Невеста для белого орла

       — Я тебя понял, а сейчас то, что ты делать собираешься? Старший сын семьи Датеко выжидающе смотрел на своего непутевого брата, который уже успел натворить делов из-за любви. Футакучи прекрасно понимал, что Аонэ не торопился с признанием, так как боялся быть отвергнутым и потерять дорогую для его сердца дружбу с Шое, но и попытаться договориться о смотринах, кажется, кто-то совсем начинает терять голову и совершать опрометчивые поступки, то, что Шое находится сейчас здесь уже сулит кучу неприятностей. Хоть по телефону парень и не соврал, когда разговаривал с представителем семьи Карасуно, но ведь и не перезвонил, когда узнал, что Шое был все это время с Аонэ.       — Для начала подумай о том, чтобы поговорить с Шое, если ты явишься на смотрины в качестве кандидата, не думаешь ли ты, что его это, как минимум, шокирует? Футакучи медленно встал с кресла подходя к брату, аккуратно взъерошив белые волосы, улыбаясь краешком губ замечая, как Аонэ немного злобно фыркнул, брат никогда не понимал как можно получать удовольствия трогая и портя чью-то прическу.       — Ты прав. Коротко ответил беловолосый парень, намереваясь встать с кровати. И почему во взрослой жизни все так сложно, почему они должны делать то, что от них хотят только лишь потому, что являются старшими детьми и должны продолжить род, почему нельзя строить связи на дружбе и взаимной любви? Ведь проблем стало бы намного меньше, не так ли? В голове ворохом кружило одновременно столько мыслей! Как начать разговор с Шое? Как признаться? Что сказать отцу, и согласится ли Карасуно хотя бы отсрочить смотрины? Что нужно сделать, чтобы довольны остались все?       — Аонэ, семье Шое нужно сообщить о том, что он у нас. Футакучи перевел взгляд на широкую спину брата, которая заметно напряглась. Средний из журавлей покинул наконец комнату старшего брата, направляясь на кухню, где уже готов был встретиться с большими карамельного цвета глазами, когда на горизонте стала виднеться рыжая копна непослушных волос, уверенности немного поубавилось, но отступать было нельзя.       — Шое. Я хочу чтобы ты выслушал меня. Аонэ осторожно подошел к вороненку, как будто боясь спугнуть парня, журавль медленно опустился перед парнем на колени, заглядывая в удивленные глаза рыжика, аккуратно накрывая его маленькие ладони своими и нежно сжимая их. Вдох. Выдох. Почему мозг в такие моменты совершенно отказывался думать, не давая возможности подбирать правильные слова. Вороненок уже ошарашенно следил за своим другом, немного напрягаясь от его действий, но терпеливо молчал.       — Во-первых, мы должны сообщить Карасуно, что ты у нас, я искренне не хочу, чтобы между нашими семьями были разногласия. Блондин чуть крепче сжал маленькие ладони, которые дрогнули от его слов, еще вдох и следом медленный выдох, сердце ускоряло свой бой, немного оглушая парня.       — Во-вторых, я хочу сказать. Секундная заминка — решиться на признание так сложно и страшно.       — Я уже давно люблю тебя. Белая макушка аккуратно легла юноши на колени, смотреть парню в глаза было так страшно, не хотелось видеть в добрых глазах осуждение, отвращение и ненависть. Руки журавля пробила мелкая дрожь, как же было сложно выносить в данный момент это молчание и тишину, они будто обволакивали седовласого парня, а сердце тяжелыми ударами долбилось о грудную клетку.       — Я… Ты прав мне нужно домой… Рыжий парнишка слегка надавил на широкие плечи Аонэ, отодвигая того от себя, и, не встречаясь с ним взглядом, поспешил ретироваться из кухни, руки била крупная дрожь. Поверить в происходящее было трудно. Аонэ влюблен в него?       — Шое, я понимаю, это неожиданно, и я хотел, чтобы ты подумал над моими словами. Аонэ осторожно подошел к вороненку со спины и мягко опустил ладонь на хрупкое плечо, как же хотелось заключить его в объятия, уткнуться носом в ворох рыжих, топорщащихся в разные стороны волос… Почему чувства приносят такие страдания?       — Я попрошу Футакучи позвонить Дайчи. Парень медленно направился к брату, оставляя младшего из Карасуно наедине со своими мыслями. Он это сделал. Признался. Осталось только немного подождать и услышать ответ. Седовласый притормозил на пороге в комнату, поворачиваясь к Шое, который растерянно рассматривал в данный момент свои ноги и теребил край черной толстовки.       — Вернись на кухню, я не стану сейчас тревожить тебя и надеюсь получить твой ответ. Средний сын семьи Датэко перевел взгляд на брата, который все так же сидел на компьютерном кресле, ожидая дальнейших указаний, парень коротко кивнул, проходя в комнату и закрывая за собой дверь. Футакучи все понял без слов, по расстроенному взгляду и легкому вздоху облегчения, старший из сыновей догадался — признание состоялось. Облегчение было, что теперь ему не стоит скрывать свои чувства, которые порой тяжелым грузом ложились на плечи юноши, а грусть была от того, что моментального ответа на признание не последовало.       — Дайчи-сан! Шое у нас, они с Аонэ немного загулялись и слегка потеряли счет времени, приезжайте. Темно-русый парень спокойно вел диалог, сдержанно отвечая на вопросы. Скандала между семьями не хотелось, поэтому пришлось немного приврать. Телефон отложили в сторону, тонкие пальцы потерли переносицу носа, слегка массируя. Хорошо, что отца не было дома на данный момент, иначе так легко они бы с Аонэ не отделались. Парень поднялся с кресла, молча покидая комнату. Скоро нужно будет встретить гостей. Шое так и стоял в узком коридоре, не меняя положение, Футакучи слегка потряс парня за плечи, приводя его в чувства.       — Шое, нужно собрать твои вещи. Скоро Дайчи приедет за тобой. Парень слегка подтолкнул рыжика в сторону кухни, где лежал его рюкзак.       — Я сказал, что вы с Аонэ слегка задержались на прогулке. Надеюсь, ты мне подыграешь и мы избежим ненужных нам ссор. Скажешь, что телефон разрядился и ты не мог ответить, а Аонэ оставил свой дома. Футакучи мягко улыбнулся, пристально наблюдая за рыжей макушкой, которая маячила на кухне собирая в спортивный рюкзак свои вещи.       — Футакучи-сан, что мне делать? Я не знаю как мне поступить… Мальчишка пальцами вцепился в плотную ткань сумки, крепко зажмурившись, а от сильного сжатые костяшки на пальцах побелели.       — Просто подумай. У тебя есть на это время, и поговори с Кейшин-саном по поводу помолвки, я думаю, он сейчас тебя послушает. Не особо хотелось влезать в любовно-морковные отношения парней, у самого ведь тоже особого опыта не было. Но возможно хоть какой-то совет он мог дать. По дому разнесся тяжелый стук о массивную входную дверь. От чего рыжий аж подпрыгнул, тряхнув головой и пару раз ударив себя ладонями по щекам, приводя мысли в порядок, он сразу готовился к строгому выговору от старших.       — Шое! Тяжелые быстрые шаги разрезали тишину повисшую в доме, блондин довольно быстро нашел объект своих тревог, парень напугано стоял и готовился к взбучке.       — Как же ты нас перепугал… Кейшин заключил сына в крепкие объятия, слегка приподнимая того над полом, парнишка виновато извинялся, неразборчиво лапоча о том, что заигрался в волейбол, и о севшем телефоне. Мужчина тихо засмеялся, радуясь, что наконец удалось найти пропажу.       — Нужно было сразу идти домой. Ну нет худа без добра, Дайчи, стоявший за спиной главы семьи Карасуно, явно не разделял снисхождения отца и помутневшим от гнева взглядом прожигал карамельные глаза. От такой ужасающей ауры Футакучи аж отпрыгнул, под горячую руку попасть ему явно не хотелось, все знали какая у брюнета тяжелая рука.