Иная история

В покоях смеющейся госпожи царило столь редкое в последнее время счастье. Мехмет и Селим увлеченно читали книгу о походах, подаренную отцом. Михримах пела вместе с мамой колыбельную для Джихангира. Стук в дверь прервал семейные посиделки. -Войдите, - сказала Хюррем, предчувствуя беду. В покои вбежала Нурбахар, кланяясь госпоже, она, не дожидаясь разрешения, подошла к ней и что-то быстро зашептала на ухо. Выслушав служанку, женщина с минуту посидела на диване с каменным лицом, но потом взвилась и как пуля вылетела из покоев. Хюррем с явной гримасой гнева на лице быстрыми шагами прошла через главную комнату гарема и поспешила к покоям падишаха по золотому пути. Она не слышала ни испуганных возгласов наложниц, ни молящих криков служанок, ни предупреждений. В глазах султанши застыли слезы, когда она, пройдя последний поворот на пути к покоям повелителя, увидела выходящих из них Сулеймана и Гюльфем. Веселая улыбка мигом пропала с лица султана, когда он увидел разозленную рыжеволосую султаншу. Брови повелителя сдвинулись на переносицу, в глазах проскользнул гнев. -Хюррем, - голос повелителя звучал спокойно и безразлично. Сделав шаг вперед, султан как бы спрятал Гюльфем за свою спину, опасаясь выходок спесивой султанши – Что ты здесь делаешь? -Как ты мог? – женщина сделала несколько шагов, преодолев расстояние между ней и Падишахом – Как ты мог предать нашу любовь? Да еще ради кого, ради наложницы потерявшей твоего ребенка! - безумный взгляд госпожи нашел Гюльфем, осторожно выглядывавшую из-за плеча султана – ТЫ – Змея, Гадина! Бедной овечкой прикидывалась! -Замолчи Хюррем! Знай свое место! Не смей так обращаться с моей Главной наложницей-фавориткой. Немедленно возвращайся в свои покои и не смей даже носа оттуда высовывать! Ясно? – султан кинул гневный взгляд на бывшую наложницу и, взяв Гюльфем за руку, направился с ней в Хамам под непонимающие взгляды подоспевших слуг и горестные всхлипы Хюррем… *** В покоях Валиде Дае Хатун уже докладывала об инциденте у султанских покоев. Бейхан и Хатидже недоумевающее переглядывались. Они не могли понять - как умная и хитрая Хюррем могла наломать столько дров. -Вот нахалка, - Хафса Султан сказала это с призрением к той, о ком шла речь – Она думает, что ей все будет сходить с рук, как когда ей покровительствовал султан, но времена изменились. Мой сын увидел истинное лицо этой ведьмы. Ее время прошло, - уверенно заключила мать султана. -Госпожа, Вы просили прислать Вам тех слуг, которых порекомендовали Ваши дочери и Вы. Они ожидают за дверью. -Пригласи. В покои вошли семь девушек и пятеро евнухов. Выстроившись в одну линию, они поклонились султаншам. Женщины приготовились уже обсуждать выбор слуг, как Валиде, недовольно сморщив нос, посмотрела на Дае и спросила: -Дае, где моя лекарша, Афият* Хатун. Я же приказала ей явиться. -Госпожа, она придет чуть позже. Ей сообщили, но она за пределами дворца, отправилась за компонентами для лекарств. -Ладно, - кивнула Валиде – Назовите свои имена, - велела им Госпожа.запыхавшаяся Первым выступил высокий, темнокожий мужчина, физически сильный. В темных глазах поблескивал хитрый огонек, что выдавало в нем человека умного и расчетливого, хоть и верного. -Госпожа,- он низко поклонился Валиде – Басыль Ага, второй евнух в гареме Султана Сулеймана, личный евнух его сестры Бейхан Султан. - Хорошо, - султанша сдержано кивнула. Рядом с Басыль Агой стоял плечистый мужчина, чуть ниже ростом. В носу у него была небольшая сережка. Он вышел на шаг вперед и поклонился: -Мое имя – Вакиль Ага, я слуга Хатидже Султан Хазретлери. - Мое имя, Госпожа, Ильяс Ага. Я личный охранник и слуга Хатидже Султан Хазретлери. -Мое имя – Муфид Ага, - Мать Султана кивнула. -Я – Амин Ага, моя Госпожа, - поклонился Валиде невысокий полноватый мужчина. Султанши пристальным взглядом изучали присутствовавших, когда в дверь постучали, и вошла Афият Хатун. Извинившись за опоздание, она встала рядом с остальными девушками… *** В Хамаме было тепло, по всему помещение витал густой водяной пар. Гюльфем Хатун, завернувшись в кусок материи, аккуратно подошла к повелителю, сидевшему на небольшой мраморной скамейке у станы. Султан улыбнулся ей и усадив к себе на колени начал страстно целовать ее шею и плечи. Девушка таяла от его прикосновений, отвечая на ласки властелина. Слегка отстранившись от губ падишаха, Гюльфем взяла небольшой кувшин с теплой водой и тонкой струйкой стала лить ее на плечи повелителя, массируя их. Затем намылив его спину и грудь мягкой мочалкой начала смывать пену с его тела. Сулейман блаженно прикрыл веки, наслаждаясь спокойствием и любовью, даримой ему этой женщиной. Гюльфем с загадочной улыбкой отошла от султана. Тот, не почувствовав нежных рук на плече, разочаровано распахнул глаза. Женщина рассмеялась от вида обиженного лица султана. Ее смех звенел в стенах Хамама. - Ах ты! Коварная искусительница, - султан вскочил и направился к старающейся убежать смеющейся Гюльфем. Обняв ее сзади за талию и притянув к себе, мужчина зарылся лицом в немного сырые волосы и прошептал: -Никуда ты от меня не убежишь, - султан прильнул к нежной кожи шеи Гюльфем поцелуем. -Я, - голос женщины слегка охрип – Я никогда не смогу убежать от Вас, - повернувшись к султану лицом, она продолжила – Потому, что я жить без тебя, Сулейман, не смогу, - Гюльфем потянулась к губам повелителя и нежно поцеловала. Тот углубил поцелуй, увлекая Гюльфем за собой. Когда довольные и помывшиеся влюбленные возвращались в покои султана, они натолкнулись на ожидающую их Махидевран. Та в отличие от Хюррем не стала устраивать скандал, а лишь сообщила о том, что они с Мустафой хотели бы на некоторое время отправиться в охотничий домик. Повелитель пообещал подумать и отослал женщину в гарем. Войдя в покои, султан приказал принести ужин. В ожидании ужина, они сидят у камина, обнявшись: - Гюльфем, я люблю тебя. Ты освещаешь мой путь, даруешь мне покой и любовь. Я был глупцом, живя без тебя. Моя звезда, что путь мне освещает. Цветку подобная жемчужная краса. Как жил я без тебя? Никто не знает. Как жил, не видя эти чудные глаза? Как жил вдали от голоса и ласки? Душе моей покой что дарят вновь. С тобою рядом я сейчас, как в сказке Где миром правят счастье и любовь. Тобой одной дышу, живу, любуюсь Тобой, красавица, навеки я пленен. Коль спросят: Ты других любил? То я отвечу, что не любил А был лишь ослеплен, Но сердце ждало вновь с тобой лишь встречи, В тебя, моя звезда, я заживо влюблен. -Сулейман, какие красивые стихи, - восхитилась девушка – Мне очень приятно, спасибо тебе. -Я для тебя напишу еще много стихов, - пообещал султан, целуя руку женщины. После недолго ужина, уставшие влюбленные легли на огромной кровати. Гюльфем почти сразу же уснула. Султан ласково перебирал темные пряди волос и размышлял о своих чувствах к этой женщине. POV Сулейман Когда ты успел так безнадежно влюбиться в эту женщину, Сулейман? Любил ли ты ее так же как и сейчас тогда, в Манисе? Скорее да, чем нет. Но удивительно то, как в сердце моем эта любовь прожила столько лет. Ведь были в моей жизни и искусница Махидевран, дарявшая мне всю себя, и страстная Хюррем, что своей красотой могла завлечь любого. Я не знаю этого, не ведомы мне, рабу Аллаха, его решения и пути. Одно я знаю точно - нашу с ней любовь уже ничто не сумеет погасить. С ней я буду жить в покое, любви и ласке. Не будет склок и скандалов, она не будет плести интриг… Но как защитить ее от интриг матерей моих детей? Как уберечь ее от опасностей, таящихся в женском гневе, обиде и ревности? Я сделаю для ее безопасности все. К матушке уже наверняка прибыл Икрим Ага, один из самых лучших гонцов. Моей Валиде предстоит сложная миссия – сберечь мою Гюльфем… Конечно, я бы мог выслать Махидевран и Хюррем в старый дворец, но наши дети будут по ним очень страдать, а этого я никак не хочу. Интересно, а понравятся ли моей Гюльфем ее новые покои? Надеюсь, что да… Так, еще надо будет завтра с утра проснуться раньше и лично их осмотреть… Конец POV Сулейман С этими мыслями султан не заметил, как провалился в спокойный сон.