Удержать истину невозможно.

Орленок. Он жил здесь уже год. Маленький щуплый мальчик, который доверился странным монахам. Его обучали, давали еду, кров и смысл жизни. Он больше не занимался взращиванием растений на пустынных землях близ города. Он каждый день встречал первые лучи солнца и шел в крепость от общего района, где расселили детей. Первое время Эмир плыл по течению. Делал, что говорят, помогал по хозяйству, радовался играм и видел, как солнце вновь и вновь давало свое тепло. В каком бы уголке мира ты не оказался, небесное светило следило за тобой, будто бы мать. - Эмир, мальчик мой, подойди сюда. - Из глубины, меж книжных стеллажей, донесся старческий голос. - Да, наставник! - Мальчик с улыбкой бежит по каменной кладке крепости. Он точно знает, где его поджидает старик. Спустя пару мгновений черноволосый ребенок вылетает из-за книг и бежит к столу, где его наставник обложился рукописями. - Вы снова чертите карту? - Эмир с любопытством пытается заглянуть на пергамент, но его рост еще слишком мал. Тогда седой старик в черном халате ухмыляется и берет его на руки, сажая на колени. - Аккуратнее, не смахни чернильницу. - Старик смеется и откладывает перо. - Я почти закончил. Осталось подождать когда краска засохнет и тогда можно брать ее в руки. - Красиво! - Ребенок держится за край стола, восхищенно смотря на лабиринты города, что чертил наставник. - Что это? - Это Акра, Эмир. - Сморщенный палец невесомо скачет по бумаге, указывая куда-то вглубь множества линий. - Здесь стоит часовня. А здесь вход в город. Ребенок большими глазами следит за пальцем, слушая приятный голос старика. Он уже видел карты, разные. Большие и маленькие. Серые, где чернила уже высветились и черные - свежие. - Когда-нибудь ты попадешь туда, и будешь очарован красотой этого места. - Вы там были? - Давно уже. Я перерисовывал старую карту, почти испорченную. Давно я не видел этих стен и их жителей. - А когда я попаду туда? - Эмир оборачивается на месте, цепляясь глазами за мужчину. Глядя прямо в лицо. - Терпение, мой мальчик. - Смеется наставник. Он давно заметил этот яркий блеск желтых глаз. Будто орленок, что желает как можно быстрее взлететь. - Подрасти еще немного, и может тебя возьмутся обучать нашему ремеслу. И тогда ты сможешь выйти за стены Масиафа. - Это долго... - Мальчик расстроен, но быстро забывает о печали. - Зачем вы меня звали? - О, это дело серьезное. - Старик показывает на стопку свитков на краю стола. - Я поручаю тебе отнести их в главный зал. Аль-Муалим попросил принести их, а я не хочу отрываться от дела. - А разве он не будет ругаться за это? - Волнуется ребенок, ведь этот мужчина заменил ему семью, был добр к нему. - Не волнуйся. Я уже так стар, что мне ходить тяжело. Он поймет. А ты получишь благодарность. - Но я ее не заслужил! - Резко и громко отвечает дитя. - Не я писал эти бумаги, а ВЫ! Вы достойны почести, а не я! - Тише, мальчик мой. - Успокаивает наставник. Он кладет свою широкую морщинистую ладонь на затылок ученика. - За свою жизнь я уже заработал уважение. А теперь пора и тебе начать работать над этим. Лишь в поступках можно узнать человека. Ты поможешь мне, старцу, а значит достоин похвалы. Эмир всегда любил задавать вопросы, а старик отвечать на них. Когда мужчина впервые увидел эти янтарные глаза, то понял, что ребенок уникален и его ждет огромное будущее. Он выпросил мальчика себе в ученики и приобрел любящего сына, пусть и неродного. Дитя впитывало все и умело этим распоряжалось. Он привносил в жизнь старца радость, а тот в свою очередь давал знания и воспитывал. На плече мальчика, пришитое к хлопковой рубашке лента, показывала всем остальным, что он ученик писаря, и Эмир носил этот знак с гордостью. Теперь он понимал, что есть и другая жизнь, кроме бесконечной сухой земли и урожая. У него было время читать и познавать новое. Он не вспоминал о родителях, считая, что Аллах даровал ему лучшую жизнь. Так шли дни, за ними года. Эмир рос и набирался знаний. Все знали его как веселого мальчишку с ворохом свитков или книг в руках, очень доброго и умного не по годам. Когда случались спокойные дни, наставник отправлял его в город, что простирался перед крепостью - помогать людям. И тогда дитя дергал сорняки, мололо муку и помогало строить новые дома семьям ассасинов. Он часто видел учебные полигоны, видел как проводятся испытания и сам хотел когда-нибудь стать таким же. Сильным, мудрым и добрым. Он был мал для тренировок, так считал сам. Он был маленьким и худым, будто бы не ел вовсе, на голову или две ниже своих сверстников. Иногда над ним смеялись те, кого уже допустили до обучения. Это еще больше расстраивало мальчишку, но он старался не подавать виду. Наставник говорил, что все это лишь пыль. Таланты бывают разными. И Эмир не был одарен ростом и мышцами, зато он имел прекрасный ум. Именно эти слова всегда всплывали в голове ребенка, когда очередной ученик ассасинов уже получивший разрешения носить белоснежную рубашку без капюшона, пытался опустить его честь. - Не обращай внимание, ты выше этого. - Говорил Аль-Муалим, заметивший однажды подобную картину. Он давно наблюдал за этим ребенком. Эмир... Славное имя... Сильное... Глава крепости наблюдал за ним с первого дня знакомства. Он был... Интересным. Непохожим на всех. И от того привлекал к себе все больше и больше внимания. Даже старшие братья считались с ним. Не трогали его, можно сказать... Уважали его стремления. А дети... Что с них взять... Всепоглощающее желание показать себя лучше остальных заставляло их споткнуться на пути. Тогда наставникам приходилось вновь ставить их на место. Но это дитя изо дня в день показывало, что его дух сильнее, чем кажется на первый взгляд. Ему не требовались встряски. Лишь понимание и поддержка. - Я знаю, но... - Янтарные глаза с грустью смотрели на парящих в небе орлов. - Я понимаю, у меня другие умения, но так хочется иногда превзойти их, показать, что я лучше них. - Не стоит поддаваться этому чувству, Эмир. - Мужчина с седеющей бородой и слепым глазом хмурился. Он присаживается рядом на уличную скамью. - Если поддашься, то потеряешь себя. Становись лучше, но не уподобься им. Показав им свое спокойствие, ты возвысишься над ними. Со временем они поймут, что твоя сила не в мышцах, а здесь. - Аль-Муалим касается указательным перстом лба ученика. - И здесь. - Переводит ладонь к сердцу. - Не позволяй злости, гордости и зависти захватить их. - Спасибо, Наставник. - Благодарит дитя, спрыгивает со скамьи и после поклона убегает в крепость. - Дети... - Лукаво вздыхает мужчина. Ведь он ежедневно видит стычки среди так называемых сильных учеников. Те хотят соперничать, но иногда забываются и может случиться горе. Нельзя терять голову. Нельзя поддаваться порокам. Лишь тогда будет мир. Лишь тогда свет поведет вперед, указывая дорогу.