотел было уже возразить, но его оборвали на полуслове: — Или парня. Луни, парни даже круче, — Сириус не удержался и подмигнул, а потом сразу же опустил взгляд. «Найти себе парня. Как странно слышать это от тебя. Я не подпущу к себе никого, Бродяга. Хочу, чтобы ты был рядом со мной. Только ты».. — Я не хочу себе никого искать, Мне и так хорошо. И к тому же, нужно уделять больше времени учебе, а не каким-то глупым отношениям, и секс тут совершенно не причем. — Наглая ложь, друг мой. Я знаю, что ты не такой зубрила, каким хочешь казаться, — Сириус на секунду задумался, будто его ударило током, и он крикнул, — Ты уже влюблен в кого-то! Римус резко поднял голову, смущенно на него посмотрел и тут же начал себя оправдывать. — Неправда! Не влюблен я ни в кого. Откуда тебе вообще это знать? — Ага, значит есть что-то, чего я о тебе не знаю, — Блэк заулыбался. — Ты знаешь обо мне абсолютно все. Мне нечего скрывать. И давай наконец закроем эту тему, — слегка грубо отрезал тот. — Ладно, — Сириус немного помолчал, а потом добавил, — сегодня мы с Джеймсом думали немного повеселиться, так что даже не думай отвертеться. — В каком плане повеселиться? — Римус помнил, что в последний раз все закончилось дикой головной болью, несколькими унизительными ситуациями и сразу тремя отработками, поэтому повторять это «веселье» посреди недели не хотелось. К сожалению, ответа не последовало: парень уже выскочил за дверь, прокричав напоследок только то, что пойдет на поиски Поттера, и скоро они вернутся за ним.

***

Пройдя через портрет Полной Дамы, Сириус прислонился к холодной стене в коридоре и медленно выдохнул. В голове вертелась лишь одна мысль: «Хоть бы все получилось». Он так долго к этому шел, ему надоело ждать. Ещё немного и он получит Римуса. Он мечтает о нём с четвертого курса. Блэк помнил тот день в больничном крыле как сейчас. Его худое, дрожащее тело, мокрые глаза и растрепанные волосы... Римус был без сознания. В этот раз полнолуние прошло тяжелее, чем обычно и у него не осталось сил даже на то, чтобы открыть глаза. Веки казались такими тяжелыми. Слегка поджав губы, Сириус с легкостью подхватил измученное тело друга и помчался в Хогвартс. Сам не замечая этого, Блэк продолжал что-то шептать тому на ухо, пытаясь успокоить. Добравшись до больничного крыла, он аккуратно опустил оборотня на постель и впервые за последние сутки разрешил себе выдохнуть. Теперь он будет в порядке. Еще раз взглянув на дрожащего мальчика, Сириус опустился на твердый пол около изголовья кровати и сцепил в замок холодные ладони. Римус, хоть и был без сознания, но слабо сжал ладонь в ответ. Простояв так около минуты и восстановив дыхание, Бродяга поднялся, пересел на табурет, который стоял рядом, а потом заглянул в лицо лежащего на постели однокурсника. Люпин казался таким несчастным и беззащитным сейчас. Его грудь почти не двигалась, поэтому приходилось на секунду замирать, чтобы удостовериться, что тот все ещё дышит. Почти не прикасаясь к бледной коже, Блэк убрал завиток волос, который упал прямо на глаза, и со всей своей возможной нежностью улыбнулся. Краткая мысль озарила его. То, что он чувствует, давно перешло за грань дружбы. И любовь уже нельзя называть «братской». Ему не хотелось иногда хлопать Ремуса по плечу, списывать домашку или красть шоколадки. Хотелось всегда быть рядом, защитить, огородить от всего мира. Ловить на себе его взгляд, чувствовать тепло его тела, целовать искусанные в кровь тонкие губы, гладить мягкие волосы. И делать это все совсем не как друг. Вынырнув из греющих душу воспоминаний, Сириус мотнул головой, и как можно тише покинул комнату. Повернув налево, он помахал Поттеру, стоящему в конце коридора. Джеймс улыбнулся, натянул на нос слегка запотевшие очки и двинулся навстречу. Не успел он подойти, как Блэк нетерпеливо спросил: — Ну что, ты договорился, Сохатый? — Да, они сами хотели немного прогуляться сегодня вечером, мне даже не пришлось их уговаривать, — он гордо поднял голову. — Хорошо, значит, в гостиной остается всего пару человек, отлично. Ты же сплавил Эванс? — Да, правда пришлось долго перед ней оправдываться. Смотри мне, стратег, если она на меня обидится, ты... — Поттер не успел закончить предложение, как его резко перебили: — Да-да, Джеймс, я помню. Просто поверь, это того стоит, — Сириус слегка сощурил глаза и стал нервно перебирать пальцами галстук. — В любом случае, нам нужно ещё успеть зайти в библиотеку за Питером, — как бы невзначай напомнил друг. Бродяга молча кивнул и поплелся на верхний этаж.

***

В сотый раз кинув кроткий взгляд на дверь, Римус подошел к зеркалу и вздохнул. Сердце бешено стучало от нахлынувшего на него волнения. С одной стороны, ему правда хотелось отдохнуть и провести время с друзьями. Как-никак, совсем недавно начались каникулы, скоро Рождество и он имеет на это полное право. А с другой стороны Сириус, самая большая его проблема. В голову начали закрадываться мысли, что однажды он не выдержит и выскажет все, что так долго хранил внутри. Люпин много раз разыгрывал эту сцену у себя в голове. Представлял, что срывается, обнимает и тихо шепчет какие-то глупости о своей сильной любви. Следующее, что должно было, по его мнению, произойти, не очень радовало: Сириус злился на него, либо громко смеялся прямо в лицо. Глупо, наверно, но даже малая вероятность того, что это может произойти, вгоняло в отчаяние. Больше всего на свете Римус боялся потерять то, что имеет сейчас, поэтому он никогда не совершит этой ошибки. На лестнице послышались голоса. Лунатик торопливо поправил галстук, сел за стол и схватил первый попавшийся под руку учебник. Он ещё раз медленно выдохнул и даже попытался вчитаться в непонятный текст. — Да, это было проще простого, Сохатый, — не отрывая глаз от друга, Сириус завалился в комнату и сразу окликнул оборотня: — Рем, сразу говорю: возражения не принимаются! Поднимай свой волчий зад и спускайся в гостиную, — Блэк совсем ненавязчиво поправил ремень. Люпин совсем незаметно улыбнулся, но для вида закатил глаза и встал позади троицы. Резко наступила неловкая тишина. Можно было услышать лишь взволнованные дыхание двоих студентов. Немного подумав, Сириус дал себе разрешение разрушить так называемую идиллию. — Кстати, мы тут недавно кое-что обсуждали, — он покасился в сторону Лунатика, — Мы твои друзья, так что имеем право знать: есть ли у тебя дама, а возможно, совсем не дама сердца, Луни. Питер удивленно пискнул, а Римус даже закашлялся от шока. Джеймс же был спокоен, как удав. — Так это же известный факт, Бродяга. Неужели, не помнишь тот день всех влюбленных? — Поттер дернул бровью, — Хотя, неудивительно. – Римус хотел вмешаться и начать всё отрицать, но Сириус не дал вставить ни одного слова. Он лишь в полном недоумении пялился на Джеймса, как будто призывая говорить дальше. Поттер немного помялся, но тем не менее, заговорил: — Я точных деталей не помню... Но Римус, вроде, говорил об этом вечером, когда половина факультета уже валялась в отключке, — Джеймс снова замолчал, — А это вроде был какой-то парень. Ты успел проговориться только об этом, — увидев лицо друга, он немного смутился, — Оу, так это типа тайна? — Сохатый, просто заткнись. Пожалуйста, — понимая, что ситуация вышла из-под контроля, Римус пытался держать лицо. Внутри же он молился всем богам, чтобы Джеймс не вспомнил, кто это, и одновременно проклинал себя за такую глупую оплошность. Немного похлопав глазами, Сириус пришел в себя, прикрыл рот и лишь изредка, не удержавшись, кидал беглые взгляды на оборотня. Больше никто не решался проронить слова, пока они не оказались в гостиной. В общей комнате комнате было очень красиво. Все, от пола до потолка, было завешано гирляндами и разными диковинными украшениями, слышались тихие разговоры и робкие смешки. Благодаря разведенному огню было очень тепло, а рождественская атмосфера окутывала с ног до головы. Кроме Мародёров людей почти не было. Всего лишь небольшая группа девушек собралась вокруг столика, который стоял ближе к дверям. Остальные же ученики отправились домой. Осознав, что его друзьям слегка неловко, Джеймс взял инициативу в свои руки и решительно направился к нескольким диванам возле камина. Там было теплее всего, а ему как раз было очень холодно. Вытянув руки и случайно хрустнув суставом, он быстро опустился в кресло. Рядом тут же присел Сириус, остальные разместились напротив. Тут очнулся Блэк. Он взмахнул палочкой и на столе появились пять одинаковых кубков. Сразу после он завел руку за спинку своего кресла и выудил оттуда бутылку огневиски. – Ещё вчера тут её спрятал. Боялся, что стащит кто, но, как видите, пронесло, – долго не думая, Сириус прошептал одно заклинание и пробка сама выскочила из горлышка. – А ты неплохо подготовился, Бродяга, – Поттер выдвинул свой стакан вперед, призывая друга налить ему первому. – Мы просто будем сидеть и пить? Попахивает алкоголизмом, – Римус на секунду задумался и продолжил: – А почему кубков пять? Мы ждем ещё кого-то? – немного помолчав, он сообразил: – Лили должна прийти, да? – Нет, она сказала, что занята сегодня, – Джеймс грустно хмыкнул. – Ставлю десять галлеонов на то, что сейчас она где-то таскается с Нюнчиком, – Сириус толкнул друга локтем и громко цокнул языком. Поттер проигнорировал эту фразу и лишь раздраженно закатил глаза. Вдруг Лили сейчас действительно со Снейпом? Неужели она предпочитает этого гадкого змееныша ему, Джеймсу Поттеру? Это даже как-то оскорбительно. Пытаясь не думать об этом, он прокашлялся, обращая на себя внимание друзей, и заговорил: – У меня есть одно предложение насчет нашего вечера. Давайте поиграем в "Правда, действие, выпивка". Правила такие же, как в обычной игре, но если кто-то отказывается выполнять действие или говорить правду, тот выпивает. Все очень просто. – Так, а можно я буду пить, когда захочу, а не только если проиграю? – Сириус старался быть серьёзным, но в голосе промелькнули нотки сарказма. – Бродяга, тебе можно все. Ну что, вы согласны? – он посмотрел на Римуса и Питера, те лишь быстро кивнули. Джеймс взял бутыль, налил каждому по половине, откинулся на спинку кресла, сложил руки в замок и задумался. Его глаза заблестели, он покосился на Сириуса и заговорил: – Блэк, правда или действие? – Действие, – ответил тот, даже не задумываясь. Это явно порадовало Поттера. – Видишь ту девчонку с красным бантом? – он показал пальцем на двух гриффиндорок, сидевших недалеко от ребят. – Тебе нужно заговорить с ней о погоде, а потом вставить что-то грубое и можно немного пошлое. Думаю, это их развеселит. Сириус медленно встал, и вальяжной походкой направился к ним. На вид они были курса с пятого и, если честно, никто из Мародеров сейчас и не вспомнит, как зовут хотя бы одну из них. Девчонки были настолько увлечены собой, что сразу и не заметили старшекурсника, пока тот не привлек к себе внимание, характерным покашливанием. – Здравствуйте, прекрасные дамы, я вас не отвлекаю? – Блэк постарался вложить в фразу всю свою напускную вежливость. Девушки удивлённо переглянулись и заулыбались. Та, у которой был завязан красный бант, помотала головой. Мародеры же затаили дыхание в ожидании. Чуть подумав, Бродяга продолжил: – На улице сегодня так холодно, просто жуть. А здесь хорошо, тепло, – он прочистил горло, наклонился чуть ближе, и почти прокричал, – Интересно, когда я тебя трахну, будет также жарко? Секундное молчание прервал хлесткий удар по щеке и возмущенный вздох. По гостиной прокатился громкий хохот. Парень прижал руку к лицу, показывая, что ему очень больно, театрально поклонился, будто ожидая аплодисментов, и быстро вернулся к своей компании. Мародеры все ещё смеялись. Джеймс даже вытирал несуществующие слезы. – Готово, – Сириус подхватил кубок и осушил его одним глотком, чуть сморщился, а сразу после налил себе еще стопку, причем в этот раз до краев. – Лунатик, правда или действие? – Правда. – Тебе больше нравятся парни или девушки? – Блэк хотел узнать правду, как можно скорее, а вот Римус совсем не торопился. С виду он был спокоен, но легкий румянец на щеках полностью отражал его смущение. Собравшись с силами он что-то пробубнил. Не увидев реакции, он повторил громче: – Одинаково. Послышался удивленный вдох Питера, Джеймс лишь слегка пожал плечами, а Сириус и вовсе довольно улыбнулся. Именно это он так жаждал услышать. – Отлично, а что насчет... – По правилам можно задать один вопрос, Хвост, твоя очередь, - оборвав Блэка на полуслове, Римус постарался отвлечь от себя внимание. Они играли уже около получаса. Атмосфера наконец перестала быть такой напряженной, ребята расслабились и немного выпили, теперь вместо неловкого молчания слышался лишь смех и громкие возгласы. Шел пятый круг игры. Задания были не очень тяжелыми, и даже приличными, но каждый из мародеров успел выпить как минимум два раза, а Сириус целых пять. Очередь снова дошла до Джеймса, в этот раз он захотел обратиться к Римусу. Блэк хотел возмутиться, но заметив, как ему подмигнули, притих. Как и предполагалось, тот выбрал действие. Поттера это явно обрадовало, он ухмыльнулся и начал метать взгляд на Сириуса. – Римус, по-моему, нашему другу пора немного отдохнуть. Возьми расческу и сделай для Сириуса какую-нибудь прическу. Было видно, что Блэк крайне удивлен, Джеймс и Питер тихо посмеивались, а Ремус лишь нахмурил брови, но покорно взял расческу, которую протянули ему ранее, и стал чуть левее своей жертвы. Парень поднял руку над головой Бродяги и хотел было начать, но но его остановил громкий возглас Джеймса: – Так не пойдет! Что вы как не родные, сядьте ближе, так же удобнее, - он безмятежно улыбался и смотрел прямо на Сириуса, как бы подталкивая его к действию. Тот все быстро смекнул и тут же встал. Легким кивком в строну, он заставил друга сесть, а сам устроился у него на коленях. Было видно, что Римусу некомфортно, а вот Сириусу наоборот все очень нравилось. Хоть коленки, упирающиеся в кожу, и были твердые, сидеть в его объятьях было тепло, а в воздухе чувствовался успокаивающий запах ванили. Люпина определенно смущала сложившаяся ситуация, и он хотел побыстрее с этим покончить. Но услышав спокойное дыхание Сириуса, он медленно расслабился, распустил пучок на его голове и принялся аккуратно расчесывать волосы. Они были мягкие и послушные, пахли сигаретным дымом и мятой. Блэк, не теряя времени, продолжил игру. Римус выбрал правду. В почти идеальной тишине прозвучал вопрос: – Тот парень, о котором говорил Джеймс, мы его знаем? – Римус замер, потом вздохнул и покачал головой. Не давая Сириусу снова заговорить, он спросил: – Ты сейчас в кого-то влюблен? – Бродяга непонимающе дернулся, собираясь встать, но чужие руки его удержали. – Да. С какого он факультета? – Когтевран. Ты влюблен в девушку? – Люпин насторожился. Сейчас был решающий момент, если Сириус влюблен в очередную глупую девчонку, его сердце будет разбито. – Нет, – Блэк почувствовал, что медленно краснеет, – Ты с ним спал? – Конечно нет! – Римус был зол и одновременно смущен. Зачем Сириус спрашивает такие личные вещи перед всеми? – А ты что, ревнуешь, Бродяга? – Да, ты ведь важен для меня, Римус. Сириус вырвался из крепкой хватки и развернулся к нему лицом. Люпин громко дышал и крепко сжимал расческу в руках. Два других мародера лишь испуганно переглядывались. Первым не выдержив напряжения, Питер тихо сполз с кресла и выскользнул из гостиной. Блэк откашлялся и продолжил: – Так что, как его зовут? – зрительный контакт предал ему уверенности. – Какая нахуй разница, как его зовут? – Ну как же, мне интересно, кто так важен для тебя, что ты готов отдаться ему? Какому-то когтевранцу, а не своему лучшему другу. – Перестань сейчас же. – И не подумаю. Римус, ты ведь не слепой, неужели не понятно, что ты мне не безразличен? – Бродяга уже успел его оседлать, крепко сжал ногами, и не позволял двигаться. – Да что за бред ты несешь?! – не выдержав напряжения, Римус столкнул Бродягу с колен, подскочил и почти бегом направился в комнату, не дожидаясь остальных. Громко хлопнув дверью, он сел на постель и попытался успокоиться. Обида прожигала его изнутри, в носу предательски щипало. Послышался скрип, в спальню тихо зашел Сириус. Ничего не говоря, он медленно сел рядом и опустил руку ему на плечо. – Луни, что с тобой такое? – он попытался заглянуть в серые глаза. – Что это был блять за цирк, Бродяга? Ты действительно считаешь меня шлюхой, которая переспит с любым малознакомым парнем? Зачем ты пытался меня так унизить перед Джеймсом и Питером? И что это за хуйня про твое неравнодушие ко мне? – Закончив, Римус уставился прямо на Сириуса, ожидая ответа, хотя бы одного блядского ответа. Сириус просто продолжал молча на него смотреть. Только в его глазах что-то изменилось. Больше не было той насмешки, в них было только безграничное тепло и любовь. Он сжал его плечо и улыбнулся. – Дурачок ты, Лунатик. Опять все неправильно понял. Я же правда ревновал. Ревновал, потому что люблю тебя и не позволю никому до тебя дотрагиваться, – Бродяга нежно убрал упавшую прядку волос за ухо. Римус истерически захохотал. – Перестань так шутить. Ты же только дразнишь меня. Ты слишком идеальный для меня, Бродяга, а я всего лишь монстр, которого невозможно любить и ты это прекрасно знаешь, – голос сильно дрожал, впрочем как и руки. Сириус опустился на колени напротив оборотня и обхватил его лицо своими руками. Встретившись глазами, он замотал головой и погладил его по щеке. – Ты самый прекрасный человек в моей жизни. Ты заслуживаешь всего самого лучшего на этой планете, и не смей называть себя монстром, я так не считаю. Я правда тебя люблю, – Блэк приблизился к Римусу и совсем слегка коснулся его губ своими, как бы спрашивая разрешения. Не почувствовав сопротивления, он поцеловал его настойчивее. Не сдержавшись, Римус упустил короткий стон и усадил Сириуса к себе на колени. Наконец оторвавшись друг от друга, они просто обвили друг другу шеи и очень долго молчали. Потом Сириус переполз ближе к подушке и уложил рядом своего парня. Римус поднял на него глаза и тихо сказал: – Сириус, что будет дальше? – Дальше мы будем вместе, и я больше никогда тебя не отпущу.