Fire Fox, или "Я же просто душу Дьяволу продала!"

Комната общего сбора была, пожалуй, единственным местом, не прослушиваемая Генрихом, о чем знали все члены команды, да и сам черт, видимо, тоже. Серега все равно нервничал, но не потому, что боялся быть услышанным. Просто этот разговор мог, наконец, поставить точку в этих запутанных отношениях. Сережа не может даже взглянуть на Аню: ему больно, видеть ее такой. Алина поделилась с ним, что Кактурина прорыдала весь вчерашний вечер и ночь, не возвращаясь в их мир, а проведя все это время возле кровати с трудом выжившего Алекса. Черенцев не мог вынести этого убитого взгляда потускневших и покрасневших от пролитых слез карих глаз, поэтому продолжал стоять к девушке спиной. Аня подошла медленно, аккуратно утыкаясь лбом меж лопаток друга, вынуждая того вздрогнуть от столь доверчивого жеста. Серега был готов прямо сейчас развернуться и заключить ее в крепкие объятия, зацеловать лицо и наговорить хренову тучу глупостей, за которые потом ему, как дерзкому пацану с района, было бы очень стыдно. Но он продолжал стоять на месте. Потому что это Анна Кактурина, потому что это его лучшая подруга детства, потому что она никогда не посмотрит на него как-то иначе. - Сереж, прости, - мягко заговорила Аня, и Черенцеву показалось, что даже сквозь толстую ткань пиджака он почувствовал ее дыхание. – Я должна была это сделать раньше, но ты же знаешь, что я та еще дура… Нервы у парня натягиваются до предела. Сейчас она вынесет ему окончательный вердикт, а он как обычно весело ей улыбнется, назовет ее по-привычному дурочкой и попросит не париться на его счет. Только… - Ты же сам видишь, что я до беспамятства люблю его, - услышал он сбивчивое перед тем, как яркие краски мира перестали для него существовать. - Ты напоминаешь мне этим Джека, - неожиданно раздавшийся словно сквозь толщу воды голос заставил Серегу подпрыгнуть на месте и вынырнуть из неприятных воспоминаний. Северянин по-доброму улыбнулся, наблюдая за тем, как молодой парень спрыгивает с подоконника, зачем-то поправляя на себе черную одежду. Санта был осведомлен, что некоторые представители их с Хранителями демонических союзников были людьми, но ни за что бы не подумал, что Демоны вынудят заставить сражаться на своей стороне детей. Возможно, его бы тоже стоило упрекнуть, поскольку в свое время Северянин также заставил сражаться против Кромешника Ледяного Джека. Но Фросту на тот момент было более трехсот лет, и молодым парнишей его назвать ну как-то язык у мистера Клауса не поворачивался. - Прости, Северянин, - выдохнул Сергей, смущенно потирая шею. – Я задумался. Хранитель на это дружески похлопал парня по плечу своей массивной рукой, весело, но все же сдержанно улыбаясь. - Не волнуйся, - попытался приободрить он Черенцева, подталкивая того в сторону своего кабинета. – У нас тут такая система защиты после сражения с Бугименом настроена, что не то, что ангелы докопаться не смогут. Ваш Сатана тоже подвергнется ряду испытаний, если ты понимаешь, о чем я. Не то, чтобы Серега был против общения с Ником Северянином. Это же был, черт побери, настоящий Санта, которого он мечтал выловить с того момента, как начал соображать, что на новый год кто-то исправно подкладывает ему подарки под елку. И плевать на то, что в России как бы принято верить в Деда Мороза. От одной лишней детской веры еще ни один Хранитель не отказывался. Просто Черенцев не был настроен на душевные разговоры. А Ник, видимо, этого не понимал. До Рождества была еще уйма времени, а йети уже вовсю трудились над игрушками. Скажи Сереге, что эльфы во дворце Северянина исполняют только декоративную роль, - он бы ни за что не поверил. Санта на недоуменный взгляд парня лишь расхохотался, удерживаясь одной рукой за живот. Видимо, у Черенцева был ну очень озадаченный вид, раз Ник еще минут десять после этого не мог успокоиться. - Остальные Хранители не живут на Полюсе? – поинтересовался Сережа, сидя уже в кабинете Северянина и потягивая теплое молоко с печеньем. Ник покачал головой, не отвлекаясь от разрисовывания лица фарфоровой куклы. - Песочник вечно занят распространением снов, как и Фея сбором зубиков. Астер холода не выносит, поэтому прячется в своей пещере. Джек изредка появляется, когда на него хандра нападает, если ты понимаешь, о чем я, - растягивая слова, ответил Санта. Серега вопросительно на него покосился. - На Джека? Хандра? – переспросил он, пытаясь удостоверится, не ослышался ли он часом. Иногда Черенцеву казалось, что Фросту при обращении кто-то засунул вечный двигатель с пропеллером в задницу, поэтому для Ледяного Джека вообще не должно было существовать таких понятий, как депрессия и элементарная грусть. Ник усмехнулся, не отрываясь от своего занятия. - Не все же время ему веселым быть, - веско заметил Северянин, осматривая начатую им работу. – Все мы ведь были когда-то людьми. Иногда неплохо поддаться наплыву ностальгии, не так ли? – приспустив с носа очки, поинтересовался Ник. Сергей понял, что дух Рождества видит его насквозь, поэтому выдал в ответ тяжелый вздох. Душевному разговору все же быть. - Умирать страшно, когда ты осознаешь, что у тебя еще остались незаконченные дела, - пробормотал он, ставя стакан на поднос и, аккуратно обходя снующих под ногами эльфов, приблизился к окну, всматриваясь в ночные красоты севера. - Сынок, ты слишком рано ставишь на себе крест, - нахмурился мужчина, поднимаясь из своего кресла. – Как думаешь, почему тебя отдали под защиту Ника Северянина? Договорить Сережа не успел. Дверь в кабинет распахнулась настолько неожиданно, что один из зазевавшихся эльфов оказался впечатанным в стену. Через порог перевалился запыхавшийся йети, что-то бормоча на своем языке и указывая рукой в сторону цеха. И Сергей по одному рассерженному взгляду Санты осознал, что его время все-таки пришло.

***

Воздушный вихрь, который выбил меня с проложенной дистанции, отбросил нас на крышу высотки. Я знатно приложилась спиной о бетон, а если бы не Фрост, то еще бы и заработала сотрясение. Однако Джек вовремя прижал меня, из-за чего мы, сделав несколько кувырков по крыше, все же остановились. Блядство, только этих уродов сейчас не хватало! - У нас нет времени на сражение, - прохрипела я, поднимаясь следом за Ледяным. Джек согласился со мной простым кивком, и мы вновь взмыли в небо, стараясь оторваться от настигшей нас армии Кабалистов. Размах моих крыльев был значительно хуже ангельских, поэтому не удивительно, что мне приходилось прикладывать немереные силы, чтобы хоть на немного быть быстрее. Джек видел, что я выдыхалась, но поддержать меня никак не мог, поскольку пытался переморозить хотя бы минимальную часть армии, дабы дать нам больше шансов. Конечно, используй я огненный образ, - отбиваться было бы легче. Небо для меня было убогой площадкой для сражений, поскольку я попросту не умела сражаться в полете. - Джек, - выдохнула я, сквозь плотно стиснутые зубы. Стихия воды все еще подчинялась плохо, нужно было переключаться. – Меняемся. Ты ведешь, я отбиваюсь. - Ты уверена? – переспросил Джек. Я даже не стала дожидаться ответа. Взор заволокло на несколько секунд красной дымкой. Крылья исчезли, вместо сарафана появились ставшие родными корсет и мини-юбка, волосы волной рассыпались по спине. Фрост даже сообразить не успел, и лишь прижал меня к себе, предотвращая возможность падения, одной рукой, а второй взмахивая посохом. Мое перевоплощение отняло у нас некоторое время, которое Джек теперь рассчитывал восполнить. - Предложения? – перекрикивая ветер, поинтересовался Фрост. Я кивнула. - Подсади меня на спину. Дважды Джеку объяснять не потребовалось. Фрост спикировал вниз, отпуская меня, на что я мертвой хваткой вцепилась в его плечи, перебираясь на спину и оплетая парня ногами за талию. Поза пахнет тем еще блядством, но окружающий нас пиздец меня беспокоил больше. Изогнувшись под немыслимым углом и кое-как пересев так, чтобы оказаться лицом к настигавшим нас противникам, я вытянула руки перед собой. В ладонях появились родные пистолеты. - У тебя только одна задача, Джек: лететь как можно ровнее, - предупредила я. Рукоятки окрасились в красный, и я сделала первый выстрел, сбивая ангела. Второй выстрел себя ждать не заставил, и правое крыло очередного ангела вспыхнуло огнем. Посланник божий истошно заорал, и несколько его сородичей поспешили прийти собрату на помощь. Я наблюдала за муками ангелов с неким садистским удовольствием. Скольких наших он перебили вот так, нападая огромными стаями на одного-двух юных демонов, которые даже не способны были дать отпор? Губы растянулись в кривой усмешки. Ублюдки. Как только эта война закончится, вы за все ответите. - Энни! – вскрикнул Джек, резко вырываясь вверх. Нас попытались окружить, поэтому сверху на нас уже несся ангел, размахивая мечом. Я схватилась за толстовку Фроста и, резко выгнувшись, больно приложившись с Джеком макушками, свободной рукой выстрелила. Ангел в мгновение растворился в пепел. - Если так и продолжится, мы застрянем здесь надолго, - пробормотала я, вновь пересаживаясь на спине Джека и обнимая того за плечи, дабы не сорваться. Увидев идущий сверху свет, я сначала даже своим глазам не поверила. Когда Фрост вообще успел позвать на помощь? Обернувшись, я с нескрываемым восторгом наблюдала за тем, как вихри золотого песка обрушились на преследовавших нас ангелов, сметая их вниз, к мегаполису. Джек перестал подниматься и повис в воздухе рядом с миниатюрным желтым человечком. Я приветливо улыбнулась Песочнику. - Ты вовремя, - заметил Фрост, на что Хранитель детских снов ответил несколькими песочными знаками, которые замелькали над его небольшой головой. – Что? Испуганный тон Джека мне совершенно не понравился, поэтому я недоуменно взглянула на Песочника. Тот резко виновато отвел взгляд, почесывая золотистые волосы, а мне все вдруг стало очевидным до безобразия. - Нам нужно немедленно на полюс! – вскрикнула я, чуть не свалившись к чертям со спины Джека. – Песочник, пожалуйста, ты же можешь нас туда доставить! Песочный человек кивнул, принявшись что-то колдовать. Через мгновение мы сидели на довольно массивном песочном ковре-самолете с – какая прелесть – вентилем от вертолета позади. Песочник показал несколько знаков, вроде, держитесь крепче, и наш летательный аппарат устремился вперед с невероятной скоростью. Я вцепилась в руку Фроста, другой сжимая корсет в районе сердца, чувствуя, как-то предательски кольнуло. Черта с два! Я больше не позволю этим ублюдкам забирать у меня близких! И Серегу я во второй раз не потеряю!

***

- Сережа, Генрих нас использует! Черенцев не верил своим глазам. Перед ним была Аня: живая, целая, невредимая и, черт подери, в проклятом лисьем образе! Если раньше ее костюм пестрил яркими и светлыми красками, то сейчас Серегу невольно отталкивала окружившая девушку чернота. - Как ты… как пробралась сюда? – спросил он, чувствуя, как воздух оставляет легкие, когда Аня, подбежав, кинулась ему на шею, заключая в крепкие и такие нужные сейчас объятия. Аня была теплой. Их Анька, их негласный лидер не погибла, как заверил Генрих после попытки найти девушку. Серега не верил: это же Кактурина, она неубиваема; поэтому до последнего ждал, когда она как обычно ворвется на территорию общежития, нарушая привычно царившие покой и тишину. - Мне помогли. Сережа, пожалуйста, поверь мне, - вновь затараторила девушка, отстраняясь. – Генрих враг! Он врал нам все время! - О чем ты? В плане врал? Успокойся и объясни нормально! – не выдержал Черенцев, хватая Аню за плечи и с силой ту встряхивая. Девушка с трудом перевела дыхание, действительно пытаясь взять контроль над эмоциями. - Он уже собирал команду, - выпалила она, хватая Сережу за руки. – И ни раз, и ни два. Он погубил хуеву тучу людей для того, чтобы найти идеальный сосуд для воскрешения одной сильной тетки, которая существовала в этом мире хрен пойми когда и правила им! Черенцев, конечно, от такого заявления прихуел. Пусть это и звучало как бред сивой кобылы, Аня была слишком серьезна, чтобы врать. Но и нельзя было исключать факта, что девушке могли промыть мозги за время ее отсутствия. - Аня… - начал было Сережа. В небе мелькнул знакомый силуэт, сверкнув отразившимся от гладкой стали меча светом. Черенцев моментально притянул к себе Аню, стараясь закрыть от удара… А потом… Что было потом? Почему он не может вспомнить? Смотровая площадка дворца на Северном Полюсе в минуты превратилась в настоящий Ад, какой Сергей привык видеть ежедневно в нижней канцелярии. Санта с трудом увернулся от нового противника, отправляя метким ударом кулака кабалиста в нокаут. Их было в общей сумме не больше десяти, однако даже Сережа заметил, что эта партия пернатых ублюдков отличалась от предыдущих. Они были сильнее, быстрее, ловчее и попросту превосходили по всем параметрам своих приспешников. Поэтому сейчас белый костюм Сереги, защищавший его при обращении, был покрыт многочисленными порезами, а темная челка пропиталась ангельской кровью. - Ник, можешь потом написать жалобу Сатане. Демоны тут все быстро отстроят, - попытался пошутить Черенцев, перехватывая клинок. Северянин в ответ предпринял попытку изобразить смех. - Ни за что бы не подумал, что мне придется поднимать руку на женщину, если ты понимаешь, о чем я, - заверил он, глядя на поднявшегося с пульта управления ангела. Серега прекрасно осознавал, что ангелы пришли за ним, а Север просто попал под раздачу. Он потом обязательно тысячу раз извиниться перед Ником за весь этот погром, но для начала нужно было выпотрошить очередную слишком наглую подушку. Черенцев знал, что у смерти довольно дерьмовое чувство юмора, однако свой срок он пытался максимально отсрочить. Особенно сейчас, когда узнал от Северянина, что помощь вторглась в пределы полюса. Им нужно было протянуть какие-то несколько минут. Серега знал, что скорее всего под помощью Санта подразумевал других Хранителей. Очередной уклон от атаки противника он исполнил с улыбкой. Столько проблем из-за одного мальчишки. Наверно, на месте Ника он бы давно гнал такого наглого пацана куда подальше. У смерти было действительно дерьмовое чувство юмора. Черенцев даже осознать не успел, как районе легких все стянуло непереносимой болью. Из горла вырвался протяжный хрип, а вместе с ним на пол изо рта выпали далеко не первые за этот вечер капли крови. Взгляд с трудом сфокусировался на мече, который ангел все сильнее вдавливал рукояткой ему в грудь. - Нет! Словно сквозь вакуум он услышал чей-то крик. Женский визг, полный боли и отчаяния. Стоящий перед Сережей ангел вспыхнул и в секунду сгорел в пламени, из-за чего Черенцев потерял опору. Он бы так и повалился на пол, если бы не такие знакомые руки, которые аккуратно подхватили его за плечи, увлекая за собой. Он впервые увидел ее, убегающей с детской площадки. Полностью зареванную, со смешными высокими хвостиками, перепачканную в песке и подгоняемую смехом дворовых мальчишек. Что его, четырехлетнего ребенка, подтолкнуло догнать ее и попытаться успокоить? Что он увидел тогда в ее черных заплаканных глазах? И почему видит опять это сейчас? Это была Аня. Не Энни, не огненная лиса, не Хелл. Это была первая девочка в его жизни, с которой он начал общаться. Это была его лучшая подруга, которая роняя обжигающие капли слез на его щеки, склонившись над ним. Это была его первая и последняя любовь, взаимности в которой он так и не добился. Аня рыдала, пытаясь трясущимися руками зажать рану на его груди, но вместо этого лишь пачкала в крови ладони. Аня что-то неразборчиво кричала и обещала уже лишнюю сейчас помощь. Аня умоляла его, Сергея Черенцева, не оставлять ее снова. - Черенцев! - Сережа! Он, как и тогда, не в силах оторвать от ее лица взгляда. Он, как и тогда, тянет к ее лицу руку, которую она перехватывает и вздрагивает от холода его пальцев. Он, как и тогда, весело ей улыбается. - Анька, да забей. Все в норме. - Все хорошо, Ань, - шепчет он и понимает, что лицо девушки начинает расплываться. – Мы ведь еще… встретимся… Тьма окутывает сознание. И перед тем, как окончательно забыться, он успевает в последний раз услышать ее пронзительный крик. Как и тогда.

***

Демон отрывает взгляд от раскрытой перед ним книги. Дверь за третьим в круге золотистым креслом захлопнулась, покрываясь многочисленным количеством трещин и окрашиваясь в черный. Генрих растянул губы в своей акульей улыбке и взмахнул рукой. На месте двери выросла каменная стена, как и за еще тремя дверьми в этой комнате. - Ты славно поработал, Air rabbit, - не скрывая грусти, заметил демон, подходя к креслу, которое когда-то принадлежало воздушному знаку. – Больше они не нарушат твой покой.

***

Сознание возвращалось мучительно долго. У меня создавалось впечатление, словно меня в очередной раз ебнули чем-то очень тяжелым по башке. И память, как назло, отбило напрочь. Я помню, как пиздела на крыше с Фростом, пообнималась там с ним немного, а потом… А что потом? - Очнулась? Голос Уфира раздался как гром среди ясного неба. Так, вот только адского лекаря мне не хватало для полного счастья. Что на этот раз? Андрия решила в миллионный раз пробиться в наш мир? На меня напала армия кабалистов? Я получила обморожение из-за того, что слишком долго зажималась с Фростом на крыше в минус с хуем градусов? Я уже готова ко всему на свете. Раскрыв глаза и чудом не ослепнув, я все же села в кровати. Уфир сидел на своем дурацком крутящемся стуле, за его спиной стоял Велиал, а из-за ширмы я смогла разглядеть стоящие торчком волосы Фроста. Я невольно нахмурилась. Джек меня избегает что ли? - Как ты себя чувствуешь? – спросил Уфир, внимательно следя за моей реакцией. Я пожала плечами, поднимаясь с кровати. - Бывало и лучше, - призналась я, потягиваясь. – Все тело ломит, как будто меня Юкио использовал в качестве боксерской груши несколько часов. Что я опять натворила? Нарвалась на армию ангелов? - Практически, - ответил за врача Велиал. – Ты ничего не хочешь вспомнить? – неожиданно добавил он. Я нахмурилась. Опять у меня память ошибло. Ну-ка, Энни, давай. Напрягай извилины. Только ничего в голову, кроме диалога с Фростом об отношениях, мне не желало приходить, из-за чего я чуть было не залилась краской. Ох, какая же я дура все же. Не хватает Сереги, чтобы тот вправил мне мозги. - Давайте я помогу, - неожиданно выдал Джек, выходя из-за ширмы. Выглядел Фрост довольно уставшим и немного помятым. Я еще никогда не видела, чтобы у Ледяных духов появлялись синяки под глазами. Джек подошел ко мне вплотную и, не позволив отступить, что-то вложил мне в ладонь. Я подняла на него недоуменный взгляд, а потом все же опустила взгляд на свою руку. Кулон. Кулон в форме алхимического знака для обозначения ветра. Кулон, который я подарила Сереже на его шестнадцатилетие, когда еще была человеком. Воспоминания хлынули в сознание подобно горячему потоку воздуха. Руки в крови. Пустой взгляд Сережи. Море белых перьев. Армия кабалистов над городов. Море крови и перьев. И меч. Мой меч тоже в крови. - Я… - голос вышел хриплым, а к горлу подступил неприятный ком. - Потеряла контроль, - закончил Велиал, - и перерезала свыше пятидесяти ангелов из армии Михаила в одиночку. Велиал еще что-то говорил, но я его не слышала. Меня трясло, и я просто обязана потом поблагодарить Фроста за эти объятия, в которые он вовлек меня. Я бессовестно уткнулась в изрядно изрезанную толстовку Джека, хватаясь за нее обеими руками, и заревела. Голос срывался, ткань под моим лицом пропиталась насквозь, но я продолжала истерить, задыхаясь в собственном крике. Я опять доказала собственную беспомощность. Я опять ничего не смогла сделать. Я опять потеряла его. Я опять не смогла спасти своего лучшего друга. Я опять допустила смерть Сережи.