Навечно с ними

      Боль. Глухая и невыносимая. Луффи и не думал, что Тич может быть настолько силен. Вокруг одна лишь тьма, Монки ничего не видит. Тело как будто опустили в воду, невозможно пошевелить и пальцем. Луффи ухмыльнулся. Пусть он не смог отомстить за брата, но Королем Пиратов все же стал.       Его команда сейчас находится в полной безопасности, и это главное, а все то, что может произойти с самим Мугиварой его не волнует. Умрет? Ну и пусть. Луффи всегда мечтал лишь о двух вещах: стать Королем Пиратов и сделать своих накама счастливыми. Остаться в живых никогда не было одной из них. Наоборот, умереть, защищая любимых, было лучшим способом покинуть этот мир. Жаль, что он не сможет увидеть их в последний раз.       Луффи прикрыл глаза, улыбаясь во весь рот, готовый отправиться в последний путь. Если умирать, то с музыкой. Новый Король Пиратов терял сознание. Но даже сквозь тяжёлую пелену, Монки все же слышал родной голос, который звал его своим привычным "Мугивара-я", просил не умирать и в очередной раз признавался в любви. "Прости, Торао, я не смогу сдержать наше обещание." Это было последнее, что Луффи заставил себя произнести. Дальше его разум полностью погрузился во тьму.       Трафальгар держал на руках тело любимого человека и не мог поверить, что даже его способность не может ему помочь. Луффи умирал. Его сердце уже почти не билось. Для Ло Мугивара стал смыслом жизни, и потерять его сейчас стало бы равносильно смерти.       Смерть? И правда. А почему бы и нет, Луффи? Тебе не за что извиняться, глупый. Ведь это не ты не сдержишь обещание.       Трафальгар прижал к себе тело паренька в соломенной шляпе, последнее что он хотел слышать был медленный стук любимого сердца.       В пустой комнате эхом раздалась одна единственная фраза, полностью изменившая мир.       "Пространство. Операция вечной молодости".

***

      Прошло много лет, но Луффи никогда не забудет, как проснулся совершенно невредимым, а рядом лежал бездыханный Трафальгар. Как Монки не теребил тело возлюбленного, не звал его, Торао не двигался. Горе, охватившее тогда Мугивару, не знало меры. Молодой парень потерял последнего родного человека. На ватных ногах он поднял безжизненное тело хирурга и отправился обратно к команде. Накама. Если бы не они, Луффи бы просто сошел с ума. Только благодаря песням Брука, рассказам Нами, Робин и Усоппа, дружеского плеча Зоро, потрясающей кухни Санджи и волшебных успокаивающих настоек Чоппера, новый Король Пиратов хоть как-то оправился.       - Давно не виделись, Торао, - сказал паренёк в соломенной шляпе, присев напротив могильной плиты, - ты не против, если я немного поболтаю? Надеюсь, что нет, - паренёк ненадолго замолчал, но вскоре продолжил, - Я скучаю. Столько лет прошло, а я до сих пор безумно скучаю. Некоторые говорят, что время лечит. Не верь им, Ло, те, кто говорят так, обманывают. Оно ни черта не лечит, только делает больнее. Прошло уже чуть меньше века после того, как тебя не стало. Неделю назад, - голос Луффи дрогнул, - Неделю назад умер Чоппер. Он стал великим врачом, его имя знает чуть ли не каждый. Нами умерла десять лет назад, Зоро и Санджи ушли практически за ней. Усопп и Робин скончались ещё через два года. Фрэнки... Честно, я не знаю, что с ним. Остаётся лишь надеяться, что он ещё жив. Так что остались только мы с Бруком. Ребята ушли, не печалясь ни о чем, если тебе интересно. Нами нашла достойного человека, и у них родилась очаровательная дочка. Усопп вернулся к себе на родину, Санджи с Зоро открыли свой собственный ресторан, Робин прославилась как самый известный археолог. Так что, у нас все хорошо, Торао, ты можешь не переживать, - опять минутная пауза, - Но, Ло, все было бы намного лучше останься ты жив. Я так люблю тебя, - предательская слеза скатилась по щеке, и Монки быстро стёр ее костяшками пальцев, украшенных надписью "ALIVE", - безумно люблю. Думаю, ты был бы счастлив, если бы я сейчас рассказал тебе, что влюбился, создал семью и живу припеваючи. Но, прости, я не могу этого сделать. Торао, ты для меня единственный. Был, есть и будешь. Навечно.       Паренёк аккуратно положил на плиту онигири, сделанные Рю, сыном мечника и кока, и, развернувшись, пошёл прочь с кладбища.       - Я тоже буду любить тебя вечно, Мугивара-я, - прошептал ветер. Луффи резко обернулся, но никого не увидел.       - Тогда договорились, Торао, - улыбнулся Монки, - но это обещание ты обязан сдержать       Живы остались только он и Брук, но они не одни. Их друзья останутся с ними. Их любимые останутся с ними.       Навечно.