Kamisama doko e itteshimatta no
Nee henji wa nakute
Itsudatte sou da yo
Are you still here?
Боже, куда ты ушла? Слушай, вот всегда так. Ответа от тебя нет. Ты всё ещё здесь?
Бабочка с фиолетовыми крыльями, один в один с
её глазами, один в один с
той брошью, которую
она никогда не снимала, улыбка, за которой
она скрывала всю свою боль — это всё ассоциируется с
ней.
Она — это Шинобу Кочо.
Гию не отрекается от того, что у него были какие-то тёплые чувства к этой девушке
(влюблённость). От того, что он безуспешно пытался смириться с тем, что ему она искренне не улыбнётся
(а может…?), потому что искреннее она никому не улыбается
(наверное). Вряд ли можно улыбаться человеку той улыбкой, что была на твоём лице при уничтожении демонов.
Гию вообще не улыбался. Не видел смысла в том, что красит некоторых людей, а некоторых наоборот, выставляет полнейшими глупцами. После смерти Сабито выражать какие-либо эмоции тоже перестало иметь смысл. Зачем, если дорогой человек
(лучший, кто его когда-либо понимал)
мёртв? Если они все мертвы?
Он никогда раньше не встречал таких людей, как Шинобу. С ней было легко общаться даже на самые странные темы. Она не обижалась на его неумелый в самом начале их общения сарказм, часто подкалывала и его
(и остальных), была почти идеальным человеком.
В мире без демонов она, однозначно, была бы объектом поклонения и обожания всех людей. Её бы превозносили, равняли с Богом. Она жила и была бы счастлива. И уж точно не умерла бы так глупо, принимая смертельный яд много лет и будучи одержимой местью за сестру.
Каждый день он приходит к её могиле, кладёт на неё сорванные по дороге цветы
(никто же не должен знать, что он так скорбит по ней). Если кто-то узнает, то ему будет очень некомфортно. Его же всегда принимали за хладнокровного, спокойного и уравновешенного человека. А не за морально опустошенного после смерти той, кого имел неосторожно полюбить.
— Томиока-сан, скажите, если я умру, что Вы почувствуете? — этот как бы невзначай заданный вопрос до сих пор в его голове. Гию хорошо помнит этот момент, когда они с Шинобу возвращались с успешно выполненной миссии
(тогда по-другому быть и не могло) и перекидывались вопросами, потому что молчание — это хорошо, но напрягает очень сильно.
На лице — та самая прекрасная улыбка, описать которую он не сможет всеми существующими эпитетами и красочными прилагательными. Девушка даже улыбается как-то неестественно для себя. Более… обречённо? Грустно?
— Ты не умрёшь, — сквозь стиснутые зубы говорит Гию, пытаясь так скрыть замешательство и растерянность.
Не смей умирать, пока не увидишь мир без демонов.
— Ах, что же вы так строги ко мне? Все люди смертны, а Столпы — тем более, — с привычной интонацией восклицает она.
You’ll never walk alone
Anata to yuku
Donna tsumi mo seotteageru
Ты никогда не будешь одна!
Я пойду вместе с тобой,
Взвалив на себя все твои грехи.
— Ты уже умирать собралась, Шинобу? — холодно спрашивает он, останавливаясь и неловко дотрагиваясь рукой до её плеча, — ты будешь жить.
Кажется, она в первый раз была искренне смущена. Девушка тихо смеётся, и этот смех невольно застревает в его сознании.
— Как Вы наивны.
— Хватит уже издеваться, — он приобнимает её за талию. Девушка утыкается в его плечо и слабо дрожит.
— Вот как. Так Вы действительно не хотите моей смерти, Томиока-сан, — будто сломленным голосом произносит она, изо всех сил стараясь не заплакать, — как же жаль.
Он отстраняется от неё, пристально глядя в фиолетовые глаза.
— Почему? Ты что-то от меня скрываешь, Шинобу? — спустя несколько минут упорного молчания спрашивает он, морально готовя себя к худшему.
Она застывает, уставившись в одну точку. Наверное, обдумывает, можно ему говорить, или нельзя. И склоняется к первому варианту.
— Знаете, а я ведь и правда скоро умру, — теперь уже Кочо всматривается в кот голубые глаза, пытаясь понять реакцию. Так и не дождавшись ответа, она продолжает: — яд глицинии, что я принимала после смерти Канае…я чувствую, что скоро умру. И просто не хочу, чтобы для Вас это стало неожиданностью, раз Вы не хотите моей смерти, — на последних словах её голос предательски дрожит, и она снова утыкается в ткань его хаори.
Itsuka daremo ga shinjatte
Wasurerareteku nara
Ima tashika na mono dake wo
Shinjiru wa
Если нам всем однажды
Суждено умереть и быть забытыми,
Тогда сейчас мне остаётся верить
Только в то, в чём я уверена.
Шинобу была права. Она сама себя и убила этим ядом, местью и переизбытком эмоций глубоко в душе. И Гию больно осознавать то, что он не смог её спасти,
хотя при всём желании не смог бы. Больно осознавать то, что она умерла в столь юном возрасте. То, что ей было отмерено слишком мало времени. То, что он так и не признался ей.
Когда-нибудь они, наверное, снова встретятся. Гию надеется, что это произойдет в мире без демонов. Тогда он точно скажет Шинобу Кочо то, что не мог сказать при её жизни и осознал после её смерти.
***
Ему кажется, что он сходит с ума.
Даже во сне ему чудится этот голос — голос, что нельзя забыть. Голос, что где-то глубоко в душе вызывает приятные и одновременно грустные воспоминания
от которых хочется сгореть
Он опять приходит на её могилу и смотрит на фиолетовую и переливающуюся разными цветами бабочку, сидящую на цветке, совсем рядом с Гию. Она той же расцветки, что и брошь. Столп воды даже слабо улыбается — всё это так напоминает Шинобу.
Сама девушка в его смутных представлениях вполне может быть призраком, скрывающим свою сущность под видом обычной
прекрасной бабочки. Призраком, что не смог спокойно упокоиться с миром. Призраком, что будет наблюдать за ним вечно.
Он почти чувствует прикосновение нежных рук к своим ладоням и мягкий, наполненный нежностью и хрупкой печалью голос, нашёптывающий о том, что она всегда будет рядом с ним. Так это и будет.
Пока её брошь, отданная ему в момент их последней встречи, будет всегда с ним.
—
Мы оба знаем, что я могу не выжить. Если что-то случится, пусть хоть одна вещь будет напоминать Вам обо мне, — сказала она тогда и приоткрыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но в последний момент передумала и помахала ему рукой.
Sono te ga yogoreteshimatta to shite mo
Aishite hoshii watashi no koto
Не бойся, теперь со мной
Всё будет в порядке
—
Я всегда буду рядом с Вами, Томиока-сан.
Человек умирает тогда, когда умирает последнее воспоминание о нём. Пока Гию Томиока жив, Шинобу Кочо будет жива. Пусть только в его воспоминаниях.
You’ll never walk alone
Anata to yuku
Donna tsumi mo seotteageru
Michi naki michi wo aruiteku no
Ты никогда не будешь один.
Я пойду вместе с тобой,
Взвалив на себя все твои грехи.
Я буду идти вместе с тобой.
