Маленькая игра

Асагири Гену нравятся люди. Он любит за ними наблюдать. Как энтомолог за муравьями. Менталист умело срывал маски, искусно скрываясь за своими. Никто не мог увидеть его истинное лицо. Никто, кроме Сенку. Потому наблюдать за ним было ещё интереснее. И чувства, что пробудил в нем учёный были так занятны... Вслед за чувствами пробудилась и болезнь. Ханахаки. Звучит как приговор, но не для Асагири. Поиски смысла существования его самого, людей и жизни в целом привели его к мысли, что смысла нет: одна большая случайность, начавшаяся ещё при большом взрыве. А так как смысла существовать не было, Ген решил просто жить в своё удовольствие. И он решил получить удовольствие от маленькой, но такой опасной игры по сокрытию истины от ученого. Ген не проиграет. Не покажет слабость на публике. Не оставит улик зоркому глазу ученого. Не даст прочесть себя, как сам читает других. Асагири ведёт себя как обычно, улыбается, не избегает общения даже с учёным, дабы не вызвать подозрений. Сенку ведь наверняка даже представить не мог, что изготовленной для девочек косметикой Менталист спрячет от него смерть. Никто даже не заметил пропажу. Собственно, как и макияж, Ген и об этом позаботился. "Случайно" затягивая исследования и подкидывая учёному новые идеи, Асагири хранил в тайне свою болезнь (а заодно и чувства) шесть месяцев. А затем исчез. На поиски ушло три дня. На рассвете четвертого Суйка обнаружила у входа в одну из пещер кровь с незнакомыми цветами. В глубине пещеры, посреди самой большой лужи крови лежал менталист: изо рта выбивался мощный куст белых роз, тело оплетали колючие побеги, шипы пронзали белую кожу, но раны уже не кровоточили, а невидящие глаза смотрели на мир в кои-то веке без интереса. Даже умирая он подготовил себе сцену. Даже задыхаясь, он умело уничтожал улики. Даже раздираемый шипами он улыбался. Гениальный учёный проиграл эту маленькую интеллектуальную игру лучшему болтоглоту нового мира. Платой станут муки совести. Наградой — смерть.