Mistakes of the past

– Тетя... Мэй... ? – Питер открыл рот и замер. – Но, но, как? Ты же умерла... Этого не может быть... Питер не мог выговорить ни слова, в голове крутились вопросы, на которое ему не давали ответы. Тони встал, чтобы дать место для Мэй, и вышел из маленькой комнатки, прихрамывая. Тетя подошла ближе, она выглядела нервной, словно боялась своих собственных действий. Питер заметил это и продвинулся на кровати чуть в сторону, освобождая место, куда тетя присела. – Послушай, Питти, я знаю, что это очень... – она обвела руками помещение. – Странно. Я все объясню, – она тяжко вздохнула, прежде чем продолжить. – Та смерть была фальшивой, как ты уже догадался. Никто меня не убивал, это было придумано специально, чтобы я смогла уйти в подполье. Я работаю агентом ФБР, и мне нужно было уйти, чтобы следить за ЩИТом и разными злодеями. Я ничего не могла сделать, я пыталась остаться с тобой, но мне не удалось, – она замолчала, поднимая глаза на ребенка, осматривая того. – Я всегда была рядом, Питти. Смотрела, как ты рос, взрослел и умнел. А когда ты попал в ЩИТ, признаться, я испугалась. Но я всегда знала, что ты будешь хорошем изобретателем, – она улыбнулась. – А сейчас ты помогаешь самому Тони Старку! Да ты крут, малыш, – ее улыбка спала, как только она заметила растерянность и отстраненность Питера. – Прости. Я такая дура... – Почему ты так поступила? – Я пыталась защитить тебя, Питти. Мне пригрозили, что в случае моего отказа, они заберут тебя у меня, а ты был единственным важным человеком в моей жизни. Питер задумался. Его пытались «защитить», дурацкие взрослые со своей защитой... – Я всегда помогала тебе, была рядом. Даже на вашем задании с Тони, я была постоянно рядом, и в случае смертельной опасности помогла бы. Ты у меня всегда попадаешь в передряги, как и твои вещи. Питер удивлённо посмотрел на тетю. – Подожди, так вот откуда на берегу появился рюкзак! – тетя хихикнула. – Запах был очень знакомым, точно, он пах твоими сладкими духами. – Да, я нашла его и подбросила, когда ты его потерял. Не могла же я оставить тебя без рюкзака с классными гаджетами. – Спасибо, – неловко произнес Питер. – Я скучал, правда, каждый день, после... «твоего ухода». Это было тяжело... А сейчас ты.... здесь, – он указал на нее, его голос подрагивал. – Жива... и я, я, – он вытер нос ладонью, стараясь заглушить подступающие слезы. – Я не знаю... – Питти... Мэй хотела обнять ребенка, но тот выставил руку, отворачиваясь. – Нет, я хочу побыть один. Она понимала, да что говорить, она знала, что так будет. И тихо вышла, оставляя Питера одного. Подросток просидел так еще несколько минут, один, обдумывая слова тети и ее поступок, когда зашел прихрамывающий Тони. Мужчина выглядел уставшим, с ссадинами на руках и забинтованной правой ногой снизу и при ходьбе он хмурился, ступая на нее. Тони подошел и присел рядышком с ребенком, который отвернулся от него и уставился в пол, нервно перебирая пальцы. – Эй, – мягко произнес он. – Ты как, дружок? – Не очень, – честно признался подросток. – Все это очень странно и неестественно что-ли. Тони покашлял в кулак, отчего Питер повернулся к мужчине. Ребенок поднял влажные глаза и усмехнулся. Тони Старк – лучший шпион ЩИТа сидел с раскрытыми руками для объятий и мягко улыбался, приглашая к себе. Паучок вытер глаза кулачком и прыгнул в теплые объятия, где он почувствовал себя в безопасности, пока Тони гладил его по спине и шептал разные слова, смешивающиеся в одно длинное нескончаемое предложение. Постепенно Питер стал расслабляться и даже успел задремать, отчего Старк только радостней заулыбался и поцеловал ребенка в макушку. Голова Питера покоилась на плече Тони, он подремывал, пока Старк думал, что делать дальше. – Тони, я давно пытаюсь выследить Стива, уже несколько лет. Но мне ничего не удалось выведать про сыворотку, – сказала Мэй с нотками раскаяния. – Мне известно, что формулу сыворотки изготовил мой отец, вместе с Беннером. К нашему счастью, он не доверил ему полностью рецепт, но сейчас мы не имеем ни того, ни другого. Мэй весело вскинула волосы, ухмыляясь и полезла в сейф, откуда достала сыворотку. – Откуда? – спросил Тони, беря в руки колбочку с ярко-оранжевой жидкостью. – Во время вашей миссии, когда вы выпали из машины, я была рядом и успела забрать ее до Пантеры. Я хотела отдать ее Питеру, подложить в рюкзак, но решила оставить у себя. – И правильно сделала, – Тони отдал сыворотку обратно. – Этот Паучок мог бы с легкостью отдать ее взамен на меня. – Паучок? – усмехнулась Мэй. – Прозвище Питера, дал ему, когда увидел, что все его изобретения основаны на пауках. Кто вообще из детей любит пауков? – Питер, – с улыбкой сказала она. – Верно. Наступила неловкая тишина, разбавляемая звуком мотора. – Так... куда мы дальше? – спрашивает он с интересом. – Я не уверена, на данный момент мы летим в ближайший отель отдыхать. Мы ничего не знаем... – Нет, Пантера говорил что-то про план Б, – Тони задумчиво почесал бородку. – Что может быть за план Б? – Довольно сложно сказать... На этом их разговор был окончен, так как Питер очнулся, и они пошли к нему. Тони придерживал Питера за плечо, мягко поглаживая его по спине. За время их длинного путешествия он понял, что Питер стал для него довольно близким человеком. Его другом, напарником, дорогим человеком, которого он будет защищать любой ценой. Питер слегка заерзал, его веки затрепетали, и глаза медленно распахнулись, в непонимании осматривая комнату. Он потер кулачком глаза и поднял голову вверх, встречаясь с мягкой улыбкой Тони. – Отдохнул? – спросил Тони. Питер мягко зевнул. – Немного, – ребенок прошелся глазами по мужчине и замер, приоткрыв рот. – А ты, эм, в порядке, Тони? И Старк не знал, что сказать. Сказать, что у него на душе кошки скребут, а в голове барабанит, разрывая ее изнутри, или... Нет, нет никакого «или». – Все довольно тяжело, Паучок, – Тони потер переносицу. – Мы потеряли след Пантеры... А мой отец тот самый создатель сыворотки, за которой охотится Стив и его банда... Фьюри оказался лжецом и грязным обманщиком, которому я принес ту самую сыворотку, тем самым подвергнув мир опасности... А Роуди... убит... – сердце Старка разрывалось от обиды, боли и страха, глаза были на мокром месте. Он не хотел показаться Питеру тряпкой, но ребенок опередил его. Питер рывком обнял мужчину, мягко вырисовывая на его спине непонятные каракули. Тони еще несколько секунд не решался поднять руки, которые невольно лишились сил. – Ты можешь тоже грустить, это нормально, – в плечо сказал ему мягко Питер. Его голос был полушепотом, успокаивающим громко стучащее сердце в висках. – Ты много пережил, Тони, прошу, не сдерживай себя... На последних словах Тони почувствовал будто в нем прорвали плотину, последняя соломинка надломилась, бокал переполнился – все, что он сдерживал, вылилось. Капля за каплей стекали по мужскому лицу и приземлялись на футболку Питеру. А подросток ласково поддерживал своего товарища, даря ему безопасность. Потому что Тони сделал бы для него тоже самое. Спустя какое-то время, которое текло слишком быстро, но в то же время медленно, Питер решил заговорить. – Знаешь, ты не должен винить себя во всем. Все совершают ошибки, но на то они и ошибки, чтобы после исправлять и учиться на них. Ты не должен винить себя в том, что мы потеряли след Пантеры, или в том, что бросил меня, или, что принес сыворотку Фьюри, или в том, что Роуди мертв. Тони слушал его слова, а его сердце рвало от боли. Как он мог не винить себя, если все беды из-за него и его глупостей. – Я знаю, что тебе больно, – продолжил Питер. – Но ты должен принять эту боль и двигаться дальше. Когда мои родители погибли, я винил себя, так же, как тогда, когда убили моего дядю, а я не смог его защитить. Но время идет, и я понял, спустя множество кошмаров и истерик, слез и криков, что я ничего не мог сделать. – Питер замолк. – А сейчас здесь моя тетя, которую я не могу простить, хоть она и не виновата, но мне так больно, что столько времени прошло, утекло в никуда, и я не смог провести с ней это время. И такой шанс мне дали, чтобы я смог провести сейчас с ней немного времени, но я так зол... Тони отстранился от Питера, который, казалось, был на грани. – Слушай, Пит, – голос Тони был тихим и хриплым. – Я знаю, что ты зол на нее, но она пыталась тебя защитить, потому что любит. – Почему все так хотят меня «защитить»? Мне не пять лет! Я могу и сам о себе позаботиться. – Конечно не пять, тебе десять. – Тони!!! – Старк рассмеялся над мило надутым личиком ребенка. – У вас странное понятие «защиты» – ничего не скажу, просто сбегу от тебя, чтобы ты был подальше от меня, а следовательно, от опасности, которая вечно меня преследует, так что ли? – громко спросил Питер в ярости. – Слушай, да, это было глупо бросать тебя, я уже понял, поэтому прошу прощения. Но у твоей тети были свои причины, прошу, пойми ее. Питер замолк, переваривая слова Тони. А после кивнул. – Так, что было в той записке? – Старк наклонил голову, пытаясь припомнить о чем его спрашивают. – Когда мы были у Пантеры, тогда на мосту ты накричал на меня, – подсказал Питер. – Ах, да, прости за это. Я уже говорил, что давно мы с Беннером пытались создать сыворотку. – Тони дождался кивка, прежде чем продолжить. – В той записке говорилось, что мой отец – Говард Старк создал эту самую сыворотку. Но Брюс никогда меня не посвящал в это, мы просто работали над ней... Он знал компоненты, но не знал количество и нужные процессы. Мы пытались воссоздать ее, но в то время я не знал, что это опасное оружие. А потом все пошло на перекос, как только я узнал, что это опасное вещество. Питер задумался, анализируя все сказанное. – Значит, доктор Беннер знал про сыворотку, ее предназначение и знает до сих пор? Кивок. – А Пантера ушел куда-то, бросив тебя тогда на базе. Вновь кивок. – Он говорил что-то про план Б, – тихо произнес Тони. – Может, Пантера отправился за ним? – брови Старка нахмурились. – За Беннером! Все сходится: сыворотка потеряна, Брюс знает, что нужно делать, чтобы ее изготовить и Пантера знает, где ученый! Тони удивленно посмотрел на ребенка. В его голове все встало на место, после слов Питера. Рука сама потянулась к голове подростка. – Ты молодец, Паучок! Чтобы я без тебя делал? – Плавал бы на дне океана, – буркнул Питер. Корабль пошатнуло, отчего Тони и Питер свалились на пол. – Ребятки, не хочу прерывать ваш диалог, но за нами гонятся! – выкрикнула Мэй.