kill me from the inside

— Я не самоубийца. Мне просто нравится делать себе же больно. Так приятно видеть когда собственная кровь течёт по руке, зная что это ещё не самый глубокий надрез. Самое лучшее впереди. Когда я первый раз взялся за лезвие, я подумал, что это будет очень больно…так и было…но эта боль сразу же поменялась на приятную. Я захотел ещё и ещё. Я делал себе надрезы на руке и когда мои друзья увидели это, они начали расспрашивать за глубокие и не очень раны и за шрамы. Я не хотел ничего отвечать им, что я такой мазохист и просто сказал, что мама завела кошку и она не сильно любит. Они поверили. После этого, я стал носить кофты с длинными рукавами, а резать себе уже начал бёдра…это намного приятнее, чем на руке. Алая жидкость течёт по всей ноге и ты смотришь на это и улыбаешься. Это как наркотик. Один раз попробуешь- больше не остановишься. Вот и я. Не остановился. Я начал резать себе даже плечи и ступни. Как я тут оказался? — начал смеяться нервно парень в смирительной рубашке, смотря на своего психолога, который вызвал его на беседу.- моя мама увидела в ванной, как я причиняю себе боль и увезла меня сюда. Она подумала, что я опасен для общества. Сколько я тут уже… 5 месяцев? Мне тут совсем одиноко…когда вы меня снова отпустите домой? Когда? — говорил парень, словно скоро заплачет, шмыгая носом, ведь целую ночь он сидел под открытым окном, смотря на небо, даже не думая ложиться спать. — Чангюн, ты скоро поедешь домой. Но ты должен перед этим пройти реабилитацию, она скоро закончится и ты будешь снова у себя дома, но сначала ты должен выпить таблетки. — психиатр лет сорока подставил маленькую тарелку с разными таблетками, которые даже не лечат молодого парнишку, а просто его калечат. — Когда ты выпьешь ты можешь идти к себе в палату и скоро поедешь домой. Чангюн неуверенно взял горсть таблеток в одну руку, а в другую стакан с водой, смотря на своего врача с какой-то надеждой. — Правда? Я могу тогда уехать домой? — Конечно, просто выпей. — врач говорил очень тихо и расслабляющее, чтоб пациент чувствовал себя уверенно. И парень всё сделал, как сказал доктор: выпил сразу все таблетки, запивая водой. Голова сразу же начала кружится, а разум начал мутнеть. /Год назад/ На улице стоял мороз и праздник всех влюбленных: 14 февраля. Все парочки сидели в кафе или в ресторане. Вот и молодой парень, возраста 18 сидел в уютной кофейне в центре города, ожидая своего парня, чтоб подарить заветный подарок на который он работал 4 месяца. Это был новый микрофон для студии звукозаписи Чжухона. Он всегда говорил при Чангюне про него. И чтоб исполнить его мечту, маленький мальчик работал кем угодно, спал лишь по часу в день, но купил этот подарок, чтоб подарить его своему любимому. «опаздывает что-ли…» — Чангюн нервно посмотрел который час на своём телефоне. Уже было 17:13, а парни договорились встретиться ровно в пять часов вечера. Чангюн уже выпил две чашки американо, всматриваясь в окно, чтоб найти знакомый силуэт своего любимого. И он находит. Высокий, рыжеволосый парень, что именно это отличало в этот пасмурный день от всех людей- ярко рыжие волосы. Парень снова взглянул на экран телефона, чтоб проверить как он выглядит, поправляя уже отросшие волосы, ведь когда-то Чжухон сказал Чангюну, что хочет видеть его с длинными волосами, и он это запомнил. Поэтому начал отращивать их на протяжении 4 месяцев. Вот уже долгожданный момент, когда рыжеволосый заходит в кофейню и уверенным шагом идёт к брюнету, присаживаясь рядом с парнем. Не обняв, хотя он это делает постоянно. — Гюн, нам надо сейчас серьёзно поговорить. — Чжухон поднял взгляд на растерянного парня, который явно не понимал что происходит и что за серьёзный разговор. — Нам нужно расстаться. Пойми, наши отношения уже не те. И не нужно тут истерик и просьб снова быть вместе и всё в этом роде. Мы можем быть просто хорошими друзьями, ведь ты мне серьёзно очень сильно дорог, но иметь отношения с тобой я не хочу. Прости. Если ты хочешь перестать со мной общаться — дай мне просто это знать, ладно? — Всё нормально, хён. Я готов быть твоим другом, как раньше. — голос парня явно дрожал, но он старался говорить более уверенным голосом, при этом выдавить из себя хоть какую-то позитивную эмоцию. — мне пора, хён. Пока…до встречи. возможно- последнее слово Гюна прозвучало максимально тихо. Младший сразу встал со своего места, беря телефон в руки и кидая его в карман куртки, а после закинул рюкзак на плечо, быстро выходя из кофейни, чтоб Чжухон просто не увидел слёзы, которые уже подступали. Ему было больно. Очень сильно. Человек, которого он любит всей душой, просто взял и бросил его в день всех влюбленных. Даже не объяснив нормальной причины. Чангюн уже готов был давится собственными слезами, или просто умереть. Он летел домой скоростью света, чтоб закрыться у себя в комнате и просто реветь в светлую подушку. Когда брюнет зашёл домой, он не пошёл в свою комнату, как планировалось, а уверенным шагом направился в ванную комнату закрываясь. На глаза попала бритва, которую он же забыл убрать в шкафчик. На данный момент Чангюн не думал о том, что делает поэтому взял в руки эту бритву отделяя её от рукоятки, начиная снимать защиту, чтоб достать лезвие бритвы. Когда всё было сделано, он просто включил воду, ведь где-то слышал что резать руки под водой не больно, закатывая рукава. Было страшно, даже слишком, но Чангюн всё равно сделал неглубокий надрез на своём запястье, а на месте разреза появилась алая жидкость. Потом второй надрез, третий. И каждый надрез был всё глубже и глубже. /Наше время/ Санитары отвели парня в свою палату, где он сидел каждый день, и просто медленно умирал в этих четырех стенах. Ведь психбольницы не лечат, а лишь калечат. Но брюнет всё ещё верил, что тут ему смогут помочь. Приглушённый стук в двери заставил Има буквально вылезть из своих мыслей, и поднять взгляд на двери, где стоял уже зашедший доктор. — У тебя свидание. — всё такой же тихий и спокойный голос звучал у врача. Чангюн всегда удивлялся почему при таком раскладе этот врач, которого он имя даже не запомнил такой спокойный. — Встреча. У меня встреча, а не свидание. На свидания я больше не хожу. — грубо сказал Им, поднимаясь со своей кровати. — кто это? Это мои друзья? Родители? — с каждым новым предположением, Чангюн подходил к доктору ближе и ближе, пока не оказался рядом с ним. — Друг. Он так сказал, а кто именно я уже не знаю. — психиатр взял молодого парня под руку, ведя того в комнату для свиданий. Чангюн даже не знал, что ему думать, кто это был и кто про него вспомнил. Когда парня буквально завели в комнату, рядом с человеком стояли два санитара на всякий случай. Это был тот самый рыжеволосый парень- Ли Чжухон. Има посадили перед ним, не забыв перед этим завязать рукава сзади, чтоб он ничего не натворил. — У вас 15 минут. — проговорив быстро главный, перед тем как выйти из комнаты, а одна из работников, которая находилась в комнате включила секундомер. Никто не пытался нарушить мёртвую тишину, которая как будто эхом отдавалась в мозги. Но всё-таки брюнет заговорил первым: — Зачем пришёл? Мы же уже говорили.- поднял взгляд на глаза рыжеволосого, как будто ища там ответ на свой вопрос. — Я же твой друг…- хотел дальше говорить Чжухон, но Чангюн его перебил. — Друг? Ты серьёзно? Чжухон, бывшие не могут просто взять и дружить. Только потому что они знают, что они целовались, спали и говорили друг другу нежности. Мы не можем быть с тобой друзьями только потому что я тебя люблю. Да, Ли, я тебя люблю. Люблю как парня. Но понимаешь, ты не создан для неё. Ты причинил мне сильную боль. Хотя возможно благодаря ей, ты заставил снять меня снять розовые очки и посмотреть трезво на этот мир и понять на сколько он жесток? Я хочу сказать лишь тебе, что я постараюсь быть сильным и подавить в себе чувства любви к тебе и может быть я встречу человека, который сможет так сильно полюбить меня, как и я тебя. — все слова Им гововил спокойно, на некоторых запинался и говорил неуверенно. — больше не приходи. И не пиши. Пожалуйста. забудь про меня. Я не держу на тебя зла и не проклинаю, но дальнейшее общение с тобой, я просто не вижу. Время покажет. Если нам будет суждено встретиться дальше, то наверное это судьба. Им встал даже не давая сказать слово Чжухону. — Я всё сказал. -санитары взяли парня под руки, ведь без них он не мог перемещаться по больнице, уводя в дальнюю палату, так и оставляя одного Чжухона в комнате со своими мыслями о том, каким же он был дураком, что раньше не замечал того как насколько важен ему этот маленький мальчик.