Whataya want from me?

Да-да, можете кидать в меня камнями, я знаю, что проды не было ужасно долго... Но у меня четыре недели назад началась учеба и идет в таком темпе, что я нахожусь в состоянии "зомби" круглые сутки. Я постаралась возместить долгое отсутствие главой почти на 10 страниц, если вас это, конечно, порадует. Так же, спешу сообщить, что меняю рейтинг фанфика на NC-17, так как в моей голове зреют коварные планы хо-хо-хо и P.S. Поскольку, очевидно, времени у меня в обрез, я подумываю над тем, чтобы начать выкладывать короткие главы, но относительно регулярно (1-3 дня). Как лучше: длинные но раз в две недели или короткие, но раз в несколько дней? - Чанель, ну, что ты опять здесь забыл? – уже по привычке недовольно проворчал я. Прошла неделя. - Я пришел проверить, выполняют ли мои сотрудники свою работу! – Чанель подошел к кассе и облокотился о прилавок, наблюдая за мной. Уже целую неделю он приходит сюда каждый день и просто смотрит. Но смотрит как-то по-другому, не так, как раньше. Теперь я вижу его почти круглые сутки и уже кажется совсем привык ко всем его странностям. Только этот новый взгляд не дает мне покоя, и я думаю о нем даже ночью. Этот странный темный блеск и манит, и велит бежать. Какой же вариант правильный? - За неделю так и не удостоверился? – я вышел из-за прилавка, прихватив стопку книг. Привезли новую партию и нужно было расставить все по своим местам. И где только Лухана носит, когда в магазине дел невпроворот?! Я бродил меж стеллажей, а Чанель следовал за мной. - Нет, вдруг ты работаешь только когда я рядом, а когда меня нет, забиваешься в угол и читаешь? Помнится, до нашего знакомства ты так постоянно делал. До нашего знакомства… Кажется, это было так давно, хотя прошло всего-то ничего. И все-таки тогда от сейчас отделяет какая-то пропасть: тогда я был один, а сейчас у меня есть Чанель, дом, друзья, работа. Все изменилось. Я изменился. - Но с тех пор много, что изменилось. Когда ты в последний раз видел, чтобы я так делал? – я поставил очередную книжку на стеллаж. - Ну, - парень задумался. – И правда, теперь ты читаешь только на ночь. - Теперь у меня слишком много дел, теперь у меня есть жизнь, - я посмотрел на корешок очередной книги и со вздохом потянулся к самой верхней полке. К сожалению, моего роста не хватало и пришлось бы, наверное, идти за табуреткой, если бы не Чанель, который перехватил мою ладонь и помог задвинуть книгу на место. Он прижался ко мне сзади и не спешил отпускать руку, даже когда его помощь была уже не нужна. Он ничего не говорил, но его сердце бешено стучало. Как и мое. Я понимал, что если не оттолкнуть его или хотя бы сделать вид, что в этом нет ничего такого, и ускользнуть, то я могу быть раскрыт. Чанель может узнать, что его прикосновения вызывают во мне какие-то странные чувства, а это означало бы конец. Чанель – это просто Чанель. Для него такое поведение нормально, но я-то себя знаю. Такого никогда раньше не было. Только вот именно сейчас я так не хотел его отталкивать. На протяжении всей недели мне удавалось успешно освобождаться от объятий и прикосновений, но не сейчас. Скрипя зубами, я сделал было шаг в сторону, опуская руку, но меня резко потянули на себя и прижали к стеллажу. Чанель сейчас был так близко. Он продолжал молчать и лишь смотрел на меня тем самым гипнотизирующим взглядом: будь со мной…беги…будь со мной…беги… Я не знаю, чего я ждал. Не знаю, зачем затаил дыхание. Только Чанель вдруг рассмеялся и схватил меня за нос: - Эх ты! Что, клевал носом яичницу сегодня? Чего он желтый у тебя? Я смутился и на всякий случай еще раз потер нос, чтобы уж наверняка избавиться от столь неуместного обстоятельства. - А еще спрашиваешь, чего я прихожу каждый день! Да за тобой глаз да глаз нужен! – он потрепал меня по волосам и направился обратно к прилавку, по дороге продолжая разъяснять мне, какой я невнимательный, рассеянный и т.д., и т.п. Странно, раньше никогда за собой такого не замечал. - Слушай, Бекки, может, возьмешь в четверг выходной? – внезапно стал серьезным Чанель. - Зачем? – я выглянул из-за стеллажа и заметил складку на лбу парня, которая появилась от того, что он слишком хмурил брови. – Не хмурься. Тебе не идет. Чанель отвлекся от своих мыслей и широко улыбнулся. - А так идет? – спросил он, нарочито медленно поправляя челку. - Ой, нет! Уж лучше хмурься дальше, - подыграл я, содрогаясь. - Да ну тебя, - надулся парень. – В любом случае, возьми в четверг выходной. Или даже не так – я даю тебе выходной, вот! - Ты мне причину скажешь или нет? – я нетерпеливо постукивал пальцами по переплету книги, которую уже давно нужно было поставить на место. - Может, все-таки дашь мне шанс сделать сюрприз? - Ни за что! – отчеканил я и легонько хлопнул Пака по голове той самой книжкой. Кажется, это был какой-то дешевый роман. Чанель вздохнул: - В четверг у меня скачки, - он сделал паузу, ожидая от меня какой-то реакции, возможно даже воплей восторга, но я не повел и бровью. Естественно, я то уже давно все разузнал у Тао, и кстати говоря, все еще был обижен, что сам Пак мне ничего не сказал до этого момента. – Это очень важное для меня событие - можно сказать, новый уровень – и я надеюсь, что ты придешь. Я сделал вид, что серьезно размышляю над его просьбой. Хотя ждал этих скачек чуть ли не больше него самого: - Хм, тогда да, наверное, нужно взять выходной. Но кто будет следить за магазином? - Во-первых, еще есть Лухан, - по голосу чувствовалось, что Чанель оскорбился моим отношением. Так тебе и надо, в следующий раз будешь мне первому рассказывать! – А во-вторых, он сказал, что может позвать Сехуна, чтобы тот помогал… - О… Ну, короче, можешь смело закрывать магазин на весь день, так как чем-чем, а вот работой они здесь точно заниматься не будут! – я беззлобно хмыкнул, уже давно привыкнув к любвеобильности этой парочки. Если они звали меня куда-нибудь с собой, я уже заранее знал, что придется нацепить лицо «я не с ними» и держаться в радиусе трех-пяти метров, не меньше. Иначе я получался очень третьим и очень лишним. Но гулять все равно шел, потому что что-то в них и в их отношении друг другу меня неумолимо притягивало. Да и не с одним же Чанелем все время гулять. Так и очанелеть недолго… - Да? – Чанель почесал затылок. – Ну да, наверное, ты прав. Придется закрывать… - Или же я могу остаться… - конкретно забавлялся ситуацией я. - Нет-нет! Закроем, это вообще не проблема, но ты должен быть со мной в этот день! - Зачем? – я заигрался и разошелся, но уже не был уверен, что хочу знать ответ. Я имею в виду настоящий ответ. Фантазии это или нет, но мое богатое книжное прошлое с недавних пор подсказывало мне, что какая-то странная у нас с Чанелем дружба, неканонная. Я смело слал это самое прошлое в топку, добавляя что-то вроде «детка, очнись, это же реальность», но вот тут внезапно меня дернуло «а вдруг?». - Зачем? – снова-снова этот взгляд! – Странно, что ты спрашиваешь… - Чанель наклонился так, что его лицо было совсем близко к моему, и провел двумя пальцами по скуле, от чего по коже тут же разбежались мурашки. – Ты же мой друг! – как обычно, за секунду поменяв тон, настрой, смысл и выражения лица, радостно оповестил меня Пак, на что я обреченно вздохнул. Отчего-то каждый раз, когда он так делал, оставался неприятный осадок незавершенности и разочарования. Пора завязывать с романами, а то так и свихнуться можно. В конце концов, я – обычный парень, а не героиня в поисках принца на белом коне! Ох, зря это я про принца и коня вспомнил… POV Tao Ситуация заходит в тупик. Все оказалось куда сложнее, чем кто-либо из нас представлял. Весь план летел коту под хвост, но действовать в открытую было бы самым последним безрассудством. Отчего все так закрутилось? Между этими двумя не должно было ничего зарождаться. Как между ними вообще могло что-то зародиться, когда… Хотя да, Бекхен же не знает. В прочем, не исключено, что и Чанель тоже, но он знает о другом, и это не менее ужасно. Бедный Бекхен. Его предадут уже во второй раз, и все по вине одного и того же человека. Иногда меня просто до дрожи пробирало схватить его за руку и рассказать все, даже если бы он не хотел слушать, но я не мог так поступить… Тогда ситуация из предательства и грязного бизнеса могла бы превратиться в кровопролитие. Я пытался намекать, но этот Кай просто вездесущ. Очевидно, свою роль он знает прекрасно: письма до Бекка не доходили, звонки проходили мимо. Я тяжело вздохнул и, потирая ноющий висок, набрал уже выученный наизусть номер, прислоняясь спиной к подоконнику. - Привет… - я целый день ждал момента, когда, наконец, удастся поговорить с ним без слежки и свидетелей. - Привет, - на том конце трубки устало улыбнулись. – Ты как? - Делаю все, что в моих силах, но ситуация конкретно выходит из-под контроля… - Нет, не то. Не хочу больше об этом ничего слышать. Я так устал, перебирая бумаги и возможные варианты, обзванивая людей, которым на все это глубоко плевать… Поэтому расскажи мне про себя. Как ты? - Но, Крис… - упрямо начал я, но меня перебили. - Как ты? Я сдался и сел на подоконник, прислонившись головой к стенке. - Я устал. Очень. - Я тоже… Ты уже освободился? Мы с тобой давно никуда не выбирались. Нужно развеяться. - Я всегда свободен. Вопрос только в том, что может произойти в этом доме в мое отсутствие, - расслабляться было нельзя. - Не сегодня, еще рано. Он не станет делать этого сегодня, - уверенно ответил Крис. - С чего ты так решил? - Он влюблен. Какой влюбленный захочет ломать крылья счастью, которое еще даже не побывало в его объятьях? - Тогда уж лучше бы это случилось сегодня… - Ему нужно полное доверие Бекхена. Иначе никак. А Бекхен, насколько я понял, еще в себе не разобрался. - Ладно, собирайся, я выезжаю, - я спрыгнул с подоконника. Крис был прав – еще рано. Бумажки могут подождать до того, как наступит правильный момент, а этот самый момент в отношениях Бекхена и Чанеля еще точно не наступил. Одного я никак не понимал – как Пак собирался уговаривать парня? Какую лапшу готов был повесить на его уши, лишь бы получить долгожданную свободу? А как же его чувства к Бекхену? Неужели, он готов будет отказаться от него, лишь за отдельный дом и лошадок? Нет, лошади у него прекрасные, но Бекхен стоит гораздо большего. Влюбить в себя, а затем использовать и бросить… Надеюсь, у Чанеля есть план поумнее и побезболезненнее. POV Бекхен Что. Я. Здесь. Забыл. Я стою на пороге какого-то клуба и упорно пытаюсь вспомнить, каким образом меня сюда занесло. Отродясь по клубам не ходил. Точнее не так – меня туда просто-напросто не пускали. Но больше меня контролировать некому, и Чанель, воодушевленно скалясь, тянет меня внутрь. *часом ранее* - Простите, но через пятнадцать минут мы закрываемся, - картинно кашлянул я, наблюдая за реакцией зачитавшегося Чанеля. Должен сказать, что застать его за подобным занятием мне удавалось редко, но оно того стоило: спокойное лицо, сосредоточенный взгляд, плавные движения… Словно полная противоположность обычного Пака. - Ах, да-да, уже ухожу! – парень засуетился, вскакивая с дивана, а я не удержался и захихикал. - Тебе смешно, значит? – надулся Чанель, осознав, что его надули. - Ага, - продолжал смеяться я. – Непривычно видеть тебя читающим. - Зато я еще ни разу не видел тебя развлекающимся другим способом… - задумчиво протянул Пак, а потом в его глазах вдруг заплясал недобрый огонек. - Ой, нет… Что ты задумал? - Раз уж я твой мир уже видел, почему бы тебе не заглянуть в мой? – он хитро прищурился. - Что-то как-то не хочется… - начал пятиться к двери я, уже предчувствуя, что спасения нет. – Давай, домой лучше. Я сварю супчик… - Я дам тебе попробовать супчик покрепче, пойдем! – Чанель схватил меня за руку и потащил к машине, на ходу гася в магазине свет и останавливаясь, только чтобы запереть дверь. А я мысленно молился пережить эту ночь без приключений. Не помогло. *настоящий момент* В клубе тесно, жарко, громко, пахнет сигаретами, потом и одеколонами. Не самое радужное начало. И это, как выразился сам Чанель, его мир. По-моему, мне стоит пересмотреть причины, по которым я с ним так сблизился, - что-то я явно напутал. Но меня уже тащат к барной стойке, периодически оборачиваясь и пытаясь что-то до меня донести, активно жестикулируя. Прости, Чанель, но я пока не научился читать по губам, рукам и другим частям тела. Разве что барабанные перепонки остро давали понять, что моему телу это место не по душе. - Два, как обычно, - кричит Пак бармену и в ответ получает уверенный кивок. Так вот где этот парень напивается ночами! Не исключено, что и когда не приходит ночами, тоже здесь зависает. А может и не здесь, а в отеле, с какой-нибудь девицей, которую точно так же угощал своим «два, как обычно» ранее той же ночью. Внутри неприятно ёкнуло то ли от отвращения, то ли еще от чего, но я поспешил отогнать от себя неприятные мысли, в который раз за день, а то и за неделю, радуясь, что я парень. «Сехуну это когда-то не помешало…» - как бы намекает подсознание, но на себе чужие шаблоны применяешь в последнюю очередь. Обычно, когда уже поздно, и правдой окатывает, как из ведра. - Держи, - Чанель протягивает мне пузатый бокал с какой-то фиолетовой жидкостью и выжидающе смотрит. Выглядит это, мягко говоря, несъедобно, но нельзя же так разочаровывать парня, поэтому я принимаю напиток и аккуратно пробую. Все оказалось намного лучше, чем я ожидал, поэтому одним глотком я не ограничился, отхлебывая чуть ли не половину за раз. - Воу, - удивленно выдыхает Пак. – Похоже, я чего-то о тебе не знаю. Скажи, ты на самом деле заядлый тусовщик, а при мне просто притворяешься? - Да нет, я первый раз в таком месте, - и только после того, как ответил, я почувствовал, как что-то ударило в голову и мир будто куда-то поплыл. Кажется, я ошибочно определил градус того напитка. - Я так и думал. Ну, дружище, начал ты смело! Пойдем, покажу тебе, зачем люди сюда вообще приходят, - Чанель слез с высокого стула, а в моем мозгу будто включилась замедленная съемка, и все его движения начали казаться слишком плавными. Я мотнул головой, прогоняя наваждение, а в следующую секунду уже обнаружил себя в центре танцпола, зажатым между дергающимися телами. Чанель передо мной тоже начал двигаться в такт музыки, и я неосознанно начал прислушиваться к ритму. Почему-то больше не казалось, что все это невероятно глупо, более того, тело само рвалось двигаться в такт, отдаваясь воле диджея. Я закрыл глаза и позволил себе расслабиться. Первый раз за не знаю сколько времени просто расслабиться и не думать ни о чем. Благо, фиолетовая жидкость очень эффектно способствовала отсутствию мыслей. Не знаю, сколько прошло времени, и что я такого делал, но когда доиграла очередная мелодия, и я, наконец, открыл глаза, передо мной стоял Чанель и смотрел неотрывно, шокировано. Он в момент сократил между нами расстояние и горячо зашептал в самое ухо: - Обманщик, где ты научился так танцевать? – это был не просто шепот, это был горячий, влажный шепот. У меня внутри все перевернулось. Пусть я и парень, но на такое не среагировать было тяжело. Я пожал плечами и хотел уже ускользнуть на безопасное расстояние, страшась больше за Чанеля, чем за себя, но вдруг заиграло что-то относительно медленное, и этот придурок притянул меня к себе еще ближе, обвивая руками за талию. Помнится, раньше я уже обещал себе не пить, так как ничего хорошего из этого в прошлый раз не вышло, но нет, я явно не тот человек, что учится на своих ошибках. Так вот, я объявляю второй раунд «сделай что-нибудь такое, от чего будешь краснеть, когда протрезвеешь» открытым. Казалось бы, я должен был закатить истерику по поводу того, что меня выставляют в очень странном свете да еще и посреди танцпола, но именно сегодня мне было параллельно на чужое мнение. Не без помощи волшебного напитка, естественно, а так же чужих рук, нагло блуждающих по моей спине, кончиками пальцев играя на нервных окончаниях. Горячее дыхание жгло висок, разгоняло кровь, заставляя сердце сокращаться все чаще. Безрассудство густело в воздухе и, наконец, когда Чанель запустил свою ладонь в мои волосы и слегка оттянул их, у меня словно что-то щелкнуло в голове – я припал к столь манящей меня шее и начал остервенело покрывать ее поцелуями, слегка покусывая в местах, где проступали вены. Пульс Чанеля зашкаливал сильнее моего, и осознание этого не давало мне опомниться и остановиться. Меня отстранили и снова куда-то потянули. Затем вжали в стену и вдруг остановились в нерешительности. Я не знаю, что так снесло мне крышу алкоголь или его сбившееся дыхание, но я резко притянул Чанеля к себе за шею и нагло толкнулся в его рот языком. Вот так, без прелюдий, яростно изучая его, исступленно сплетаясь языками. Чанель отвечал страстно, иногда окончательно лишая воздуха, а его руки медленно спускались по моей груди, цепляя пуговицы кончиками пальцев. Я не знаю, сколько бы продолжалось наше забвение, если бы Чанель не положил вдруг свою ладонь на мою ширинку. Резко до меня дошло: у меня стоит. Стоит на парня. А там и по нарастающей: я сейчас с этим парнем самозабвенно целуюсь, я сам все это спровоцировал, а еще этот парень – Чанель. Я оттолкнул от себя ничего не понимающего Пака и несколько секунд смотрел на него, с ужасом убеждаясь, что ничего не придумал и это действительно происходит. Чанель опомнился первым и хотел было что-то сказать, но я сорвался с места и помчался в сторону, в которой, по моим расчетам должен был быть выход, а вслед мне донеслось довольно громкое «Черт!». POV Чанель Я сорвался. Не смог удержать себя и, похоже, все испортил. Он же явно не был к такому готов, это все алкоголь, который я сам же в него и влил. Дурак. Какой же я дурак! Теперь он не захочет меня видеть. Черт. Черт! ЧЕРТ!! Рука дико саднила, похоже, я ободрал ее, когда попытался выместить злость на неповинной стенке. Расталкивая потные туши, я побрел к выходу из клуба, но не дошел, потому что кто-то схватил меня за запястье. - Как тесен мир, - проорали за моей спиной. Я обернулся и увидел перед собой Сехуна. – Что, Ромео? Упустил свою Джульетту? - Как ты… - только и смог выдохнуть я. - Развернули такую драму и думали, что никто не видит, что ли? Да только вас все сейчас и обсуждают, - Сехун хмыкнул, а я готов был под землю провалиться. - Черт… Черт!! – в который раз зашипел я, хватаясь рукой за волосы. - Чанель, да у тебя вся рука в крови, - ужаснулся О. – Пойдем-ка отсюда, нужно обработать твою рану, а заодно серьезно поговорить, - меня снова схватили за запястье и потянули за собой. – Я уже даже рад, что пришел сюда сегодня. Я смотрел стеклянным взглядом на то, как перекись брызжет пеной от соприкосновения с моей кровью, и становился сам себе противен. Почему-то во всем сейчас виделись какие-то параллели – будто это и не перекись вовсе, а Бекхен. Я горько усмехнулся, наблюдая за тем, как Сехун пытается забинтовать мою кровоточащею руку в то время, как перекись тонкой струей по большому пальцу спешит скатиться на землю. - И что мне теперь делать? – прохрипел я голосом, севшим от криков злости и сигаретного дыма. – Я все сломал. - А было, что ломать? – Сехун закончил с бинтом и присел рядом на холодные ступеньки. Мы сидели одни на набережной, освещаемые мигающим фонарем, и вдыхали холодный ночной воздух. Парень зашуршал пакетом, а потом протянул мне банку пива. Я благодарно кивнул, принимая в ладони холодный алюминий. - Не было, - спустя какое-то время ответил я и разбавил тишину звуком открывающегося пива. Сехун открыл свое следом. - Значит, ты ничего не ломал, - он отхлебнул и замолчал, рассматривая состав. – Какая гадость, - в итоге заключил он, отставляя банку. - Сойдет, - я уже делал второй глоток. Снова молчание. - Ты ничего не ломал, - повторил Сехун, на этот раз поворачиваясь ко мне лицом. – Ты положил начало. Я приподнял одну бровь и тоже повернулся к нему. - Я не буду наставлять тебя на путь истинный и давать советы, так как не знаю, что именно между вами происходит, но… - он снова отвернулся от меня. – Я могу рассказать тебе одну историю, - он опустил взгляд. – Когда-то, не так давно, один парень рискнул всем, что так долго строил, и признался человеку, которого любил. Он совершенно не был уверен в том, что ему ответят взаимностью, но если бы не попытался, скорее всего, ничего бы не изменилось, никогда. Потому что тот второй человек - не ты. Он мыслит по-другому. У него свои страхи и убеждения. Просить кого-либо пересмотреть свои убеждения можно лишь тогда, когда уже знаешь, как это – переступать через свои. Тот парень признался и тем самым дал понять, что ради дорогого ему может пойти против принципов, страхов и убеждений, он подал пример. Конечно, все не случилось сразу же, но, постепенно, тот второй парень тоже смог. И только тогда у них все получилось. Счастье редко дается задаром, Чанель. - Спасибо, - я похлопал Сехуна по плечу, в свою очередь, пытаясь применить на себе чужую историю. – Надеюсь, у вас и дальше все будет хорошо. Сехун слабо улыбнулся. - Будет, - кивнул он. – До тех пор, пока мы будем прислушиваться друг к другу и заботиться друг о друге, у нас все будет хорошо. - Ты прав… Ты прав, - я снова хлебнул пива и запрокинул голову, мысленно уговаривая себя, что и у нас все будет хорошо. Я найду выход из той ситуации, в которой мы так закрутились. Я что-нибудь придумаю, Бекхен. Я не могу допустить, чтобы тебе было больно. Ни физически, ни морально. Они все были правы – я слишком привязался к тебе. Я больше не подхожу для того, чтобы выполнить данное мне задание, но никому нельзя об этом знать. Я все исправлю. Я защищу тебя, Бен Бекхен. POV Tao - И все-таки, в этом месте подают самую лучшую говядину, - я нетерпеливо поглядывал на кусочек мяса, шкварчащий на мини-сковороде. - Не могу не согласиться, - слегка улыбнулся Крис, болтая трубочкой в стакане с колой. - Зачем ты заказал колу? Мы же собирались выпить. - Я за рулем, - недовольно скривился парень. - Ну так, закажи такси, в чем проблема-то? - я пожал плечами. - Ты мне денег на такси дашь? – ехидно поинтересовался Ифань. - Деньги на бензин же у тебя откуда-то берутся, вот ими за такси и заплати, - показал ему язык я. Давно мы так не выбирались. Я уже начал скучать по нашим дружеским перепалкам. С тех пор, как Крис получил работу адвоката, мы вообще стали редко видеться, и только его новое дело снова нас объединило. Так получилось, что Чанель искал конюха, а Крису нужен был свой человек в доме, и тогда он вспомнил обо мне. Как говориться, не было бы счастья, да несчастье помогло. - Слушай, - я убедился, что парень обратил на меня внимание. – Может, просто расскажем все Бекхену? – Крис нахмурился и перестал играться с трубочкой. - Ты же знаешь, у нас есть строгие рамки. Стоит нам ляпнуть что-нибудь, что в них не входит, и можно с уверенностью ожидать, что мы отправимся вслед за его родителями… Я поежился. - Но почему так? Неужели недостаточно доказательств вины того человека? Почему нельзя просто подать в суд? – вопросы сыпались из меня потоком, хоть я и знал ответы. Но я так устал. Так хотел, чтобы все, наконец, закончилось. - Доказательств действительно мало, но это не единственная причина. Деньги, Тао. Деньги и власть в этом мире куда сильнее доказательств. Именно поэтому наша цель, не довести дело до суда, а успеть донести до Бекхена то, что от него изначально не имеют права скрывать. На счет подробностей же… Я считаю, что ему будет лучше никогда о них не знать, но, увы,…боюсь, правда неизбежна. - Ты, как всегда, прав, - я вздохнул. – Но, черт побери, как же хочется, чтобы ты ошибался! Крис понимающе хмыкнул и махнул официантке, чтобы та принесла пива. - С тебя деньги на такси, - парень скрестил на груди руки, а я улыбнулся. - Засранец. POV Бекхен Я не помню, сколько времени брел по темным улицам, но, когда опомнился, обнаружил себя в местах, которые еще не так давно считал самыми родными. Видимо, задумавшись, я машинально побрел дорогой, ведущей к моему дому. Теперь уже не моему, конечно, но язык не поворачивался назвать его по-другому. Судя по тому, что у въезда не стояло машин, а окна покрылись толстым слоем грязи, дом так и не купили. Это было странно, ведь на такие дизайнерские дома обычно огромный спрос. Да и к тому же, из того, что мне объяснили, получалось, что родители не успели оставить завещание, а потому, на правах какой-то сделки и задолженности на крупную сумму, вся собственность моего отца после его смерти должна была перейти его партнеру. Я никогда в это особо не вникал. Конечно, мне было обидно, что я не только лишился родителей, но и всего, что напоминало бы мне о них, но деньги никогда не были для меня на первом месте. Единственное, что я и правда хотел бы вернуть, так это наш дом. Говорят, мало кто любит жить в домах, где меж стен бродят воспоминания об утерянных людях, но я всегда был не таким, как все, и эти воспоминания сейчас были мне необходимы. Я еще раз оглядел заброшенный дом. Внезапно, безумная идея поселилась в моей голове. Она подпитывалась нежеланием объясняться с Чанелем, поздним часом и тем возбуждением, что поселилось в моей крови, так и не найдя выхода. Я огляделся и, убедившись, что на улице никого нет, скользнул за калитку. Крадясь к задней стороне дома, я надеялся лишь, что в этом доме, действительно, ничего не изменилось. Встав напротив окна гостиной, я еще раз оглянулся, а затем надавил на раму с правой стороны. Окно жалобно скрипнуло, но поддалось. Я ликовал. Легко забравшись на подоконник, я скользнул внутрь дома, чихая от поднявшейся пыли и прикрывая лицо рукой. Ничего не изменилось. Все было точно так же, как в день, когда я кинул своим родителям неразборчивое «пока» перед уходом в школу, тогда еще не подозревая, что это будет последнее, что я им когда-либо скажу. Я побрел между комнат в сторону своей спальни. Нужно было подняться наверх, и я ступал очень аккуратно, чтобы поднять как можно меньше пыли. В моей комнате тоже все было по-старому, только комод был открыт и из него беспорядочно торчали вещи. «Искали документы» - предположил я. Меня это особо не волновало. Я подошел к своему столу и с тоской посмотрел на фотографии в рамках: казалось, прошло уже так много времени. Еще немного поковырявшись с бумажками на столе, я повернулся к кровати. Очевидно, спать на столь толстой подушке из пыли было нельзя, поэтому я решил хотя бы снять покрывало. Аккуратно свернув, я положил его на пол, мимоходом заглядывая в окно и решая, стоит ли открывать его на ночь. Определившись, я повернул пластиковую ручку и с силой распахнул окно настежь. Свежий вечерний воздух ударил в лицо, а с улицы еще доносились звуки города: машины, музыка, голоса. По моим подсчетам было уже не меньше двух часов ночи, но, видимо, для горожан это было только самое начало веселья. Я вздохнул и принялся стягивать с подушки наволочку. Избавив себя от пыли, насколько это было возможно, я скользнул в холодную кровать, блаженно щурясь и поджимая ноги, чтобы быстрее согреться. Возвращение в родной дом принесло спокойствие и умиротворение, успокоило разбушевавшийся пульс, но стоило мне закрыть глаза и попытаться провалиться в сон, как воспоминания о недавно произошедшем вновь захлестнули мой мозг. Картинки с бешенной скоростью проносились перед глазами, превращая все в немой кинематограф. Места, которых касался Чанель, жгло, во рту до сих пор ощущался чужой язык, жадно толкающийся все глубже… Черт! Я распахнул глаза и вцепился в свои волосы, превращая прическу в полное подобие последствий какого-то взрыва. Не исключено, что моего мозга, потому что каждый раз, когда я пытался найти объяснение своим действиям и реакциям, он выдавал ошибку программы. Я вспомнил, как Чанель медленно спускался своими руками по моему торсу, и зашипел. Встал. Опять! Мне уже один раз пришлось сегодня избавляться от той же проблемы, спрятавшись за углом какого-то здания и, уж чего-чего, а повторения мне точно не хотелось. Я стиснул зубы и уткнулся в подушку, надеясь тихим криком разрешить все проблемы и непонимания. Как глупо. Я не стал понимать себя больше ни на миллиметр, и проблемы мои, естественно, никуда не исчезли. Тихо ругаясь, я закрыл глаза и положил руку на свою разгоряченную плоть. Гребанный Чанель – думал я, начиная медленно двигать рукой, слегка сжимая пальцы у основания. Почему у меня из-за тебя стоит?! В голове вновь возникли все те же образы, и когда дошло до момента, где Пак кладет руку на мою ширинку, я не сдержал глухой стон. Как же меня это бесило. С того самого момента, как Пак обнял меня тогда на кухне, со мной начало твориться что-то непонятное. Я стал одновременно бояться и ждать прикосновений этого парня, разрываясь на части и ненавидя себя за то, что не мог определиться. Мне не должно было это нравиться. Я не должен был об этом думать. Я не должен был в принципе заострять на этом внимание! Но у меня не получалось… И стоило мне немного ослабить контроль над сознанием, как тело раскрыло все, что я так старался скрыть. Что теперь обо мне думает Чанель? Было бы проще, если бы он оттолкнул меня, но он ответил… И еще как… Я закусил губу и запрокинул голову, тяжело дыша. Сдерживать стоны становилось все труднее. Хоть меня и не мог никто услышать, но я боялся, что если позволю себе стонать, это будет равносильно поражению. «Это была ошибка, Чанель…» - начал планировать я свою речь, вспоминая его горячее дыхание на своей шее. – «Не подумай ничего такого… Это все алкоголь, понимаешь? В трезвом уме я бы никогда…» - лжец. Какой же ты лжец, Бен Бекхен. В моей голове язык Чанеля снова терзал мой, а его руки начали спускаться по торсу, цепляясь пальцами за пуговицы… Черт. Я изогнулся и простонал его имя, изливаясь себе в руку и пачкая простынь. Я простонал его чертово имя. Я убью тебя, Пак Чанель. Что ты со мной сделал?! Я поднялся и нерешительно побрел в ванную за полотенцем, удрученный открывшейся правдой: я хочу его, этого придурка Пак Чанеля. Пока не знаю, почему и зачем, но хочу. И ничего радужного мне эти мысли не сулили. Я проснулся рано, за окном еще только начинало светать. Именно на это я и рассчитывал, надеясь ускользнуть из дома незамеченным. Я машинально побрел в ванную, чтобы умыться, но потом вспомнил, что это уже не мой дом, да и воды, собственно, как и электричества, здесь давно нет. Удрученный фактом, что не удастся даже нормально проснуться, я прошелся по всем комнатам, восстанавливая в голове привычный когда-то образ. Спустившись вниз, я прошел в прихожу. На полу под дверью лежала гора писем и газет. На секунду засомневавшись, стоит ли это делать, я решил, что раз эти бумажки все равно никто не читает, то мне можно хотя бы посмотреть. Я присел на корточки и начал перебирать конверты. В основном это были письма моему отцу от коллег, или же письма соболезнования от дальних родственников. Я безжалостно откидывал и те и другие в сторону без особого интереса. Не найдя ничего интересного, я уже собирался подняться и направиться на выход, но мой взгляд зацепился за цветной конверт, который я еще не успел осмотреть. Я поднял его и посмотрел на адресата: Ким Минсок. Кому: Бен Бекхену. Я не мог поверить своим глазам – Сюмин! Сколько лет, сколько зим! После смерти родителей я окончательно потерял с ним контакт. Я поспешил открыть конверт, обрадованный внезапным письмом от друга детства. «Привет, Бек! Еще помнишь меня? хехе Да, это я, Сюмин! Куда ты пропал, мой друг сердечный? Стоило мне уехать на полгода заграницу, как по приезду о тебе уже ни слуху ни духу. Что-то случилось? Я звонил, но ты не доступен, я даже отправлял тебе электронные письма, но ты ни разу не ответил… Надеюсь, дело не во мне?  Я ездил на зимнюю смену в «Четырехлистник», но тебя там не было, да и вожатые ничего не знают. Только вот адрес твой дали, так как помнят, что мы с тобой всегда ни разлей вода были. Надеюсь, у тебя все в порядке и ты получишь это письмо! Если ты еще помнишь своего старого друга Сюмина, позвони на этот номер: (***)*******. Я буду ждать! Кстати, в начале июня я переезжаю в твой город!! Ты удивлен? Мы же всегда об этом мечтали, помнишь? Поступить в один универ и вместе снимать квартиру. Я поступил, Бек. Я правда это сделал! Я поступил на литературный, как мы и собирались. Я не знаю, что случилось, но я буду ждать тебя, Бекхен, мой самый лучший друг. Скучаю, Сюмин» Я еще раз перечитал письмо, растирая одной рукой кожу у затылка и невольно хмурясь. - Столько всего произошло, Сюмин… - сказал я вслух, будто он мог меня слышать. После смерти родителей я ушел в себя и совершенно забыл о своем друге, хоть мы и дружили с самого детства. Было стыдно за себя, но с другой стороны я знал, что Минсок поймет. Я был рад, что он переезжает, да еще и буквально на днях, но был совершенно неуверен, что все будет так, как было раньше. Все изменилось, я изменился. У меня больше нет дома, нет денег, чтобы оплачивать университет… Да у меня ничего нет, кроме работы в магазине, диплома об окончании школы, горстки вещей и Чанеля. Последний же служил неотъемлемой частью моей жизни, будь то крыша над головой, работа или дружеская поддержка. Ну, или не дружеская. Я уже не знаю. Я запутался и старался отложить мысли об этом в самый дальний угол. Во всяком случае, я сомневался, что рядом с Сюмином смогу быть прежним Бекхеном и что другу понравятся изменения, которые произошли со мной. Конечно, наверняка и Сюмин изменился. Как-никак прошло полтора года. Так что момент нашей встречи меня пугал. Не хотелось рушить те счастливые воспоминания, которые ассоциировались у меня со временем, когда родители еще были живы. Я поднялся с корточек и достал мобильник, чтобы забить в него номер Минсока. Вчера я предварительно выключил его на случай, если Чанель начнет названивать, не обнаружив меня дома. И правда, стоило экрану озариться ярким светом, как он тут же завибрировал, оповещая о пропущенных сообщениях и звонках. 10 звонков от Чанеля, 2 от Сехуна, 1 от Лухана. Четырнадцать сообщений и все от Чанеля. Я вздохнул, быстро сохранил номер Сюмина и снова выключил телефон, чтобы Пак не успел воспользоваться моментом, когда «контакт снова в сети». Нужно было уходить, я и так слишком задержался в этом доме. Хотя начать, наверное, нужно с того, что я даже не имел права в него пробираться. Я сунул в карман джинс письмо и направился к заветному окну. Пора было возвращаться в мой новый дом, хоть я и боялся сейчас того, кто ожидал меня там. Или же себя, который не знал, что скажет в свое оправдание.