Not just a day

Середина сентября. Из окна светит пока что яркое солнце, и его лучики ведут жестокую войну с новыми шторами. Они, между прочим, были очень плотными, но всю эту грубость закрывал цвет — нежно-голубой, прямо как небо, на котором было ни единого облачка. На кровати, одеялко которой было в точности такого же цвета, тихо посапывали двое парней. На самом деле, выглядело это очень даже забавно: Джисон, развалившийся звёздочкой и занявший почти всю кровать, спал, уткнувшись лицом в подушку, на наволочки которой был изображён любимый персонаж Хана — Мумин. Феликс же, ютился где-то с краю, хотя, не смотря на такое положение, он улыбался, словно чеширский кот, и держал руку своего парня. От сна Ли пробуждают негромкие удары в дверь. Он встаёт, по дороге одевая свои любимые тапочки с акулами и вспоминая, что вчера он заказал доставку цветов, дабы порадовать любимого в день его рождения. Расплатившись, он ставит цветы в вазу и случайно заглядывается на них. Нежно-сиреневые хризантемы, слегка украшенные блёстками и упакованные в тонкую бумагу, на которой тот самый, любимый Ханом, Мумин, умноженный в сто раз, а может и больше. Феликс понимает, что уже долго пялится, к тому же скоро проснётся именинник, а Ли так и не приготовил завтрак в постель, рецепт которого Ликс разведал ещё месяц назад. Австралиец чуть ли не роняет сковородку, позже, уронив клубнику, наступает на неё. Всё это точно не по плану. С горем пополам, он закончил с завтраком и поставил его на поднос жёлтого цвета с маленькими и милыми утятами. Феликс тихо проходит до спальни, чуть не наступив на Ками, собачку Хёнджина, который уехал на парикмахерские курсы в Чикаго. И вот младший ставит поднос на тумбочку, а по дороге до кресла вспотыкается, ударяясь рукой об угол, и тихо скуля. Джисон моментально подскакивает, неуклюже трёт глаза, и Феликс бы всё отдал, чтобы видеть такого Хана каждый день: приоткрытые глазки, лёгкая улыбка, сладкий и тянучий, как карамель, голос и эстетично разложенные прядки, недавно выкрашенных волос. –Доброе утро, бельчонок, а ещё с Днём рождения! — тихо проговаривает Ликс, всё ещё шипя от боли. –Ты сильно ударился? Ну вот почему ты такой неуклюжий… Джисон встаёт, подтягивая пижамные шорты, и подходит к младшему, начинает оставлять лёгкие поцелуи сначала на лбу, скулах, носу, а следом быстро клюёт в мягкие губы своего парня. –Я приготовил тебе завтрак, может уже попробуешь его? — куда-то в шею говорит Ли. –Завтрак подождёт, а я хочу попробовать тебя, солнце, — так же сладко тянет Джисон, — это будет лучшее начало моего дня. Феликс сразу тянет любимого в кровать, утыкается в шею, мажет губами около ключиц, а потом начинает щекотать старшего, зная как он боится щекотки. По комнате разливается мягкий, подобный пению птиц, смех. –Знаешь, это лучший день рождения. А знаешь почему? Потому что я провожу его с тобой, -тихо говорит Хан и снова мажет губами по пухлой щёчки Ликса.