Свобода выбора

— Мэгара… моя милая, — Темный Лорд по-отечески распахнул объятия и сделал шаг навстречу блондинке, вошедшей только что в комнату. Вот бы понять, о чем он думает в данный момент, какие эмоции испытывает на самом деле? Но это невозможно. Говорят, глаза — это зеркало души, а у Лорда Волан-де-Морта души не было. Точнее, она была настолько отравлена и искромсана своим же хозяином, что уже давно ничего не выражала. — Подойди же, дитя… — на его бледном и изувеченном лице проскользнула тень улыбки, и от ее вида у Мэг по спине пробежал лютый холод. Девушка судорожно втянула воздух в легкие и, сглотнув ком, подкативший к горлу, медленно подошла к хозяину дома. Раболепие — вот что он ценил в своих «подданных» как истинный правитель-тиран. И мисс Джонс об этом прекрасно знала. Знала она и то, что такие перемены в настроении ее «работодателя» — большая редкость и не сулят ничего хорошего. — Не стоит бояться, — мужчина лишь на короткий миг привлек к себе девушку и тут же отпустил, — тебе же есть чем порадовать меня? — вкрадчиво уточнил он, сжимая и удерживая ледяными пальцами ее подбородок — так, чтобы видеть глаза. — Да, мой Лорд, — ни один мускул не дрогнул на её лице, — новости есть. Я смогла узнать нескольких членов Ордена, они даже помогли мне восстановиться после «нападения». Но среди них не было того, кто Вас интересует. Я думаю, они либо надежно скрывают его, либо он и вовсе не участвует в делах Ордена, — девушка беззвучно зашипела, ощущая, как сильнее сжалась рука Темного Лорда. — Тебе НЕ надо думать, — буквально по слогам выплюнул мужчина и с каким-то садистским удовольствием наотмашь ударил ее по лицу. Больно. Жестко. Унизительно. Мэг явственно почувствовала привкус металла во рту и машинально облизнула губы, сплюнув солоноватую жидкость. Слез она не могла себе позволить, только короткую улыбку, изломанную привкусом крови. — Спасибо за науку, мой Лорд, — ее голос невольно дрогнул, но надо отдать ей должное — взгляд девушка не отвела. Правда, и Волан-де-Морт больше не смотрел на нее. Он вытянул свою руку на уровень глаз и, обнаружив кровь девушки на своих пальцах, медленно вдохнул ее аромат. — Как жаль, что приходится проливать кровь потомка Морганы… — он сказал это не конкретно ей, а как будто в пространство, — твоя глупость не в том, что ты ослушалась, а в том, что ты недостаточно находчива. Отправляйся обратно и узнай больше. Я жду имен, локаций и ответов. — Да, мой Лорд, — выдавила она, понимая, что на этом разговор окончен. Девушка развернулась, чувствуя, как подгибаются ноги, и быстро вышла из комнаты, пока не услышала новых приказов. Она знала, что каждое ее возвращение к Темному Лорду — шаг по тонкому льду. Ошибка означала смерть.

***

Дома было тихо. Мэг осторожно закрыла за собой дверь, чувствуя, как тяжелая ночь отдается болью в каждом шаге. Её квартира находилась на пятом этаже старого здания в одном из самых неприметных районов Лондона. Комнаты были крошечными, но ей хватало. На кухне стоял облупившийся деревянный стол, заваленный книгами, записями и неотправленными письмами. Рядом на полу — старый ковёр, который она нашла на улице и отмыла своими руками. Это место было её убежищем, но в то же время напоминанием о том, что свобода — это иллюзия. Она опустилась на стул, потянулась к заваренному ещё утром чаю и обнаружила, что он давно остыл. Непроизвольно её взгляд упал на фотографию, стоявшую в углу стола. Её брат Николас, молодой, полный жизни, улыбался ей с потертого снимка. Сердце болезненно сжалось. «Я не смогу тебя спасти, если не подчинюсь…» Мэг была вынуждена служить Волан-де-Морту, потому что её брат оказался в ловушке. Он был пленником тёмных сил, и каждый раз, когда она медлила или допускала ошибку, ей напоминали об этом самым жестоким образом. У неё не было выбора, кроме как подчиняться, пока она не найдет способ вырваться из этого кошмара. Она закрыла глаза, пытаясь успокоиться, когда раздался резкий стук в окно. Мэг вздрогнула и вскочила, инстинктивно выхватывая палочку. За окном трепыхалась старая, потрёпанная сова. Она распахнула окно, и птица с хриплым уханьем приземлилась на стол, сбросив маленький сверток. Её руки дрожали, когда она разворачивала послание. Аккуратный, но немного размашистый почерк сообщил:

"Мэг,

Думаю, нам нужно поговорить. Я видел тебя той ночью. У нас есть общие знакомые, и я хочу убедиться, что твоя помощь не принесет нам неприятностей. Найдешь меня на площади Гриммо.

— К.Ш."

Она перечитала письмо несколько раз. Это был не вызов и не угроза, а скорее вежливое предупреждение. Мэг не могла игнорировать его, даже если ей хотелось. Она знала, кто такой Кингсли Шеклбот, и понимала, что встреча с ним может всё изменить.

***

Площадь Гриммо встретила её мрачной тишиной. Дом словно следил за ней, шептал: "Ты здесь не просто так…" Мэг знала, что с этого момента отступать нельзя. Она шагнула внутрь и замерла. Черный пес сидел у входа, как страж. — Снова ты? — прошептала она, чуть растерянно. Её голос дрогнул. Пес не сдвинулся с места. Его янтарные глаза пристально смотрели на неё, изучая каждую черту. Мэг присела рядом, чувствуя, как её охватывает непонятное тепло. Она протянула руку, и тот неуверенно ткнулся в ладонь. Что-то в этом моменте заставило её забыть, где она находится. Дверь в кухню распахнулась, и Мэг вздрогнула, словно её застали за чем-то запрещённым. В дверях стоял высокий темнокожий мужчина с глубоким голосом и строгим взглядом. — Рад, что ты пришла. Пройди на кухню, у нас немного времени, — сказал Кингсли, жестом приглашая её войти. Мэг поднялась, бросив последний взгляд на пса. Она не знала, что в этом доме скрываются не только ответы, но и судьбоносные встречи. А черный пес был лишь началом её сложного пути. Мэг села за длинный деревянный стол, её взгляд метался по комнате. На кухне царила та самая уютная неразбериха, что всегда бывает в местах, где живут люди с прошлым. Здесь не было показной роскоши — всё казалось живым и привычным. Большой чайник на плите, несколько кружек с трещинами, и даже корзина с фруктами в углу, что-то в этом напоминало её собственный дом. Но сейчас эта атмосфера лишь усиливала тревогу. Кингсли сел напротив, скрестив руки на груди. Его лицо оставалось спокойным, но Мэг видела, как он внимательно наблюдает за каждым её движением. Эта напряжённая тишина выводила из равновесия больше, чем любые угрозы. — Ты была там, — наконец заговорил он. — В том переулке. Люди не просто так оказываются в таких местах в такие моменты. Она молча кивнула, её пальцы слегка дрогнули, но она не позволила себе опустить руки. В этот момент она чувствовала себя как мышь под взглядом ястреба. — Ты понимаешь, почему я здесь? — продолжил он, его тон стал мягче, но взгляд оставался цепким. — Догадываюсь, — коротко ответила она. Её голос звучал ровно, но внутри всё сжалось в клубок напряжения. Кингсли изучал её. Он был хорош в этом — выжидать, наблюдать, заставлять людей раскрыться, не говоря лишнего. И хотя Мэг старалась сохранять хладнокровие, её нервное теребление края стола выдавало больше, чем она хотела. — Ты что-то скрываешь, — сказал он, наконец нарушив тишину. — Я это вижу. И хочу напомнить тебе, что здесь нет тех, кто хочет тебе навредить. — Если бы это было так просто, — горько заметила она, впервые взглянув ему прямо в глаза. — Если бы я могла просто рассказать всё… — Тогда начни с того, что можешь, — Кингсли откинулся на спинку стула, давая ей немного пространства. — Почему ты была там? Мэг посмотрела в сторону, пытаясь собрать мысли. Она знала, что каждое слово, сказанное здесь, может стать инструментом — либо спасения, либо разрушения. — Иногда, — осторожно начала она, словно нащупывая дорогу, — человек оказывается в неправильном месте не по своей воле. — А иногда это место приводит тебя туда, где ты должен быть, — добавил Кингсли, его тон был чуть мягче. — Возможно, тебе кажется, что это случайность, но я не верю в случайности. Её губы дрогнули, но она не позволила себе улыбнуться. Кингсли говорил вещи, которые заставляли её задуматься, но не давали уверенности. Он не знал, сколько лжи и полуправды ей пришлось рассказать за последние месяцы. Каждое слово для неё было как лезвие ножа. — И всё-таки, — начал он снова, — я хочу понять, почему ты оказалась там. Ты ведь знала, кто эти люди? В этот момент дверь за спиной Мэг тихо открылась. Она почувствовала это раньше, чем услышала. Её плечи чуть напряглись, но она не обернулась. В комнату вошёл высокий мужчина. Его присутствие сразу же наполнило пространство чем-то… опасным. — Кто у нас тут? — раздался хрипловатый голос с лёгкой насмешкой. — Ещё одна гостья? Как мило, Кингсли. Ты всегда находишь способ разнообразить наши скучные вечера. Мэг подняла глаза, и её взгляд встретился с серо-голубыми глазами мужчины. Его длинные тёмные волосы были слегка растрёпаны, словно он только что вернулся с прогулки по ветреному полю. Он не выглядел дружелюбным, но в его взгляде было что-то… интригующее. — Это Сириус Блэк, — представил его Кингсли, заметив, как Мэг напряглась. — А это Мэг, наша новая знакомая. Она была там, в переулке. Сириус прислонился к косяку двери, скрестив руки на груди. Его взгляд был полон изучающего любопытства. — В переулке? В каком ещё переулке? — с лёгкой насмешкой спросил он, будто знал, что ответа ему сразу не дадут. — В том, где мы едва не потеряли пару хороших людей, — резко ответил Кингсли. Его голос чуть окреп, как будто он не собирался позволять Сириусу увиливать. — Ясно, — протянул Блэк, наконец оттолкнувшись от стены и подходя ближе. Он медленно обошёл стол, его глаза не отрывались от Мэг. — Так что же, Мэг, это был твой счастливый случай или судьба так решила? Она почувствовала, как её дыхание чуть сбилось, но постаралась сохранить спокойствие. Этот человек обладал невероятной аурой — смесью сарказма, боли и скрытого гнева. — Может быть, и то, и другое, — ответила она, пытаясь не показывать, насколько он выбивает её из равновесия. Сириус усмехнулся, но в этой усмешке не было ни тени добродушия. — Хороший ответ. Но не слишком честный. — Сириус, — предостерегающе сказал Кингсли, но тот лишь махнул рукой. — Ладно, ладно, я понял. Не хочешь — не говори. Но я буду рядом, — сказал он, отходя к окну, будто давая ей время, чтобы обдумать. — У нас много времени, чтобы разобраться в твоих тайнах. Эти слова заставили её сердце пропустить удар. Мэг знала, что теперь каждая её ошибка будет под пристальным вниманием.