Надоело добро

      Пришло время тяжелых мыслительных работ, а точнее расставить все точки над «i». Вообщем, сейчас я уже минут пятнадцать сижу на диванчике в библиотеке и пялюсь куда-то мимо книги, в сторону фикуса. Бедный цветок, наверное, уже устал от такого повышенного внимания к его скромной персоне, но что поделать, если он стоит прямо предо мной и не двигается. Нужно, как можно быстрее, вычислить хранителя, иначе после мы не оберемся проблем, уходя из этой школы, например, сентиментальная Эшли влюбится в какого-нибудь очередного паренька или привяжется к парням, а нам это будет совсем не наруку. И, если честно, то я боюсь, что когда-нибудь зелья моей знакомой перестанут действовать и моя тайна вырвется на поверхность, тогда Аид нас точно по головке не погладит. Я не могу его подвести. Только не сейчас.

Воля в кулаке, мысли в разные стороны, По моей комнате гуляют черные вороны.

      Складывалось такое ощущение, что все мысли, которые сейчас посещали мою голову, скопились на потолке и сейчас с грохотом падают мне на голову. Нужно бы, наверное, успокоиться и подумать на свежую голову, но времени на отдых у меня, к сожалению, нет. Нужно сделать все быстро и тихо. Никто посторонний не должен знать о происходящем, а, тем более, знать кто мы и откуда. Каждая моя идея заканчивалась тем, что это все слишком долго и, в конечном итоге, Эш будет больно отсюда уезжать. Но, с другой стороны баррикад, мой родной отец, который обучал меня всему, что знал сам, мне бы хотелось, чтобы он был горд мной, а я знала, что я не просто так тысячелетия напролет училась всем хитростям богов.

Скоро рассвет. Выхода нет. Ключ поверни И полетели…

      Окунувшись с головой в мысли, посвященные решению проблем, я не заметила оказавшегося рядом с собой соседа. Он усердно делал вид, что читает, но было видно, что его тоже что-то гложет и мысли у него далеко не о книге. Карие глаза, также как и мои, устремились в сторону цветка. Хах, фикус сегодня ловит известность, поклонников у него с каждым часом все больше и больше. Я бы уже давно смутилась от такого внимания. Сейчас бы еще дождь за окном и кружку чая в руки, ну или сигарету. Тоже вариант. Но сейчас на улице солнечно, а сентябрь и не собирается портить настроение ученикам плохой погодой, поэтому довольствуемся пока только фикусом. Нужно отдать должное, ведь в роли точки для созерцания он идеально подходит. Но, к сожалению, советчик из него никакой, поэтому план действий нужно думать самой. Неожиданно меня схватили за плечо. — Вай, как долго ты тут уже сидишь? Я тебя по всей школе ищу, а ты тут с Толиком фикус разглядываешь! Я чего тебя искала, мы с Никитой идем гулять, поэтому за меня не волнуйся и не теряй. Парней предупредила. К ужину вернусь. Не скучай и фикус не убей взглядом… Я побежала, — протараторила Эш и убежала из помещения.       Ей в догонку я успела лишь тяжело вздохнуть и уронить голову на спинку дивана. Теперь проблем прибавилось, ведь придется постараться, чтобы Эш не устроила истерику из-за Кисы. Он, конечно, хороший, но по возвращении на остров она начнет скучать по нему, а выйти с острова у нее не будет возможности. Не могу представить, как мы с Люциусом и Максимилианом будем приводить ее в чувство. Она же тогда точно станет хуже своей матери — будет злой, грубой и потеряет веру в любовь. А что будет с Ником, когда в один момент исчезнут те, кому он доверился через неделю после знакомства? Имея возможность выхода с острова, я буду чувствовать себя своей среди чужих, но чужой среди своих. И что с этим делать? Мне нужен трезвый взгляд на ситуацию, но у кого спросить этот самый трезвый взгляд? — Ну и какая причина такого настроения? Ты явно загружена, что на тебя не очень похоже. Рассказывай, помогу чем смогу. — голос Толи был тихий, но четкий и требовательный.Сначала я не поняла кому это было адресовано, но потом, оглянувшись, поняла, что кроме меня его никто не мог услышать. А вот и трезвый взгляд на ситуацию. — Понимаешь, — начала я. Нужно, чтобы он понял ситуацию, но не понял всей истории, — меня беспокоит то, что мы с вами друг к другу привыкаем. Так нельзя, ведь скоро мы уедем обратно в Данию, а вернуться сюда еще раз у нас вряд ли появится возможность. Я волнуюсь за Эшли, потому что она у меня такая сентиментальная дурочка, которая сейчас влюбится в вашего Никиту, а нам с парнями потом разгребать горы из платочков, пропитанных ее слезами от сломленной любви. Я боюсь, что некоторые нелицеприятные факты всплывут наружу и все испортят. Мне не нравится то, что вы к нам привыкаете, потому что потом получится, что мы вас бросили, а я так не могу. Но и остаться мы не можем, потому что я не могу подвести отца, оставшись тут, а ребята не смогут бросить меня одну… Еще и отцовская просьба, вообще не понимаю, как ее выполнять… Я запуталась. — слова лились бурным потоком, который скапливался в голове у Толи, который задумался над моими словами.  — Так, давай по порядку. Ты боишься, что потом мы не сможем безболезненно расстаться? — на это я согласно кивнула, — Я с этим полностью согласен, но сейчас уже просто нет смысла что-либо менять, ведь каждый уже определился с отношением друг к другу, кроме тебя кажется. Что за просьба отца? Что в ней такого сверхневыполнимого? — Ну, когда-то давно мои предки жили в России, да был и такой момент в истории, так вот, как рассказывал мой прадедушка, у него тут была компания друзей, которая однажды очень сильно поругалась, из-за чего ему вместе со всей семьей пришлось уехать в Грецию. Но у одного из друзей осталась некая вещица, которая раньше принадлежала моему прадеду, вот отец и хочет, чтобы я нашла эту семью, но ни фамилий, ни адресов я не знаю. Знаю только, что в этой семье есть сын мой ровесник и, скорее всего, он учится в этом заведении, но вот как его искать? По этим параметрам в школе учится около трехсот человек, и ты в том числе. — Толя внимательно слушал, а после уткнулся взглядом в фикус и задумался. Эмоции на его лице сменялись одна за другой с огромной скоростью. Да уж, загрузила я паренька. Несколько минут мы сидели в молчании: он обрабатывал информацию, я ждала его мыслей по этому поводу. — А что это за вещица? Какая-то ценная вещь? Или семейная реликвия? — Толик явно горел желанием разгадать эту тайну. — Нет, на самом деле обычная побрякушка, которая не стоит ничего, но для отца он почему-то очень важен. Обычный ключ, да и дверь, которую открывает ключ не имеет никакой ценности… Ничего не понимаю, зачем он ему? — на ходу придумывая про ключ, я думала, как же его все-таки найти. — Кстати, хотела спросить, есть ли у вас тут те кто стреляет, ну или коллекционирует оружие? Хотелось бы посоветоваться с кем-нибудь по поводу подарка для Максимилиана. — Ну, вроде бы Влад этим увлекается, я обязательно уточню, а что по поводу ключа, то думаю, что с этим нужно что-то делать, но что пока сам не знаю. Нужно ли говорить об этом парням? — я отрицательно покачала головой, — Хорошо, тогда это будет наш маленький секрет. Я благодарно улыбнулась парню и легла к нему на колени. Он начал перебирать мои волосы, что доставляло мне непомерное удовольствие. Молчание нас совершенно не напрягало, наоборот, тишина была очень приятной. На коленях у Анатоля было очень удобно, а он был совершенно не против такого расклада. Если Никита думал о суициде, Влад увлекается оружием, то тогда получается, что Толик и есть хранитель. Думаю, что это очень хороший расклад, ведь теперь осталось совсем немного до того, как мы вернемся на остров и вся эта чушь закончится. Как только выбить у Толика ключ? Это уже задачка посложнее, но ведь я уже выяснила кто есть кто. — Знаешь, мне нравится одна девушка. Ее нос, — начал он, — как лезвие блестящего клинка, а щеки как пурпурное вино или кроваво-красные анемоны, ее губы подобны кораллам и сиянью сердолика, а вкус ее губ должен быть, как мне кажется, слаще старого вина, он может погасить боль адского огня. Ее речи движимы мудростью великой и остроумны; ко всему этому прибавь две руки, гладкие и округлые, как сказал бы поэт о ней: «Ее запястия и без браслетов Сияют серебром из рукавов.» — А как ее зовут? — это все, что я сумела сказать. Вот это у него к ней чувства, интересно, а что она чувствует к нему? В тот момент стало обидно, что он так о ней говорит. Нет, я не ревную, просто мне никто никогда такого не говорил. Этой девушке очень повезло с таким парнем как Толик. — Ее имя не столь важно. Могу сказать только то, что ты ее знаешь, — на его лице расплылась радостная улыбка, а глаза засияли от радости. — Могу дать только одну подсказку: она имеет голос меццо-сопрано и может вытягивать 3,5 — 4 октавы. Это очень весомая подсказка, а дальше думай сама. Не знаю кто это может быть, ведь из общих знакомых девушек у нас была только Эшли, но она не может тянуть и 1,5 октавы, а что уж говорить о меццо-сопрано! Тогда кто она? Новая тайна, которую мне предстоит разгадать. Но сначала ключ! Так погрузившись в свои мысли, под тихое мурлыканье Толей какой-то песни и перебирание волос я и не заметила как заснула. Проснулась я ближе к вечеру и то только от того, что у меня все затекло. Анатоль все еще перебирал мои волосы, а, повернув немного голову, я заметила, что он читает какую-то книгу и убирает руку из моих волос только для того, чтобы перевернуть страницу. Было приятно от такой заботы, но у него же есть девушка, которая ему нравится.Или? Да нет, быть такого не может… Мои мысли прервал голос Толи: — Ну что, Спящая красавица, не хотите ли вы посетить трапезную? Время приема пищи уже пришло, а ты все спишь! Я понимаю, что диеты и питание Святым Духом — это классно, но я думаю, что мне не очень понравится, хах! — Толика явно радовала эта ситуация, но он не давил на меня, скорее просто намекал на то, что хотел бы перекусить.       Встав с коленок парня, я улыбнулась ему. Он же в ответ улыбнулся такой доброй улыбкой, которая в корне отличалась от улыбки Люциуса. Поднявшись с дивана, он протянул мне руку, предлагая свою помощь. Я с удовольствием приняла помощь парня, вложив свою руку в его. Поднявшись с диванчика, я направилась вместе с парнем в сторону столовой. Пока мы с Толиком шли в бесполезное здание, где собираются все ученики школы 3 раза в день, мы болтали обо всем, но ни о чем. Зайдя в помещение, мы сразу заметили, что за нашим столом еще никого нет, но это не проблема, ведь один на один с собой тут тоже не останешься. Взяв, по традиции, пару лимонов и чай, я направилась за стол, куда уже со своим разносом в руках шел Толя. Увидя меня, парень нахмурился, ему не понравилось то, что я ничего не ем. — Нет, Мара, так дело не пойдет! Ты сиди, а я сейчас подойду, — с этими словами Толя вновь отправился в сторону раздачи. Отговаривать его не было смысла, поэтому, тяжело вздохнув, я опустилась на лавочку. Спустя пару минут он вернулся, — Вот, пока ты это не съешь, ты изо стола не встанешь.       Передо мной стоял разнос с тарелкой гречки и кусочком курицы, а также салат из пекинской капусты с помидорами. Покачав головой, мол «я это не съем», я с надеждой взглянула на парня. Он лишь с усмешкой глянул на меня и носом указал на еду. Вздохнув, я взяла ложку и приступила к трапезе. За этим занятием меня и застали наши знакомые. Знаете, столько насмешки и удивления в их глазах я не видела с момента их рождения. А, поверьте, я это тоже застала. — Ребят, а бывают коллективные галлюцинации? Или только мне кажется, что Вайлен ест? Бывает же такое, Толя, как ты на нее влияешь? Что ты ей пообещал за то что она сядет есть? Раскрой свою магию вне Хогвартса! — Эш быстрее всех отошла от шока, поэтому сейчас тараторила без умолку. — Хах, да ничего я ей не обещал. Сказал только то, что она изо стола не выйдет до тех пор, пока все это не съест. Негоже одними лимонами да чаем питаться! Два брата акробата! Вместе с Владом одними лимонами питаются! Желудок испортит кислотой, а потом будет отцу жаловаться, что ее тут обижают. А международные скандалы нам не нужны, так ведь? — я лишь кивнула и уткнулась в тарелку, продолжая есть. Все, кроме меня, дружно засмеялись и принялись есть. Как только я закончила трапезу, я встала изо стола и следом за мной поднялся Тема, а следом и Толя.       Знаете, рядом с этими двумя чувствую себя маленькой принцессой, у которой есть возможность горы сворачивать. Немного сжавшись в плечах я собиралась незаметно проскочить в толпу, а там переместиться в какую-нибудь комнатку, где меня никто не найдет ближайшие два часа. Но моим планам не дано было сбыться, ведь уже на выходе из столовой меня подхватили под локти и потащили в незнакомом направлении. Оглянувшись, я увидела Тони, который, оглядываясь по сторонам, вел меня в сторону учебных кабинетов. Дойдя до кабинета биологии, мы завернули внутрь. — Ну и зачем ты меня сюда притащил? Тебе что-то нужно? Или случилось что-то непоправимо-страшное? — мне не нравилось, что меня так бесцеремонно притащили сюда, еще и непонятно зачем. — Тише ты! Ты ведь хотела спрятаться от своих Телохранителей всероссийской известности? Я просто помог тебе спрятаться, вот и все. Или это не так и ты не хотела? — самым громким шепотом говорил парень. Лицо отражало добрую усмешку, не больше. — Ну, так то оно так, но как ты догадался? По мне что, так сильно видно было? — На самом деле да, но не переживай они найдут тебя тут только минут через 40, если не больше. Либо есть вариант вылезти через окно и пойти в тир пострелять. Там если найдут, то только Влад, и то не факт. Ну так что? Как тебе идея? — Пошли, давно не стреляла уже… Только нужно кабинет закрыть, поэтому давай поступим так: ты сейчас выходишь и закрываешь дверь на ключ, после подходишь к этому окну и я вылезаю на улицу, а там уже топаем в тир стрелять. План понятен? — парень только согласно кивнул, — ну тогда иди, я жду.       Тони молча вышел из кабинета и через пару секунд раздался поворот ключа. Я подошла к окну и открыла его, но через пару секунд кто-то подошел к окну и это был явно не Тони, поэтому быстро захлопнув окно я забежала в препораторскую, где задернула шторы, чтобы меня не увидели. Простояв пару минут в кабинете, я все-таки вылезла на улицу, где меня уже ждал Антон. Кивнув парню, мы направились в сторону тира. Давно я не стреляла. Пора повторить все. Тони встает в позицию, в его руках пистолет, он небольшой и кажется игрушечным. Парень прицеливается и стреляет. Попал в мишень, но не попал в сердцевину. Подошла моя очередь. Воспоминания о том, при каких обстоятельствах я в последний раз брала оружие, нахлынули с головой.       Тогда мы еще жили на Хелле и смерть была самым обычным явлением. После очередной такой потасовки я ходила и забирала остатки жизней тех, кому они уже не нужны. В этой же куче лежал и парень, который просил кого-нибудь пристрелить его. Я подошла ближе и он начал молить меня о смерти. Свободной рукой я вытащила пистолет из-за пазухи. Закрыла глаза. Я слышала, как пуля пробила череп, ощутила, как дернулся парень и обмяк навсегда. В голове были слова: «Искупи свой грех! Искупи моей кровью! Докажи, что ты не тряпка и способна на смелый поступок. Подари мне смерть. Будь, как твой отец!» Не выдержав этого всего, я побежала. Я не смогла смотреть на дело рук своих. Да, я забираю жизни, но сама никогда не убиваю. Таково мое кредо.        А теперь я, как ни в чем не бывало, стреляю по мишеням и раз за разом попадаю точно в цель. Стрелять по мишеням куда проще чем по живым людям. Нужно только прицелиться, опустить дуло на пару миллиметров ниже, глубоко вздохнуть, пропустить удар сердца и стрелять. Вот, например, сейчас свинцовая пуля влетела точно в цель. Я положила пистолет на стол, сняла наушники и повернулась на 180 градусов. На меня с удивлением смотрели две пары глаз: Тони и Влад. Хах, все-таки не разучилась, раз сейчас в их глазах я похожа на профессионального киллера. Неплохо. Вот я закрыла левый глаз, Минуты две — прицелюсь. Один лишь шанс, один лишь раз Я на курок нажать осмелюсь. Стою, дыханье задержав Нет мыслей в голове… Не шелохнувшись, зубы сжав — И сердца стук во мне! Сейчас бы плавно спуск нажать, Не сбить свое дыхание. Глаза уже устали ждать, ((Но им не в оправданье). Ведь вам конечно не понять, Что на пределе нервы! Что на курок пора нажать, Что выстрел только первый…        В тире мы втроем провели оставшийся вечер, а в комнаты вернулись, когда уже все спали. Эту безмятежную тишину нарушал только шорох наших шагов, а темноту резал свет фонариков. Зайдя в комнату, я увидела, что Эш уже спит, а на столе записка «Мы тебя потеряли, поэтому к утру приготовься объяснять, где ты была! Толик и Тема.» На руке засветилось кольцо, поэтому я поспешила выбраться на улицу, предварительно оставив записку, которую поймут только те, кто жил на Хелле. Пора приниматься за работу, ведь отец учил меня, что отлынивать нельзя, иначе в мире произойдут проблемы. Вот так и приходится нам вчетвером: Аиду, мне, Аресу и Миквицтли — богом болезней, следили за равновесием жизни и смерти, иногда насылали войну, голод или болезнь, что существенно увеличивало нам с отцом работенки. Носилась я, как обычно, по всему миру, например, за эту ночь я уже побывала в таких городах как Верона, Тромсё, Осло, Берлин, Цурих, Копенгаген, Пекин и многие другие. Вернулась домой я уже тогда, когда солнце было в зените. Теперь из нерешенных проблем осталось немного: забрать у Толи ключ и объяснить парням где я была, а еще придумать, что делать с Ником и Эшли, но это будет потом.