Моей огромной любви хватит нам двоим с головою...

POV Tom - Мам, я есть хочу, - влетел домой и радостно забросил рюкзак в угол, хотелось петь и плясать, так легко и хорошо было на душе. - Привет, милый, - мама потрепала меня по плечу, - приятно видеть тебя в хорошем настроении. Мне стало стыдно. У меня часто бывали перепады настроения, и я, как и все эгоистичные подростки, срывался на близких мне людях. Самое сложное было лет в четырнадцать-пятнадцать. Я был не только подростком, у которого гормоны играли, но и подростком, который вдруг понял, что влюблен в парня. Мама видела, что со мной что-то творится, и даже догадывалась, что это первая любовь. Пыталась помочь, дать какие-то советы по поводу того, как понравиться девочке, но я только злился. Но и сказать ей ничего не мог. Она у меня современная мама, и мы живем довольно дружно, хотя бы потому, что живем мы вдвоем, отца у меня нет, но рассказать о своей любви к Биллу я не мог даже ей. Потом все немного улеглось, я осознал это чувство и смирился, мама успокоилась, видя, что мне постоянно звонят какие-то девчонки, и я постоянно хожу с кем-то на свидания – значит, у ее сына все в порядке, нормальная подростковая жизнь. После ужина я закрылся в своей комнате и достал гитару, перед сном еще раз сыграл все песни, которые поет Билл. И не только те, что он будет петь на этом концерте, но и вообще все, что он пел за то время, что посещал этот кружок. Спать я лег рано, чтобы завтрашний день быстрее наступил, ведь теперь я могу не только смотреть на него, но и общаться с ним, смотреть, как он улыбается. Улыбается мне. День начался как обычно, но исключением стало то, что Билл мне приветливо кивнул, проходя мимо на свое место. И от этого все стало казаться другим. Сны сбываются? Иногда да. Весь день я шутил и смеялся, флиртовал с девчонками и умудрился опять сцепиться со Стивом. Это еще один мачо в нашем классе, с которым мы вечно пытаемся поделить территорию. На самом деле мне это и нафиг не надо, но ничего не поделаешь, законы стаи. Дашь слабину, и тебя сожрут, а так каждый получил по своему заслуженному синяку и разошлись до следующей стычки. Я еле дождался конца уроков, знал бы кто, что Том Трюмпер сходит с ума от любви к Биллу Каулитцу. Хотя, никто бы и не поверил. Это Билла частенько подкалывали по поводу его ориентации, очень уж своеобразная внешность у него. А Билл на эти подколы внимания не обращал, только пожимал плечами. Меня каждый раз так и подмывало заступиться за него, но так как шутили не злобно, и Билла это, похоже, не обижало, то было глупо вмешиваться. Сегодня в школе не было и Густава, Марк с Натали тоже так и не появились, и Билл, как само собой разумеющееся, дожидался после уроков меня, чтобы пойти вместе в зал. Это было так непривычно, вот он стоит за моей спиной, нетерпеливо постукивая ногой, и ждет, пока я соберу свой рюкзак. Странно было с ним общаться, ведь я для него, по сути, незнакомый человек, парень, которого он только вчера попросил сыграть на гитаре. А я о нем столько всего знаю… Все-таки десять лет наблюдений. Я знаю, когда он смеется искренне, а когда нет, что он теребит челку рукой, когда волнуется, что он морщит нос, когда о чем-то задумывается, что его глаза радостно загораются, когда он говорит о музыке. Я знаю, что он не ест яблоки и помидоры, а любит карамельки, что когда он злится, он стучит кончиком пальца по столу, что когда он в нетерпении, то вот так вот приплясывает на месте, как сейчас, в ожидании меня. И еще я знаю о нем кучу столь же бесполезных, на первый взгляд, вещей, но таких дорогих для меня. И теперь мне надо не выдать всех этих знаний, общаться с ним, как с чужим человеком, несмотря на то, что он для меня такой родной и любимый. В зале Билл подробнее познакомил меня с программой вечера, оставил девчонок репетировать, а меня позвал в соседний класс. - Пойдем, попробуем пока там, нам надо хотя бы привыкнуть друг к другу, - он улыбнулся, а меня окатило волной нежности к этому хрупкому подвижному созданию. В классе я сел на подоконник, он на парту передо мной. - Давай, вот с этой начнем, - он порылся в нотах, написанных от руки, и вытащил нужный лист – «In Your Shadow». Я тихонько взял первые аккорды, Билл удивленно посмотрел на меня. - А ноты? - Не надо, я запомнил… Он смотрел на меня внимательно, как будто пытаясь что-то понять, но потом улыбнулся и кивнул. Он начал тихо петь, а я не мог отвести от него взгляд, я столько раз слышал, как он поет, но это всегда было или за стенкой, или на сцене, а сейчас он сидел прямо передо мной, смотрел мне в глаза, и тихо пел. Для меня. Ладно, не для меня, но ведь можно же помечтать? POV Bill Странное дело, с Томом мне пелось легче, чем с Марком, хоть я и первый раз пел под его аккомпанемент. Но играл он как-то по-другому, душевнее что ли. Мне казалось, что он как-то лучше чувствует музыку и текст. Марк, когда играл, любовался сам собой и своей игрой на гитаре, а Том старался оттенять меня, не вылезая вперед, поэтому получалось все очень гармонично. Все-таки нам и правда повезло, что он согласился во всем этом участвовать. - Спасибо! – я постарался поблагодарить его как можно искренней. - Что бы мы без тебя делали… Ты так здорово играешь, давно? - С девяти лет… - Круто. А я с девяти пою. А где учился? - Нигде. Я сам. - Серьезно? – я не мог поверить, что он говорит правду, но он сейчас говорил так спокойно, не рисуясь, что видно было, что не врет. – Тогда это вдвойне здорово. Ты классно песню почувствовал. - А чья она? - Моя… - я почему-то вдруг смутился под его пристальным взглядом. – Ну, слова мои, а музыку мы вместе с Марком и Густавом писали. Мы обычно над всеми песнями так работаем. - У вас отлично выходит… И слова мне очень нравятся. Вот так мы и сидели вдвоем в пустом классе и делали комплименты друг другу. И почему-то это не казалось странным или натянутым, все-таки Густав прав, Том отличный парень. POV Tom Меня очень поразило, что слова песен Билл пишет сам. Мне всегда нравились их тексты, и не только потому, что их поет Билл. Я, конечно, влюбленный идиот, и мне нравится все, что он делает, но тексты у них и правда классные, а вот с музыкой я бы кое-где поработал. Но говорить об этом не стал, все-таки мне только сегодня доверили сыграть эту мелодию, не стоит вот так сразу критиковать то, над чем люди работали месяцами. Мы попробовали исполнить вместе все песни в классе, а потом решили перейти в зал, чтобы уже репетировать по-настоящему, с микрофоном. Было уже довольно поздно, народ расходился, и в зале мы опять остались вдвоем. Когда мы закончили, Билл опять подошел ко мне и упал рядом на стол, стоящий у окна. - Том, классно… - протянул он и лег на стол, свесив свои длинные ноги. – Хорошо поработали. - Вы всегда столько репетируете? – спросил я Билла, чтобы поддержать разговор, в его присутствии я терялся, вот никто бы не поверил, что Том Трюмпер, который за словом в карман не полезет, может смущаться. Но да, я смущался, я боялся, что чем-нибудь оттолкну его. И я прекрасно знал, сколько и когда они репетируют. - Только перед концертами. А так, занимаемся три раза в неделю. Раньше с нами учителя занимались, но теперь это что-то типа клуба по интересам, учителя малышей учат, а нас уж чему учить… Нас теперь только на конкурсы посылают, за честь школы бороться. Билл сейчас был расслабленный и говорил, закрыв глаза. Такого Билла я совсем не знал, и он мне безумно нравился, волосы разбросаны по столу, тонкий профиль, высокий лоб. Я вдруг ощутил, что у меня дрожат руки, как от волнения. Я впервые задумался, а если я вот так буду все время с ним рядом, смогу ли я себя контролировать? Мне казалось, что да, что мне достаточно просто видеть его, говорить с ним. Но человеку всегда мало. Еще вчера я и представить не мог, что мы будем вот так общаться один на один, а сегодня я уже хочу прикасаться к нему, а не только видеть и говорить. Мда, Трюмпер, ты такой дурак… POV Bill Я открыл глаза и столкнулся с пристальным карим взглядом, но Том быстро разорвал контакт и, соскочив со стола, стал убирать свою гитару. - Ты можешь ее здесь оставить, чтобы каждый день не таскать, - я показал на закрывающиеся шкафы для инструментов, - ну что, по домам? На улице было свежо, пахло мокрым асфальтом и листьями, октябрь – мой любимый месяц. Еще и не зима, но уже пахнет свежестью, и не холодно. Холод я не выношу, зимой я всегда мерзну, потому что одеваться не люблю, шапки не люблю, а в коротких курточках долго не погуляешь. А сейчас можно сделать лишний крюк, пытаясь запрятать голос совести глубоко-глубоко. Опять я приду домой очень поздно, опять мама будет бросать на меня укоризненные взгляды, а Мари, не дождавшись меня, уснет. Я знаю, что поступаю, как последняя сволочь, но ничего не могу с собой поделать, чувство вины будет мучить меня и так, и так. Но вне дома голос совести проще заглушить. Я задумался, и забыл про идущего рядом Тома. Но не потому, что с ним было скучно, а потому, что с ним было комфортно. Я за эти два дня так к нему привык, что воспринимал его уже, как друга. Сейчас я смотрел украдкой на его профиль, он шел, низко опустив голову, и рассматривал что-то у себя под ногами, казалось, он сейчас тоже пребывал где-то не здесь. Наконец, он поднял голову, и, встретившись со мной взглядом, улыбнулся. У него очень красивая улыбка. Вообще, он очень красивый. Раньше я этого не замечал, воспринимал его как нечто с дредами, в кепке и широкой одежде. А у него длинные загнутые ресницы, и красивый правильный профиль. Теперь я понимаю, что девчонки в нем находят. - Ты далеко живешь? – нарушил я затянувшееся молчание. - Нет, только что прошли мой дом… - Том перехватил мой удивленный взгляд и пояснил, - я до супермаркета прогуляюсь. А ты? - А я как раз рядом с ним. - Ну и отлично, заодно тебя провожу, - он опять улыбнулся. До моего дома дошли минут через десять, Том протянул руку на прощание и легко пожал мои пальцы. Люблю, когда не сжимают ладонь со всей дури, обычно у меня после крепких мужских рукопожатий рука потом полдня болит, а у него это как-то легко и… нежно даже получилось. Вот бы никогда не подумал, что этот рэпер на такое способен. В доме, как я и думал, было уже темно, только в мамином кабинете горел свет. Я тихонько пробрался на кухню, надеясь, что меня не заметят, но через пять минут щелкнул выключатель, и вошла мама. Я зажмурился от неожиданно яркого света. - Ты чего в темноте сидишь? - Я неопределенно пожал плечами. – Опять ты поздно… А она тебя ждала, не хотела засыпать, пока тебя нет… В носу как всегда защипало, но я как обычно спокойно сказал: - Прости, концерт скоро… Ты же знаешь. Я старался прийти раньше, но не получилось. Мама только пристально посмотрела на меня и кивнула. А я даже не сволочью себя ощущал, а намного-намного хуже.