Гостья из прошлого

      На самом же деле Мэри понятия не имела, какой же должна быть погода в июне в Токио, разве что только могла догадываться, смутно вспоминая школьные уроки географии. С другой стороны, дождливая погода, продолжавшаяся почти непрерывно целую неделю, лишь изредка показывалось солнце, которое после тяжелых, серых и мрачных туч казалось таким неестественно ярким и таким теплым. Такая погода ей не надоедала, несмотря на то, что она уже не в первый раз слышала, как миссис Шайни ворчит, что предпочла бы уже солнечную погоду. Что по этому поводу думал Тайлер, Мэри также не знала, в последнее время он снова стал часто задерживаться и приходить очень измотанным. А все длинные рассуждения о погоде были вызваны заданием господина Судзуки, который до сих пор являлся её учителем японского языка. На завтра он попросил её написать сочинение о погоде, которая была на этой неделе, девушка сразу же после того как проводила учителя, села писать сочинение.       От скучных, спокойных мыслей о погоде, Мэри отвлёк шум в коридоре. Скорее всего, это Белисса снова играет со своими игрушками-мышами, которые максимум выдерживали минут пятнадцать, а за тем надоедали кошке и могли валятся, изрядно потрёпанные и в основном без хвоста, прямо посреди комнаты. Девушка всё-таки решила прекратить издевательство над игрушками, а заодно и создать тишину, которая так была бесцеремонно нарушена, и вышла в коридор, где она увидела следующую картину:       — Что это у тебя? Отдай. Я же с тобой не играю. Немедленно отдай! — Рассчитывать на послушание этой кошки было бы попросту глупо. Белисса, просто так не отдаст свою «игрушку». Миссис Шайни пыталась отобрать какой-то предмет у кошки, Мэри подумала, что это странно и, скорее всего, кошка схватила что-то явно, не слишком похожее на игрушку, по крайней мере, ей так показалось, Мэри не могла разглядеть этот предмет.       — Миссис Шайни, что происходит? — Белисса метнулась от женщины прямо в сторону Мэри, за секунду юная девушка поймала кошку на руки. Белая кошка протестующе зашипела, но даже не думала отдавать похищенный ею предмет, зато смогла потерять его, и почищенный предмет упал и маленькая крышечка разлетелась. Нет, однозначно этот предмет не принадлежал животному. Но даже если кошка и стащила что-то, всё-таки это не повод быть столь взволнованной. Если, конечно, этот предмет не являлся таким важным (Мэри этого не знала). Что же это было? Волнение которое так явно отразилось на лице миссис Шайни, Мэри казалось столь странным, переводя взгляд с женщины на только что разбившейся предмет, который женщина, только громко ахнув, так спешно принялась собирать. Однако Мэри успела разглядеть эту вещь, этот предмет, как ей показалось, был похож на какой-то жучок, или ещё что-то тому подобное. Подобные устройства ей, к счастью, доводилось видеть только в каких-то детективах.       — Что это? — Кажется, Мэри задала вполне разумный для себя вопрос, и даже, кажется, не допустила ни одной ошибки, что бы получить на него разумный ответ, но то, что она услышала от женщины разумным ответом быть явно не могло.       — Нет-нет мисс Мэри, не думайте об этом, не беспокойтесь. — Затараторила женщина.       — Что? Не беспокоиться о чём? — Не поняла девушка.       — Господин Осгуд запретил мне говорить с вами о чем-либо серьёзным, для вашего же блага, что бы вы не волновались, разрешил только на такие несерьёзные темы, о погоде… — Оправдывалась женщина. А после чего ещё раз извинившись спешно удалилась, оставляя действительно очень ошарашенную Мэри наедине с кошкой, которая до сих пор вырывалась из её рук, потому что Мэри была не в силах что-то сделать, она едва осознавала, что вообще её держит.       Мэри осталась растерянно стоять в коридоре совершенно непонимающим взглядом провожая женщину, наблюдая за тем как она уходит, до тех пор, пока полы её длинной тёмно-лиловой юбки в мелкий цветочек, не исчезли за углом. Как завороженная, Мэри всё ещё уставившись в одну точку, смотрела в то место куда исчезла женщина. То ли любопытство, то ли ещё что-то двигало девушкой, но она отпустив наконец кошку, не вернулась в комнату, а осторожно прокралась следом за миссис Шайни.       Осторожно выглядывая из-за угла и заметила женщину. Миссис Шайни только что поставила свою чёрную кожаную сумочку из которой только что взяла свой телефон. Сумочку женщина поставила на стол, явно даже не обратив внимания куда ставит, ведь сумочка стояла на самом краю и могла в любой момент рухнуть на пол.       Мэри осторожно прокралась дальше. В ванной комнате раздался шум специально сильно включённой воды. Обычно, так делают когда не хотят чтобы кто-то подслушал разговор (по крайней мере так было в фильмах). Обычно так делают в детективных фильмах, в жизни Мэри, по крайней мере до этого момента, с подобным сталкиваться не приходилось. Миссис Шайни очень взволнованна и приглушённым голосом, говорила по телефону, она обращалась к мистеру Осгуду, однако Мэри пришла слишком поздно, и ещё из-за шума воды тоже не могла из услышанного сделать ровно никакие выводы, ведь она успела услышать всего навсего одну фразу, которая, к сожалению, ничем не смогла ей помочь:       — Нет-нет, мистер Тайлер… Кажется это очень-очень важно…       Сумочка, оставленная женщиной на краю стола, так некстати свалилась на пол затем, когда шум воды резко прервался. Мэри скорее отпрянула от двери и шмыгнула в первую попавшуюся ей на глаза дверь, стараясь бесшумно закрыть её за собой.       Сколько Мэри здесь прожила, но ещё ни разу не была в этой комнате. Просто в этом никогда не было необходимости. К своему ужасу, несчастная шпионка по чистой случайности оказалась в спальной комнате самого мистера Осгуда.       Чувствуя, что она как будто бы очень жёстко нарушила какое-то очень важное правило. Переступила ту границу, которую не должна была переходить. С другой стороны она уже успела натворить куда больше страшных вещей. Ей самой было очень мерзко на душе, от осознания того как подло она поступает, из-за всей этой лжи, о которой она так сильно сожалела. Тем не менее, всё ещё неосознанно держась за дверную ручку, Мэри осматривалась в комнате, раз уж она сюда так попала… Впрочем, ничего такого особенного в комнате то и не было. Как и большинство, комнат в квартире она была такой же светлой и просторной, панорамные окна, кстати, тоже выходили на ту же сторону парка, что и из комнаты, которая с недавних пор стала её. Большая кровать из какого-то тёмного дерева, впрочем Мэри в этом не разбиралась, на прикроватном столике лампа, часы, какой-то исписанный раскрытый блокнот, шкаф из из тех же породы дерева, что и кровать, ещё одна дверь, куда она вела Мэри не знала, низкий стеклянный столик…       Подождав ещё какое-то время за закрытой дверью, Мэри нерешительно приоткрыла её. Робко оглядываясь по сторонам и не заметив женщину Мэри, надеясь что она осталась незамеченной, и как можно осторожнее прошмыгнула обратно в свою комнату.       Вернувшись в комнату, Мэри и вовсе отказывалась что-либо понимать. Она совершенно ничего не понимала! Совершенно! Она даже засомневалась, а было ли сейчас действительно то, что было, было ли это на самом деле? Она снова чувствовала себя невероятно беспомощной, а ведь всего пару минут назад всё было более или менее спокойно. По крайней мере, её жизнь здесь становилась спокойней, она постепенно стала привыкать к происходящему, привыкать к человеку который приютил её у себя, она конечно и не надеялась что дословно знает этого человека, вернее она его совсем не знает…       Всё это, всё что происходило с ней всё это время, казалось самым настоящим бредом. Всё, начиная со второго марта две тысячи пятидесятого года. Все её беды начались именно в тот день. Эту дату ей сообщили ненамного позже, и надо сказать это стало ещё одним, сильным ударом, который она совсем не хотела признавать, по-крайней мере так было поначалу, а за тем она смирилась с этим фактом, также как смерялась перед неизбежности плохой погоды. В тот день она разом потеряла всё: всё что так любила, потеряла спокойствие, потеряла дом, потеряла родных и даже потеряла свой мир, и всё это продолжалось и по сей день. Себя она чувствовала, без преувеличения, как героиня самого плохого детектива. И может быть, она ещё отказываясь до конца принимать тот факт, что и эта, если её можно назвать стабильной, стабильная жизнь рушилась, и она буквально чувствовала как всё то, что с ней было до этого, как песок ускользало сквозь пальцы, а она пыталась его так отчаянно удержать. Она посмотрела на свои руки, сейчас бы она не удивилась, если бы действительно увидела как сквозь её пальцы сыпется этот песок. И снова этот хрупкий покой, который она так мечтала обрести рушился. Ещё больше нагнетая мрачных мыслей, редкое солнце снова скрылось за тёмные, чёрные, тяжёлые тучи.

***

      Когда миссис Шайни позвонила Тайлеру, он уже собирался пораньше уходить с работы, чтобы по дороге заглянуть в кофейню «Морской волк». Звонок от миссис Шайни сильно встревожил Тайлера, она бы не позвонила просто так, значит, случилось что-то очень серьезное.       Да, действительно, эта женщина знала, кто он на самом деле. Знала его не только как руководителя научно-исследовательского отдела в компании его брата, но и знала его как создателя «Контрразведывательной организации». Во-первых это являлось необходимостью. А во-вторых, Тайлер предоставил женщине выбор: она могла уйти, ведь у неё были дети, две дочери, она уже тогда осталась без мужа, а её дочерям, как было известно мужчине, было тогда всего лишь пятнадцать и семнадцать лет, они ещё учились в школе. Он сам пообещал найти для нее новую работу, а до тех пор содержать ее и ее детей. В Японии безработица стала одной из самых глобальный проблем, огромная конкуренция, сокращения. Правительство хоть и пыталось скрыть этот факт, так портившей репутацию страны как одной из самых передовых в мире, но количество претендентов на ограниченное число рабочих мест увеличивалось, а вероятность реального трудоустройства всё уменьшалось.       Немедленно отдав несколько распоряжений мистеру Янгу, Тайлер как можно скорее вышел из здания Тайни Орбит, безумно напряженный, думая только о том, как бы поскорее добраться домой. Он ехал как можно быстрее, он явно получил не один штраф за превышение скорости, но тогда все это было неважно, он вообще об этом не задумывался.       Он так торопился, что, кажется, даже поставил автомобиль не на своё парковочное место. И это было совершенно неважно, он думал о только о том чтобы как быстрее добраться до квартиры. Как именно он поднялся в квартиру, он не помнил. Женщина ждала его на кухне. Когда он практически вбежал в комнату, миссис Шайни сидела за столом, крепко сцепив руки в замок. Она тоже выглядела очень взволнованной. Значит, за ним следили. Все это время они следили. Как долго, кто и как смог пронести этот маленькое, всего несколько дюймов в длину, такой маленький предмет нелегко заметить. Кто мог это сделать? Тайлер стоял, тяжело дыша, держа в руках маленький жучок для прослушки. Кто? Никого постороннего в доме не было и не могло быть. Кто был последним в его доме?       Понимание того, что нужно было делать пришло не сразу. Тайлер крепко сжал устройство для прослушки в кулак и сразу же направился к выходу. Мужчина также быстро унесся прочь, так же как всего пару минут назад появился в квартире.

***

      — Что случилось? — Услышав голос Тайлера, Мэри прошла в гостинную. Его она там не застала, но зато в комнату вошла миссис Шайни, которая была необычайно бледной. Завидев Мэри, женщина постаралась сделать совершенно беззаботный вид и даже попыталась натянуто улыбнуться. Конечно же Мэри это заметила, и почти сразу же догадалась, что случилось, что-то очень-очень нехорошее.       — Ох, мисс Мэри, всё в хорошо. — Сказала женщина, но видимо она была сильно взволнована, что её голос невольно дрогнул.       Мэри кивнула ей в ответ, и кивнула в ответ своим мыслям. Сама девушка внутри чувствовала невообразимое количество смешанных чувств. Если эта женщина и знает что здесь происходит, то она не скажет. Не стоит набиваться к ней с расспросами. К Тайлеру? А хочет ли она услышать ответы на эти вопросы? А ведь она даже не понимает какие вопросы ей нужно задавать? А нужно ли? Хочет она их задавать? Нет. Не хочет, ни задавать никаких новых вопросов, не получать никаких новых ответов. Потому что боится? Боится, но сама не знает чего ей боятся. Вся суматоха началась из-за того предмета. Что это? Рация, жучок или ещё что-нибудь тому подобное? Она понятия не имеет что это за предмет. Она понятия не имеет что здесь происходит. И знать ей этого совершенно не хочется.       Не хотела она никаких тайн и загадок, вот бы сейчас, в эту самую минуту просто исчезнуть, испарится отсюда, из этого странного места, где те люди, с которыми ей так не посчастливилось встретится ведут себя так странно с ней. Все эти люди жили и живут здесь своей обычной жизнью, как и всегда жили, а она в эту жизнь никак не вписывается, даже не хочет, и не особо пытается. Почему именно она заслужила таких мучений! Что она за свои пятнадцать лет такого совершила, что вынуждена страдать в этой тюрьме!       — Всё в порядке, миссис Шайни. — Мэри притворно улыбнулась заверяя женщину, что её слова чистая правда. Однако, сдаётся, рыжеволосой девушке, что женщина ей не поверила, хотя ничем она старалась этого не выдавать.

***

      Примчавшись, как можно скорее к торговому центру Токио, Тайлер немедленно спустился на секретную базу, которую сам же и основал уже почти год назад. Штаб-квартира секретной организации находилась под торговым центром Токио, скрытая от посторонних глаз, и самое главное от Киллиана Кайдо — бесспорно ужасного, алчного и жестокого человека, который ради собственной выгоды пойдёт на самые ужасные преступления. Он умело манипулирует людьми использует их слабости, заставляя их работать на себя, тех же кто пытается помешать ему, либо подкупить, либо запугать, либо убрать.       Чтобы продолжить то дело которым занимался его отец, не только о том, о котором постоянно твердит Дэймон, не только компания. Отец противостоял Кайдо — одному из самых влиятельных людей в правительстве, прекрасно осознавая, цену которую он может заплатить за ту справедливость, которую он сам мечтал восстановить. Хотел, чтобы страна, которой он предан всем сердцем процветала, хотел чтобы в ней не было места для людей подобных Киллиану Кайдо. Мечтал, чтобы его дети могли жить в честной и великой стране, чтобы будущее в котором жили бы его сыновья было мирным, чтобы люди забыли слово «война»… За то, что он хотел лучшего будущего для своей страны и своих детей, за то, что боролся с такими преступниками как Киллиан Кайдо, за это он заплатил своей жизнью.       Тайлер поклялся отомстить этому ужасному человеку за отца, пусть Дэймон отсиживается за кордонами охраны, пусть делает вид, что ничего не замечает, пусть твердит, что его — Тайлера, настигнет та же судьба, что и их отца. Но разве это означает, что нужно прекратить эту битву, ту что начал отец и ту что обязан продолжить его сын?       Его отец — Шейн Осгуд, не был коренным японцем, что впрочем, никогда не отражалось на его патриотизме, он до последнего вздоха был верен своей стране, верен Японии, — стране которую он так любил, и так ей гордился. Он был иммигрантом и по происхождению кельтским ирландцем, иногда, отец даже шутил, что он больше японец чем ирландец.       На секретной базе «Контрразведывательной Организации», всегда были сотрудники. База всегда охранялась и никогда не оставалась без присмотра. И сейчас, когда минуты, пока он спускался на много ярдов, вниз под землю, тянулись так медленно, Тайлер продолжил размышлять.       Разумеется, они разрабатывали планы не только по преследованию Киллиана Кайдо. Он и в самом деле, был? к сожалению, не единственный человек способный на преступления. Но если то были какие-то мелкие наркоторговцы, мошенники, воры разводившие людей, и по сравнение со «Сторонниками Новой Зари» они были даже почти «безобидны».       Как только устройство было передано в руки сотрудников, с этого момента всё теперь зависело от команды К.Р.О. На организацию работали специалисты высокого уровня те, кому была не безразлична дальнейшая судьба их страны. Теперь Тайлеру оставалось только ждать результатов, только тогда можно будет принимать решение — что делать дальше. Юная девушка Эри Сано забрала из его рук это устройство, ещё недавняя выпускница, была одной из самых молодых сотрудников, ей было всего двадцать один год. Тайлер знал каждого сотрудника К.Р.О. в лицо, их биографии, даже собирал информацию на их родителей, по мере необходимости. В команде К.Р.О. было ровно двадцать девять человек считая его самого. Они значительно уступали «Сторонникам Новой Зари» и в количестве, и по уровню технологий, они не имели крупных спонсоров, в отличии от их врагов. Президент компании «Камия» — Тогр Колле, оказывал, в том числе значительную финансовую поддержку «Сторонникам Новой зари», но делал это, надо сказать, тоже далеко не по доброте душевной.       «Тайни Орбит», компания, которая при всех достоинствах компании Колле, всё же во многом превосходила её. К тому же компания возглавляемая когда-то его отцом, была ещё также известна как первая компания в лаборатории которой появился первый LBX. Но не смотря на все заслуги и далеко не бедное положение самого Тайлера, он не мог похвастаться таким же состоянием. Так же технологии используемые «Тайни Орбит», могли соперничать с технологиями «Камии», но помощи от компании как таковой не было, Дэймон ни за что не позволил бы использовать технологии его компании.       «Мы не можем смешивать личную месть и дела компании…» — вечно твердил он.       Нельзя сказать, что помощи от компании не было, но если она и была, то была получена только благодаря тайным путями, в обход вездесущего Дэймона. Конечно, он знал об этом, никто не мог сделать и шага, чтобы Дэймон не знал. Конечно, он знал и об тайном использовании технологий его компании в целях «К.Р.О.», но по какой-то причине он закрывал на это глаза или делал вид, что не замечает этого.       Часы, а может, скорее всего и дни понадобятся для того, чтобы определить, что это за устройство, возможно, даже удастся узнать какие данные они уже успели заполучить, куда они были переданы…       Тайлер не сразу задался этим вопросом, но теперь, он думал почему жучок установили именно у него в квартире, а не например на его машине, разумеется Киллиану Кайдо было известно, какой у него автомобиль, это было бы проще ведь автомобиль всегда стоит на подземной парковке в доме, не легче было бы установить устройство там? Но ещё было кое-что. Как кто-то смог проникнуть незаметно в его квартиру? Почему только один «жучок»? Ему предстоит обыскать квартиру и поискать их ещё. И машину, к слову, тоже стоит проверить.       Тайлер решил подняться наверх. На самую крышу торгового центра. Вообще-то это было запрещено в целях безопасности, но у него несмотря на это был туда доступ. Иногда, он поднимался туда на крышу, где сам себе казался маленькой точкой в этом огромном городе. Ему нравилось когда ветер приятно обдувал лицо. Тот самый ветер, который гнал прочь все эти тяжелые тучи, которые иногда, казалось, навсегда закрывали небо, но ветер всегда гнал их прочь, но ни один ветер не мог разогнать тяжесть на душе Тайлера. О том, что Тайлер сюда время от времени приходит знал только один человек— Рен Хияма. Честно говоря, он узнал об этом случайно, когда Тайлер в очередной раз поссорился с братом. После каждой ссоры он сильно переживал и приходил сюда чтобы успокоится. Однажды, здесь его и нашёл его друг как, впрочем, и сейчас…       — Так и думал, что найду тебя здесь. — За спиной Тайлера раздался размеренный холодный баритон, который заставил его обернуться. — Ты часто сюда приходишь. — На что Тайлер нечего не потрудился ответить.       —Тайлер, ты не думал о том, кто мог это сделать? —Осторожно спросил Хияма.       —Думал. Я не знаю, Лекс. В доме не было никого постороннего. —Мужчина совсем отчаялся.       — Тайлер, ты не думал о Мэри. —В груди Тайлера что-то неприятно похолодело, Мэри действительно до сих пор оставалась ему посторонним человеком. Нет, это вздор, нет не она, однозначно, не она, даже на секунду нельзя было допускать подобной мысли.       — Что ты имеешь ввиду? — Тайлер убрал руки от лица, чтобы посмотреть на мужчину, который выдвигает такие абсурдные предположения.       — Ты меня понял. Не заставляй меня озвучивать, то что ты не хочешь слышать. —Лекс говорил спокойным и по-прежнему холодным, чуть отстранённым голосом, таким как будто бы он говорил вовсе о пустяковых вещах, а не обоснованно обвинял человека.       — Как ты можешь обвинять её. Ты её даже не знаешь. — Возражал мужчина.       — Как хорошо ты знаешь её? Неужели ты так уверен, что она не на их стороне? Как ты вообще смог оформить над ней попечительство? Как она вообще появилась в твоей жизни? — Продолжал давить Лекс, скорее всего даже не надеявшийся получить ответы хотя бы половину из них.       — Прекрати, не начинай снова ссору. — Попросил Тайлер.       —Нет, Тайлер, ты ответишь мне на мои вопросы.       —Хватит! Тебя это не касается! — Тайлер в бешенстве ударил по бетонной перегородке, Лекс по-прежнему отнесся к этому с прежнем холоднокровием.       —Почему тебя это злит?       —Я отвечу на твои вопросы. Не сейчас, потом.       —Я спрашиваю тебя о ней вовсе не из любопытства и не потому что мне так хочется с тобой ссорится. Пойми она всё равно является посторонним человеком, а даже если она не имеет отношения к «Сторонникам Новой Зари» она тоже подвергается опасности.       — Что ты хочешь знать?! Ты ведь уже выведал каким-то образом что она кем она мне приходится? Что ты ещё хочешь знать? —Устало сдавшись, может быть потому что не было сил спорить или снова врать.       — Как она появилась в твоей жизни? Кто она?       — Всё я прекрасно понимаю. —Он устало потёр переносицу и тяжело вздохнул, собираясь с силами и мыслями, отвёл глаза в сторону стараясь не смотреть на своего собеседника, разглядывая маленькие пробегающие мимо машины Тайлер Осгуд подумал, что он расскажет Лексу сейчас, а что ни он, ни кто-то ещё никогда не узнает, а затем продолжил, углубляясь в собственные воспоминания. — Три месяца назад я н-нашёл её на обочине дороги, потом привёз её в больницу. А когда я приехал туда на следующий день, узнать о её состоянии… Она пришла в себя наследующий день, но она сказала, что ничего не помнит. Она говорила по-английски, она иностранка, совершенно не знала ни слова по-японски. Что я должен был тогда сделать?       — Как так вышло? —изумился Лекс, то что ему только что сказали, было последним, что он ожидал сейчас услышать.

———

02.03.2050       … Три месяца назад, это было начало марта, в Японии почти никогда не бывает минусовых температур и тот день был прекрасным. Если бы он тогда знал какое событие его ждёт этим вечером. Он навсегда запомнил тот день, запомнил его до самых мельчайших подробностей… Тот день он не забудет никогда…       …На дороге фигура, одна, в холодном свете фар кажется вовсе призрачной, он никогда не забудет её. Сколько потом раз ему придётся просыпаться среди ночи в холодном поту, сколько страшных ночных кошмаров он ещё увидит, сколько он метался ночами на смятой постели, часами смотрел на стынущие синевой окна, вставал, листал какую-то книгу, совершенно не понимая, что там написано, потом снова ложился в кровать, и он прекрасно понимал, что заснуть ему всё равно не удастся.       Медленно, трясущимися руками, открывает дверь машины, на таких же негнущийся ногах добредает до тельца на обочине дороги, проверяет пульс на шее… В тот момент у него самого сердце пропустило удар, но с каким облегчением забилось снова, когда он почувствовал под своими ледяными пальцами едва заметный пульс. Сначала он не верит и сам, затем осторожно поворачивает к себе голову убирает рыжие волосы с лица. Совсем ещё юная девушка. Видит струйку крови тянущееся от виска. Сначала рука тянется к карману брюк, нужно вызвать скорую, но он принимает решение отвести её в больницу сам, пока приедет медицинская бригада, возможно, уже будет поздно. Стараясь аккуратно приподнять девушку, берёт на руки, несёт до машины. Как он доехал до ближайшей больницы, сам он совсем не помнит. Следующие воспоминание, только, как уже в больнице, когда он заносит её на руках, как её тут же забирают из его рук, сразу же увозят. Он остаётся один… 03.03.2050       … На следующий день, он уже утром приезжает на такси, до той самой больницы, в которую, он вчера же отвозил девушку. Едва находит какую-то медсестру, останавливает её спрашивает «Где та девушка, что привезли вчера ночью?» Ему отвечают: «Второй этаж, спросите у лечащего врача». Он помнит этого врача, он остался вчера, пока врач не подтвердил, что девушка будет жить, он говорил с ним вчера ночью… Сегодня же он тоже находит его… Только узнав номер палаты, он отправляется туда. Медсестра, что в тот момент меняла капельницу, говорит ему, что девочка ещё не приходила в себя. Он сидит здесь же в палате, сам не знает зачем он это делает, просто сидит у кровати и ждёт. Рассматривает болезненно-бледное лицо, яркое пятно тёмно-рыжих волос, которое так ярко выделялась на белой подушке. Так проходит час за часом, уже когда он собирается уходить последний раз подходит к палате, посмотреть на лежащую на кровати девушку. Она только приходит в себя, старается приподняться, ей не позволяет этого медсестра, потом женщина выбегает из палаты, зовёт врача. Никто не обращает внимания на Тайлера как будто он тень. Он и сам себя чувствует тенью.Сам хочет растворится как тень в этом воздухе.       Он рассматривает её не отводя глаз, и тогда уже чувствует, что-то не так. Она выглядит напуганной. Когда выходит доктор он сообщает: «Она ничего не помнит, она потеряла память…» Тайлер ещё раз, на тот день последний раз смотрит на неё, в тот момент их глаза первый раз встретились, широко распахнутые, большие, карие, только он поймёт это позже, тогда он, этого, кажется, не заметил… 04.03.2050       Как оформить документы на опеку взрослому мужчине над пятнадцатилетней девочкой? Если есть немаленькие деньги и не такое возможно. Так безымянная несчастная девочка за один день стала Мэри Тайлер Осгуд. Да, он заплатил кучу денег, чтобы задним числом на него оформили девочку. Как он решился на такой по меньшей мере идиотский поступок, до сих пор и сам не осознаёт. Просто тогда он поступил так, совершенно не понимая почему он это делает… Как ему хватило безрассудства решиться на такой поступок? Но, потом отступать было поздно: необходимые документы у него уже были. Теперь он был обязан забрать девочку из больницы.       Девочку, по имени Мэри Осгуд.

— — —

      — Значит, она ничего не помнит? — Рен Хияма до сих пор не мог поверить услышанному. Мужчины ещё какое-то время стояли на продуваемой всеми ветрами крыше торгового центра. Повисшее между ними молчание только разбавлял гул холодного ветра, который нещадно забирался под одежду и леденил кажется даже сердце. — Поэтому ты её скрываешь? — Но на этот вопрос Тайлер не стал отвечать, поэтому Рен принял молчание за ответ.       — Это очень странная история, даже не верится, что подобное может быть правдой. — Вслух рассуждал Хияма, но так чтобы слышал Тайлер, который до сих пор не то, что не сказал ни слова, даже не смотрел на него, было видно как он крепко держит руки за спиной, костяшки пальцев побелели, может быть от пронизывающего ветра, может быть от напряжения. — Значит, ты сам пошёл на преступление? Ты подкупал людей чтобы стать для неё попечителем?       — У меня не было другого выхода, по-другому мне бы её не отдали. Я не совершил ничего плохого. — С трудом выдавил из себя мужчина.       — Что ты дальше собираешься делать? — Хияма продолжил задавать вопросы, на которые уже так давно жаждил получить ответы.       — Не знаю. — Честно признался Тайлер. — Что я теперь могу сделать? Если она что-нибудь вспомнит и я смогу найти её родителей, то верну её им.       — А если нет? Может быть такое, что она никогда ничего не вспомнит? Что если ты не найдёшь её родителей?       — Может. — Спустя какое-то время подтвердил Тайлер. — Тогда она останется со мной, другого выхода нет.       — Ты не хочешь нести такую тяжелую ношу, верно?       — Не в этом дело. Ей будет лучше со своими родителями, чем со мной. Она страдает со мной, я это знаю. Знаю, как она плачет по ночам. Как она кричит во сне, от мучавших её кошмаров. В конце концов, она меня боится, а я ее жалею. Я ничем не могу ей помочь. — Тайлер обернулся, чтобы посмотреть в лицо Хиямы, но его глаза застилала пелена невыносимой боли, недосказанности, тяжёлого бремени лжи, которое столько времени копилось в нём.       — Если она останется с тобой, тогда ты не сможешь её скрывать. Дэймон знает?       — Да.       — Ты рассказал ему? — Лекс был искренне удивлён этим, про непростые отношения братьев ему было известно.       — Нет, его люди следили за мной и за Мэри, так он узнал о ней. — Пояснил Тайлер.       — Ты рассказал ей о К.Р.О.?       — Нет.       — Ты же понимаешь, что если она останется с тобой, то она рано или поздно узнает о К.Р.О.?       — Нет. Она ничего не узнает. — Уверенно сказал Тайлер.       — «Сторонники Новой Зари» могут навредить ей, могут воздействовать на тебя через неё, ты сам знаешь это в их манере подчинять себе людей через их близких. Если у Киллиана Кайдо в голове хотя бы промелькнёт мысль, что эта девчонка тебе дорога, даже если это не так, даже если он узнает о её существовании, они запросто могут навредить ей, не думаю, что ты настолько жесток и допустишь подобное. Ты сам прекрасно знаешь, они воздействовали так и на профессора, через его жену и сына.       — Я смогу защитить её, если понадобится. — Закончил этот бессмысленный разговор Тайлер, больше он не собирался его продолжать.       — Не сможешь. Пока есть Киллиан Кайдо и его приспешники, пока есть люди подобные ему, все мы перед ними беззащитны. — Эти слова Тайлер если и услышал, то сделал вид, что их и не было.       — Спасибо вам, миссис Шайни, что остались с Мэри. — Тайлер говорил осипшим голосом выглядел он замученным, и только его глаза выражали эту благодарность. Сам он только что вернулся домой. — Уже поздно, я вызову вам такси. Не беспокойтесь я заплачу.       — Я вам жизнью обязана. — Женщина говорила как и обычно спокойным и ровным голосом. — Но на последок, уже стоя в дверях, женщина обернулась к Тайлеру, она хотела сказать ещё что-то, что-то очень важное, то что не решилась сказать сразу, зная упрямый характер мистера Осгуда.       — Я не могу вам указывать, но лучше будет если вы всё расскажите вашей племяннице.       — Нет. — Отрезал мужчина, тон его голоса сразу же стал холодным. — По-крайней мере сейчас она нечего не узнает.       — Вам виднее, но в любом случае, она девушка не глупая, рано или поздно она будет догадываться, что есть то, о чём вы ей не говорите.       — На это мужчина ничего не ответил, миссис Шайни тоже ничего больше не сказав, ушла.       — Я многого ей не говорю, не говорю больше чем вы думаете. У меня от неё есть ещё тайны и пострашнее этой. — Тайлер ещё с минуту постоях у двери, снова собираясь с силами, каждый раз снова и снова он подвергался настоящей пытке, смотреть в глаза этой девочке, которой он врал каждый день, с того проклятого дня, со второго марта две тысячи пятидесятого года…