Гин Поттер. Книга 1

От лица Гина Вернувшись в комнату, я решил понять, где же я все-таки нахожусь. Хмм, я не чувствую реацу (работают ли кидо в чулане 2 на 3, я лучше не буду проверять). Вообще. Вместо нее другая энергия, более тягучая и живая, да и пустых нет от слова совсем. Мда Гин-кун, ты попал в другой мир. Один плюс- тут нет Айзена и его чая. Так, а что у нас с энергетикой этого тела? Хмм, да, в солнечном сплетении расположен источник, причем довольно нестабильный, немалого размера надо сказать, видимо слились энергетика этого тела и моя, при моем вселении. Хм, похоже на мне ограничители, поднатужимся… Ох, хорошо то как. Ладно, Гин, пора спать, как же это неудобно… Попробуем от 3-его лица Утро началось со бешеного стука и визга какой-то мерзкой тетки. — Подъем! Вставай! Поднимайся! Живо! Гин услышал ее удаляющиеся шаги. — Чертово тело совсем меня не слушается. И вновь приближающиеся шаги тетки, а затем: — Ты что, еще не встал? Мерзкий мелкий уродец! Вставай и иди смотри за беконом! У моего лапочки Дадлипусечка сегодня день рождения! Все должно быть идеально! Шевелись! В ответ Гин только поднял очи к потолку чулана, переглянулся с пауком и застонал. — Иду, иду. Он встал, надел очки и вышел из чулана. Весь кухонный стол был завален подарками. Тетки не было, зато за столом сидел мужик, поразительно похожий на лейтенанта второго отряда с усами. Интересно, а малютка Сой тут есть? —Здравствуйте- сказал Гин. —Уже встал, уродец? Не просмотри бекон! У Дадли сегодня день рождения! Не дай бог бекон сгорит, лишу тебя еды на неделю! —Яре-яре, ну и ублюдок же ты- пронеслось в голове Гина. Натянув на лицо, свою вечную змеиную улыбку Гин начал жарить бекон. —Чего ты лыбишься, уродец? Хочешь еще получить? —Нет, дядя, просто у меня поразительно хорошее настроение. Послышался дикий топот. На кухню выскочила помесь свиньи и ребенка. — В районе эдак 70-80 его бы зажарили и съели- подумал Гин. Гин снял с огня сковородку и начал раскладывать бекон и яйца по тарелкам. С трудом, расставив тарелки на стол, он устало сел на стул. — Тридцать пять, тридцать шесть, - свиненок с нарастающей злостью смотрел на своего отца. – Это на два меньше, чем в прошлом году! На кухню зашла тетка, плоская как рыба, с вытянутой как у лошади рожей. — Петунья, мы же докупим ему еще д- два п-п-подарка? - с заиканием сказал Омаэда. —Да, Вернон. Дадличек, сейчас мы поедем в магазин и купим тебе еще два подарка, ты доволен, мой пупсичек? Гин мысленно ухахатывался. —Значит их будет… тридцать…а-а-а… э-э-э… тридцать…- видимо свинка не тянет такое сложное вычисление. —Тридцать девять, мой сладкий Дадлипупсечек. —Наконец-то они сели есть и заткнулись. Боже, бедный ребенок, как он их терпел- думал Гин. Спустя 10 минут, наполненных скрипом вилок об тарелки (а также чавканья Омаэды старшего и его Дадлипупсечка), мать семейства сказала: —Вернон, Дадли, собирайтесь мы едем в зоопарк. К моему глубочайшему сожалению миссис Фигг сломала ногу, и не сможет присмотреть за мелким уродцем, поэтому нам придется его взять с собой, иначе он разнесет весь дом, пока нас не будет. —Мам, ну зачем нам брать Гарри с собой, я не хочу, чтобы он ехал с нами!!!- разнылся Омаэда младший. Гин со своей лисьей улыбочкой почти пропел: —Дядюшка, обещаю, я буду о-очень хорошо себя вести, честное слово! Скептицизм Вернона был настолько явно выражен, что его и без того красное лицо, приобрело цвет переспелой хурмы. —Эх, сейчас бы хурмы- думал Гин, пока семейство тюремщиков одевалось.