Как Геральт на лютне играл

      Тёплый ветер приятно колыхал высокие травинки и гонял медленные широкие облака по всему небу. Где-то там, в цветах лежала и отдыхала от аккордов и переборов изящная лютня, хозяин которой, любовался и время от времени играл с волосами того самого Геральта из Ривии. -И… Что у тебя там с Йеннифер? – спросил музыкант, легонько поглаживая грудь ведьмака, на которой сам же и лежал. -Раз здесь и сейчас я с тобой, значит с Йеннифер – ничего – ответил Гера, жалобно опустив глаза, хотя скорее он выглядел удручённо. -Что-то не так, дорогуша? -Просто… Прости, что накричал тогда, у каньона… -Ох, Геральт, опять ты… - Лютик потянулся к своей лютне и осторожно начал перебирать один аккорд за другим.       Ведьмак заворожённо слушал, и наблюдал за тонкими пальцами, что так легко скользили по грифу. До него порой с трудом доходило, как из какого-то куска дерева, могли исходить столь нежные звуки. Музыка продолжала звучать, а идиллии двух парней так никто и не помешал, пока солнце не скрылось за тучами. Геральту всегда казалось, что Лютик словно заражает своим настроением и умножает его во множество раз, а когда солнце ярко светило в лицо барда, даже оно (солнце) казалось ярче и теплее. В такие моменты ведьмак словно выпадал из реальности и забывал, где он и с кем. И только когда солнце не светило, он возвращался обратно. -Лютик, а можешь мне что-нибудь показать? – спросил Гера и неуверенно показал на лютню. -Неужели? Сильный и суровый Геральт из Ривии, просит самого лучшего на всём белом свете барда, самого талантливого и красивого Лютика, показать ему, как играть на лютне? -Скромности тебе не занимать… -Ой, да ладно, иди сюда – музыкант отложил лютню, раздвинул пошире ножки и одной рукой слегка похлопал по траве.       Геральт недоверчиво осмотрел парня, оно и верно, в голову ползли не те мысли. Но оставив все предрассудки и принципы, он всё-таки поднялся и сел на указанное место. Лютик сложил свои ноги параллельно телу ведьмака и, слегка приобняв, осторожно положил свою лютню ему на ноги. После, вытянув шею из-за широких плеч Геральта, пробухтел: -Гера, я, конечно, понимаю, ты крупный и пропорциональный, но не мог бы ты скучковаться? А то я лютню не вижу и достаю до неё еле-еле.       Ведьмак покорно поджал плечи и прижался спиной к барду. Сразу же и лютня правильно легла, и руки Геральта держали другие, слегка поменьше. -Итак, дорогой, смотри внимательно… Вот это аккорд Аm, не знаю почему он так называется, но и чёрт с ним. В общем, тебе надо вот так поставить пальцы и сделать трунь – лютнист быстро сделал из левой руки какую-то закарячку и поставил её на гриф, после последовал нежный трунь.       Геральт внимательно посмотрел на пальцы Лютика и попытался также поставить их, в итоге, когда он поставил руку на гриф, из лютни вырвалось какое-то глухое дребезжание. -Ну, нет же, Геральт, изящнее поставь пальцы, чтобы палец касался только одной струны. Запомни, каждой струне нужен свой палец.       Ведьмак попытался ещё раз, но на этот раз звука совсем не было. В итоге Лютик решил, что лучше он сам будет ставить аккорды, а Гера будет делать тот самый «трунь». Но, как говорится, первый блин комом. Белый Волк так сильно ударил по струнам, что бард уже было начал переживать, что струны порвутся. Затем, ведьмак провёл слишком грубо, из-за чего звук был похож скорее щелчок, нежели на «трунь». -Геральт, прошу, нежнее…       Гера попытался провести по струнам как можно нежнее, но в итоге получался еле уловимый свист, либо снова противный щелчок. -Хорошо, видно бой и аккорды это не твоё, попробуем переборы.       Одной рукой не глядя, Лютик перебрал в каком-то неизвестном для Геральта порядке все струны. Музыкант сразу понял, что до его друга не дошло, что надо делать, поэтому он показал ещё раз, но уже медленнее и прокомментировал порядковый номер каждой тронутой струны.       Настала очередь ведьмака, он отложил левую руку на колено барда, а правой начал потихоньку дёргать струны. Как только он в очередной раз сбивался с порядком, Лютик возмущался и показывал ещё раз. Где-то на сорок шестой попытке бедная лютня сдалась и стрельнула струной в щёку ведьмака. -Что ж, теперь, кажется, у меня будет новый шрам… - попытался разрядить накалённую обстановку Геральт. -О нет, Гера, зачем так дёргать мою хорошую… У неё оторвалась струна. И вот что мне теперь делать? Как я буду играть свои баллады для тебя, моего любимого? – лютнист прикрыл рот рукой, но было уже поздно. -Что? – Гера недоумённо поднял голову.       Ведьмак взял в руки лютню и осмотрел её, после добавил: -Музыкант из меня никакой, но лютни портить не дело. Я тебе куплю другую, а с этой, что да нибудь придумаем. А ещё, я попортил не только лютню, но и твои нервы, так что тебя я тоже порадую…       После этих слов Геральт повернулся к Лютику и обхватил его за пояс. Через мгновение музыкант сидел на коленках ведьмака и прекрасно понимал, что из этих объятиях будет очень трудно выбраться. -Геральт, ты что задумал?       Ведьмак приподнял тушку Лютика и прошептал ему на ухо: -Тсс, просто будь послушным мальчиком.       В ту же минуту Геральт провёл языком по шее музыканта, а после принялся её целовать и оставлять засосы, медленно спускаясь ниже и лаская всё больше пространства. -Ах, Гера-а       Ведьмак расстегнул блестящий кафтан друга, а после сразу же и рубашку под ним. На нежной коже лютниста появлялись всё новые и новые засосы, парень сильнее изгибался в спине и осторожно падал на траву. Как только Лютик уже спокойно лежал на земле, Геральт потянулся к его губам. Ведьмак принялся властно и нежно ласкать губы барда своими, позже со временем он начал добавлять язык. Так парни лежали на траве, целовались и прижимались друг к другу, пока солнце вновь не вышло из-за туч. Геральта вновь поглотила манящая аура Лютика, и тот потерял голову. -Я люблю тебя – прошептал ведьмак и вновь накрыл поцелуем губы музыканта.