Мозаика

У Драко были большие надежды на этот вечер. Именно сегодня они должны продумать стратегию на ближайший год и победить чертов Пророк. Вряд ли два года назад кто-то мог представить его в кресле главного редактора собственного издания. Даже он сам никогда не замечал за собой склонности к журналистской деятельности. Эта идея пришла к нему после прочтения очередной лживой статьи о его семье. Да, Люциус Малфой жил преступником и умер им почти сразу после Битвы за Хогвартс. Но это был не повод вешать на его семью преступления, которые они не совершали. В той статье чрезмерно самодовольный репортер предполагал, что именно Нарцисса Малфой занималась контрабандой драконьих яиц из Румынии. Драко подозревал, что виновника так и не нашли, но было удобно добавить это дело в длинный перечень нарушений его семьи. Тогда получалась двойная выгода: и каверзное дело оказывалось раскрытым доблестными министерскими ищейками (а также не менее доблестными репортерами Пророка), и в очередной раз подчеркивалась гнусность Пожирателей Смерти и их близких. Статья была совершенно обыкновенная, ничем не выделяющаяся из ряда таких же ложных обвинений в сторону самого Драко или его отца. Но именно она оказалась тем перышком, что почти переломило спину верблюда. Едва увидев заплаканные глаза матери, Драко понял, что так продолжаться не может. Он понял, что должен это прекратить и защитить Нарциссу от этого. В тот день он долго успокаивал мать, обещал, что больше подобное не повторится. Она ушла в свою комнату, а на следующий день снова стала несгибаемой железной леди, какой всегда была. Но Драко знал, что глубоко внутри осталась трещина. И он принял решение во что бы то ни стало помешать этой прогнившей насквозь газетенке незаслуженно ломать жизни людей. Сначала он попытался уладить дело мирным путем — поговорить с главным редактором Ежедневного Пророка. Демиан Райан был уважаемым волшебником и Драко небезосновательно считал, что тот сможет войти в положение и за скромное вознаграждение перестать публиковать статьи о Малфоях. Однако Райан, видимо, получал удовольствие от осознания своей власти над Малфоем-младшим. Разговор закончился, не начавшись, когда секретарша главного редактора отсутствующим тоном передала ему, что мистер Райан отклонил просьбу о встрече. Слыша прерывистый горячий шепот матери в ушах: «Драко, милый, когда они уже оставят нас? Когда?», Драко Малфой вколачивал подошвы баснословно дорогих ботинок в камни мостовой. «Сволочи, падальщики, значит, они готовы напасть даже на дракона, когда тот ранен. Я заставлю вас остановиться, я заставлю вас пожалеть о каждой ее слезинке!» — каждое слово отдавалось яркими всполохами в его сознании. Драко никогда не пытался оправдывать отца: он и сам выполнял все приказы Темного Лорда, но при этом сумел сохранить остатки разума. Люциус же полностью отдал свое тело и душу Тому Реддлу, а потом скончался два года назад от неизвестной болезни. Драко предполагал, что его отец просто не смог жить в мире без своего повелителя. Но Нарцисса была невиновна. Поэтому писаки из Пророка не имели никакого права нападать на нее. Его мать была самой достойной, чистой и сильной женщиной, которую он когда-либо встречал. И он был обязан спасти ее, оградить от чужих несправедливых нападок. «Что же делать? Черт, жаль, что сейчас у нас гораздо меньше влияния, чем раньше. Значит, придется действовать напролом…», — обрывки мыслей мелькали у Драко в голове, пока он шел мимо витрин магазинов. Его взгляд упал на яркую афишу за стеклом. «Кредиты на основание своей компании! Самые низкие проценты в «Банке Роммеля»! Спешите!» «Кредит… Своя компания… Своя компания?», — в голове у Драко что-то щелкнуло, и в глазах загорелся победный огонек. «Точно! Я создам свое издание, отниму у Пророка власть, доверие читателей и правительства. И тогда паршивец Райан пожалеет, что встал у меня на пути!». Так появилась идея создать «Мозаику». Два года Драко улаживал формальности и охотился за лучшими профессионалами. И вот, момент истины настал. — Теперь давайте каждый выскажет по одной идее, которая помогла бы нам стать «Газетой года». Идеи мы сформируем в проекты, работа над которыми дальше будет вестись в отдельных командах. — Он старался говорить как можно увереннее. Главное, чтобы эти люди поверили в реальность победы. Краем глаза он увидел, как Грейнджер обнимается с мелкой Уизли и радостно улыбается. Грейнджер. Драко досадливо поморщился. Он совершенно не хотел иметь с ней дела, но вынужден был признать, что работу свою она делала хорошо. Подружка Поттера как никто умела за несколько дней полностью освоить нужную тему, собрать материал и написать необходимый текст. Впрочем, все семь лет в школе она только этим и занималась, так что ничего удивительного. Странным было то, что она стала раздражать его гораздо меньше. Даже сейчас, такая нелепая в своей маггловской одежде на фоне изысканных стен Мэнора, она не вызывала ничего, кроме некоторого удивления и, пожалуй, желания причесать ее. Драко сдержал усмешку и обратил свое внимание на дискуссию за столом. Пока стоящих идей не было. Слово взяла мелкая Уизли. Еще один странный персонаж в его команде. Работала она в основном с Блейзом, поэтому Драко ее видел редко, да и не жаловался на это. — Я думаю, нам нужно что-то, что будет отличать нас от Пророка. При всем моем уважении, дамы и господа, ваши предложения направлены скорее на расширения ваших отделов, а не на общее развитие «Мозаики», — Драко тихонько фыркнул. Возможно, Уизли не так плоха, как кажется. — Кстати, Малфой, а почему мы так называемся? — ее голос выдернул Драко из размышлений. — Идея была в том, что мы сможем найти для каждого человека интересную тему, — протянул он, бросая быстрый взгляд в сторону рыжей макушки. — Получается своеобразная мозаика из разных тем и подходов. — Тогда нужно донести это до людей. Может, придумать новый дизайн, который бы сразу давал наводку на смысл. Что-то вроде большого количества переворачивающихся кусочков. «Неплохая идея, надо будет поразмыслить над этим позже», — подумал Драко. — Хорошо, мы попробуем что-нибудь придумать, — озвучил он свои мысли. — Мне кажется, идея с оформлением хороша — нужно, чтобы Мозаика была легко отличима от Пророка. Но еще важнее сделать так, чтобы отличалась суть. Может быть, добавить какую-нибудь колонку, которой нет в Пророке или еще что-нибудь, — Грейнджер неопределенно махнула рукой. — При этом нельзя скатываться в специализированные области, иначе мы будем просто копировать соответствующие журналы. — Да, верно. Мы можем, например, найти какой-нибудь источник информации, недоступный Пророку и остальным, — Панси вступила в разговор. — Уизли, не хочешь рассказать, почему ты рассталась с Поттером? Или ты, Грейнджер? Подробности о ссоре с Уизелом? — Ведьма хищно посмотрела на обеих гриффиндорок, чем-то неуловимо напомнив Скитер. Обе девушки слегка скривились, но сочли за благо проигнорировать выпад в свой адрес. — Кстати, в этом что-то есть. Только нам нельзя оставаться в прошлом. Можно найти что-то для будущего. Так мы точно будем на шаг впереди. — Драко задумчиво покрутил в руках чайную чашку. — А еще, Дрейк, было бы неплохо обозначить наши намерения, — медленно проговорил Забини, тщательно формулируя свою мысль. — Тогда и люди, и пресловутый Пророк будут видеть в нас конкурентов. Это можно выпустить отдельной статьей после какого-нибудь успешного хода.  — Да, так и поступим, — Драко кивнул. Остаток вечера прошел в том же духе. Драко был более или менее доволен. Осталось обсудить услышанное в более узком кругу, и встречу штаба можно было бы считать успешной. *** — Всем спасибо, мы отлично поработали. Теперь осталось проработать мелкие детали, и можно будет начинать работу. Блейз, Панси, Грейнджер и Уизли, задержитесь ненадолго. Драко устало потер виски. Джена-Джейн-Джина-или-как-ее-там-Уизли оказалась удивительным образом права — все главы отделов стремились прорекламировать свою работу и по возможности расширить ее. Он должен был догадаться, что так и произойдет. Проводив гостей до выхода, Драко вернулся в гостиную и увидел удивительную картину. Его мать, Панси, Грейнджер и Уизли мирно беседовали о преимуществах и недостатках кружевных салфеток. Блейз смотрел на происходящее со смесью веселья и недоверия. Пожалуй, Грейнджер и ее подружка были слегка скованны, а Панси немного раздражена, но все же это был вполне цивилизованный разговор. Драко с уважением посмотрел на мать. Недаром она любила повторять, что чудеса можно творить не только с помощью магии. — Мама, что ты здесь делаешь? — кажется, его голос разрушил их хрупкую идиллию. Все четыре ведьмы смотрели на него с оттенком осуждения в его адрес. — О, дорогой, мы с этими юными леди обсуждали… — Нет, это я понял. Я имел в виду, что ты делаешь на собрании, — Драко изо всех сил старался смягчить свой вопрос. — Драко, у меня сейчас так мало развлечений. Позволь своей бедной матери немного посидеть с вами. Он скрипнул зубами — люди сильно ошибались, когда думали, что его мать слишком простодушна для Слизерина. — Хорошо, мама, — в этот раз он даже не попытался скрыть недовольство. — Я попросил вас остаться, чтобы более детально обсудить некоторые вопросы. Во-первых, оформление. Вы знаете людей, которые хороши в заклинаниях и могли бы наладить их для массового производства? Встрепенувшаяся было Грейнджер огорченно поникла, услышав вторую часть фразы. Зато ответила рыжая ведьма рядом с ней. — Я знаю. Мои братья очень хороши в этой области, ты наверняка видел их магазин. Я думаю, они смогут нам помочь, если захотят, конечно, — она с некоторым сомнением взглянула на него. — Отлично, ты сможешь устроить нам встречу? — Драко решил проигнорировать ее неуверенный взгляд. — Наверное, да. Но лучше, чтобы я тоже на ней присутствовала. На всякий случай, — рыжая волшебница ехидно улыбнулась. — А то мало ли что случится с твоим личиком. Драко почувствовал, что начинает закипать. Что эта девчонка о себе возомнила? В конце концов, он же с ней цивилизованно обращается. Хотя с какой стати он должен сдерживаться, если она сама его подначивает? — Мое «личико», Уизли, будет выглядеть превосходно в любой ситуации. Хотя я польщен тем, что ты считаешь меня привлекательным. Тут не выдержала и фыркнула Грейнджер. Да это диверсия какая-то! — Завидовать нехорошо, Грейнджер, тебя должны были этому учить, — он почувствовал, что еще немного и его занесет в Хогвартский стиль препираний с ними. Драко с удовольствием смотрел на то, как щеки девушки наливаются предательским румянцем, пока не увидел строгий взгляд матери. Черт побери, он совсем о ней забыл. Знал же, что ни к чему хорошему ее присутствие не приведет, и все равно позволил остаться. — Мисс Грейнджер, мой сын сожалеет о своей бестактности. Я думаю, он с удовольствием пригласит Вас на ужин в качестве извинения, — Нарцисса смотрела на розовую девушку с нечитаемым выражением лица. — Ужин? С какой стати? — Драко не смог сдержать своего возмущения. Он, конечно, знал, что мать заставит его извиниться, но идти с Грейнджер на ужин — это выходило за все рамки. — С такой, что это прекрасная идея. Вы как раз сможете обсудить дела по работе, а ты компенсируешь мисс Грейнджер принесенный ей моральный ущерб, — не допускающим возражений голосом сказала Нарцисса. Драко понял, что в этот раз лучше не спорить. Иногда его мать могла быть по-настоящему пугающей. — Миссис Малфой, это совершенно излишне, правда. Спасибо за вашу заботу, но я не думаю, что это хорошая… — Мисс Грейнджер, я ценю вашу скромность, но вынуждена настаивать. Драко своими действиями бросил тень и на меня. Я считаю своим долгом отплатить вам за это. Грейнджер, теперь уже пунцового оттенка, выглядела совершенно потерянной. Теперь ее несоответствие всей обстановке холодного и сдержанного Мэнора прямо-таки бросалось в глаза. Кроме того, нечасто Драко видел Грейнджер в ступоре — она привыкла быстро отбивать оскорбления, но вот с обволакивающей вежливостью Нарциссы имела дело впервые. Похоже, гриффиндорке было совершенно нечего ответить на мягкие и вежливые, но в то же время хитроумные, сказанные полностью в слизеринской манере слова миссис Малфой. Выглядело это настолько забавно, что Драко едва успел удержать улыбку, готовую растянуть его губы. — Эм, хорошо, наверное, — бедная Грейнджер, кажется, сама не верила, что соглашается на ужин с ним. Да, эту партию гриффиндорка проиграла с самого начала. — Теперь, когда мы все выяснили по поводу моей грубости и ужина, я предлагаю продолжить обсуждение, — Драко старался не смотреть в сторону Панси, которая почти наверняка метала громы и молнии своими темными глазами. — Какие идеи по поводу нового содержания? — История, выходящая несколько выпусков? — Освещение какого-нибудь закрытого мероприятия? — Рецепты? Я могу поспрашивать у мамы. — Новая сплетня? Мы можем придумать. — Расследование от нашей газеты? Драко задумчиво покачал головой. Все это было неплохо, и он определенно запомнил эти идеи на будущее, но сейчас нужен был взрыв, который привлечет внимание. — А что если вам устроить прием здесь в честь официального вступления вашего издания в борьбу с Пророком? Было бы неплохо, если бы вы, мисс Грейнджер, мисс Уизли пригласили своих друзей. Такое мероприятие точно привлечет внимание общественности, — предложила Нарцисса, разглаживая складки голубого платья на коленях. — Неплохо, — Блейз заинтересованно склонил голову набок. — Это действительно может помочь нам заявить о себе. — Пригласим всех важных людей из редакции и всех знаменитостей — получится хорошая смесь, — подхватила Уизли. Панси просто улыбалась как сытая кошка. Она обожала такие приемы по любому поводу. Мало того, что они давали ей предстать во всей красе, так на них еще и можно было узнать ворох новостей из жизней самых влиятельных персон. Не до конца убежденной казалась только Грейнджер. Драко нахмурился. Конечно, это совсем не ее тип праздников, но она же героиня войны, знаменитость — должна была привыкнуть. Что же ей не нравится? Будет совсем не здорово, если одна из имеющихся в его распоряжении звезд, не придет на прием. — Грейнджер, что-то не так? — Он постарался вложить в голос как можно больше искренности. Девушка слегка вздрогнула, а потом помотала головой. — Нет, все в порядке. Просто, боюсь, я не смогу пойти. Я никогда не была на аристократических приемах и совершенно не умею себя вести на них. К тому же, у меня нет никаких платьев для таких случаев, — она нервно накрутила прядь волос на палец и прикусила нижнюю губу. — Гермиона, я помогу тебе что-нибудь выбрать, не волнуйся, — Уизли заботливо посмотрела на подругу, но та все еще не казалась убежденной. — Я бы могла составить вам компанию и заодно рассказать о правилах поведения в таких случаях, но, боюсь, это будет выглядеть несколько странно, — мелодично проговорила Нарцисса. Драко вопросительно глянул на мать. Это было совершенно не в ее стиле — отказываться от такого удобного способа подключиться к подготовке праздника. — К тому же, если позволите, я буду заниматься организацией приема, — продолжила миссис Малфой. Конечно, он так и знал, что она захочет в этом участвовать, но было что-то еще — Нарцисса Малфой не стала бы так просто отказываться от шоппинга. — Зато Панси прекрасно ориентируется во всем вышеперечисленном, и она одного с вами возраста. Я думаю, вы прекрасно проведете время, — Нарцисса с видимым удовольствием завершила мысль, в то время как Драко мысленно ругал себя за наивность. Действительно, как он мог забыть — у его матери всегда был план. На Панси было жалко смотреть. Она не могла ослушаться предложения многоуважаемой миссис Малфой, о чем та прекрасно знала. Поэтому девушка с явной неохотой кивнула головой и с непередаваемым отвращением взглянула на навязанную ей компанию. — Отлично, тогда примерная дата приема — восьмое февраля, это через неделю. — Дрейк, я займусь списком приглашенных, — Блейз с энтузиазмом взмахнул рукой. — А я займусь всем остальным, — с дружелюбной улыбкой пропела Нарцисса. Блейз слегка побледнел и часто закивал головой в знак согласия. Никто не собирался отбирать у миссис Малфой источник развлечений. — Грейнджер, ужин завтра в семь. Я зайду за тобой, и лучше тебе быть готовой к этому времени, — скороговоркой выпалил Драко, провожая гостей до двери. — Уизли, Грейнджер, я пришлю вам сову на днях. Отправимся за покупками и кое-куда еще, — с недовольной миной протянула в свою очередь Панси. Кажется, ближайшие дни обещали быть веселыми. Дверь за ними закрылась. И только тогда Драко понял, что его мать подозрительно активно пытается подружить своего сына и его друзей с гриффиндорцами. Кажется, ему необходимо поговорить с ней.