***
Проснулся я предположительно на рассвете и сразу понял, что за психа имел ввиду так называемый босс, и что за фигуру было видно под лунным светом. Это девушка - возможно даже девочка - также как и я прикована к стене. На вид около двенадцати лет, худая, короткие каштановые волосы, фингал на аккуратном лице, одежда, не подходящая по сезону - кто адекватный летом ходит в такой жаркой одежде? - есть шанс, что она тронулась умом, потому что на лице её играла чуть заметная улыбка. Вроде не спит, но признаков жизни, кроме дыхания не подаёт. Думаю, она здесь больше двух недель. Около получаса я думал о том, как меня смогли вычислить и о том, что делать теперь. Но по прохождению этого времени дверь открылась. Вошёл мужчина, слабее вчерашних во много раз. Он удивлённо посмотрел на лежащую и уточнил у кого-то за дверью: - Она? Вы серьезно? - скорее всего ему кивнули, так как он спокойно подошёл и отцепил её, после этого ушёл вместе с девушкой из комнаты. Вернули неизвестную через час, после чего я заметил ещё большую побитость на её лице, остальное тело было невозможно оценить, из-за полностью закрывающей все одежды, но улыбка никуда не делась. Затем также уволокли меня и мне стало жаль девчушку. Эти пытки, которые использовали на мне, могут сдвинуть мозг. Но за неделю и больше человек сможет умереть от такого. Было больно. Очень. Шёл шестой день. Сначала уводили девушку на час, затем меня, задавали однотипные вопросы и, насколько я понял, её повязали как подозреваемого в том, что она Денёв. Это повторялось два раза в день, а вечером приходил человек и давал воды. Ах да, в лице незнакомка не менялась никогда, всегда небольшая улыбка играла на её избитом лице, спала она крайне редко, но если делала это, то дёргалась во сне, будто от кошмаров. Были моменты, ночью, когда она смеялась. Это всегда происходило очень громко. Завтра будет седьмой день, но я уже хочу раскрыть правду, хотя велик тот шанс, что после того как я расскажу всё, девушку убьют. Хотя она и так умрёт, мучаясь от этих методов допроса, поэтому я лишь облегчу её страдания. Теперь я понял, почему вначале похитители думали, что я расколюсь в компании этой особы быстрее. Мне жаль смотреть на то, как она страдает из-за моей личности. Да и лицо её отзывается где-то в глубине моей памяти положительными воспоминаниями.Ночь
Я собирался спать, но моя сокамерница вдруг заговорила. Это первый раз за неделю. Её голос оказался не совсем такой, каким я его представлял. Тихий, на удивление спокойный, со слабой хрипотцой, которая, как мне кажется, появилась из-за заключения. -Как тебя зовут? - не было никаких приветствий и чего-то подобного, что не свойственно молодым людям. Хотя ладно, кто будет здороваться на шестой день совместного проживания? -Саша Кубинцев А тебя? - Да я вру. Но здесь, где угодно могут быть камеры видеонаблюдения или прослушивающие устройства. -Аими Моребейн. - а она похоже тоже врёт, но в отличии от меня в обратную сторону. -Ты не русская? -Француженка. Ты ведь тоже не сдешний. Англия - твой дом, я думаю. - Это так очевидно? А, ладно. Кстати, должен отдать ей должное, если она правда из Франции, говорит полностью без акцента. -Нет, я правда из России! - она слегка повела плечом, показывая, что на развитие данной темы не настроена. -Не верю, но пофиг. Тебя как поймали? -Около моего дома. Тебя? – Если скажу правду, точно поймет, что я не русский. Меня окинули взглядом «не-ври-балбес» -Та же фигня. – наш диалог зашёл в тупик, чему я не был сильно против. Сейчас я уже не смогу сознаться в своей причастности к Денёву. Слишком уж жестоко это будет по отношению к ней. Даже, если мог бы при этом облегчить её страдания. Придется дальше терпеть и надеяться на лучшее. В моем случае - на Ватари. -Саш, ты ведь не скажешь им то, что они от тебя хотят? -Есть правда, а есть то, что они хотят услышать, и это совершенно разные вещи. -А что они вообще хотят от тебя услышать. - что? Но разве её просили не о том же? -Эти люди думают, что я какой-то Денёв. Но я думал, что от тебя хотят того же, разве не так? -Нет… вроде нет. Я обычно не слушаю, что от меня хотят на допросах. Слушай, а ты... Ты скажешь мне правду, если я нас отсюда вытащу. - Вытащит? Она то? Шанс того, что у неё получится равен 12,4 процента. Значит я ничем не рискую, хотя… это «обычно» сказано так, будто её допрашивают подобными методами, каждый день. -Если вытащишь - скажу. -Тогда можно начинать. -Извини, конечно, но я не думаю, что ты сможешь справиться с ними без рук. -В отличие от тебя, они не считают меня опасной, поэтому во время допроса и на пути туда руки развязывают. Я хотела сбежать ещё неделю назад, но появился ты и пришлось задержаться. А вторая причина заключается в том, что я буду биться не без рук. -Поясни, прошу! -Ну как бы сказать по понятней… - тянет время. -Говори, как есть! -Как бы это абсурдно не было, но… я не буду драться без рук, потому что у меня нет руки. - всё понятно, сумасшедшая - Не смотри ты на меня так, протез у меня. Смотри! - она чуть повернулась ко мне спиной и, задрав рукав и надавив на два клапана на кисти руки, отцепила её, вытащила оставшуюся часть из кандалов. -Хм… а вторую? -А с ней мне поможет Дима. Он не такой плохой, как может показаться. -Дима? У тебя есть помощники для побега? -Что? Нет! Не, ну они есть, но не Дима же! Ты что совсем не разговариваешь с похитителями? Это же так интересно, что их сподвигло на нарушение законодательства, как они до этого жили, и тому подобное. -Какой идиот будет об этом говорить с заключённым? -Любой, если он будет думать, что этого заключённого потом убьют. Все так и считают. Есть Дима - тот худой мужчина, который отстёгивает и пристёгивает нас. Я его соблазняю. -Он что, педофил? - будет нехорошо, если этот тип изнасилует Аими. Такое всё-таки бесследно не проходит для психики -Мне, по твоему, сколько лет? -Двенадцать. -Мне восемнадцать исполнилось в том месяце. Ну да ладно. Притворяйся завтра, что спишь, когда он придёт сюда, хорошо? -Угу - для меня непонятно, как человек может выглядеть на шесть лет младше. Что это вообще за обман? Ну, что ж, утром увидим на что способна Аими Моребейн