ineffable husbands

концепт, в котором кроули носит очки не потому что старается скрыть свою сущность от окружающих, а потому что лишился зрения. * * * после того, как вельзевул узнает о том, что кроули не только сотрудничает со служителем небес, но и имеет с ним более глубокую связь, змей полагает, что его приговорят к смертной казни. демон не то чтобы боится: он был готов к этому с самого начала., но он не был готов к тому, что лорды придумали лично для него: они пришли к решению, что смерть — слишком быстрое и легкое наказание для предателя. кроули сопротивляется, пытается возражать, а затем закрывает глаза только на мгновение, а открывая, видит лишь темноту. он кричит и бьется в конвульсиях, сыплет проклятиями, но одно остаётся неизменным — не видит. он не помнит, как добирается до дома азирафаэля: ему помогают случайные прохожие, бесконечно сочувствующие, а кроули лишь сильнее стискивает челюсти и отмахивается от помощи: гордый. он наощупь входит внутрь дома: кажется, демон бывал здесь сотни раз, оставался на ночь, но не может вспомнить ни одного уголка и бесконечно спотыкается, но продолжает идти дальше, пока не натыкается на шумный вздох и чужие ладони. хватается судорожно, сам не понимая зачем, но все равно оседает на пол, дрожа от бессильной ярости. кроули не помнит, как проходят следующие несколько часов: слишком много эмоций, гнева, страха. азирафаэль рядом, он не отворачивается и не уходит, лишь молчаливо сидит рядом, показывая этим, что не оставит. и, кажется, кроули верит, потому что доверчиво льнет, сдерживая волны эмоций, а потом засыпает под пледом, заботливо оставленным азирафаэлем. * * * следующие несколько десятков лет проходят из ряда вон плохо: кроули почти не выходит из дома, запираясь в комнате. демоны не болеют с точки зрения физического состояния, но они, как и люди, подвержены душевным терзаниям. как-то раз азирафаэль вытаскивает его на улицу, что оканчивается почти дракой: 21 век не отличался терпимостью к людям и демон, столкнувшись с не очень воспитанными подростками, выходит из себя. план ангела по возвращению кроули в социум проваливается, не успев начаться. к 22 веку появляется небольшая надежда: азирафаэль находит врача, который, осмотрев кроули, говорит о том, что, возможно, может что-то сделать. демон надевает чёрные солнечные очки и сам просит азирафаэля пройтись по городу. они молчат, разговор не вяжется, но затем кроули начинает задавать вопросы, а ангел описывает все, что видит на своём пути: пышные кроны деревьев и старинные дома, уютные кофейни и маленькие магазинчики. змей фыркает в ответ, но в глубине души благодарен: сам бы не справился. кроули замечает, что стал чувствительнее к касаниям: благодаря змеиному чутью, он знает, где и как его коснутся в следующий момент. не то чтобы он позволяет кому-либо делать что-то подобное: кроме азирафаэля. к нему он льнет сам, ластится под тёплые ладони — доверяет. подготовка к операции занимает длительное время, но демон упорно готовится, стараясь надеяться на лучшее. он физически чувствует напряжение азирафаэля перед тем, как отправиться в операционную и все, что он может сделать, это насмешливо улыбнуться, сжать чужую ладонь и прошептать на грани слышимости: «ну и что за сопли ты тут развёл? прорвёмся, или ты во мне сомневаешься?» * * * единственное, что чувствует кроули, приходя в сознание — боль. и боль такая сильная, словно он вновь падает с небес, раздирая белоснежные крылья в кровь, ломая кости и лишаясь благодати. морфин действует не сразу, поэтому открыть глаза демон пытается спустя целых несколько часов: и ему страшно. страшно, хотя он не признается в этом никому, кроме себя, скрывая настоящие эмоции за фальшивой усмешкой. ему страшно, что, открыв глаза, он вновь окажется в бесконечной темноте, которая, кажется, стала ему верным другом. первое, что понимает кроули, открывая глаза — он видит. расплывчато, только очертания, но главное — видит. натыкается взглядом на до боли знакомую фигуру и различает улыбку и голубые глаза: тянет ладонь к лицу азирафаэля, кончиками пальцев касаясь его губ, будто не верит, что это здесь, по-настоящему. чувствует чужую улыбку и тихий смех, а затем едва заметную влагу на чужих щеках. — ну что ты тут сопли развёл? прорвались. или ты во мне сомневался? азирафаэль улыбается — это только начало.