Black angel

      — Здравствуй, Намджун…       Давящую тишину в квартире нарушает тихий и спокойный голос мужчины. Он делает последний глоток обжигающей горло жидкости и ставит прозрачный стакан на барную стойку. Создатель внимательно следит за его действиями, не подходя ближе. Мужчина смотрит на ангела и, горько улыбнувшись, опускает голову.       — Здравствуй, Сокджин…       От голоса Намджуна по телу пробегает холодок. Он раньше не был таким, а сейчас словно сталь. Да и взгляд его изменился, те тепло и доверие превратились в холод и злость.       — Твои крылья… они стали намного больше… и ты… не изменился…       Он вспоминает, как ему нравилось гладить ладонью по этим большим и мягким перьям, от чего Намджун постоянно говорил, что ему щекотно, и смешно тряс крыльями, а после до громкого смеха щекотал бока парня, пока тот не умолял остановиться.       — Ты тоже не изменился…       Сокджину трудно отвести взгляд от его карих глаз. Они до сих пор самые родные и теплые.       — Зачем ты…       — Ты знаешь, зачем я здесь… я хочу услышать ответ… хочу услышать это от тебя, были ли те слова ложью. И знаешь, твои глаза не умеют лгать. Я просто был ослеплен болью…       Мужчина обнимает себя руками, опуская глаза, смотря в пол. Он и не думал, что после такого долгого промежутка времени он придет. Джин уже не надеялся, что когда-нибудь увидит его вновь, он не хочет врать и скрывать что либо. Он просто устал, хочет рассказать всю правду, а дальше пусть Намджун решает сам. Но, кажется, Сокджин знает, чем закончится разговор. Он увидит его в последний раз и будет провожать мокрыми глазами, пока его черные крылья не скроются высоко в небе. И это точно будет конец. Он просто устал, измучился жить столько лет без него и корить себя за все. Будет лучше, если он не простит его вновь.       — Ты ведь знаешь правду, зачем я…       — Я хочу услышать это от тебя, — смягчив свой тон, Намджун видит, как блеснули глаза Сокджина в темноте.       Он тоже мучился, жил в предательстве и измене. Но в душе оставалась капелька надежды на то, что все было просто ложью. Злые языки, что заставили поверить, били по больному столько лет.       — Намджун… а что знаешь ты? Какую правду ты знаешь?       Мужчина рассматривает его силуэт, и создатель, тяжело вздохнув, сворачивает крылья за спиной, подойдя немного ближе. Но он ничего не говорит, ждет, пока Сокджин все расскажет сам. А уж ему Намджун поверит. Потому что любовь в его сердце не угасла.       — Меня заставили это сделать, я правда не хотел… Джуни…       От услышанного в груди создателя что-то болезненно сжимается. Как он давно не слышал этого ласкового голоса, произносящего заветное имя. Но Намджун непреклонен, он до сих пор пронзительно смотрит на мужчину.       — Если ты хочешь правду, я дам её тебе… но, пожалуйста, после услышанного просто уходи, ничего мне не говори… я и так до сих пор виню себя во всём…       Намджун еле заметно кивает и напрягается. Но сможет ли выполнить его желание? Они не виделись столько лет, и сейчас он совсем рядом, от него веет все тем же парфюмом, что так нравится Намджуну. Всё сохранилось, всё так же, как и тогда, когда создатель в последний раз был здесь.       — В тот день они просто пришли ко мне домой… я не знаю, зачем им это нужно было, но… — Сокджин смотрит на Намджуна. — Они поставили меня перед выбором, либо я уйду сам, либо они лишат тебя крыльев и убьют… как ты думаешь, какой выбор сделал я?       Сокджин смотрит на него покрасневшими глазами и с такой печалью. Та версия произошедшего, что услышал Намджун, была совсем иной. Он догадывался, что здесь замешано еще что-то, и, кажется, не ошибся.       — Я не мог этого допустить… я не мог допустить того, чтобы они убили тебя, мне и пришлось наговорить тебе столько гадостей, сделать максимально больно, чтобы ты не вернулся больше, чтобы навсегда забыл дорогу к моему дому… — тихо всхлипнув, Сокджин смотрит в его глаза — Прости, прости меня, Джуни… — из глаз тоненькими ручейками стекают слезы.       Создатель стоит не шевелясь. От услышанного его руки невольно сжимаются в кулаки. А ему всё это время вешали лапшу на уши. Но когда до Намджуна дошли достоверные слухи, уже было слишком поздно, много воды утекло.       — Ты не представляешь, через что я прошел, как я пересиливал себя, чтобы сказать о том, что не люблю тебя, что не хочу видеть и мы должны расстаться навсегда… а больнее всего было соврать тебе, что у меня есть другой человек… Я не мог позволить им что-то сделать с тобой, я бы просто не пережил этого. Знаю, что и тебе было невыносимо больно после всего… Джуни, прости меня…       Сокджин сильнее обнимает себя, сжимая рубашку в кулаки. Щеки блестят от слез, сил больше нет. Чимин, что стоял все это время на карнизе и подслушивал, не мог поверить словам человека. Что все это значит? У Намджуна тоже был любимый человек? В голове ангела крутилось множество мыслей, и он, осторожно отойдя в сторону, пытается не наделать шуму и улетает. Ему срочно нужно рассказать обо всем Ви.       Намджуну так хочется стереть с его щек эти слезы, в груди колет от того, что он видит, как Джин плачет. Пока они были вместе, он ни разу не видел его слез. А сейчас все карты раскрыты: им обоим лгали, пытались всё разрушить и добились этого. А Намджун дурак, ни в чем не разобравшись, он был ослеплен. Он возненавидел людей и в каждом человеке видел только алчность, ложь, презрение, измену. Они не способны любить никого, ищут выгоду только для себя.       Создатель отворачивается, прикрывая глаза. Он хотел получить ответ — и получил его. Старые раны открываются, воспоминания расплываются, как дымка, перед глазами. Опустив голову, Намджун сжимает челюсть. Они оба прошли через это, оба страдали, но кому-то это было на руку. Он слышит, как всхлипывает Джин, но ничего не может сделать. Он ведь попросил просто уходить. Расправив черные крылья, Джун не торопится покидать его квартиру. Он просто постоит так немного, пока тот не успокоится. Но, кажется, это затянется надолго.       — Джуни… — шепот разрезает тишину. — Я… всё еще люблю тебя… так сильно люблю, прости…       Намджун сжимает кулаки и кусает нижнюю губу, сводит брови, и зажмуривает глаза. Как он может оставить его сейчас? Внутри что-то лопается, и он резко открывает глаза, смотря вперед. Джун быстро разворачивается к мужчине и тяжело дышит, смотря на сгорбившуюся фигуру возле барной стойки. Не медля и секунды, Намджун идет в его сторону. Он не хочет больше видеть страдания своего человека, не хочет больше этой боли, потому что её затемняет, как солнце луну, любовь.       Мужчина обхватывает ладонями мокрое лицо и наконец-то касается любимых пухлых губ, одаряя их поцелуем. Сокджин сильнее зажмуривается и крепко обнимает ангела за шею, прижав к себе как можно ближе. Этот поцелуй нельзя назвать нежным, он дикий, наполненный болезненными воспоминаниями. Но одновременно желанный и такой долгожданный. Джин вплетает пальцы в его волосы, прекращая лить слезы. Глубокий поцелуй потихоньку переходит в мягкий. Они так скучали друг по другу, места себе не находили. А сейчас наконец-то могут воссоединиться. Намджун губами оттягивает его нижнюю губу и отпускает ее, заглядывая в глаза напротив. Сокджин не может отдышаться и не открывает глаза, потому что боится, что, когда откроет их, его здесь уже не будет.       — Сокджини, я… я тоже все еще люблю тебя…       Мужчина снова ощущает жжение в глазах и, слегка приоткрыв их, роняет слезу. Создатель вытирает мокрые щеки ладонью и оставляет на них поцелуи.       — Ты тоже прости меня, прости и… спасибо…       И наконец-то вместо слез он видит улыбку. Любимую солнечную улыбку. Сокджин обнимает его, кладя голову на его плечо. Ангел обхватывает его талию руками и крыльями закрывает их от всего мира. Сейчас они вместе, и, кажется, Намджун останется здесь до утра.

✧✧✧✧✧✧✧✧✧✧

      Тэхён гладит мальчишку по волосам и блаженно улыбается. Чонгук сопит, убаюканный его ласковыми руками. Он такой смешной и милый, когда спит, и Ви, не удержавшись, оставляет теплый поцелуй у его виска.       Парни до самого дома шли за ручку, и счастью ангела не было предела. Он постоянно посматривал вниз, на руки, думая о том, что это всё не сон. Возможно, они поднялись на ещё одну ступень в своих отношениях. Но «отношения» — это только для Ви. Что же происходит в голове Чонгука? Как он относится к нему? Что испытывает? Испытывает ли? Но эти объятия были явно не дружескими, как и прикосновение рук. Ви всегда думал, что так делают только влюбленные пары. Но ведь и друзья тоже могут держать друг друга за руки?       Вздохнув, он укрывает Чонгука одеялом и, поднявшись, смотрит в окно, замечая, как мимо кто-то пролетает. Чимин уже здесь. Тихонько собравшись, Тэхён осторожно открывает входные двери и выходит из квартиры. Он идёт в сторону крыши, где его уже ждёт друг.       — Ты сегодня прям светишься, — хмыкает Чим, увидев Ви.       — Для этого есть причина… — улыбается ангел. — Ты сегодня поздновато, я ждал тебя раньше.       — Помнишь, я говорил, что Намджун постоянно куда-то пропадает? — Тэхён кивает и присаживается на небольшой выступ. — Я кое-что узнал, — Тэхён вопросительно смотрит на него, ожидая продолжения, — Намджун… влюблен в человека…       — Что? — Ви аж подскакивает с места. — В смысле влюблен? Он ведь…       — Я сам был в шоке, когда услышал…. Но, похоже, что они расстались очень давно, я половину не расслышал, только понял, что они говорили о расставании и еще о чем-то… Тэхён хмурит брови, отворачивая голову и оглядывая ночной город. Что же от них скрывает создатель?       — Это нужно выяснить, и я собираюсь поговорить с ним… — твердо заявляет Чимин, посматривая на Ви и ожидая его реакции.       — Ты думаешь, он тебе всё так и расскажет?       — Я знаю, но я обязательно добьюсь правды!       Тэхён слегка хмыкает и понимает, что друг настроен серьезно. Ему и самому интересно, что же скрывает создатель, ведь он так ненавидит людей, из-за которых создал эти законы. А на самом деле что? Он тоже любит человека?       — Только будь осторожен, я не хочу, чтобы и тебя лишили всего.       Чимин кивает и устраивается рядом с Ви. Они как обычно до самого утра сидят на крыше, любуясь красотой города, огнями и звездами. А под утро, как только золотой диск заступает на свое законное место, ангел улетает, а Тэхён тихо возвращается в квартиру, где сладко спит его маленький ангел.

✧✧✧✧✧✧✧✧✧✧

      — Приятного аппетита, — Чон кланяется клиентам за столиком и уходит, держа в руках поднос.       Хоби улыбается, наблюдая за ним. Весь день Чонгук, словно в облаках, порхает среди столиков и чересчур мило улыбается посетителям. Кажется, общение с Тэхёном идёт ему только на пользу, сколько он его знает, еще ни один человек, что встречался с Чоном, не смог зажечь эти огоньки в его глазах. Хоби очень рад за друга, но, с другой стороны, немного переживает. Он хочет, чтобы с Тэхёном у него всё сложилось, но тот слишком загадочный и странный. Может, он только ему таким показался?       — Ну и признавайся, куда это вы вчера ходили с Тэхёном? — хитро прищуривается Хо, наклоняясь ближе к другу.       Смена на сегодня закончена, и уставшие ребята переодеваются в комнате для персонала, каждый — отвлечённый разговором друг с другом.       — Ты о чем? — на лице Чона появляется полное удивление, а по его спине пробегает холодок.       — Да ладно, я знаю всё, вы вчера ходили на телебашню…       — Откуда ты знаешь?       — Минву тоже там был со своей девушкой и сказал, что видел тебя с каким-то парнем, не трудно догадаться, — улыбается Хо, надевая куртку.       Чонгук краснеет щеками и отворачивается к своей кабинке, быстро скидывая форму и переодеваясь в свою одежду. Он косится в сторону того самого Минву. И почему именно тогда он должен был гулять там? Так легко спалиться не входило в его планы. А Чон-старший ещё как назло играет бровями, кидая ехидный взгляд на Чона.       — Ну… мы просто решили прогуляться… и всё…       — Ну, ну… и даже меня не позвали… — последние слова он произносит шепотом, а после громко смеется, забрав сумку, закрывает кабинку и уходит.       Чонгук провожает его взглядом, а щеки до сих пор горят. Быстро натянув кофту и накинув рюкзак, он бежит следом за другом, догоняя его уже у выхода из кафе.       Хосок всю дорогу издевался над Чонгуком, как он и любит, наблюдая за его глупыми отмазками и детскими отговорками. Он совсем не умеет врать и выглядит, как провинившийся ребенок. Но парень всё понимает, они, видимо, хотели провести день вместе, но кто из них хотел больше? Хо уже давно понял, что Чонгуку нравится Тэхён, это видно даже невооружённым глазом.       — Ладно, влюбленный голубок, увидимся! — смеется Хосок, и Чон бубнит себе под нос: «Сам ты голубок…». И машет ему на прощание.       Куки медленно идет в сторону дома, думая о своем, но, подойдя ближе, замечает Тэхёна и останавливается. Тот сидит на земле и кормит бродячего кота, что-то говорит ему и улыбается. Улыбка сама появляется на лице Чонгу, и он делает медленные шаги, чтобы немного полюбоваться хёном и тем, как он играет с котом, а тот ласково трется о его руку.       — Чонгуки, ты уже пришел, — Тэхён поворачивает голову к парню и поднимается с земли, отряхивая одежду. Чонгук только устало кивает, и они вместе заходят домой.       Уютная и теплая ночь, небо, усыпанное звездами, и тихое дыхание рядом. Чонгуку больше ничего и не надо. Он держит перед собой кружку с кофе и вдыхает сладкий аромат ванили. Тэхён снова закутал его в плед, чтобы тот не замерз, и вместе они сидят на пуфах на балконе, любуясь ночным городом. Это уже входит в привычку, и Чону слегка улыбается, смотря в сторону ангела. Он необыкновенный, не такой, как все, и мальчишка смущается, когда Тэхён не сводит с него взгляд и придвигается ближе, облокачиваясь о стену и вытянув ноги вперед. Спать совсем не хочется, мальчишка всю ночь просидел бы так, рядом с ним.       Чон чувствует прикосновение к щеке и, слегка подняв глаза на Ви, вмиг окутывается его заботливым взглядом, его чуть приоткрытые глаза так пьянят, губы красиво расплываются в легкой улыбке, и Чонгуку так хочется прикоснуться к ним. Тэхён проводит большим пальцем над его верхней губой, убирая пенку от кофе, ощущая их мягкость, а Чонгу тает от его прикосновений, и снова это желание внизу живота всплывает так не вовремя. Парень мягко перехватывает его руку, опуская вниз, и виновато смотрит в глаза.       — Пойдем? — совсем тихо произносит и получает утвердительный кивок.       Тэхён укрывает его одеялом, и Чон, удобно устроившись, хочет, чтобы он лёг рядом с ним и обнял крепко. Прикосновение к щеке до сих пор ощущается, кажется, Чон пропадает совсем. Он хочет быть рядом с ним, хочет всегда чувствовать тепло и заботу. Перед глазами пелена сна, и уже в полудреме, словно сквозь толщу воды, он слышит, как закрывается входная дверь.

✧✧✧✧✧✧✧✧✧✧

      На запястье ангела выжжено ровно девять дней. Ви обхватывает метку ладонью и с грустью улыбается. У него осталось так мало времени. Но душу греет одно — он чувствует, что они с Чонгуком стали ближе друг к другу. Парень не отталкивает его, если Тэхён с осторожностью проявляет какие-либо действия. «А если я ему тоже не безразличен?» — такие мысли каждый раз появляются в голове ангела, как и надежда в сердце, когда они, не отрываясь, смотрят друг другу в глаза. И Ви сдерживает порыв, чтобы не прикоснуться к этим розовым губам. А так хочется, особенно когда они так соблазнительно приоткрыты или кончик языка проходится по верхней губе.       Ви каждый раз встречает его с работы, потому что им нравится прогуливаться вместе по ночному городу. И каждый раз видеть счастливую улыбку на его лице — для Тэхёна это дороже всех богатств. Он не осмеливается взять его за руку, но если Чонгук захочет этого сам, он с радостью согреет его руку своим теплом, а пока достаточно того, что они идут рядом, плечом к плечу.       Чонгук не понимает, что с ним происходит в последнее время, но дымка всё чаще появляется перед глазами, и порой это пугает. Он не раз замечал странную большую тень за спиной ангела, и это совсем не человеческая тень. Но всё так размыто, что парень не может понять, что это, не может рассмотреть, потому что глаза вмиг начинают слезиться, если он напрягает зрение, и всё мигом пропадает. И почему эта тень преследует Тэхёна?       Он украдкой поглядывает на Ви, пока тот чем-то занят, и улыбается. Его серьезный взгляд и то, как он поджимает губы, если у него что-то не получается, умиляют. Тогда Чонгук приходит к нему на помощь, и ангел благодарит его, вставая позади. А у мальчишки мурашки пробегают по коже, потому что их тела соприкасаются и теплое дыхание ощущается в области шеи. Это чертовски приятно. И если бы они были не в дружеских отношениях, у Чонгука хватило бы смелости прижаться спиной к его сильной груди и почувствовать его руки на своей талии. Поцелуй в шею — и… парень быстро выныривает из своих мыслей, понимая, что прижимается к нему, но рук Тэхёна на талии нет.       Чимин постоянно следит за Намджуном, он улетает каждую ночь, а возвращается рано утром. Он улетает к тому человеку? У Чимы просто чешутся руки, чтобы выбить правду у создателя. Он уверен — тот мужчина и Намджун были в отношениях, влюблены, и теперь осталось разгадать тайну того, почему создатель так негативно относится к людям? Но если он полюбил того человека, каково было его прошлое, и почему он так поступил с Ви? Может, создатель не так уж и суров, как кажется?       Чимин стоит за колоннами, в мире людей уже глубокая ночь, и он замечает девушку-ангела, что тайком, расправив крылья, улетает. Он знает, что в мире людей у нее есть возлюбленная. Она не первая, кого Чим провожает взглядом, а порой, ради интереса, следит за ними, чтобы узнать, в кого влюблены ангелы.       Намджун не сводит взгляда с Сокджина и наклоняется к нему, чтобы зарыться носом в область за ухом. Мужчина слегка жмется от щекотки и крепко обнимает ангела за шею. Они лежат на диване, и Джин нежится в тепле и мягкости его крыльев, предпочтя их лёгком одеялу. Как жаль, что пока они могут видеться только в определенное время, но ожидание того стоило.       — Джун, я правда так счастлив, что ты рядом… и мы всё разъяснили…       — Я тоже, Джини, — в ответ мужчина целует его в макушку.       — Ты всё-таки создал те ужасные законы… не хочешь вернуть всё назад?       — Пока еще слишком рано… придет время… и я подумаю над этим…       — Но ведь нам больше нечего бояться, столько лет прошло, нам ничто не угрожает…       Намджун тяжело вздыхает и обнимает Сокджина, прижимая к себе.       — Джуни… я очень хочу верить в то, что ты не наделал глупостей… скажи, что я ошибаюсь…       Ангел понимает, о чём говорит его возлюбленный, и оставляет еще один поцелуй, но теперь у виска.       — Я…       — Пожалуйста, Намджун, ведь они не виноваты в том, что любят людей, не делай больно ни своему Миру, ни нашему, отмени наконец-то свой закон… ведь я с тобой…       — Пока я ничего не могу сделать… Ви влюблен в земного мальчишку, и я… — тяжело вздыхает. — Я лишил его крыльев и красоты, теперь он живет на земле… вместе с ним…       Сокджин от услышанного поднимается, серьезно смотря в глаза ангела. Нам не может выдержать его суровый взгляд и отворачивает голову в сторону.       — Ты совсем с ума сошел? Как ты мог так поступить? Ты ведь… можешь всё вернуть назад? — с надеждой в голосе спросил парень.       — Это больше не в моих силах… нам придется только ждать, пока земной человек признается ему в чувствах… по истечению тридцати дней…       — Что? — Сокджин поднимается с дивана и подходит к стойке, наливая себе стакан воды и выпивая его залпом. Он не может поверить его словам, неужели Джун решился на такое? Зачем?       Создатель встает следом и, подойдя ближе, обнимает его за талию, положив голову на плечо.       — Джуни… не мучай их… ведь любовь между человеком и ангелом так хрупка…       — Прости… — шепчет Намджун. Это всё, что остается ангелу, и, развернув мужчину к себе лицом, он проводит ладонью по его щеке и дарит тому утренний нежный поцелуй.