У демонов тоже есть сердце

      Хартфилия сидела тихо, в очередной раз глядя в стол, не спеша рассказывать еще хоть что-нибудь.       Люси совсем не понимала зачем из раза в раз повторялся допрос. Вопросы постоянно оставались одни и те же, это уже и не пытались скрывать, и офицер опять терпеливо зачитывал все с листа.       Единственное, что хоть как-то отличалось, это лица, сидящих за спиной офицера. Каждый раз разные, но всегда одинаково молчаливые и завернутые в плащи, глядевшие на нее исподлобья, как на прокаженную.        — Вас что-то беспокоит? — голос офицера вернул Хартфилию в реальность.       Люси поджала губы и взглянула на офицера.       Сегодня очередные наблюдатели не пришли, но Хартфилия слишком устала от происходящего фарса, чтобы испугаться; может быть, именно сегодня будет ее последний допрос.        — Я беспокоюсь за отца. — еле слышно произнесла Люси и сжалась.       Офицер ничего не ответил, дописал очередной отчет и после этого поднял взгляд на Хартфилию.        — Член совета, Оуг, хотел с Вами поговорить.       Люси вздрогнула.        — Оставайтесь тут, он скоро придет.       Хартфилия не успела сказать и слова; офицер с шумом поднялся с места, забрал документы и вышел вон. Хлопок двери ударил ошарашенную Люси по ушам, а через пару секунд ключ в замочной скважине брякнул, и она вздрогнула, придя в себя.       Сердце в груди Хартфилии непрестанно билось, а через пару секунд она почувствовала, как вспотели ладони.       Люси судорожно огляделась вокруг, бесшумно развернулась на стуле, осторожно встала и на цыпочках подошла к двери, заглянув в замочную скважину; снаружи стояли солдаты, сторожившие ее.       Хартфилия отошла назад, еще раз осмотрелась, но деваться было некуда; она занервничала, начала ходить из стороны в сторону в бесполезных попытках успокоиться.       Снаружи послышались голоса, Люси вздрогнула, замерев на месте, испуганно взглянула на дверь, заскрипевшую и после, наконец, открывшуюся.       Член совета, Оуг, вошел первым и скрывавшись в огромном плаще. Следом за ним вошла пара солдат, двигавшихся слово тени, у самой стены. Они принесли низкое кресло, поставили его за спиной Оуга и так же незаметно выскользнули наружу.        — Добрый день… — тихо произнесла Люси и поежилась от хищнического взгляда, смерившего ее с головы до ног.        — Вы, видимо, уже устали… — с неким отвращением протянул член совета.       Хартфилия неуверенно кивнула и сжалась, взглянув на Оуга. Он, начинавший лысеть, смотрел на Люси сверху в низ. Его борода спускалась почти до пояса, лежала на плаще, скрывавшим почти все ниже головы.       Оуг уселся в кресло и уставился на Люси, не спешив с разговором.        — Вы хотели о чем-то поговорить? — неуверенно начала Хартфилия, но тут же замолкла, встретившись со взглядом члена совета.        — Да, вы правы. — резко проговорил Оуг и чуть прищурился. — Перейду сразу к делу. Мы переходим в стадию активного наступления, и нам понадобится подкрепление. И председатели считают, что вы сможете внести неоценимый вклад в победу. — Последние слова Оуг чуть ли не выплюнул и скривился.        — Простите, я не уверена, что подхожу… — тихо промямлила Люси и поежилась, уже с трудом выдерживая взгляд Оуга на себе.        — Не сомневаюсь в этом. — Член совета поморщился, с недовольством проговорив. — Но председатели совета, к несчастью, считают по-другому. — Рыкнул Оуг, вскочив на ноги. Его плащ взметнулся вверх, седые, касавшиеся пола крылья, показались всего на секунду, а уже в следующий момент вновь скрылись в плаще. Член совета подался назад, резко успокоился и прошелся по комнате взад и вперед, а после уселся обратно в кресло.        — Мне принесли ваше дело… — Оуг помедлил, задумавшись на пару секунд, внимательно разглядывая Хартфилию, так, словно она стояла там, посреди комнаты, совершенно голая.       Люси чуть не поперхнулась воздухом и с трудом кивнула.        — Вы пробовались в один из отрядов. Думаю, мы можем рассмотреть положительно ваше повторное заявление.        — Мне не хватало сил. — еле слышно пробормотала Люси, почувствовав, как внутри все дрогнуло.        — Вам хватило. Пригласительное письмо Вам передаст мой подчиненный. Там будет все необходимое. — резко ответил Оуг и поднялся с места, взглянув в глаза Хартфилии. — Вас уже ждут на участке, так что не забудьте прийти. Надеюсь, дорогу найдете сами. — Оуг направился к выходу.        — Постойте. — выкрикнула Хартфилия и тут же вздрогнула, заметив, как член совета остановился и медленно обернулся к ней. — Я хотела… — Люси запнулась, встретившись со взглядом Оуги, а после спешно проговорила. — Мой отец, он все еще в городе. Я хотела бы, чтобы его увезли.        — Не думаю, что это понадобиться. — резко ответил член совета. — В городе вполне безопасно. — Оуг смерил Хартфилию недовольным взглядом и вышел вон.       Пара солдат прошмыгнули внутрь, один сразу же направился к Люси. Солдат протянул толстый конверт Хартфилии, не сказав ни слова.        — Спасибо… — неуверенно протянула Люси, забрав письмо.        — Можете идти. — Ответ прозвучал грубо и Хартфилия поежилась, но все же кивнула и, сторонясь, прошла наружу, из последних сил сдерживаясь, чтобы не помчаться вперед.       Люси сжимала зубы, стараясь не бежать по зданию, и облегченно выдохнула, оказавшись на улице.       О письме в руках Хартфилия вспомнила идя по улице, остановилась, прислонившись спиной к одному из домов, и распечатала.       Самое обычное письмо, что ее ждут на сборном пункте, отсюда совсем недалеко, и в самом низу приписка почти не читаемым почерком, «Можно отправлять в основной состав. Восточная сторона.»       Люси сглотнула ком в горле и сжала письмо в руках.       Ее отправят на бой, и явно не ждут возвращения.       Ей точно надо бежать. Оставлять отца нельзя. Хартфилии срочно надо было что-то придумать.       Люси медленно направилась к сборному пункту, ее бы даже не удивило, если бы там оказался и сам Оуг.       Хартфилия раз за разом продумывала все, пыталась найти выход, но у нее ничего не получалось, она быстрее нашла участок сбора, чем придумала хоть что-то.       Люси замялась, неуверенно взглянула на скромную вывеску «распределительный пункт» и пошла ближе. Других идей у нее пока все равно не появилось, и, если верить словам Оуга, то здесь ее уже ждали.       Хартфилия дернула за дверь, еле приоткрывшуюся, и метнулась внутрь.       Посреди огромного зала стояло несколько столов, рядом, на досках, висели объявления, но холл пустовал и во всем здании, лишь за дальним столом сидела одна женщина, что-то лениво писав в толстой настольной книге.       Люси осторожно подошла ближе, слыша, как каждый раздававшийся ее шаг поднимался вверх, отражался от потолка и глухим эхом возвращался назад.        — Простите… — тихо произнесла Люси, подойдя к столу, но не успела закончить, как женщина подняла на нее взгляд и моментально прервала, не дав сказать больше ни слова.        — Письмо. — потребовала женщина и, прищурившись, оглядывала Хартфилию.        — Вот… — Люси протянула письмо.        — Имя и Фамилия. — отчеканила женщина, пододвинув к себе заодно огромную, всю исчерченную внутри, книгу.        — Люси Хартфилия.       Люси переминалась с ноги на ногу; больше всего сейчас ей хотелось убежать, сбежать куда угодно и больше не возвращаться.        — Ваша форма и документ.       Люси слабо кивнула, забрав стопку одежды. Свежевыглаженная, белая, отделанная светло-голубым, форма, словно блестела на свету. Сверху положили медаль с тонкой невзрачной лентой, сложенной в несколько раз; внутри два крыла и тонко выведенная надпись: «курсант». А в остальном такая же, как и у многих других.        — Распишитесь.       Люси взглянула на строчку в книжке со своей фамилией, перехватила вещи одной рукой и поставила кривоватую роспись.        — Завтра утром сбор. Все здесь.       Хартфилии протянули конверт, один из стопки таких же безликих.        — Спасибо… — тихо проговорила Люси и умолкла, встретившись со взглядом женщины.        — Можете идти.       В ответ Хартфилия кивнула и спешно отошла в сторону.       Смотреть на форму оказалось невероятно странно. Люси она не понравилась, странная и точно не подходившая ей.       Хартфилия кинула сумку на подоконник, отложила медаль в сторону, и начала заталкивать документы вместе с полученными вещами внутрь.       Куртка никак не хотела влезать, наружу то и дело вываливались слишком длинные рукава или торчали лацканы, не давая закрыть сумку.       Хартфилия слишком устала, ей хотелось сбежать отсюда, как можно быстрее; она помедлила и вынула куртку, накинув ее, на плечи и взглянула на прозрачное отражение в стекле.       Куртка обвисла на плечах, слишком большая и длинная, неимоверно тяжелая, она давила сверху; других, видимо, уже не осталось, и, если бы Люси могла выбирать, то она бы сдала ее обратно, чтобы никогда больше не притрагиваться.       Всего секунда и Хартфилия спешно стянула куртку с плеч, кинула к остальной форме, схватилась за сумку и расстегнула ее. Люси запинывала форму внутрь сумки, старательно смяв ее, и потянула молнию. Куртка застряла, сопротивляясь; слишком жесткая и нескладная, она буквально протестовала, отказываясь скрываться в недрах.       Хартфилия попробовала придавить куртку и закрыть сумку, но и из этой попытки, ничего не вышло и она оставила все как есть, нацепив сумку на плечо.       Хартфилия вышла из здания, остановилась на пороге поправить сумку, съезжавшую с плеча и притормозила, обратив внимание на плакаты, стоявшие чуть в стороне от входа.       Громогласные надписи, полные призывов вступать в ряды новобранцев, рассказывали о нападениях демонов на их страну.       Следующие оказались уже интереснее, о повальном ношении формы. У всех совершенно одинаковая, только ленты медалей разные. На них выделили отдельный плакат, целый ряд лент различной ширины, с одной или двумя полосками, с указанием прав и сроков службы. В начале самые скромные, светло серые, в конце кричаще красные.       Как будто весь мир сосредоточился исключительно на этих лентах.       Люси задумчиво пошарила в сумке рукой, наткнулась на полученную медаль, вытащила ее наружу и взглянула.       Почти не отличить с расстояния, но серая, невзрачная лента и надпись внизу портили все, стоило лишь присмотреться.       В городе сейчас все знали друг друга, что совсем оказалось не на руку. Ее поймают и приволокут к Оугу раньше, чем она успеет спасти отца.       Сбежать отец не согласится, в этом Хартфилия не сомневалась, а значит ей придется ему врать. От одной этой мысли у Люси побежали мурашки; ей не хотелось, но другого выхода она уже не видела.       Люси медленно блуждала по улицам и собиралась пройти мимо очередной улицы, но краем глаза заметила лошадь, привязанную к импровизированной поилке.       План родился мгновенно; на лошади отец успеет уехать далеко, достаточно быстро. Останется стена, дева сможет прорыть туннель под ней.       Хартфилия замялась; лошадь лениво жевала, вовсе не обращая на нее внимания, как будто только и дожидалась того, что ее уведут прямо из-под носа у нерадивого хозяина.       Люси никак не могла решиться подойти поближе, а сделать хоть шаг казалось невозможным.       Она не сможет сбежать и оставить отца, как и не может спокойно остаться здесь, понимая, что ее заранее отправляют в самое опасное место, все слишком запуталось.       Через дорогу из поворота на улицу вышел мужчина и двинулся к лошади, подошел поближе, похлопал ее по боку.       Люси застыла на месте, ей не хватило смелости; она не знала, как ей подойти к мужчине и что сказать. Время поджимало, и у Хартфилии оставалось все меньше и меньше времени; хозяин уже подошел и начал отвязывать лошадь.       Люси вновь потянулась за медалью и искоса глянула на нее. Серая лента больше всего бросалась в глаза. Хартфилия спряталась за угол и вцепилась ногтями в узел, почти что разорвав его.       Люси поджала губы, выглянула на секунду наружу, хозяин лошади все еще копался, она вновь нырнула обратно, безумно оглядываясь.       На глаза попался ремешок сумки, коричневато-красный, слишком жесткий и намного шире, чем у форменных.       Хартфилия рванула за ремешок, отодрала его, оставив на месте крепления дырку, спешно засунула в медаль, недовольно посмотрев; найти хоть что-то похожее, мог лишь человек, очень далекий от армии совета.       Хартфилия торопливо накинула куртку на плечи, бросила сумку у угла дома, так, чтобы она не попалась на глаза, засунула медаль в карман, вышла на улицу.        — Стойте. — выкрикнула Люси, почувствовав, что внутри у нее все задрожало, стоило ей сделать шаг навстречу.       Мужчина остановился и удивленно взглянул на подоспевшую к нему Хартфилию.        — Добрый день, я из армии и мне понадобится ваша помощь. — быстро проговорила Люси.        — Я? — мужчина попятился. — Я не смогу.        — Вы должны. Вы же знаете, что сейчас все военнообязанные? — настойчиво повторила Люси, хотя голос её предательски дрогнул в конце.       Все больше и больше происходящее стало походить на фарс; убедительностью от вранья Люси и не пахло, и что еще хуже, мужчина стал об этом догадываться.        — Мне нужна ваша помощь. — Хартфилия вздрогнула, это прозвучало совершенно не убедительно, как -то по-детски и глупо.        — С чего же это… — протянул мужчина, и Люси почувствовала, как по спине прошелся холодок. — А может вы вовсе и не из армии? — мужчина резко прищурился, голос его огрубел, а сам он подался вперед, и попробовал схватить Хартфилию за руку. — Развести решила меня…       Люси отшатнулась, сердце бешено билось. Она дернулась, испугавшись попытки мужчины схватить ее за руку, и потянула за ленту, еле торчавшую из сумки.       Медаль, еле заметно покачнувшись, показалась на секунду перед лицом мужчины, так, чтобы он успел заметить ее и цветной шнурок, но не успел прочесть надпись внизу.       Хартфилия отдернула руку, неуклюже подобрала медаль и спешно спрятала в карман; внутри все тряслось и, казалась, что она вот-вот провалится.        — Полковник, капитан, генерал… — мужчина никак не мог остановиться на чем-то одном, испуганно перебирая все, что приходило в голову.        — Нет, не надо. — спешно оборвала мужчину Люси, замотав головой и испуганно осмотрелась по сторонам, а после вновь в глаза мужчины. — Не надо шуметь.        — Да, да, конечно, мисс. — в испуге, спешно проговорил мужчина и резко закивал.        — Мне понадобится лошадь. — Люси проговорила очень тихо и медленно, в горле сипело, а руки беспрестанно тряслись, но мужчина этого никак не замечал, испуганно глядел ей в глаза. — Быстрая и выносливая.        — Я бы с радостью. Я бы все для вас, но это кляча и метра не пробежит. — Мужчина резко дернул кобылу за уздечку и развернул ее голову к Хартфилии.       Лошадиная морда облезла на носу, красовалась кровавая мозоль, а рядом с ухом надоедливо жужжала муха, то и дело пытаясь усесться прямо внутри его, пугаясь скорее хозяина, чем вялых движений лошади.       Кобыла моргнула, безжизненно взглянула на Люси и покорно опустила голову.        — Видите? — мужчина дернул кобылу и с мольбой взглянул в глаза Люси. — Не сможет она. Эта старая кляча повозку с трудом тащит.       Лошадь вновь моргнула, безразлично глядя в никуда; муха, наконец, села, но на кончик уха.        — У Макса, он тут пивную держал, у него мул есть. Целых два! А еще и кобыла! У него заберите, знаете, какие они резвые. Так он их и к верховой езде приучил. — Мужчина попятился, но Люси прервала его и шагнула вперед.        — Нет, стойте. — Хартфилия моментально осеклась, для вида осмотрелась по сторонам, спешно стараясь успокоиться, прежде, чем вновь встретиться взглядом с мужчиной. — Никто не должен ничего знать. — прошипела Люси и дернула мужчину за руку, стараясь оставаться серьезной и жестокой. — Сделаешь все сам.        — Но, мисс, как же я? — Мужчина попробовал уйти назад и сбежать.       Люси занервничала; времени искать кого-то у нее почти не было, возможностей и того меньше.        — Мне и не на что… — промямлил мужчина и попятился.       Люси сделала широкий шаг вперед, глядя ему прямо в глаза.        — Тогда выкупишь. — спешно ответила Хартфилия, изо всех сил стараясь придать голосу твердости и уверенности.       Мужчина замотал головой из стороны в сторону, но прежде, чем он успел возразить, Люси стянула сережку, потом вторую и вложила их в руку мужчины.        — Хватит? — приглушённо спросила Хартфилия, взглянув ему в глаза.        — Да, да, конечно. — спешно заговорил мужчина и сжал кулак.        — Я быстро…        — Нет. Стой. — Люси поджала губы и тихо закончила. — У въезда на поля. После ночной переклички.        — Да, да, конечно, как скажите. — мужчина испуганно кивнул.       Люси замялась, не понимая, чего еще от нее ждал мужчина; он переминался с ноги на ногу, не решаясь уйти, хотя явно только и ожидал первой возможности сбежать.       Люси глянула на него, а после тихо шикнула.        — Все.       Мужчина в очередной раз спешно закивал и, перехватив кобылу покороче, поволок ее за собой.       Люси с трудом доползла до поворота, где оставила вещи, оперлась спиной на стену и тяжело съехала вниз; ноги ее больше не держали, в ушах стоял шум, а руки тряслись еще сильнее, чем до этого.       Все вышло даже лучше, чем ожидала Хартфилия, но впереди оставалась еще самая сложная часть, убедить ее отца.

***

      Люси нервничала, остановившись перед дверью в кабинет отца, вновь засевшего там.       Хартфилия уже собрала свою сумку, собрала вещи для отца, но так и не могла решиться зайти к нему.        — Пап… — неуверенно произнесла Люси и поджала губы, осторожно постучав в дверь.       Хартфилия замерла в ожидании, в ушах громогласно отдавался стук сердца; руки ее не слушались и неимоверно сильно хотелось кричать.        — Входи. — раздался голос из-за двери и Люси приоткрыла дверь, прошмыгнув внутрь.       Идти оказалось невозможно трудным делом, ноги, как деревянные, не гнулись и словно потяжелели в несколько раз.        — У тебя что-то важное? — Джуд на миг взглянул на дочь, а после вернулся к документам.        — Да… — Люси с трудом кивнула и сглотнула ком в горле, заметив, как отец взглянул на нее исподлобья. — Я хотела сказать… — Хартфилия замялась и отвела взгляд в сторону, с трудом выдавив из себя. — Мне надо будет вернуться.        — Что? — резко спросил Джуд, оторвавшись от бумаг.        — Нет. — быстро проговорила Люси, мотнув головой. — Дай мне закончить. — рассказать хоть часть происходящего, оказалось намного труднее, чем ожидала Хартфилия.        — Люси… — зло протянул Джуд и поднялся с места. — Не смей…        — Нет. — спешно прервала его Люси и отступила на пару шагов назад. — Я должна вернуться.        — Зачем? Ты с ума сошла? — Джуд подскочил на ноги, опершись на стол.        — Нет. — тихо произнесла Люси, помрачнев и сжавшись, видя, как ее отец злился все больше и больше.        — Мы закончили. — Джуд вновь уткнулся взглядом в бумаги, явно желая закончить разговор. — Иди к себе.        — Нет. — неожиданно резко произнесла Люси, серьезно посмотрев на отца. — Тебе нужно будет уехать.        — Люси… — Джуд напрягся.       Люси замялась, сжав руки и после еле слышно проговорила.        — Нет все в порядке. — спешно сказала Люси.        — Что ты опять сделала? — Джуд резко встал с места, начиная злиться.        — Ничего. — Люси сглотнула ком в горле.       Хартфилия замялась, заметив взгляд отца на себе, явно неспешащего верить ее словам.        — Мне разрешили. — тихо произнесла Люси. — Но нужно будет все сделать в тайне. Они боятся напугать оставшихся горожан. Мне разрешили использовать ключи. — Хартфилия опустила взгляд. — Я договорилась, на выходе из город будет лошадь.        — Кто дал разрешение?       Люси вздрогнула и поджала губы, подняв напуганный взгляд на отца.        — Члены совета.        — И что же надо будет сделать взамен? — с подозрением спросил Джуд, заметно напрягшись.       Люси поежилась под взглядом отца, уткнулась взглядом в пол.        — Они хотят, чтобы я вступила в армию.        — Я против. — резко ответил Джуд и вернулся к бумагам.       Люси поджала губы и осторожно добавила.        — Это не предложение. — Люси замялась и расстроено взглянула на отца, заметно тише сказав. — Это приказ.       Люси исподлобья взглянула на отца. Он молчал, тянул с ответом и раздумывал, временами еле слышно постукивав пальцами по столу.        — Хорошо. — Наконец выдавил Джуд, чуть нахмурившись.        — Я хотела бы, чтобы ты уехал за границу. — тихо проговорила Люси и поджала губы. — Тетушка Супетто до этого писала, что будет рада, если мы приедем. Она обрадуется тебе. И это, как раз в противоположной стороне от войны.       Ответа не последовало, а у самой Люси не хватило сил, взглянуть на отца, и она выскользнула за дверь. — Я все подготовлю.       Хартфилия сбежала вниз на первый этаж и схватилась за связку ключей. Вызывать духа на улице она не решилась.        — Придворной Дамы откройтесь Врата! Дева. — Люси взмахнула ключом и в золотых искрах появился дух.        — Принцесса… — Но дева не успела договорить; Хартфилия быстро прикрыла ее рот рукой.        — Тихо. — шикнула Люси и, пригнувшись, выглянула в окно, прислушиваясь.       Где-то вдали, на улице, вышагивали солдаты, неторопливо отбивая ритм о брусчатку, силуэт стражника на башне не сдвинулся с места.       Её призыв, видимо, все же никто не заметил.        — Дева… — еле слышно выдавила из себя Хартфилия, беспрестанно оглядываясь. — Ты сможешь вырыть туннель, отсюда до съезда на поля? И очень тихо.        — Да, принцесса. Хотя это будет медленнее. — дева резко кивнула, всего за секунду подхватила Хартфилию на руки, так, что та не успела ничего сказать, и тут же прыгнула вниз.       Земля и осколки камней проносились мимо, и Люси зажмурилась; дева неслась вперёд, сквозь душные коридоры, не останавливаясь, а резкий земляной запах бил в нос.       Дух мгновенно остановился на месте, сверху на голову Люси посыпались очередные копья земли, ещё секунда и в лицо ударил поток свежего воздуха.       Хартфилия открыла глаза и с наслаждением глубоко вздохнула; город остался позади, здесь гулял ветер, а вокруг все тусклым светом освещали звезды.        — Спасибо, Дева. — сдавленно произнесла Люси и как можно быстрее постаралась встать на землю, пытаясь не обращать внимания на слабо трясущиеся ноги. — Еще отца. — Тихо произнесла Люси, тревожно оглядываясь.       Вокруг все стихло, и Хартфилия силилась разглядеть в темноте возможную засаду в дали.        — Вы устанете, принцесса. Я не смогу сама держать врата открытыми, как братец. — виновато произнесла дева и подняла взгляд на Хартфилию.        — Да, я знаю. — Люси кивнула, повернувшись к духу.        — Принцесса, это слишком тяжело… — произнесла Дева так, словно разговаривала с маленьким ребенком.        — Я знаю. — спешно прервала ее Хартфилия. — Но другого выхода у меня нет.        — Хорошо. — призрак еле заметно кивнул и исчез в золотых искрах.       Люси выдохнула и на пару секунд прикрыла глаза, дева прыгнула обратно вниз и зарылась в землю, зашуршав.       Вскоре все стихло, и Люси огляделась; позади засаженное поле, в котором она могла скрыться с головой, ведущая к нему дорога пустовала, а дальше тонкой линией растянулись огни городской стены, и они оказались намного ближе, чем предполагала Хартфилия.       Заметить со стены , но Люси все равно старалась держаться поближе к высоким посадкам на поле, и то и дело хваталась за связку ключей.       Врата Девы все еще стояли открытыми, медленно вытягивая ее силы. Звездный дух все не появлялся, и Хартфилии казалось, что вокруг, наверняка, ее уже окружали солдаты, готовясь напасть, как только она расслабится.        — Мисс… — еле слышно просипел голос из темноты. — Мисс, я тут. — зашелестела трава и показалась, голова мужчины. — Я привел. — Он вышел наружу и дернул рукой. — Он немного упрям. Но зато силен, как настоящий бык.       Из травы показалась морда с ослиным лбом и несоразмерно длинными ушами, непрерывно дергавшимися.        — Да иди же ты сюда. — Мужчина резко дернул повод, чуть ли не выволочив мула наружу, тот недовольно фыркнул в ответ, но все же вышел вперед; на слишком длинных ногах и с лошадиным хвостом, махавшим из стороны в сторону.        — Видите, я его уже подготовил. — спешно проговорил мужчина и всучил поводья в руки Хартфилии. — Вот, прошу, возьмите. Я пойду. — Всего секунда и мужчина прыгнул назад, скрывшись в полях, зашуршавших от его бега.       Люси с недоумением взглянула на мула, махнувшего ухом, и резко повернувшего голову в сторону, уставившись на землю.       До Люси донесся скрежет и нечто тихое, больше похожее на ворчание, земля в одном месте вогнулась, скрежет приблизился, комья пали вниз и рывком наружу, выпрыгнула дева, и почти тут же спустила Джуда с рук на землю.       Хартфилия мгновенно оживилась и направилась к отцу, потянув мула за собой.        — Все в порядке? — еле слышно спросила Люси.        — Да. — Джуд отряхнул одежду и покосился на Деву, слегка поклонившуюся Люси.       Хартфилия передала поводья отцу, кивнувшему в ответ; Джуд забрался наверх и перехватил поводья.        — Будь осторожнее. — тихо попросила Люси, прикрепив к седлу сумку с вещами отца.        — Да. — Джуд еле заметно кивнул и пришпорил мула, тот недовольно фыркнул и пошел вперед, размахивая хвостом.        — Прощай… — беззвучно ответила Люси и еле заметно махнула рукой на прощание.       Мул ускорился, еще раз недовольно фыркнув, и вскоре скрылся в темноте.        — Принцесса? — Дева встревожено взглянула на Люси и спешно подошла к ней, подхватив под локоть. — Вы в порядке?        — Да, спасибо. — Люси с трудом выдавила из себя еле заметную улыбку и прошептала. — Можешь идти.       Дух вновь поклонился и исчез в золотистых искрах.       Люси чуть пошатнулась и осела на землю. Голова беспрестанно кружилась, перед глазами все расплывалось.       Хартфилия отошла в сторону от основной дороги, стараясь скрыться в темноте.       Сил на еще один призыв у Хартфилии не осталось, и она медленно двинулась пешком вперед, сжимая лямку рюкзака.

***

      Трудности ожидали Хартфилию там, где она сама их не ожидала. Впереди, внизу находился спуск к реке, протекавшей по границе. От нее до города демонов идти еще полдня, но пока даже пересечь реку, казалось чем-то нереальным.       У единственной ближайшей переправы разбили лагерь, чуть в стороне так, чтобы видеть ее; и перебраться незамеченной днем у Хартфилии точно не получилось бы.       Люси перебирала ключи, остановилась на деве, но вызвать духа не решилась. Другой берег был далеко и если ей не хватит сил, то Дева застрянет прямо под землей в огромном туннеле, готовом обрушиться на нее в любой момент.       Все, что Хартфилии оставалось, это ждать, пока удастся подобраться хотя бы поближе.       Ожидание утомляло больше всего, медленно действовало на нервы своей неторопливостью. Оно, вообще, оказалось самой страшной вещью на свете, с которой приходилось сталкиваться Люси. Медленно давило, прижимая к земле, заставляло замирать при каждом шорохе и доводило до исступления, выжимая из нее все силы.       Начинало темнеть, но Хартфилия уже с трудом могла оставаться на месте и начала продвигаться вперед, спускаясь вниз по откосу, пока темнота полностью не поглотила землю под ногами.       Люси постоянно оглядывалась на лагерь; под деревьями быстро стемнело, и заметить издали, беглянку, прятавшуюся за деревьями, бы не смогли, но успокоиться у нее все равно никак не получалось       Солдаты могли не спать и всю ночь, а терпения, чтобы выжидать еще, у Хартфилии больше не хватало.       Стемнело, и теперь лагерь ярко выделялся в темноте, до Хартфилии доносились отголоски разговоров. Она старалась не показываться, скрываясь в тени деревьев, безотрывно глядя на солдат, собравшихся у огня.       Ветка под ногами возникла, из ниоткуда и предательски громко хрустнула, когда Люси споткнулась. Хартфилия успела схватиться за ствол, чтобы не упасть, и замерла, напряженно прислушиваясь.        — Слышал?       Люси с трудом удалось расслышать шепот в лагере, но она хорошо видела, как силуэты замерли в ожидании, и боялась даже вздохнуть.       Раздался смех, голоса чуть стихли, а вскоре окончательно погас и свет.       Люси не спешила сдвигаться с места, из лагеря, то и дело доносились звуки, кто-то двигался и временами невнятно переговаривался.       Наконец, Люси двинулась, чрезвычайно осторожно, в полной темноте, пытаясь нащупать дорогу, медленно обходя лагерь стороной.       Ветка, с громогласным хрустом, сломалась под ногой.       Все произошло в мгновение ока, Хартфилия вздрогнула, испуганно отпрыгнула в сторону.       Люси дрожа замерла на месте, и взглянула в сторону лагеря. Через пару секунд сверкнул тусклый свет, раздалось шуршание, и Хартфилия спешно прижалась к стволу, постаравшись скрыться за ним.        — Там.       Солдаты двинулись в сторону Люси.        — Может, животное? — тишину вновь разрезал чужой шепот.       Люси вздрогнула, замерла, глядя на лагерь, стараясь понять, что там происходило.        — Возможно… — тихо прошелестел другой голос; одна из человеческих теней дернулась и поднялась с места. — Или демон.       Люси чуть не вскрикнула, заметив, как солдаты из лагеря двинулись вглубь леса, и с трудом сдержавшись, осторожно присела на землю, постаравшись спрятаться.        — Пошли, узнаем. — голос раздался вдалеке, но для Хартфилии этого оказалось достаточно, она поежилась и огляделась, попробовала разглядеть землю под ногами, боясь еще хоть раз наступить на ветку.       Голова внезапно закружилась, Хартфилия чувствовала, как все ближе подступала паника. Единственная мысль, крутившаяся в голове Люси, надо бежать.       Солдаты медленно пробирались сквозь лес, шумели и неминуемо направлялись к Хартфилии.       На четвереньках, Люси осторожно двинулась в другую сторону, в надежде скрыться от преследователей; Хартфилия, то и дело царапалась и цеплялась за ветки.        — Здесь следы.       Хартфилия почувствовала, как сердце ушло в пятки, испуганно взглянула на силуэт солдата, в нескольких метрах от себя, указывающего куда-то чуть в сторону.        — Туда.       Сердце ушло в пятки, Люси прикусила губу, боясь издать еще хоть звук и затаилась; свет все приближался, неминуемо направляясь к ней. Хартфилия зажмурилась, и сжалась, надеясь, что ей повезет и ее не заметят.        — И что ты здесь делаешь, красавица? — Солдат нагнулся, поднеся факел ближе к Люси, и заглянул ей в лицо.       Хартфилия вздрогнула и открыла глаза.        — Привет. — полу испуганно произнесла Люси и выдавила из себя смущенную улыбку, глядя снизу-вверх на солдат.        — И что ты здесь делаешь? — спросил другой солдат, приблизившись к Хартфилии.        — Простите, я кажется, заблудилась… — промямлила Хартфилия, опустив взгляд вниз и наигранно смущенно проговорила. — Я испугалась, думала, вы демоны… — Хартфилия оглядела солдат и замерла в нерешительности.        — Сюда запрещено ходить.        — Правда? — Удивленно спросила Люси, посмотрев на солдат, и поднялась на ноги. — А я и не знала… Я тогда, наверное, лучше пойду, поздно, а мне домой пора.        — Нет…       Хартфилия в ответ солдатам выдавила улыбку и с трудом сглотнула ком в горле.        — Уже же поздно.       Люси нервно улыбнулась, передернула плечами и испуганно взглянула на мужчину за спиной.        — Не спеши. — усмехнулся солдат, схватив Хартфилию за плечо.       Люси испуганно вздрогнула, покосилась на него и осторожно проговорила, постаравшись отцепить солдата от себя. — Нет, мне и правда уже пора.        — И куда пойдешь? — с усмешкой спросил солдат, заглянув в глаза Люси.        — Придворной Дамы откройтесь Врата! — выкрикнула Хартфилия, взмахнув ключом.        — А ну, стой! — Люси вывернулась, отпрыгнув в сторону от солдата, попытавшегося ее схватить.        — Дева! — выкрикнула Хартфилия; золотые искры сразу появились перед ней, на мгновение ослепив всех.        — Принцесса? — Дух мельком взглянул на солдат и поклонился Хартфилии.        — Придумай что-нибудь. — беззвучно прошептала Хартфилия и подскочила на ноги, рванув в глубь и темноту леса.        — А ну, стоять! — солдат успел схватить Люси за руку.       Звякнули звенья цепей на наручниках Девы, и она ударила ими по руке, держащей Люси.        — Ненормальная! — Завизжал солдат, ослабил хватку Хартфилии.       Люси не упустила момент и, тут же вырвав руку, бросилась в темноту леса, не обращая никакого внимания на крики позади. Хартфилия неслась вперед, то и дело обдираясь о кусты и спотыкаясь, о коряги, попадающиеся на пути.       Крики сзади, нагоняли ее с неимоверной скоростью, Люси старалась петлять, прятаться за деревьями и бежала со всех ног, но боялась все больше, глядя как тень вначале появилась, а после стремительно начала увеличиваться, грозясь обогнать и ее саму.        — Принцесса, я здесь. — Дева вынырнула прямо из-под земли, почти под ногами, вскрикнувшей от неожиданности Хартфилии. Люси попробовала моментально остановиться, споткнулась в темноте о коряги, упала и успела только обернуться, со страхом заметив приближающиеся огни.       Свет факела, стремглав продирался, сквозь деревья, силуэты солдат становились все ближе с каждой секундой, ушибленная нога Люси, заныла, стоило ею пошевелить.       Мгновение и все пропало.       Сердце Хартфилии вновь ушло в пятки, а она почувствовала, как внутри все сжалась. Вокруг вновь стало темно. Люси не решалась пошевелиться, схватившись за ключи и приготовилась к неожиданному удару с любой стороны.        — Я вырыла, яму. — Дева произнесла очень тихо, но Хартфилия чуть не закричала, подпрыгнув на месте.        — Здорово. — просипела в ответ Люси, стараясь унять дрожь в голосе.        — Принцесса, я достала для вас хлыст. Он самый обычный, простите. Накажете? — Дева протянула кожаный хлыст Хартфилии, проигнорировавшей ее последний вопрос.        — Спасибо… — неуверенно протянула Люси, с сомнением взглянув на духа, но все же забрала хлыст. — Дева, можешь идти. — Хартфилия взмахнула ключом, отпустив духа.       Люси замерла; в яме что-то вспыхнуло, еле заметно освещая ее края.       Первые секунды Люси не решалась двигаться, прислушиваясь к сдавленным шиканьям и периодической громкой ругани, то и дело раздававшейся откуда-то из темноты. Солдаты в яме ругались, копошились в полной темноте, скреблись и пытались выкарабкаться наружу.       На время все затихло, а Хартфилия напряглась, в яме что-то происходило, солдаты зашуршали и мерзко заскреблись, словно когтями о камни.       Нога постепенно начинала проходить и Люси наконец-то встала, осторожно двинулась в сторону ямы, не желая показываться, но и не хотела оставлять за спиной неизвестную угрозу.       Хартфилия двигалась чрезвычайно осторожно, стараясь не споткнуться еще раз или еще хуже, упасть в яму к разъяренным солдатам.       Люси замерла в паре шагов от края ямы и пригнулась, схватилась за ключ Тельца и приготовилась.       На краю показались чьи-то пальцы, попытались зацепиться за рыхлую землю, но уже в следующее мгновение вновь пропали, скрывшись в глубине.        — Поднимай. — донеслось до Хартфилии.       Кто-то внизу зашипел, цыкнув, а после с хрипотой и сдавленной руганью на поверхности появилась рука, держащая самодельный факел.        — Выше давай.       Прошла секунда, другая, но рука никуда не пропала и Хартфилия напряглась. Показалась вторая рука, локтем легла на сырую землю; солдат оперся и после подтянулся, высунув голову наружу, замер и оскалился, встретившись взглядом с Люси.       Хартфилия вскочила на ноги, выхватила факел, наступила солдату на руку, тут же подтолкнула его обратно, спихнув в яму, затушила огонь о сырую землю и отбросила обуглившуюся корягу в сторону.       Раздались крики и ругань, но Люси не вслушивалась, заметив, что в этот раз огонь не зажегся. Хартфилия рванула к переправе, не оглядывавшись.

***

      Развалины города встретили Хартфилию, боязливо сжимавшую лямку рюкзака, полной тишиной.       Дома на окраине города стояли почти что нетронутыми, только некоторые стояли вывороченные наизнанку, с выломанными дверями или выбитыми окнами.       Люси осторожничала, старалась ступать, как можно тише, никак не прекращая нервничать; она выглядывала из-за стен, перед каждым поворотом оглядывалась, прислушивалась и после выходила.       Чем дальше Хартфилия продвигалась, тем больше город напоминал развалины; стены начинали обваливаться, часть крыш отсутствовала, под ногами валялись красно-коричневые осколки черепиц, напоминавшие опавшие листья.       Еще дальше, ближе к центру города, часть домов не устояла, и от них остались уже лишь стены или их куски, разваливавшиеся и с трудом державшие, разбитые крыши.       Люси выглянула из-за осколка стены и замерла на месте; впереди, через несколько домов от нее, шел демон с парой мешков на перевес.       Люси вздрогнула, отшатнулась и метнулась в ближайший разрушенный дом, пригнулась, спрятавшись.       Шаги все приближались, Люси поджала губы, стараясь не дышать. Шум шагов раздался уже совсем рядом, Хартфилии показалось, что демон замедлился перед ее укрытием, но еще с минуту и шум постепенно стих.       Люси долго ждала, боясь лишний раз пошевелиться и еле слышно дышала, вся сжавшись и беспрестанно прислушивалась.       Все стихло, Хартфилия подождала еще и неуверенно вышла наружу. Демона она не заметила, но все же осторожничала. Люси пряталась в тени, не отходила далеко от домов и все время наготове, что бы вовремя ринуться прочь и спрятаться.       Местность Хартфилия узнавала с неимоверным трудом, то и дело путалась, плутая среди обломков, и все время взглядом искала хоть что-то отдаленно напоминавшее дом Лаксуса или здание гильдии.       Когда Люси добралась до дома Лаксуса, начинало уже темнеть; она рассчитывала сразу же узнать местность, но сама чуть не прошла мимо, с трудом узнав остатки дома среди развалин.       Дверь привалило огромным осколком, который сдвинуть сама Люси явно не смогла бы. Крыша подломилась под несколькими заброшенными осколками, с явным трудом удерживаясь под их весом.       Хартфилия обошла дом, не нашла ничего интересного и подошла к уже хорошо знакомому кухонному окну. Люси подцепила неплотно прилегавшую раму и потянула ее наверх.       Внутри дома, в темноте, за грязными стеклами, визуально разглядеть хоть что-то почти не удавалось.       Хартфилия еще пару раз обошла дом кругом, заглядывая в окна, постоянно оглядываясь, боясь наткнуться на демонов. Остановилась Люси опять у хорошо знакомого кухонного окна; вспомнила, как и когда сбегала отсюда.       Хартфилия еле заметно поморщилась от нахлынувших воспоминаний и, приказав себе выкинуть их из головы, быстро открыла окно.       Люси ввалилась внутрь, съехала по столешнице и упала на пол, ударившись головой, но словно и не заметив этого, в мгновение ока подпрыгнула, оказавшись на ногах. Хартфилия рванула вперед, в темноте разглядев силуэт двери, дернула за ручку, но та еле приоткрылась и застряла на месте перед ней чрезвычайно изумленной.       Кухонная дверь ввалилась внутрь, удерживаясь на нижней петле, верхние все вывернуло. Одна из балок придавила приоткрытую дверь сверху, другая, сломавшись, перекрыла дверной проем, завалив его вместе с обломками стены.        — Да, блин… — тихо простонала Хартфилия и устало опустилась на пол.       Всего мгновение и у Люси кончились все силы; пролезть из кухни внутрь дома невозможно, а на разбор завала уйдет не один день, если это вообще возможно.       Хартфилия с трудом поднялась с пола и поплелась обратно к окну. Возможно, стоило бы осмотреть кухню, но сегодня на это у нее просто-напросто не осталось ни сил, ни желания.       Люси пролезла в окно и вывалилась наружу, болезненно приземлившись на землю.       На улице уже сильно стемнело, начинало холодать и Хартфилии пришлось подняться, хотя в этот раз это давалось невероятно тяжело. После нескольких падений, тело Люси начало болеть и ныть, но она все же, двинулась к двери, решив попасть внутрь во чтобы-то ни стало.       Хартфилия уперлась в камень, попробовала сдвинуть его в сторону, но тот и не собирался поддаваться. Люси отпрянула, схватилась за ключ, но после все же отложила эту идею на потом.       Люси попробовала поднять первую попавшуюся раму, но сил у нее на это явно не хватало. Хартфилия не спешила разбивать стекла, боясь лишний раз шуметь. Она проверила окна в гостиной, решив попробовать залезть теперь туда.       Одна из рам, наконец, с трудом поднялась, заскрипев и то и дело норовила развалиться прямо в руках. Люси подпихнула обломок под раму, чтобы не дать ей упасть, и осторожно нажала, оконная рама заскрипела, но все же с места не сдвинулась.       Люси приподнялась на мысочки, заглянула внутрь, осмотрелась, а после закинула внутрь рюкзак и осторожно, стараясь не шуметь и не привлекать внимания, пролезла внутрь.       Хартфилии чудом удалось приземлиться на пол без лишнего шума, все же сильно ударившись локтем об пол.        — Лаксус? — голос Люси дрогнул, но сама она этого не заметила.       Хартфилия осторожно села на пол, бегло оглядела комнату и поднялась на ноги, подхватив рюкзак.        — Лаксус, ты здесь? — Люси прислушалась, но ответа так и не последовало.       Навряд ли Дреяр остался здесь, эта мысль буквально в мгновение ока свалилась на голову Хартфилии. Дом буквально разваливался на куски; несущие балки проломились и свалились, перекрыв вход в кухню. Часть межкомнатной стены начала рассыпаться и угрожала вот-вот рассыпаться и засыпать лестницу на второй этаж.       Дом не разграбили, возможно, письмена все еще действовали, а возможно никто просто-напросто еще не успел сюда добраться, в любом случае, Хартфилии пока не хотелось проверять это.       Лестницу на второй этаж тоже засыпало осколками потолка, часть ступенек обломилась и Люси поднималась чрезвычайно осторожно, боясь и оступиться, и что ее накроет обломками.       Крыша почти полностью осела на второй этаж, оставив лишь небольшой лаз у самого пола, ведущий в спальную комнату.       Хартфилия нагнулась, осторожно опробовала обломки, в надежде, что они не обвалятся ей прямо на голову. Вверху что-то предательски тихо скрипнуло, а вниз посыпались мелкие осколки.       Люси сглотнула ком в горле, еще аккуратнее попробовала пошевелить обломок; в этот раз ничего не произошло. Хартфилия еще раз оглядела конструкцию, поджала губы, все же побаиваясь, оставила рюкзак снаружи, на четвереньках проползла и забралась внутрь.       Часть комнаты засыпало, потолок полу обрушился так, что Люси даже не везде удавалось встать хотя бы на колени, окно завалило почти полностью, и в комнату попадал только небольшой слабый луч света.       Далеко от двери Хартфилия не пробралась, побоявшись. Она проползла к кровати, заваленной с одного бока и покрытой ровным слоем каменной пыли.       Люси подползла поближе; забраться на кровать спать, боясь лишний раз, пошевелиться, ей не хватит смелости, но и лечь на пол безо всего, не казалось, уж столь заманчивой идеей.       Хартфилия стянула подушку, старательно отряхнула, стараясь счистить всю грязь, и отложила в сторону. Люси потянула следом одеяло, но смотрела на потолок, готовясь отскочить в любой момент, в сторону. Одеяло чуть сдвинулось и остановилось, что-то тихо скрежетнуло, и Хартфилия чуть не завизжала. Обломок придавил дальний край одеяла и теперь не давал его сдвинуть, в добавок, грозясь еще и завалить все.       Люси остановилась и осмотрелась. Просто так вытащить одеяло ей не удастся, оставалось только отрезать кусок; сил у Хартфилии, чтобы подняться на ноги, уже не было и она полезла к каменным обломкам, в поисках подходящего.       Люси выбрала осколок поострее, натянула одеяло и с силой ударила по ткани.       Камень почти не резал, но Хартфилия не останавливалась, уже почти продирая кусок ткани. Еще через десяток попыток и ткань наконец затрещала. Вначале появилась еле заметная дырочка, начавшая расползаться и вскоре ее край стал достаточно большим, чтобы за него ухватиться.       Люси тянула за рваный край, придерживая за придавленный, потом потянула другой рукой за оторванный. Ткань тихо затрещала и начала расползаться.       Хартфилия потянула еще сильнее, изо всех сил. Разрез расползался медленно, нарочно не спешив, но Люси не сдавалась; руки начали уставать, ей приходилось давать им отдых, а потом их менять. Одеяло расползалось неспешно, неровно, но Хартфилия старалась оторвать край побольше.       Остался самый жесткий край, и все застопорилось. Люси тянула еще сильнее, но шов сопротивлялся, он оказался слишком толстым и плотным и не давал пройти дальше.       Хартфилия дернула, ткань натянулась и еле заметно сдвинулась с места, чуть взобравшись на бугорок шва. Люси еще дернула и ткань лопнула, а она отшатнулась, сжимая в руках оторванный край.       Рюкзак Хартфилия заволокла внутрь, оставив неподалеку. Из еды осталось совсем немного подсохшего хлеба, который Люси с трудом запихала в себя, хотя есть совершенно не хотелось.       Больше всего Хартфилии сейчас хотелось бы окунуться в теплую ванну надолго, отмокнуть там, а после забраться в кровать, под одеяло и уснуть, а проснуться уже утром, забыв все как страшный сон.       Вместо этого, у Хартфилии, не было горячей воды, да и с холодной, дела в доме обстояли не лучше, вокруг обломки, от одеяла один кусок, о кровати, не стоило и думать, и завтра все явно не кончится.       Люси пыталась уснуть, кое-как накрылась обрывком одеяла, покрутилась, стараясь найти место поудобнее.       Снаружи раздавались странные завывания и Люси не могла с точность сказать, что это ветер, а не чьи-то заунывные стоны. Казалось, что вот-вот что-то случится; упадет стена или крыша и ее раздавит, или еще хуже, замурует здесь, а выбраться не удастся. Демоны устроят бой прямо под окнами, снося все на своем пути или ворвутся прямо сюда, а уже в следующий момент, разнесут пол дома, но ничего пока так и не произошло.       Хартфилия куталась все плотнее, закрывала глаза и постоянно ворочалась, но сон никак не шел.       Слишком много мыслей, и они, никак не могли уложиться в голове у Люси, раз за разом она открывала и закрывала глаза, в надежде, что хоть что-то изменится, но сломанные стены никуда не пропадали, разорванное одеяло никак не восстанавливалось, а Лаксус не появлялся рядом.       Все вокруг уже больше напоминало непрестанную безысходность, перераставшую из реальности в ночной кошмар, непрерывно приходящий с наступлением ночи.

***

      Просыпаться не хотелось; стоило Люси открыть глаза и окончательно осознать реальность, как захотелось вновь упасть в сон и больше не открывать глаза.       Кошмар не закончился, скорее наоборот, только собирался набирать обороты.       Все это словно обрушилось на Хартфилию. Она лежала тихо, свернувшись калачиком, вжавшись в одеяло и прислушивалась. Где-то сверху что-то медленно и надоедливо капало, глухо разбиваясь в луже. С улицы доносился шум драки, сюда долетали лишь отголоски, но даже этого было достаточно, чтобы у Люси кровь стыла в жилах.       Хартфилия выкарабкалась из одеяла, спустилась вниз и осторожно вышла на улицу, постоянно оглядываясь и боясь каждого шороха.       Серое дождевое небо давило сверху, ну сулив ничего хорошего. Идти оказалось трудно, особенно по мокрым обломкам; ноги то и дело разъезжались и пару раз Люси чуть не упала.       На улицах по-прежнему царила тишина, и Хартфилия никак не могла успокоиться, чувствовав себя все время на прицеле. Люси все время держала наготове ключи, но не спешила вызывать духов; хлыст висел рядом со связкой, но привыкнуть к нему у нее пока не получалось.       Кроме гильдии Люси не знала другого места, где мог бы находиться Лаксус и, прячась в руинах, она медленно продвигалась вперед, по смутно знакомой дороге.       Хартфилия выглянула из-за поворота и осмотрелась; впереди пустая улица и здание гильдии. И выждав, еще пару минут, Люси наконец вышла из укрытия, направившись прямо к гильдии.       От здания осталось немного, часть крыши обвалилась, то, что осталось, больше напоминало решето, вокруг валялись разбитые черепицы, двери гильдии завалило обломками, вместо восточной стены зияла огромная дыра, внутренность зала выворочили наружу, превратив часть в щепки.       Люси осторожно вошла внутрь, стараясь привыкнуть к полутьме.       Кана сидела за барной стойкой в обнимку с парой бутылок, и притихшая, с турудом напоминав шумную и веселую Альберону.        — Кана? — еле слышно спросила Люси и замерла, боясь, что это всего лишь ее фантазия.       Альберона молча полуобернулась, удивленно взглянув на Хартфилию.        — Кана! — изо всех сил закричала Люси и бросилась вперед к Альбероне, обняв ее за шею.       Кана закричала и тут же толкнула Хартфилию, недоуменно посмотревшую на нее.        — Ты совсем из ума выжила?! — выкрикнула Альберона, и оттолкнула Хартфилию. — Ты ее чуть не разбила! — Недовольно рыкнула Кана и тут же прижала к себе откупоренную бутылку, укачивая ее. — Моя бедная малышка.       Альберона обнимала бутылку, сверля недовольным взглядом Хартфилию, смутившуюся и виновато улыбающуюся, но все равно неимоверно радостную.        — Прости… — Люси отошла на пару шагов назад от все еще недовольной Альбероны, не в состоянии сдержать улыбку. — Я уже боялась, что никого не найду. — еле слышно произнесла Хартфилия и огляделась. — А где все остальные? Они скоро вернутся?        — Понятия не имею. — недовольно буркнула Альберона, недоверчиво покосившись на Люси и прижав бутылку к себе покрепче. — Но, думаю, что все уже давно свалили отсюда.        — А Лаксус? — резко спросила Люси и закусила губу, отчетливо слыша бешенный стук сердца в ушах.        — Не знаю. — коротко ответила Кана, на этот раз не взглянув на Хартфилию.        — А твой отец? — осторожно спросила Люси и неуверенно подошла ближе к Альбероне, потупившей взгляд и смотревшей в никуда.        — Пошли. — неожиданно серьезно проговорила Альберона, резко обернулась к Хартфилии и, не сказав больше ни слова, жестами приказала следовать за ней.       Люси пошла за Каной, с лёгкостью перепрыгивая обломки столов и куски крыши с черепицами, шуршащими под ногами. Альберона пролезла через доски, пнула запасную дверь и вышла наружу.        — Ну, вот мы и пришли! — Альберона неожиданно остановилась посреди развалин, обернулась к Люси и жестом пригласила ее пройти вперед, странно и с долей злорадства ухмыльнулась, внимательно наблюдая за Хартфилией.       Вниз уходил огромный кратер, тянувшийся на километры вперед, раскромсав все, что попадалось на пути. Останки домов виднелись в самом низу, на дне, обожжённые и прилипшие друг к другу.        — Что это? — Люси взглянула на Альберону, фыркнувшую в ответ и усевшуюся прямо на каменистый обрыв, сделав очередной глоток из бутылки.        — Они ударили каким-то лучом. — Кана в очередной раз, сделала глоток из бутылки, а после взглянула на кратер. — Скорее всего, хотели сбить корабль Хейдса. Но и с городом не слабо постарались. — Альберона хмыкнула и пнула камень, покатившийся вниз.        — Кана… — голос Люси, предательски дрогнул.        — Я не знаю, где он. — резко ответила Альберона.       Люси вопросительно взглянула на безучастную Альберону.        — Может быть, и мертв. — без интереса проговорила Кана, глядя куда-то в кратер, и пожала плечами. — Я о нем с тех пор не слышала.        — Нет… —Хартфилия с трудом смогла покачать головой, чувствуя, как к горлу подкатывал ком. — С ним ведь все в порядке, правда? Твои карты! С ними его же можно как-нибудь найти?! — Люси остановилась в ожидании ответа, не последовавшего ни сразу, ни чуть позже. — Кана?        — Я не могу. — тихо ответила Кана, сделав очередной глоток и подняв бутылку на уровень глаз, чуть встряхнула ее.        — Почему? — Люси с мольбой заглянула в лицо Альбероны, в надежде вытащить из нее ответ.        — Карты врут. — Еле слышно проговорила Кана и поморщилась — вино в бутылке закончилось.        — А если еще раз попробовать… — неуверенно начала Люси, с надежной взглянув на Альберону.       Бутылка с размаху полетела в пропасть, разбившись об острые камни.        — Нет. Я не могу. — Резко ответила Альберона, взглянув в глаза Хартфилии. — У меня не получается… — еле слышно закончила Кана, развернувшись обратно.        — Прости… — тихо просипела Люси и неуверенно попробовала дотронуться до плеча Альбероны. — Кана…       Альберона отмахнулась и шикнула, ничего не сказав.        — Кана, прости… — по коже Люси пробежали мурашки, когда Кана обернулась к ней, уставшая, и без интереса взглянула в глаза.        — Тебе пора. — неожиданно ответила Альберона и поднялась с места. — И мне тоже.        — Пока… — неуверенно ответила Хартфилия и проводила взглядом Кану, шатавшуюся, направившуюся к зданию гильдии.       В остальной части города стояла тишина, по крайней мере пока. Демоны затихли, временно прекратив драки, ничего не трещало, разваливаясь. Оживления на остатках улиц тоже не оказалось.       Люси бродила по пустым улицам, но все это явно не имело никакого смысла, город вымер.       В доме Лаксус так и не появлялся. И без того пустая надежда Хартфилии рухнула.       Надоедливое капанье сверху прекратилось, трещина на внешней стене начала разрастаться, а оконная рама окончательно развалилась и теперь стекло приходилось аккуратно приподнимать пальцами.       Люси не хотелось, этого замечать, она с трудом пробралась на второй этаж, несколько раз споткнувшись о каменные глыбы, разодрала кожу на руках и коленях. Но Хартфилия уже ничего не замечала и добравшись до самодельной постели, рухнула, забывшись спасительным сном.