Мозаика

— Качает волна, вокруг тишина, гармония и поко-о-ой! — Малфой заглохни, они нас найдут! — злобно прошипела Гермиона, оглядываясь по сторонам. Коридор был пуст, но судя по отдаленным звукам лиры и ласковому голосу Камиллы, скоро он мог перестать быть пустым. Она затащила упирающегося Малфоя за огромную кадку с фикусом — золотую, как и все здесь — и с беспокойством взглянула на него. — Ты как? Он не ответил, лишь восторженно заулыбался, глядя куда-то вдаль. Гермиона содрогнулась. Мало того, что широченная улыбка на его губах выглядела немного пугающе, так еще и это ужасное выражение из разряда «бладжер, найди и поцелуй меня». — О Мерлин, твои глаза… — ахнула Грейнджер, прижимая руки ко рту. Она не сразу заметила это, но темно-серые глаза Драко медленно становились голубыми. Ярко-голубыми. Мерлин бы побрал этих не пойми кого! Девушка бросила на Малфоя последний взгляд и рванула вперед по коридору. *** 34 часа назад Утром Гермиона проснулась от щекотки. Шаловливые солнечные лучики добрались до ее незащищенного запястья и заставили ее, фыркнув, проснуться. Она потянулась, медленно встала с кровати и поплелась на кухню. В дверях она столкнулась с бледной как мел Джинни, глаза которой, кажется, готовы были из огромных и круглых сделаться огромными и квадратными. — Гермиона, там Малфой… Спит! В нашей гостиной, — театральным шепотом сообщила она. — Да-да, мне не хватило духу его вчера разбудить, — зевнув, ответила Гермиона. Джинни тихонько пискнула и схватила подругу за плечи. — Гермиона, — она сильно ее встряхнула, — ты понимаешь, — снова ощутимое потряхивание, — что у нас в гостиной, — еще одно, — спит Драко Малфой?! Гермиона слегка побледнела. — Мамочки, действительно. Он же меня засмеет, индюк надутый. Надо его разбудить и выпроводить! Грейнджер решительно направилась в гостиную, все еще слегка покачиваясь от атаки Джинни. Она вошла в комнату и остановилась перед креслом. Малфой спал. «Мерлин бы его побрал! Неужели он не мог утром проснуться и незаметно уйти?! Ну почему мне надо с этим разбираться?!» Гермиона напустила на себя независимый вид и аккуратно ткнула Драко в согнутый локоть. Он немного дернулся, но не проснулся. Джинни замаячила у нее за плечом. — Слушай, а он и правда ничего. Ты только посмотри на ресницы! Гермиона порозовела, вспомнив собственные мысли днем ранее, но все равно строго ответила: — Невежливо рассматривать спящих людей. — Ой, да ладно тебе. Драко Малфой как на ладони. Если бы я не работала на «Мозаику», обязательно бы сделала пару снимков и послала бы в «Пророк». Ты только представь заголовки: «Ссора голубков! Почему Гермиона Грейнджер оставила возлюбленного спать в гостиной?». — Джинни! Та лишь захихикала с новой силой. Гермиона снова вытянула палец и ткнула спящего красавца еще раз — на этот раз куда-то в район ребер. — Какого черта?! Грейнджер?! Что я здесь…? — Ты заснул вчера, я решила тебя не будить. — Интересно, чем вы тут занимались, что ты так устал, — поддела Джинни и захихикала еще более гнусно, чем раньше. Бледные щеки Малфоя порозовели. Кажется, он нечасто настолько терял контроль над ситуацией. — Я уверен, вы что-то подсыпали мне в чай! — Я даже не успела его до тебя донести, — Гермиона успокоилась и уже улыбалась. Видимо, Малфой был настолько смущен, что не подумал о том, чтобы дразнить ее. — Да… Они немного помолчали, переваривая услышанное и увиденное еще раз. Потом Драко резко поднялся с кресла и, неловко сложив плед на подлокотник, двинулся к дверям. — В общем, я…да…эм, я думаю…спасибо? Он зажмурился с таким видом, как будто сам себя хотел ударить, и аппарировал. Джинни посмотрела на Гермиону и с заговорщической улыбкой пихнула ту в плечо: — Может, он и изменился. Думаю, твой клетчатый плед был решающим моментом. Через пару часов после этого Гермиона, Панси, Драко, Джинни и Блейз сидели в квартире девочек и пытались придумать план. Парящих бумажек прибавилось, но никто не мог сказать, что это сильно помогло. — Может, нам нужен кто-то, кто разбирается в магических существах? — Они не животные. — Но тогда кто? Люди? — Почему бы и нет. Я вообще не понимаю, почему вам не пойти на следующую встречу и не поговорить с ними снова. Они скоро уедут отсюда, и мы даже не вспомним о них, — Панси эмоционально всплеснула руками. — Потому что с ними что-то не чисто — это раз и потому что это может стать сенсацией почище простого интервью — это два, — Малфой провел рукой по волосам. — И они могут быть опасны — это три, — добавила Гермиона. — Хорошо. Тогда какой план? — Без понятия. Мы здесь, чтобы придумать его. — Потрясающе. Вопрос: что здесь делает Забини? — Джинни подняла бровь и уставилась на Блейза. Тот дурашливо поднял руки и возопил: — Незабвенная, неужели ты меня выгонишь? — Почему бы и да. — Но ты же не станешь так поступать? Что ты скажешь миссис Уизли, если я не приду на обед? Мы же договорились! Джинни надулась, но замолчала. Панси, Драко и Гермиона весело переглянулись. — Слушайте, может, позвать Гарри и Рона? Вдруг они на своих аврорских курсах проходили что-то подобное? Вдруг это или темные силы, или они действительно не люди? — Грейнджер, я понимаю, что ты скучаешь по своим дружкам, но у них наверняка тренировка… — Драко не успел договорить фразу, потому что вмешалась Панси: — А вот и нет! Грейнджер права, они могут что-то знать. Насколько я знаю, у них сегодня выходной. И она, не тратя времени зря, аппарировала в неизвестном направлении. — Интересно, откуда она знает их расписание? — задумчиво спросила Гермиона, не обращаясь ни к кому конкретно. Драко двусмысленно хмыкнул, но ничего не сказал. — Ладно, давайте попробуем что-нибудь придумать без них. Первый вопрос: какая у нас цель? — Гермиона нахмурила брови. — Вывести их на чистую воду? — Ну да. Узнать, что они скрывают. — Отлично, и как мы это сделаем? — Попросим их поговорить о море? Тогда, если их чары работают, как у сирен, мы точно это поймем. — Ага, и сами попадете в ловушку, — Блейз покачал головой. — Не забывайте, что они могут быть опасны. — Послушай, дружище, мы оба неплохо владеем палочками, так что не беспокойся, мы с ними справимся, — усмехаясь, заверил Малфой. — Для нас важнее раскрыть их и получить доказательства. — Ну, с доказательствами все просто — микрофоны Панси нам помогут, — Гермиона пожала плечами. — Да, но в «Мозаике» звук не напечатаешь, так что лучше бы это были колдографии. — А вот тут проблема. Аппарат очень громоздкий, — Джинни замахала руками. — Так что придется без них. — Малфой, а что, если колдографии не будут двигаться? Маггловские фотоаппараты гораздо компактнее. — Неплохо. Может сработать. Только где бы нам такой раздобыть? — Я попробую найти у родителей. С этими словами Гермиона крутанулась на месте и аппарировала. — Похоже, все разбегаются, — Блейз улыбался от уха до уха. — Осталось выгнать Малфоя, незабвенная, и мы останемся наедине. Джинни демонстративно скривилась и ушла в комнату. — Ты не перегибаешь? — одними губами спросил Драко, уже познакомившийся с острым слухом Уизли-младшей. Блейз только весело фыркнул и помотал головой. Прибыли Панси, Гарри и Рон. Драко критически оглядел странную компанию. Если Поттер выглядел более или менее расслабленным, то Уизли, кажется, был готов жевать свою рубашку от злости. Наверняка они с Панси в очередной раз поцапались, ну как же без этого. А у Мальчика-Который-Выживал-Больше-Раз-Чем-Положено-Нормальным-Людям уже, видимо, выработался иммунитет. Драко даже немного позавидовал такой толстокожести — Поттер явно вырос со школы. — Так что вы хотели? — спросил тот, все так же спокойно проходя на кухню и доставая из холодильника яблоко. — И, кстати, где Гермиона и Джинни? — Гермиона пошла за маггловской камерой, а Уизли дуется в своей комнате. — Джинни обиделась? На что? — обеспокоенно спросил Гарри, любовно вытирая свое яблоко от воды. — На существование Блейза, как обычно, — усмехнулся Драко, и Панси понимающе хихикнула. Рон нахмурился и переспросил, надвигаясь на Забини: — Что ты сделал моей сестре? — Ничего он мне не сделал, Рон, не переживай. Он просто родился на свет, - раздался недовольный голос Джинни. Драко тут же пожалел, что ни с кем не поспорил. Мерлин, она бывала иногда такой предсказуемой. — Поттер, Уизли, мы хотели спросить у вас, как у будущих авроров, не знаете ли вы, что это может значить? — он ткнул палочкой в облако заметок, написанных Гермионой, и переправил его поближе к новоявленным экспертам. Почему-то Драко был уверен, что они ничем не смогут помочь. — Море, сила… Я читал о чем-то подобном, но ума не приложу где и когда, — Гарри запустил пальцы в волосы. — Рон, ты как думаешь? — Да, все это кажется смутно знакомым. — Значит, это было уже в школе авроров, а не в Хогвартсе. Думаю, нам следует покопаться в учебниках. Мы пришлем сову, если что-нибудь найдем. И Гарри повернулся обратно к двери. — Вы не собираетесь ждать Грейнджер? — удивленно спросила Панси. — Именно она предложила позвать вас. — Тогда почему пришла к нам ты, а не она? — ядовито осведомился Рон. — Потому что ваша подружка была занята важным разговором, и я, как благородный человек, решила пожертвовать собой. Так что цени эту жертву, болван! — выплюнула Панси ему в лицо. — Тише, тише, друзья, — успокаивающим тоном произнес Гарри. — Панси, не хочешь помочь нам с поисками? Все равно здесь многовато народу. Я думаю, Гермиона не обидится, что мы ее не стали ждать. — Ну, если тебе нужна моя помощь, — с улыбкой ответила Панси. — Какого Мерлина! Ее слишком много в последнее время, ты не находишь? — раздраженно процедил Уизли. Драко и Блейз недобро сощурились. Впрочем, как и Панси, и даже Джинни. Рыжеволосый аврор моментально почувствовал давление со всех сторон. Он без особой надежды повернулся к другу, но тот лишь развел руками. — Рон, ты же хочешь помочь Гермионе? Тогда лишняя пара рук нам точно не помешает. Раздосадованно кивнув, тот первым исчез, махнув на прощанье. — До скорого, — Гарри взял Панси за запястье и утянул в вихрь аппарации вместе с собой. *** — Прекрасно, просто прекрасно, мы провели за обсуждениями весь день, но так ни к чему конкретному и не пришли, — Джинни чувствовала себя так, как будто разговаривает со стеной. Впрочем, это было не так уж далеко от истины. Драко и Гермиона в изнеможении полулежали в креслах. Джинни предполагала, что они с Блейзом выглядят не лучше. Забини тупо пялился в потолок, растеряв все веселье. — Я больше не могу, — простонал он. — Мы ходим вокруг да около, и все, что нам приходит в голову, это действовать по обстоятельствам. — Вся надежда на Панси, Гарри и Рона, — пробубнила Гермиона, массируя виски. — Только если они там не поубивали друг друга, — вяло откликнулся Малфой. — В общем, так. Давайте сейчас ляжем спать, а завтра узнаем от них новости. Может, нам в голову придет хоть что-то стоящее, — Гермиона зевнула. «Бездарный день, просто бездарный. Так-то мы готовимся к встрече с противником. Причем с противником, у которого план есть». *** Рон был готов спалить все те горы учебников, под которыми он оказался погребен. Он прекрасно понимал, что хотя бы в этом вины Паркинсон нет, но один только ее вид пробуждал в нем сумасшедшее раздражение. Поэтому Рон был склонен считать, что даже в том, что перекапывание учебников пока ничего не дало, каким-то хитрым образом была виновата пронырливая слизеринка. «Ну почему, почему Гарри не видит, какая она двуличная и подлая?!» Двуличная и подлая Паркинсон отложила очередной учебник в сторону, расстроенно качая головой. — Ничего. — И у меня, — отозвался Гарри. Рон только красноречиво швырнул бесполезный учебник в кучу просмотренного. — Что ж, продолжим завтра. *** — И как мы умудрились прийти на эту встречу неподготовленными? — без интереса спросила Гермиона. — Как обычно, — пожал плечами Малфой. — Но что поделать — будем импровизировать. — Не нравится мне все это. Сначала я думала, что твои подозрения беспочвенны, но мы столько раз уже все это обговаривали, что теперь я тоже считаю их опасными. — Мне на удивление неприятно оказываться правым, — скривился Драко. Он открыл знакомые белые двери и пропустил девушку вперед. — Здравствуйте, друзья, — воскликнул Киллиан. На Гермиону нахлынуло жуткое ощущение дежавю. Слова были другие, но последовательность действий в точности совпадала. Беседа в этот раз действительно потекла живее, а комната уже не так подавляла количеством золота. Гермиона вздохнула чуть свободнее. Может, все еще обойдется. Выждав подходящий момент, она невинно спросила: — Расскажите нам об Эгейском море. Мы так восхищаемся вашим источником вдохновения! Глаза Камиллы вспыхнули, и она с жаром ответила: — Это самое прекрасное море на свете! Вода чистая, теплая, вокруг столько историй и легенд. Для нас это настоящее раздолье. Когда мы устаем или расстроены, мы приходим на побережье и отдыхаем. Море всегда помогает нам восстановить силы… Пока ничего подозрительного не было. Да, музыканты говорили о своей родине со страстью, но это нельзя было назвать криминальным. Гермиона начала расслабляться. Как же хорошо ошибаться в своих подозрениях. — А вы любите море? — Камилла с любопытством посмотрела сначала на Драко, а потом на Гермиону. — Ну да, конечно, — соврала Гермиона. На самом деле к морю она относилась более чем спокойно, но после такого восторженного рассказа признаваться в этом было неловко. — Море… Я безумно люблю море. Там можно найти очень полезные водоросли. Музыкантов, кажется, немного перекосило, но они ничего не сказали. — Что насчет вас, мистер Малфой? — спросил гитарист. — Обожаю море, — воскликнул Драко. — У моих родителей есть поместье на Лазурном берегу, мы часто там отдыхаем. Так вот, оно там просто потрясающее! — Как здорово видеть от вас такие эмоции! — Ребята, давайте сыграем нашу балладу, посвященную Эгейскому морю. Заодно и потренируемся перед завтра. «Тревожный звоночек». Музыканты на удивление быстро — пожалуй, даже слишком — достали инструменты. Камилла и Киллиан выступили вперед, оказавшись прямо перед Гермионой и Драко. Те настороженно переглянулись. И полилась музыка. Ответить на зов Порывам ветров И сбросить покров Суеты. Отправиться в путь, в надежде вернуть Последние крохи мечты. Гермиона почувствовала, как ветер странствий ласково треплет ее волосы и зовет за собой. Она вдруг представила, что было бы, если бы она действительно оставила всю эту мирскую суету и отправилась путешествовать. Вокруг солнце, ветер и море — бескрайнее, теплое и синее, словно ласковый котенок. Она могла бы жить на побережье и торговать оливковым маслом, часто выбираясь на морские прогулки. Рассвет ты встречал, От счастья кричал. И тихо ворчал Прибой. Ты гладил волну, как лютни струну — И волны позвали с собой. А еще лучше, можно было бы жить на корабле. Свободная жизнь безо всяких ограничений и скучных книг. Она что, только что назвала книги скучными?! Гермиона подавила желание тряхнуть головой и быстро осмотрела комнату из-под опущенных ресниц. Малфой внимательно слушал, но она не могла сказать, мечтает ли он о том же, о чем и она минутой ранее, или же просто отдает дань искусству. Она ущипнула его за руку. Ты знал — в этом мире надежность ветха, Есть трещины в каждой броне. И замки, построенные на века, Способны гореть в огне Камилла, кажется, полностью растворилась в музыке. Ее одухотворенное лицо было по-настоящему прекрасно, и Гермиона ощутила прилив уважения к ней как к артисту. К сожалению, ей некогда было об этом думать, нужно было выяснить, что с Малфоем. Она снова сдавила кожу на внутренней стороне его локтя. Никакой реакции. Ее сердце пропустило удар, кровь зашумела в ушах. Неужели его каким-то образом заколдовали, а она даже не может ничего сделать?! Запах соли и солнца становился сильнее. Гермионе больше не думала, что жизнь на побережье — лишь несбыточная мечта. Теперь казалось — только руку протяни, и сможешь ее исполнить. На этот раз она не удержалась и тряхнула-таки головой сбрасывая оцепенение. Музыка оборвалась. — Вам не нравится, мисс Грейнджер? — обеспокоенно спросил Киллиан, приближаясь к ней. Гермиона вздрогнула и интенсивно замотала головой. «Думай, Грейнджер! Малфой вне зоны доступа, тебя тоже явно пытаются околдовать. Нужно одновременно притворяться, что я тоже этому поддаюсь, но при этом сохранять холодную голову. Ну и доказательства, само собой, нужны». — А вы не хотели бы спеть с нами? — мягко предложила Камилла. — Вот увидите, все ваши горести тут же умчатся вдаль. — Почему бы и нет, — отмер Малфой. Гермиона прокляла всех его предков до одиннадцатого колена, прежде чем ласково проговорить: — Дорогой, ты же знаешь, у нас с тобой не самые лучшие голоса. Девушка провела рукой по его челке и незаметно дернула за волосы. Она знала, что этот жест может быть очень болезненным. К сожалению, Малфой лишь дурашливо — или, лучше сказать, по-дурацки — улыбнулся и радостно сказал: — Да ладно тебе, любимая, давай попробуем. — Мистер Малфой, какая честь! — обрадовался музыкант с лирой. Гермиона мрачно посмотрела на него и принялась просчитывать варианты. Очевидно, что если Малфой запоет, случится что-то нехорошее. Также очевидно, что ей одной против пятерых не выстоять. Значит, надо посидеть смирно еще немного, а потом срочно убираться оттуда. Собрал кое-как тонкий плот из дерев, Лозою потуже связал. Прощаясь, на берег пустой посмотрел, И волю стихии дал. — Давайте же с нами! — Камилла весело сверкнула глазами. — Да! — воодушевленно согласился Драко. Гермиона поняла, что сейчас произойдет что-то ужасное. И оно произошло. Грянула музыка, и голос Драко Малфоя присоединился к струящемуся пению солистов. И тут молодого человека окутала голубоватая дымка. Гермиона взвизгнула, схватила его за руку и потащила к дверям. Она слышала, как музыканты за ее спиной выкрикивают первые заклинания, но не остановилась. Они бежали по коридору в неизвестном направлении. Вдруг за спиной раздался торжествующий голос Камиллы, который пропел: И пела душа, Свежим бризом дыша. И нет ни гроша За душой… Гермиона фыркнула и ускорилась. Малфой, как мешок с картошкой, висел у нее на руке и совершенно не помогал двигаться. Как оказалось, это была еще не самая большая проблема, потому что через мгновение он запел: Качает волна, вокруг тишина, Гармония и покой. Превосходно. Мало того, что его пение было мягко говоря не идеальным, так он еще и стал ходячими сигнальными чарами. Поэтому Гермиона с утроенной силой поволокла Драко вперед. Именно тогда она заметила, что его глаза меняют цвет, а сам он как будто замедляется. В результате она запихала своего спутника за горшок с фикусом и обездвижила его, чтобы Камилла не вздумала его найти с помощью своей дьявольской песни и забрать. Ей срочно нужен был план. *** Гарри, Рон и Панси все еще копались в учебниках. Конечно, Малфой и Гермиона уже ушли на свою встречу, но надежду нельзя было терять до последнего. — Я нашел! — Гарри триумфально помахал потрепанной книжкой. — И что же там? Все трое склонились над учебником. — О Мерлин… — Если это правда, им понадобится помощь. — Бежим! *** — Так, так, так. Мисс Грейнджер, неудивительно, что до вас так трудно достучаться, ведь вы не восхищаетесь морем, — голубые глаза Камиллы смотрели сочувствующе. — Но ничего, скоро мы это исправим. А где же ваш прелестный спутник? Гермиона крепко сжимала свою палочку, прижимаясь спиной к стене. — Киллиан, давай! Снова раздалась чарующая мелодия баллады, Киллиан и Камилла начали петь. Вокруг них появилась уже знакомая Гермионе голубая дымка. «Мне нельзя ее касаться. Мне нельзя ее касаться!» — билась в ее голове мысль. Девушка резким движением вытащила из складок мантии камеру и щелкнула ею перед лицом певицы. Сверкнула вспышка, и Камилла зажмурилась и замолчала на мгновение. Этой секунды Гермионе хватило, чтобы поднырнуть под одну из ее раскинутых рук. Она щелкнула камерой еще несколько раз, заставляя своих преследователей закрыть глаза и потерять ее из виду. Хорошая новость состояла в том, что сбежать ей удалось. Плохая — в том, что аппарировать она не могла, как и бросить Малфоя. Значит, нужно придумать способ, как противостоять чарам, а еще выяснить, что эти чары, собственно делают. Гермиона помчалась вперед. *Использован текст прекрасной "Баллады о море" Артема Криницкого.