Полюби меня, если сможешь.

На следующий день, Чимин проснулся к двенадцати часам. Ночь, на удивление, прошла мирно, поэтому Чимин спокойно взял чистые вещи и ушёл в душ, закрываясь на щеколду. Стянув с себя толстовку Юнги, Чимин нахмурился и опёрся руками о раковину, ведь голова уже начала нещадно болеть и кружиться.. ему явно стоит поесть, пока не умер от истощения. Помывшись, Чимин расчесал свои рыжие волосы и натянул толстовку Мина, которая согревала его всю ночь и дарила какое-то необъяснимое спокойствие.. Выйдя, Чимин взялся за живот, ведь тот болезненно урчал и доставлял неприятные ощущения: — Грёбаный желудок.. — хмурится Пак, проходя на кухню и отрезая себе кусочек хлеба. Достав из холодильника колбасу и сыр, Чимин принялся делать себе бутерброд, совсем не замечая того, что сзади кто-то стоит. — Явился. — хмыкает отец, как всегда пошатываясь и опираясь о стол. — давненько тебя здесь не было, маленький вор. Это ты украл мои деньги?! Чимин взял бутерброд в руку, откусывая и разворачиваясь к отцу: — Нет. Это наверняка кто-то из твоих дружков. Ну, или ты сам пропил.. Мне от такого как ты ничего ненужно. — хмыкнул Чимин, откусывая бутерброд и опираясь о подоконник. — Ах ты маленький сучёныш. Так с отцом заговорил, да?! — мужчина резко подошел к Чимину и ударил того в челюсть, вновь разбивая только начавшую заживать губу. — я не позволю тебе так со мной разговаривать! И брать мою еду не смей! Упав на пол, Чимин положил руку на место удара и слизал с губы кровь, снова смотря на отца. Хотя отцом это нечто — назвать было трудно. — Это и мой дом, ясно?! Ты не имеешь право так со мной поступать! — он в ответ также закричал, поднимаясь и держась ближе к стенке. — Отойди и не приближайся. — он уже тише сказал, чувствуя, как тело дрожить то ли от страха, то ли от адреналина, заполнившего его вперемешку с обидой после слов, казалось бы, самого дорогого человека в его жизни. — Я не брал твои деньги. — Ойй. — тянет мужчина, приближаясь ближе к Чимину. — неужели ты меня испугался? Это кто так тебя изнежить успел, м?! Отвесив Чимину пощёчину, господин Пак притянул того ближе и прижал к себе, заламывая руки за спину и шепча. — Понравилось по хуям прыгать? Ну ничего, сейчас мы с тобой поиграем.. Ухмыльнувшись, мужчина принялся расстёгивать джинсы, попрежнему прижимая Чимина к своему телу. — Пусти меня! Я не хочу! — Чимин испуганно закричал, пытаясь вырваться из рук отца и, как только это получилось, побежал в свою комнату, закрывая дверь и забиваясь в угол. — Я ненавижу тебя! Уходи! — он сжался, прижимая ноги к груди и испуганно смотря в сторону двери, боясь, что та не выдержит, и у него больше не останется защиты. — Хах, ты серьёзно думаешь, что я не смогу до тебя добраться?! — крикнул мужчина, снимая ремень и следуя к комнате Чимина. Ударив в дверь ногой, господин Пак начал ломиться, беспощадно проверяя хлипкую конструкцию на прочность и прекрасно зная, что та долго не выдержит. Чимин забивался всё больше в угол, будто желая слиться с этой поверхностью, но с каждым ударом его сердце билось лишь быстрее, а сам парень боялся ужаса, который его ждёт, когда отец всё же сможет пройти в комнату. Как только дверь слетела с петель, Чимин вскрикнул и прижал руки к ушам, утыкаясь головой в колени. — Папа, я прошу тебя! Не надо! — он сквозь слёзы умолял, смотря на приближающегося мужчину и продолжая всё дальше отползать от него, будто это как-то может ему помочь. Неужели тот ужас повторится? — Твоё тело до сих пор принадлежит мне, Минни? — ухмыляется мужчина и, не получив ответа, ударяет Чимина ремнём, оставляя малиновый след на щиколотках того. — да или нет?! Наклонившись к сыну, мужчина резко потянул того на себя и завалил на постель, наваливаясь сверху и вжимая запястья в жёсткий матрас. — Так да или нет? Чимин заплакал, продолжая ёрзать и пытаться вырваться, но было бесполезно, хватка мужчины была слишком сильной. — Прошу..пусти меня.. — он уже тихо почти шепотом произнёс, всхлипывая и дрожа от страха перед собственным отцом. Отвесив Чимин пощёчину, мужчина рявкнул: — Умолкни!! Сжав щёки Чимина, господин Пак впился в пухлые губы того жадным поцелуем, безжалостно прокусывая нижнюю и слизывая кровь. — Ты так похож на мать.. такой же упрямый. — хрипло хмыкает, потираясь членом о пах сына. Чимин вырывался, не теряя надежды на спасение и молясь, чтобы этот ужас не повторился. Перед глазами те ужасные картинки, заставляющие его сжиматься и дрожать от страха. Хмыкнув, мужчина запустил руку под штаны Чимина, оглаживая член того и сжимая. — Не делай вид, что тебе противно. — ухмыляется, целуя сына в губы. Чимин неосознанно застонал, чувствуя, как тело само реагирует на такие ласки, и он уже слабее сопротивляется, теряя контроль над своим телом. Вот только в его голове зрела паника такой силы, что он ещё немного и сойдёт с ума. Это, чёрт возьми, его отец! Всё это неправильно, они не должны таким заниматься! Стащив с Чимина штаны, мужчина небрежно развёл ноги того и резко вошёл, тут же переходя на грубые толчки. — Ты такой узкий, Чимини. Давай, постони для папочки, как ты это делал обычно. — усмехается, откидывая голову назад и сжимая хрупкие бёдра сына в руках. Чимин громко плакал, задыхаясь и невольно выдавая свои стоны, не в силах это контролировать. Он закрыл лицо руками на сгибе локтя и продолжал громко плакать, умоляя отца одуматься. Это продолжалось казалось вечность, и вот мужчина кончил через минут десять, тяжело дыша и, разведя руки Чимина в стороны, целуя его в губы, а после своими губами стирая слёзы с его побитых щёк. — Ты мой умничка, Чимини. — он ласково сказал и, поцеловав сына в худой живот, вышел из него, надевая штаны и неспеша, покачиваясь, выходя из комнаты, оставляя Чимина наедине с немой истерикой, поглотившей его сознание. После встречи с заказчиком, Юнги провёл замеры в доме того и, подписав договор, наконец-таки заключил контракт на работу. Мин несказанно рад этому и до сих пор не верит, что сумел достигнуть таких ‘высот’ в одиночку. Всё-таки он работает на себя, переплюнуть крупные агенства было не так просто.. Вернувшись домой поздней ночью, Юнги тут же сел за чертёж, внося необходимые корректировки и только потом ложась отдыхать. Утро встретило Юнги хмурым небом и адской болью в ногах. «Мне стоило сделать укол перед сном! Чёрт! И о чём я вообще думал..» Выполнив все процедуры, Юнги завалился на диван и устало выдохнул, понимая, что если не позволит своим ногам отдохнуть, то точно усугубит их состояние. Поэтому, весь день Мина проходит в полусонном состоянии, перед телевизором и с пачкой чипсов в руках. Через несколько часов уже ближе к двенадцати ночи в его дверь кто-то постучался, заставляя Юнги проснуться. Это был Чимин. Он весь день провёл на улице в одном из дворов неподалёку. Он даже не искупался и не стал есть, а просто в который раз сбежал из того ада, который был его домом. Он еле передвигал ногами и чувствовал неприятную боль в районе бёдер. Проведя весь день на холодном асфальте в тени дома, где никто его не видел, Чимин только к вечеру осознал, что хочет очередную дозу чтобы наконец заглушить всю боль, переполняющую его как морально, так и физически. Ему нужно достать деньги, иначе мысли о суициде перекроют всё остальное и до утра он уже не доживёт. Это и привело его к Юнги. Младшего знобило, весь его вид говорил о его состоянии и настроении. До сих пор при мысли об отце в теле возникала сильная дрожь. Услышав стук в дверь, Юнги сделал телевизор потише и приподнялся на локтях, громко спрашивая: — Кто там? Я никого не ждал в это время, лучше свалите по-хорошему. — не особо дружелюбно отзывается Юн и вновь опускается на подушку, не желая открывать очередному алкоголику. Чимин обессиленно опустился на колени перед дверью, утыкаясь в неё лбом. — Юнги...от..крой, пожалуйста.. — он как можно громче сказал, надеясь, что старший его услышит и узнает. — Прошу..хён. — он сжал губы и после закрыл рот ладошкой, чувствуя приближение очередной истерики, которую он не может контролировать самостоятельно. Услышав голос Чимина, Юнги смутился и тут же принялся перелазить в коляску. Управившись за пару минут, он подъехал к двери и аккуратно открыл ту, удивлённо смотря на Чимина и видя, в каком состоянии находится тот. — Что.. что случилось? — непонимающе бормочет, неуверенно протягивая руки к младшему и почему-то имея желание обнять того. На Чимина больно смотреть.. Чимин тихо всхлипывал, сидя перед Юнги на коленях, не в силах подняться или произнести что-то. Через пару минут он всё же смог взять себя в руки и подвинулся ближе к Мину, смотря ему в ноги, не решаясь поднять взгляд. — Можно...я у тебя переночую? — он дрожащим голосом произнёс и шмыгнул носом, молча ожидая ответа. Юнги склонил голову набок и нахмурился, кладя руки на щеки Чимина и аккуратно приподнимая личико того. — Тебя снова избили? — тихо бормочет, стирая слёзы с глаз младшего. Чимин отрицательно помотал головой, чувствуя тепло рук Юнги на своих щеках и снова начиная плакать. Почему вроде бы чужой человек относится к нему лучше, чем родной отец? Почему Юнги не бьёт и не выгоняет его, как это делают остальные? Почему продолжает заботиться, видя, какой на самом деле Чимин?! Грязный никому не нужный оборванец, которому место на помойке, а не в тёплом доме. Вздохнув, Юнги отстранился и потянул Чимина за собой, тихо бормоча. — Проходи и садись на диван. Впустив Чимина в свою квартиру, Юнги запер входную дверь и поехал на кухню, ставя чайник и твёрдо намереваясь узнать, что произошло за те сутки, что они не виделись. Это не похоже на обыкновенную драку.. Чимин бы так не отреагировал. Вернувшись обратно, Юнги пересел на диван и придвинулся ближе, молча смотря на Чимина и кусая губы. — Уверен, что ничего не хочешь мне рассказать? — Тебе будет неприятно и захочется это забыть. — Чимин тихо ответил и отсел чуть в сторону, не желая касаться Юнги. Вдруг та гадость, которая поглотила его, перейдёт и Юнги тоже.. — Я не хочу тебя в это впутывать. Лучше, если ты не будешь знать. — он тихо пробормотал и вытер слёзы, сжимая руками свои штаны на коленях и стараясь держать себя в руках. — Тебе плохо и ты пришёл именно ко мне. Тебе нужна поддержка, я вижу это. Мне будет куда легче помочь тебе, если ты немного доверишься. У меня здесь не хостел, я уже говорил. Так что впустил я тебя как минимум потому, что за эти дни успел привязаться. Юнги уверенно кивнул и вновь придвинулся ближе, обнимая Чимина за плечи и смотря в глаза. — Так что случилось? Давай ты мне расскажешь и мы пойдём пить чай с пирожными? А этот ужасный день просто останется позади. — Можно я..сперва пойду искупаюсь? Я отдам тебе деньги за воду и мыло, если нужно. — Чимин тихо сказал, сжимаясь и прямо сейчас не желая никого касаться. Вдруг запачкает.. — Я расскажу..если ты хочешь, но после ванной, можно? — он с надеждой посмотрел на Юнги, ожидая ответа. — Хорошо. — согласился Юнги, отстраняясь от Чимина и кивая в сторону коридора. — ванна там. Полотенце найдёшь в шкафчике, а чистые вещи.. я дам тебе что-нибудь. Иди, я сейчас подберу. Чимин кивнул и поднялся, идя туда, куда сказал Юнги и, зайдя, стал купаться, опускаясь на колени и устало вздыхая. Как он расскажет об этом Юнги? Такое даже в страшном сне не увидишь. Тихо всхлипнув, Чимин вновь стал плакать, пытаясь больше не думать об этом и не вспоминать. Иначе он сойдёт с ума. Искупавшись за минут пятнадцать, Чимин постирал своё нижнее бельё и обернул бёдра полотенцем, понимая, что в том нижнем белье, которое у него сейчас — он точно не может ходить. На нём всё было испачкано тем, что невольно напоминало об утреннем инциденте. Более менее успокоившись, он вышел из ванной и прошёл в комнату к Юнги, молча наблюдая за тем, как тот выбирает для него чистые вещи. Услышав шаги позади себя, Юнги достал из шкафа чистую одежду и развернулся к Чимину, подъезжая ближе и протягивая стопку с футболкой, штанами, бельём и носками. — Одевайся и приходи. Чайник уже вскипел. — улыбнулся Юнги, выезжая из комнаты и следуя в сторону кухни. Достав пирожные и какое-то печенье, Юнги заварил Чимину большую кружку чая с ромашкой, а себе кофе. Расставив всё на столе, Юнги занял своё место и принялся помешивать кофе, ожидая, пока младший прийдёт к нему. Чимин кивнул и взял вещи, проходя обратно в ванную и переодеваясь. Пройдя на кухню, он сел на стул, напротив которого была кружка с чаем. — Спасибо за то, что пустил.. — он тихо сказал, опуская взгляд и размешивая сахар в чае, а после, поблагодарив за чай с печеньями, начал есть, продолжая смотреть куда-то вниз. Кивнув, Юнги отпил немного кофе и подпёр голову рукой, наблюдая за Чимином, а после, отводя взгляд. И как себя вести, если тот в таком состоянии? — Я расстелю тебе на диване. Можешь есть сколько захочешь, я не фанат сладкого. — кивнул Мин, потихоньку выезжая из-за стола. — Я могу сам...не хочу во всём тебя напрягать. — Чимин тихо ответил и также поднялся, смотря на Юнги и натягивая еле заметную улыбку, правда выглядело это скорее всего странно на его заплаканом и измученном лице. — Планируешь лечь спать? — интересуется Юн, склоняя голову набок и смотря на Чимина снизу вверх. Юнги решил, что всё-таки не будет заставлять Чимина рассказывать ему то, чем тот не хочет делиться. В конце-концов, это нужно не ему, а Чимину. Если младшему легче держать всё в себе, то это его право. Всё равно на утро они разойдутся. — Нет...просто ты собирался постелить мне на диване...я могу помочь. — Чимин тихо произнёс, только сейчас замечая на ногах Юнги в районе коленей повязки с каким-то лекарством. Интересно, насколько сильно они болят.. Он ни разу не жаловался. — Да и я пока не хочу спать. — он тихо добавил и сел обратно, отпивая чай и надеясь, что у него получится сегодня уснуть после того, что было утром. — Хорошо. Если хочешь, могу включить тебе какой-нибудь фильм. — пожимает плечами, крутя колёса и проезжая в зал. Добравшись до шкафа, Юнги достал всё необходимое и положил на диван, решая, что Чимин действительно в состоянии сделать это самостоятельно. У него слишком болят ноги. — А мы можем...посмотреть его вместе? — Чимин тихо спросил, беря кружку с чаем и, держа её двумя руками, проходя за Юнги и останавливаясь в проходе. — Можешь побыть со мной? Я могу просто посидеть рядом, пока ты будешь работать.. — он тихо сказал и сглотнул, опуская голову и боясь оставаться в одиночестве. Юнги задумчиво отвёл взгляд, а после, слегка улыбнулся, кивая Чимину и решая, что работа может и подождать. — Хорошо. Залезай на диван и бери плед. Я скоро вернусь. — кивнул Юн, удаляясь в свою комнату и, через пару минут, возвращаясь с большой стопкой DVD-дисков. — выбирай любой. Это мне от прошлых хозяев досталось. — усмехнулся Юнги, выкладывая всё на диван рядом с Чимином. Чимин стал задумчиво рассматривать диски, выбирая понравившийся фильм и протягивая Юнги. — Этот. — отдав ему, он устроился на одной половине дивана и укрылся половиной пледа, ожидая, когда Юнги всё настроит и присоединится к нему. — Романтика? О боже, Чимин. — Юнги закатил глаза и усмехнулся, проезжая к DVD и вставляя диск. Вернувшись, Мин кое-как перебрался на диван и вздохнул, отодвигая коляску в сторону и укрывая ноги пледом. Взяв пульт, Мин включил выбранный фильм и сложил руки на груди, принимаясь смотреть. Чимин сел к нему ближе и стал смотреть, пытаясь вникнуть в сюжет, но в мыслях пребывая всё ещё в доме, где живёт его отец. То, что тот делал утром — до сих пор яркими картинками перед глазами. Сможет ли он это забыть? Что будет дальше. У него нет никого и вряд ли кто-то примет его таким. Погрузившись в свои мысли, он и сам не заметил, как снова стал плакать. Шмыгнув носом, он резко опустил голову и стал вытирать слёзы, тихо всхлипывая, вновь не в силах контролировать накатившие эмоции. Да что с ним сегодня?! Почему он не может взять себя в руки?! Юнги молча смотрел фильм, но, заметив, в каком состоянии находится его приятель, тут же переключил всё внимание на него. — Знаешь, когда было грустно, мне всегда помогали объятия. — тихо усмехнулся Юнги, аккуратно притягивая Чимина к себе и кладя голову того на грудь. — была одна воспитательница.. очень старая женщина. Она относилась ко мне так по-особенному. Всегда утешала и поднимала настроение, а когда я был маленьким, то читала сказки. Я наверняка был её любимчиком.. прекрасная была женщина. — тихо бормочет Юнги, отвлекая Чимина от грустных мыслей и перебирая волосы того. — наверное, тебе бы сейчас помогли её объятия.. Чимин не сопротивлялся, продолжая плакать, сидя рядом с Юнги в его тёплых объятиях. Он обратил на это внимание, находясь даже в таком состоянии. — Почему жизнь такая несправедливая? — после нескольких минут младший всё же заговорил, немного успокаиваясь и уже просто сидя в объятиях Юнги, уткнувшись в его грудь и наслаждаясь лёгким успокаивающим массажем на своей голове. — Я не хочу так жить. Почему...почему это происходит со мной? Что я сделал?! — Что происходит? — тихо интересуется Мин, продолжая перебирать волосы младшего, радуясь, что тот потихоньку расслабляется и обмякает в объятиях. Значит доверился. — Судьба посылает нам столько трудностей, сколько мы способны преодолеть. Ты сильный, я уверен, что обязательно со всем разберёшься. Слышишь? — Не уверен, что смогу. Мой отец..он..сделал то, что я никогда не смогу забыть. Он делал это не в первый раз, но я думал, что оправился. — Чимин тихо рассказывал, изредка делая паузу и вновь продолжая. Он ведь может рассказать Юнги? Этот человек кажется ему добрым и отзывчивым. — Он домогался и...изнаси..ловал м-меня. Я..не могу больше так. Я не хочу справляться и быть сильным.. — он тихо сказал и снова всхлипнул, мелко дрожа и сжимая руками штаны на своих коленях. — Мне больно. Услышав совсем не то, что ожидал, Юнги шокировано посмотрел на Чимина и закусил губу, не зная, что теперь делать. Неужели этого ребёнка действительно изнасиловали? Над ним издевается собственный отец?.. — Как давно это продолжается? — хмурится Мин, прижимая Чимина ближе к себе и утирая влагу с лица того. — мы должны пойти и написать на него заявление! Чимин.. этот человек должен получить по заслугам, ты понимаешь? — Да. Он уже получал...когда моей мамы не стало. Это случилось по его вине. — Чимин тихо произнёс и вновь уткнулся в грудь Юнги, не желая отстраняться. Рядом с ним так тепло, и Чимин чувствует себя под защитой. — Но я боюсь..я не могу ничего доказать, тем более будучи несовершеннолетним. — он прикрыл глаза и постепенно расслабился, чувствуя себя лучше после того, как сумел рассказать кому-то об этом. — Бедный.. — шепчет Юнги, поглаживая Чимина по спине и отводя взгляд. — не волнуйся. Мы постараемся собрать доказательства.. этот человек ответит за свои поступки! Уверенно кивнув, Юнги чмокнул Чимина в макушку и слегка улыбнулся, приподнимая опухшее личико того и утирая остатки слёз. — У тебя есть родственники? Дяди, тёти? Может бабушки? — серьезно интересуется Мин, поглаживая младшего по щеке большим пальцем. — если органы опеки узнают, то тебя заберут в детский дом. Но и возвращаться к отцу тебе явно не стоит.. так есть кто-нибудь из родных? Чимин отрицательно помотал головой и опустил взгляд. — Только отец. — он тихо пробормотал и посмотрел на Юнги. — Тебе не стоит так сильно за меня волноваться. У тебя и своих проблем хватает..мне просто нужно было выговориться.. — он тихо сказал и шмыгнул носом, даже слабо улыбнувшись от того, что о нём впервые кто-то позаботился. — Как я могу не волноваться? Не каждый день со мной таким делятся. — вздохнув, Юнги отстранился и сел ровно, задумчиво хмурясь и думая, что теперь делать. — вряд ли ты поделишься этим с другими. Так кто, как не я поможет тебе со всем разобраться? Ты ещё маленький, чтобы лезть в это. Кивнув, Мин посмотрел на Чимина и задумчиво нахмурился. — Куда ты собираешься пойти утром? — В парк..я там обычно. Или пойду с тобой, если ты пойдёшь рисовать или играть на гитаре. — Чимин слабо улыбнулся и прилёг на плечо Юнги, закутываясь с ним в плед и прикрывая глаза. — Ну и план у тебя.. — пробормотал Мин, пару минут думая, а после говоря. — у тебя руки и ноги на месте. Во-первых, будешь помогать мне по дому, во-вторых, попытаешься найти подработку. Двоих я не потяну, по крайней мере пока-что. Это будет твоя плата за проживание в моей квартире. Идёт? Протянув руку Чимину, Юн изогнул бровь и произнёс серьёзно. — Только по-честному. Мне лишний балласт ненужен. Чимин посмотрел на Юнги и после на его протянутую руку, кивая и пожимая её. — То есть я могу остаться у тебя? — он с надеждой посмотрел на Мина и слабо улыбнулся. — Я буду помогать тебе. Обещаю. — он уверенно сказал и кивнул, а после крепко обнял Юнги, стирая оставшиеся слёзы с лица и закусывая губу. Ему не придётся жить на улице, и Юнги поможет ему. Это же не сон? — Да.. можешь остаться у меня, пока всё не наладится. Буду тебя чему-нибудь учить. Например, играть на гитаре. Поверь, это куда интереснее, нежели махать кулаками. Усмехнувшись, Юнги обнял Чимина и щелкнул по носу, после, медленно отстраняясь. — Всё, а теперь спать. Уже поздно, тебе нужно отдохнуть после такого насыщенного дня. — кивнул Мин, пересаживаясь в свою коляску и укрывая Чимина одеялом. — Спокойной ночи. — Чимин кивнул и проследил за удаляющимся Юнги, ложась поудобнее и прикрывая глаза. После этого разговора ему стало намного легче. Он будто скинул этот груз, который не давал ему дышать полной грудью весь сегодняшний день. Он благодарен Юнги за помощь и хочет отплатить ему тем же. Впредь у его нового друга больше никогда не будут болеть ноги, и он не будет так перенапрягаться, ведь сможет положиться на Чимина, если понадобится. Проехав к себе в комнату, Юнги оставил дверь открытой, ведь не собирался работать и решил сразу лечь спать. Этот день оказался слишком насыщенным и для него тоже.. Смогут ли они с Чимином ужиться? Можно ли ему доверять? А главное.. не обман ли это? Тряхнув головой, Юнги слабо нахмурился и перевернулся набок, думая о том, что истерика Чимина выглядела слишком натурально. Было видно, что тому плохо и если ещё чуть-чуть подождать, то он просто развалится. Мин рад, что Чимин оказался именно у него. У них ведь всё будет нормально? Чимин не должен его обмануть.. ведь так?