Коварная штука... эта ваша любовь.

      Известие о том, что Злая Королева сбежала из своей камеры, разлетелось по Сторибруку на следующий день. Больше всего переживала Мэри Маргарет, она очень боялась возмездия мачехи.       Основательно поразмышляв над сложившейся ситуацией, мадам мэр вместе с ростовщиком наложили незримые чары на учительницу. Таким образом, королева не имела возможности навредить Белоснежке, так как не могла её видеть.       Свон была словно в трансе, на все вопросы девушка отвечала односложно и отчуждённо. Все её мысли занимала Злая Королева. Две ночи Спаситель не смыкала глаз, переваривая всё то, что с ней случилось в последнее время. На третий день ей всё же удалось поспать, но проснулась Эмма вся в поту и с громким криком, который разбудил Дэвида и Снежку. Прибежав в комнату дочери, они «завалили» её беспокойными вопросами, но шериф солгала и сказала, что не помнит свой сон. Дождавшись, когда её комната опустеет, она накрылась одеялом с головой. В этом сновидении королеву казнили, и Эмма не смогла это остановить, она плакала так, как никогда раньше в своей жизни. А самое главное, что она помнила все те эмоции, всё то, что испытала во время казни.       Надев куртку на пижаму, девушка переместилась на своё любимое место, смотря на сонный город с высоты, Свон сожалела, что не может наколдовать себе кофе. Да, именно кофе, ведь сейчас хотелось чего-то обжигающего, горького и бодрящего. Как по волшебству, возле её ноги оказался бумажный стаканчик, пропуская через своё отверстие светлую дымку, показывая таким образом, насколько он горяч. Девушка сидела в своей излюбленной позе, подогнув ноги под себя и повернув голову направо, решила, что ей это почудилось. — Это не твоё любимое какао… а настоящий кофе, предназначенный для взрослых, — голос королевы прозвучал позади шерифа, но та взяла напиток, даже не развернувшись. — Зачем ты здесь? — сухой вопрос. — Почему не спросила, как я узнала, где тебя искать? — вопрос в излюбленной издевательской форме. — Мне всё равно как… Королева подошла ближе и стала совсем рядом, касаясь коленном плеча блондинки. — Не изводи себя, дорогая. — Не знала, что Злая Королева может проявлять заботу! — со злобой сказала Эмма, отпивая глоток действительно ядрёной жидкости. — Ты много чего обо мне не знаешь, принцесса! — Зачем? Брюнетка прекрасно поняла суть вопроса, но решила промолчать, но вот девушка в пижаме молчать не собиралась. С психом выкинув кофе, она подорвалась и встала лицом к лицу, сверля её гневным взглядом, из которого злость улетучивалась ежесекундно, уступая место боли и предательства. Отображение таких эмоций показывало, насколько она разбита. Королева стала серьёзной и даже не пошатнулась, когда на неё практически налетели. — Глупый вопрос. — Ни черта он не глупый! Ответь, зачем ты это делала со мной?! — Я уже отвечала! — в насыщенно карих глазах зажглись яростные факелы, которыми та прожигала серо-зелёные напоминая Эмме их первые стычки с мадам мэр. Столько огня, столько страсти напомнили, из-за чего она влюбилась в эту женщину. — Что-то не припомню, чтобы ты говорила, что спишь со мной, чтобы привязать к себе! — Да как ты смеешь! — утончённая ладонь поднялась в желании оказаться на бледной щеке, но уверенная рука шерифа перехватила это движение. — Как я смею что? Называть вещи своими именами?! Тебе ведь нужна была защита в случае чего… и ты не придумала ничего лучше, чем воспользоваться мной! Почему не Гуд? Он ведь тоже в тебя влюблён! — Он влюблён в неё! — В неё? Вы ведь были одним целым! — Он любит ту добрую и ранимую Реджину, которой она стала! А я не такая! Я не хочу быть с этим неотёсанным лесником! — А чего же ты тогда хочешь?! — Я хочу справедливости! Хочу, чтобы все заплатили по счетам! Не только она заслуживает, чтобы все мечты сбылись! — О чём мечтаешь ты? — мягко спросила Эмма, тая от этих глаз, от той яркой души, которую она видит в карих омутах. — Ох, дорогая, боюсь, что ты будешь не особо рада узнать о моих мечтах…. Об одной уж точно. — А кроме мести моей матери? Разве ты больше ни о чём не мечтаешь? — всё тот же мягкий голос и ласковые холодные руки, ласкающие шею и щёку брюнетки. — Я законная королева и хочу править! Твои никчёмные родители отобрали у меня королевство, которое по праву принадлежало мне! Они объявили меня всецелым злом, заставляя людей ненавидеть меня! — Королевство? И всё? — Этого мало? Оно и так моё! — Тогда в чём проблема? Королевство твоё… Тебе стоит лишь вернуться в Зачарованный Лес… — Иногда я забываю, насколько ты наивна! Даже если я вернусь в Зачарованный Лес, мне никто не даст там править, а всё это благодаря Белоснежке! — зло шипела королева, отдавая всю себя в этом диалоге, показывая насколько правдивы и искренни её слова. — А если я отправлюсь с тобой? — И? — Я ведь принцесса… вроде как наследница… я официально передам тебе все полномочия…. Или как там правильно? — И ты действительно пойдёшь на это? — А почему нет? Мне не трудно… — Ты допустишь, чтобы Злая Королева правила в тех краях? А вдруг я буду сеять ЗЛО?! — Для такого случая, там буду я, — с блеклой надеждой ответила девушка. Брюнетка долго поддерживала зрительный контакт, размышляя над чем-то в своей голове, затем, моргнув, поджала губы в подобии оскала. — Не стоит путать желание с любовью, дорогая… Я не люблю тебя. — Полюбишь. — Твоя самоуверенность однажды погубит тебя. — ТВОЯ самоуверенность уже сгубила меня. — Это самое необычное признание в любви, которое я слышала. — с очаровательной улыбкой сказала королева. — Это самое необычное признание, которое я когда-либо говорила, — расплывшись в грустной улыбке, ответила Эмма, убрав руки в карманы куртки. — Как бы мне не хотелось во всё это верить, но мне не дадут спокойно вернуться домой и тебя тоже не отпустят. — Я уже взрослая! Скажи, как я могу тебе помочь? — Мне нужно моё проклятие. — Оно ведь не отправит тебя обратно... — Как же мне повезло, что в постели ты не такая не опытная, как в магии! Я вообще не понимаю, чего боятся эти идиоты! Чтобы наложить повторно тёмное проклятие на Сторибрук, нужно сердце человека, которого я люблю! А я никого не люблю! — Тогда зачем оно тебе? — Я знаю, как с его помощью создать воронку в Зачарованный Лес. — Хорошо, я помогу. — Правда? — Да… тем более, что я не могу отпустить тебя, пока ты мне должна, Реджина. — девушка замешкалась после того, как произнесла имя, на что услышала задорный смех. — Это моё имя, больше чем её! — Значит я могу называть тебя — Реджина? — Ты можешь называть меня своей королевой. Эмма укоризненно посмотрела на Королеву Реджину и, поддавшись вперёд, поцеловала её, а через секунду отстранилась. — Я помогу, но с одним условием. — Та-а-ак, а вот это уже интересно, ну излагай, Спаситель! — Ты прекратишь все попытки навредить Мэри Маргарет. — Она должна поплатиться! — Она в Сторибруке, а мы с тобой отправимся в Зачарованный Лес, где ты вернёшь свой статус…. Что для тебя важнее? — Я не хочу выбирать! — Но придётся. — Хорошо… но я не знаю, что ты должна будешь сделать, чтобы я забыла о мести в её сторону! — Уверяю тебя, ты не будешь разочарована, — нагло ответила блондинка, положив свои руки на пятую точку и притягивая кареглазую к себе плотнее. — Надеюсь на это! — королева сама проявила инициативу и, наклонившись вперёд, страстно поцеловала обветренные губы. **       Сонное солнце застало два силуэта, стоящих впритык друг к другу и неудержимо целующихся. Только Свон вошла в азарт, как оказалась в своей комнате, наблюдая растворяющийся лиловый туман вокруг неё. «Вот же…», — подумала шериф и с хорошим настроением отправилась в душ. После общения с королевой, блондинка будто воспарила духом, она была полна решимости помочь.       В этот же день Свон поговорила с Голдом. Она узнала, что проклятие сейчас находится в надёжном месте, но он не сказал где именно, поэтому шериф отправилась к мэру. Девушка надеялась разговорить приёмную мать своего сына.  — Эмма? Что-то случилось? Не стой у порога, проходи, — открыв дверь, мадам мэр удивилась. «И как я могла не видеть очевидного? Они ведь абсолютно разные». — Всё в порядке, мимо проезжала, решила узнать дальнейшие наши действия по отношению к Злой Королеве. Реджина слегка насторожилась, заметив несвойственную заминку в словах шерифа, но не подала вида, лишь провела свою гостью в кабинет и налила им по стакану сидра. — Эмма, я буду откровенна с тобой… Не думаю, что она изменится… — А если лишить её магии? — Каким образом? — Ну не знаю! Это ведь вы с Голдом великие маги, а не я! Но разве нельзя создать какой-нибудь предмет наподобие кинжала тёмного и заключить туда магию королевы? — А что! Нужно поговорить с Тёмным, возможно мы что-то и придумаем. Это отличная идея, Эмма! — Есть ещё одно но… Почему проклятие у Голда? Ты не думаешь, что он может воспользоваться им в своих целях? — И в каких же? — Я не знаю… он ведь не раз подводил нас… Согласись, соблазн существует… он ведь тоже будет всё помнить… его проклятие не тронет… — Хм… я об этом не подумала. — Странно ещё и то, что он не говорит, где его спрятал… — Его прятала я и Снежка, но где оно сказать не могу, будет лучше если больше никто не будет знать о его местонахождении, так безопаснее. «Да блин». — Ну да… ты права, мадам мэр… Ладненько, я уже пойду и так задержалась. Всего хорошего, сама выйду, не провожай. Эмма не дала сказать Миллс и слова, быстро встав и развернувшись, вышла. Озадаченная Свон даже не заметила подозрительного взгляда карих глаз, девушка вылетела на улицу, цепляясь за ниточки мыслей в голове. Осталось выпытать у матери этот секрет. Но дома шерифа ждал неприятный сюрприз. В гостиной на диване сидела Мэри Маргарет с небольшим ожогом на правой щеке и руке. — Что случилось? — Злая Королева, — ответил Дэвид. — В смысле? Она ведь соглас… кхм… не может видеть Снежку? — Я в сопровождении Киллиана ходила в магазин, а когда мы шли обратно, появилась она и запустила в него фаербол! — Зачем? — не понимала Эмма. — Не знаю, доченька, но давать ей второй шанс точно не стоит! Она не успокоится пока не добьётся своего. — Угу, — сухо согласилась блондинка и, посидев ещё немного с родителями, отправилась к себе в комнату.       Шериф долго крутилась в постели и не могла уснуть, но всё же усталость взяла своё. Среди ночи блондинка проснулась от того, что не смогла обнять подушку. Открыв глаза и ничего не увидев, она попыталась дотянуться до светильника, но обнаружила что её руки расставлены по сторонам и чем-то привязаны к изголовью кровати. Нет, она могла их приподнять, но всего на тридцать сантиметров вверх и в бок. Не успев даже испугаться, она почувствовала, как по ноге поднимаются ноготки, царапая и принося этим какое-то странное наслаждение. Понимание того, что только один человек мог такое сделать, слегка успокоило, но вдруг она осознала, что лежит совершенно без одежды. И поняла она это потому, что между её ног вклинила свои бёдра абсолютно голая женщина с очень приятной бархатистой кожей. Когда королева оказалась напротив её лица, до обоняния шерифа донёсся приятный запах шампуня, исходящий от кончиков волос, они падали прям на щеки Свон. — Не люблю оставаться в долгу, — соблазнительный шёпот, сказанный в считанных сантиметрах от губ. — Ничего не будет. — обиженный полутон в ответ. — Помнится, ты не особо церемонилась со мной, так с чего ты взяла, Спаситель, — укус за нижнюю губу, — Что твоё мнение кого-то интересует? Эмма попыталась сконцентрироваться, но аромат, исходивший от любимой женщины: её шампунь, её парфюм, — заполнял девушку до краёв, вытесняя остатки здравого разума. Поэтому она потянулась за поцелуем, желая вновь почувствовать эти пухлые губы, желая искусать нежную плоть и желая втянуть в себя этот острый язычок, но не тут-то было. Брюнетка отстранилась на пять сантиметров и расхохоталась, а Свон упала головой на мягкую подушку. — Долго же ты сопротивлялась. — Зат… — договорить это слово не дали крепкие пальцы на щеках, которые сжались в мгновение ока, причиняя уже неприятную боль. — Не забывай с кем разговариваешь, принцесса, — зловеще прошипела Реджина. — Ты ведь не хочешь, чтобы я тебя наказала? Уверенна, что на твоей заднице никогда в жизни не было отметин от хлыста. Неужели ты хочешь именно сегодня это почувствовать? — Н-нет, — смогла сказать Эмма, когда пальцы на её лице разжались. — Нет, Ваше Величество. — Хорошая девочка, — сжав по-садистски сосок, сказала королева и начала рукой спускаться ниже по упругому животу, изучая подушечками пальцев кубики пресса, очерчивая кружочек пупка и вот уже тонкая рука накрыла лобок, проникая пальчиками между половых губ. Но на этом Её Величество не остановилась, укусив за подбородок, она повторила путь своей руки, но на этот раз губами. Облизывая и втягивая в себя торчащий сосок, другой рукой она сжимала второй. Проведя языком между грудей, губы начали целовать в районе пупка, а затем и ниже. Целуя под косой мышцей живота и проводя там кончиком языка, брюнетка вызвала дрожь по телу Спасителя, ведь эта была одна из её эрогенных точек. Девушка попыталась сжать ноги, но у неё ничего не получилось, а когда Реджина повторила своё движение языком, то Эмма не смогла сдержать стон. В добавок ко всему, тело королевы надавливало на самоё горячее место, что давало двойную дозу удовольствия. Как хорошо, что руки Свон были связаны, иначе они оказались бы уже в чёрных волосах, а так приходится хвататься за верёвки, обвивающие запястья. Вдоволь надразнившись, соблазнительница спустилась ещё ниже, улаживаясь животом на простынях, она подтянула податливое тело к себе за бёдра и, раскрыв киску двумя пальчиками, подула на клитор, вызывая в теле шерифа очередной табун мурашек. Уловив жаждущий стон, она накрыла маленький комочек нервов своими губами и принялась ласкать его. Эмма металась по кровати, каждое движение, каждый дразнящий жест отдавался в теле маленькими разрядами. Она даже не представляла, что брюнетка на такое способна. Посасывание, зализывание, покусывания и проникание языка в горячее лоно, подводили шерифа к краю Марианской Впадины, казалось, что ещё чуть-чуть и она упадёт прямо в глубь тёмного дна океанической бездны. Но у кое-кого были совсем другие планы. Оставалось не больше десяти секунд до феерического оргазма, как всё прекратилось. Громкий рык и разочарованный стон отскочили от стен комнаты. — Нет! Ты не можешь! — взбудоражено говорила разочарованная особа, пытаясь развязать свои руки, но тщётно. — Могу и делаю. — ехидно ответила королева. Поднявшись, она накрыла своим телом тело Спасителя и поцеловала её, размазывая вкус Эммы в этом слиянии губ. Отчаянный укус заставил лишь рассмеяться королеву. — Сегодняшнюю ночь ты не забудешь никогда! И да, можешь не сдерживаться, тебя услышу только я, — заверила её страстная женщина, возвращаясь к поцелую. Злая Королева всю ночь измывалась над девушкой, даря ей один оргазм за другим и заставляя ту каждый раз кричать всё громче и громче. Ближе к рассвету они лежали на спине, потные и опустошенные. — Зачем ты это сделала? — Потому что мне так захотелось. — Я про Киллиана… — Я знаю. — Это не ответ, скажи правду, зачем? — Он лживый, скользкий прохиндей! Который не знает, что такое верность! Королева не лгала, но она говорила лишь часть правды, и Спаситель это почувствовала. Однако Эмма решила, что колдунья сделала это из ревности, а сейчас не хочет признаваться. Но на самом деле злодейка знала, что рядом с пиратом находится Белоснежка. Она чуяла запах сладкой выпечки, который навсегда отпечатался в её сознании, как запах падчерицы. Догадавшись, что её копия и тёмный наложили незримые чары, она не сдержалась и метнула фаербол. — Я сделаю вид, что поверила в то, что это единственная причина. — Ты говоришь так, как будто делаешь мне одолжение, Свон! — Я говорю так, как считаю нужным, Джина. — Джина? — удивилась брюнетка. — Я не могу называть тебя Реджиной… а постоянно обращаться к тебе на «Вы» и шёпотом я не собираюсь. — Ты была не такой дерзкой, когда со слезами на глазах, умоляла меня не останавливаться, девочка… — Я постараюсь добыть проклятие завтра. — пропустив мимо ушей последнее предложение, вылетевшее из коварных губ, сказала блондинка. — Когда оно будет у меня, что делать дальше? — Я буду ждать тебя в склепе. Их прервал стук в дверь. — Эмма, доченька, просыпайся, завтрак готов. — Иду, — крикнула девушка, а повернув голову к своей любовнице, обнаружила пустую часть кровати. — Вот тебе и поцелуй на прощание. **       Во время завтрака шериф попыталась разузнать, где проклятие, но отец не дал нормально поговорить. Поэтому в обеденный перерыв Свон приехала в школу, чтобы пообедать с матерью, но и там разговор не вышел. Дети, бегающие и орущие на школьном дворе, не дали поговорить.       В четыре часа дня в участок пришла Мэри Маргарет и сама завела разговор, что слегка удивило Спасителя, но желание заполучить заветный свиток затуманило все сигналы. Проклятие было спрятано в шахте, оно было замуровано в одной из стен. Эмме было очень сложно и дальше поддерживать диалог с мамой, так как она не могла дождаться, когда же окажется в нужном месте.       В пять часов вечера в катакомбах полуразваленной шахты образовался серебристый туман. Шериф около часа искала именно ту стену, про которую говорила мать. Найдя нужные отметины на коричневом камне, она приставила кирку и начала трудоёмкий процесс. Буквально через десять минут в её руках была чёрная шкатулка. — Для чего оно тебе, Эмма? — позади послышался до боли знакомый голос, принадлежащий мадам мэру. — Реджина, что ты здесь делаешь? — Свон развернулась, бережно прижимая шкатулку к животу. — Снежку беспокоило твоё поведение, и я смотрю, что не зря. Повторюсь, мисс Свон, для чего тебе понадобилось моё проклятие? Эмма знала, что мэр - сильная волшебница, и вступать с ней в схватку нет смысла. «Значит придётся пуфаться!»,— подумала девушка, но сбегать, как трусливому существу, ей не хотелось. — Реджина, прошу… просто доверься мне, хорошо? — Эмма… — Нет, пожалуйста… поверь мне, я не сделаю ничего плохого… — Ты хочешь отдать его Злой Королеве? — Да, но лишь для того, чтобы вернуть её в Зачарованный Лес. Я не могу всего рассказать, но поверь я буду всё контролировать. — руки шерифа тряслись, и сама она очень нервничала. Ведь понимала, что если сейчас у неё отнимут шкатулку, то второго шанса не будет. — Маловероятно, что она тебя околдовала, я не чувствую на тебе чары… Но я не могу понять, почему ты это делаешь? — Если скажу, то ты рассмеёшься мне в лицо… — Мои манеры не настолько плохи, мисс Свон. — Я хочу отправиться вместе с ней, — увиливающий ответ. — Но почему? — Не заставляй меня это говорить, — еле слышный шёпот. — Эмма… я подойду… не бойся, я его не вырву. — Я и не боюсь. — Странно, на месте. — Реджина вынула руку из грудной клетки блондинки и отошла на шаг, внимательно всматриваясь в печальные глаза напротив. — А ты ведь никогда не пользовалась красной помадой… — вспомнив день рождение Роланда, начала говорить мадам мэр. — Значит ты давно была в курсе, что в Сторибруке Злая Королева?! — Нет. — Как? Но тогда… ты думала, что целуешься со мной? — теперь пришла очередь Миллс переходить на шёпот, видя, как серо-зелёные глаза стыдливо устремились в пол. — Д-да. — И как давно? — наконец-то собрав пазл, спросила Миллс. Реджина поняла, что Эмма была в неё влюблена, но не считала нужным говорить об этом именно сейчас, да и было как то неудобно. — С дня рождения Генри. — Бог ты мой… Так вот почему ты себя так странно вела? — Ага. — Посмотри на меня, прошу тебя, — мадам мэр подняла лицо девушки за подбородок и взглянула на неё очень тёплым взглядом. — Эмма, она не способна на любовь. — Я знаю, что она меня не любит, но откуда тебе знать, что это не изменится? — отстранившись, громко спросила девушка. Опасные нотки в голосе и агрессивный настрой наполняли катакомбы негативом и Эмме пришлось принять решение. **       Спустя некоторое время в семейном склепе Миллс появилась Спаситель окружённая серебристой дымкой. — Надеюсь, Ваше Величество, Вы больше не будете уходить по-англиски? Злая королева хотела что-то съязвить, но увидев, что в руках у девушки, выдохнула с победной улыбкой на устах. — Ты принесла его, — забирая шкатулку, пропела брюнетка. — Да, теперь мы можем вернуться в Зачарованный Лес? — О, милая Эмма, какая же ты наивная. — отталкивая от себя Спасителя, колдунья приковала её к стене лианами. — Неужели ты и вправду поверила, что я хочу вернуться в тот убогий мир? Я королева! И я достойна лучшего! — Поверила, — сдерживая слезы, ответила дитя истинной любви. — Неужели родители тебя не учили, что нельзя доверять злым королевам? Ах да, у тебя ведь не было родителей. — издевательски сказала она, проведя рукой в воздухе и являя взору Спасителя то, что было скрыто магией. В углу на полу валялся связанный охотник. — Ну ты и сука, про… — молниеносно оказавшись рядом, брюнетка нанесла сильный удар тыльной стороны руки. От такого столкновения нижняя губа шерифа треснула. — Не смей! Ты никто, чтобы открывать свой рот без моего разрешения! — зло шипела женщина, в глазах которой карий цвет был заменён на фиолетовый. Свон громко рассмеялась, а королева, отступив, молча уставилась на неё.

ЧАС НАЗАД

— Я знаю, что она меня не любит, но откуда тебе знать, что это не изменится? — отстранившись, громко спросила девушка. — Она была мной и когда я была в её власти, то не чувствовала ничего кроме гнева. — Ты ведь изменилась, почему она не может? — всё не отступала блондинка. — Этот разговор заходит в тупик, давай по-другому? Скажи, как она планирует вернуться? — С помощью тёмного проклятия, она сказала, что никого не любит, — на последних словах голос слегка дрогнул, показывая, как это ранит. — Поэтому и не сможет воспользоваться свитком как нужно, но она может его немного изменить, что откроет портал в Зачарованный Лес. — Сделать это невозможно… О нет… Робин! — Миллс нашла свой телефон и набрала своего мужчину, но в трубке слышались лишь одинокие гудки. — Что произошло? — Ты не понимаешь? Она воспользуется его сердцем! Мы до сих пор с ней связаны, и пока наша жизнь не разрезана ножницами судьбы, мы являемся одним целым! Сердце Робина подойдёт для заклятия! Что же ты наделала, Свон?! Внутри Эммы что-то разбилось, и сотни мелких кусочков врезались в сердце, заставляя его кровоточить. Она медленно съехала на пол, цепляясь курткой о неровную стену. — Прости — губы открылись, но оттуда ни вылетело ни малейшего звука, делая это слово немым. — Шериф! — рявкнула женщина в сером костюме. — Сейчас же соберись! Где она будет тебя ждать? — В склепе. — отрешённый шёпот. — Я вырву её чёрное сердце и раздавлю его собственными руками! — запричитала Миллс, клацая что-то в телефоне. — Нет! Научи меня! –оживилась Спаситель, поднявшись на ноги. - Это не ты должна сделать, Эмма. - Научи... - со слезами на глазах тихо попросила Свон, заглянув в карие глаза с умоляющей надеждой. Миллс тяжело выдохнула, потому как поняла, что не сможет её отговорить. Реджина прекрасно осознавала, что нельзя позволить ей этого сделать. Приняв решение в своей голове, что убьёт королеву первой, она подошла к блондинке. — Нечему учить просто берёшь и делаешь так… затем обхватываешь его пальцами, как я сейчас, чувствуешь? — Да. — И тянешь его на себя. — Хорошо. Брюнетка убрала свою руку и отошла на шаг назад. Их компанию разбавил Тёмный. — Что случилось такого срочного? — Злая королева в моём склепе и она со стопроцентной вероятностью зачаровала его от нежелательных гостей. — И? Это не могло подождать, пока я выпью свой чай?! — Мне кажется, что Робин у неё… — Ждите, — ответил мужчина и исчез, а спустя минуту Голд вновь появился в шахте. — мисс Свон, если я правильно понял, и если учесть то, что шкатулка в ваших руках, она ждёт именно Вас? — Да. — Хорошо. Положите этот амулет в карман, и тогда Реджина сможет телепортироваться к вам, где бы вы не были, минуя любые заклятия. **

СКЛЕП.

— Она не сошла с ума, если ты думаешь об этом! — грозно сказала мадам мэр, появляясь в фиолетовом тумане. — Ты! Миллс наткнулась взглядом на связанного мужчину и лишь колоссальным усилием воли не ринулась к нему. Достав из-за спины ножницы судьбы, она улыбнулась Злой Королеве. — А-а, значит ты всё же поняла, что не сможешь причинить мне вред, не зацепив при этом себя? — с издёвкой в голосе эти слова вылетели из губ кроваво-красного цвета. — Ну что ж, режь! — со злым оскалом сказала королева, наблюдая, как Реджина проводит рукой над ножницами. Две похожие женщины стояли друг напротив друга, а из груди каждой показались лилово-фиолетовые нити, соединяющие никогда одного человека. Мадам мэр, не сомневаясь, разрезала их. — Покончим с этим, — с этими словами в руке Злой Королевы появился меч. — С радостью, — такой же меч лежал и в руке мэра. Эмма наблюдала за сражением на мечах краем глаза, ведь пыталась призвать свою магию и выпутаться из крепкого захвата лиан. Бой был практически равным, но в конечном итоге Злая Королева одержала победу, швырнув Реджину о стену с помощью магии. При падении та потеряла сознание, а злодейка находившаяся над сверженным телом, подняла меч, готовясь покончить с этим раз и навсегда. — Нет! — раздался возмущенный крик блондинки и теперь уже королева оказалась прижатой к стене своими же лианами, а Свон стояла напротив неё. — НЕ-НА-ВИ-ЖУ! — прорычала колдунья, прожигая своим взглядом. Гримаса злости перекосила красивое лицо, а непролитые слёзы делали карие глаза ещё больше. Шериф протолкнула руку и, схватив сердце, как показывала Реджина, вырвала его. Сейчас Спаситель держала в руках абсолютное чёрное сердце и смотрела на него, не моргая. — Знаю… но я могу сказать с уверенностью, что моей любви хватит на двоих, — Сказала девушка и, достав своё сердце из груди, соединила их в одно, наблюдая как чёрное сердце становиться наполовину красным, а красное - наполовину чёрным. Затем она сделала шаг, который их разделял и, делая глубокий вдох, вернула сердца на их законное место одновременно. — Н-нет, что ты сделала? — ошеломлённый вопрос. — Поделилась любовью. — спокойный ответ. Слеза скатилась по наполненному болью лицу, но не успела упасть на пол, так как дрожащий палец вытер её. Обхватив руками лицо обескураженной женщины, Эмма приблизилась и вложила в поцелуй всю свою любовь. Этот поцелуй не стал ответным, но те объятия, которыми делилась королева, дали понять, что теперь всё хорошо. Они стояли бы в обнимку ещё долго, но кашель со стороны заставил их отстраниться и повернуться. На них смотрели три пары глаз. Мать с отцом и мистер Голд, мадам мэр в это время находилась рядом со своим мужчиной и развязывала его. Робин, пришедший в себя, подскочил на ноги и направился к королеве. — Да я тебя… — Только попробуй! — перегородив ему путь, Спаситель направила в его сторону меч. — Больше она вам не угрожает, я… — Мы всё слышали, — тихо сказал Дэвид, смотря куда угодно, лишь бы не на дочь.       Таким образом, бравый шериф забрала часть тьмы из души королевы, а взамен поделилась любовью. Если раньше Злая Королева, чувствовала лишь тягу к телу Спасителя, то сейчас её сердце однозначно пархало в присутствие наглой блондинки.       Прошло два дня, но несмотря на то, что всё благополучно закончилось, никто не мог найти себе место. Королева вместе со своим Героем жила в гостинице «У БАБУШКИ», и все жители обходили это место стороной. На третий день Эмма пришла к мэру домой без приглашения, ей нужно было поговорить с сыном. Когда Генри спустился в гостиную и поцеловал свою биологическую мать в щёку, Миллс решила уйти, но шериф попросила ту остаться. В её присутствии она рассказала сыну подробности недавнего происшествия, опуская то, что ему знать не положено. — Значит, ты любишь мою маму? — Мне кажется, что да, но лишь как друга. — по-доброму улыбнувшись, ответила блондинка, смотря в глаза Реджине. — Не понимаю, они ведь как две капли воды и если ты любишь Злую Королеву, то значит и маму тоже! — Они абсолютно разные, парень, и не называй её Злой Королевой. — И как мне её называть? — Джина, только не говори, что это я сказала! — Она будет в бешенстве! — О да! — Ма, но я всё равно не понимаю, зачем тебе уезжать? — Потому что мы не чувствуем себя здесь как дома. — грустно ответила Эмма, прекрасно понимая, что ни её королева, ни она не смогут остаться в Сторибруке. Да, ей было грустно оставлять семью, друзей, но ради любви люди способны и на большее. — Но ты ведь вернёшься? — Несомненно! Поцеловав сына и затискав его в своих объятиях, она обняла и мадам мэр, после чего отправилась к родителям. Прощание с мамой вышло более эмоциональным, ведь Мэри Маргарет постоянно плакала.       Собрав свои вещи и загрузив их в жука, девушка поехала за своей любимой. Ожидая брюнетку, Свон проверяла колёса машины, постукивая по ним носком. — О нет! Я не поеду на этом недоразумении! — Эй! Вообще-то он надёжный! — И что с того? Ты собралась везти в нём КОРОЛЕВУ или свою неотёсанную родню? — брюнетка стояла, скрестив руки и с невероятным отвращением на лице. — Джина… Щелчок пальцев и на месте старого жука появилась Lamborghini Aventador S жёлтого цвета. — Цвет, так и быть, не стану менять. — Ты не выносима! — сказала девушка, открывая дверцу пассажирского сидения. — Что-то не устраивает? — спросила королева, когда они обе пристегнулись и готовы были ехать. — Всё устраивает, ты же знаешь. — Знаю. — Так что? Какое из чудес света хочет посмотреть моя Королева в первую очередь? — заводя мотор, спросила Свон. — Хочу всё и сразу. — Хм… тогда нам стоит начать с Лас-Вегаса, родная. — Эмма повернулась и поцеловала губы с уже любимой кроваво-красной помадой. Получив мгновенный отклик, она отстранилась и, улыбнувшись, нажала на педаль газа. Желтый Lamborghini издав грозный рык, прокатился по улицам Сторибрука и скрылся на трассе в направлении заданного маршрута.