And the stars are falling from the sky

      Он не помнил момент, когда впервые появился в этом месте.       Будто прошло миллион лет, а это место уже успело очерстветь всем. Но как бы не пытался он уйти и оставить этот чёртов айсберг позади, то его всё равно тянуло обратно, как бумеранг. И складывалось ощущение, что каким бы свободолюбивым не был Идате, он просто будет заперт на этом несчастном острове.

«Похоже, айсберг станет моей могилой. Как бы я не хотел обратного.»

      Он снова блуждает по льдам в поисках веселья. Словно у него нет другого смысла жизни. И пока что сильнее него — только ветер. Только он волшебным образом сбивает его с ног, хоть не уничтожая до конца.       Вот только уже вечер. Да и днём особо-то никто не выходил. Главный знак того, что сегодня он останется в одиночестве, пытаясь перекрыть свою скуку и уныние сигаретами и алкоголем.

«Интересно, когда-нибудь моя привязанность исчезнет?» «Как же это надоедает.» «Я должен найти кого-то, над кем можно будет глумится всё это время.»

      И когда очередной морской житель — избитый и полусъеденный покрывает его всеми возможными проклятиями, Идате просто стоит в стороне и выслушивает всё до единного слова. И за весь этот промежуток времени, он услышал около тысячи «Ты поплатишься за это своей жизнью.» И грустно, и смешно. Смешно, потому что иронично. Иронично, потому что грустно.

«Я устал от этого мира. Все остальные могут делать что-то, что нравится им.» «Так почему я не могу?»

      Сегодня сильный снегопад. А после него он видит как звёзды падают с неба. И лишь ветер, ветер дует даже сильнее чем раньше. Каждый раз он слышал о том, что таким как он не жить. Он ужасен, просто аморален. Что он должен погибнуть очень скоро, если всё продолжится.       И он ждёт. Ему до ужаса интересно, какого — погибать. Идате всю жизнь рисковал всем подряд из простого интереса — пусть его чёртова жизнь будет в том числе. Пока он не нашёл чего-то более будоражащего, чем риск.       Но сейчас просто дует холодный ветер и падают звёзды с тёмного неба.       Стоя на снегу и держа за горло очередную его жертву он видит её. Почти полностью сливающаяся со снегом, Рокму выдавали только чернеющие глаза. Решительная, готовая разорвать его на куски. Идеальная.

«Чтож, эта женщина определённо станет моей смертью.» «Я бы даже сказал, что она теперь — наибольшее, чего бы я хотел в своей жизни. Хотя она вряд ли пустит меня ближе, чем на сантиметр.» «Но мне же нужно как-то скрасить скуку этого унылого мира?»

      И даже если он открыто издевается над ней, в его словах слышны ноты обещания. Каждая часть души говорит, что она — то, что надо. И именно поэтому он передаёт ей бредовые слова о том, что Рокма должна убить Идате. Только она и никто другой. Но не просто убить — а сначала пройти вместе с ним через все страдания, что они друг другу дадут.       Ведь он хочет насладиться её нахождением рядом. Он хочет умереть, хочет почувствовать адреналин перед этой самой смертью и хочет, чтобы она была последним, что он увидит. Он даёт клятву, что умрёт только от руки Рокмы.

«Ведь кто ещё, если не она?»

      Кто ещё даст ему такой сильный выброс веществ в мозг швырнув его в льдину? Кто ещё будет выглядеть настолько прекрасно в пропитанной кровью одеждой и со сломанными конечностями?

«Никто более.» «Но придётся поторопиться. С каждым разом всё сложнее переносить ночь этого мира.»

      И всё же он понимает, насколько странным это кажется со стороны. Его друга-пингвина уже тошнит от того, насколько воодушевлённо он читает о ней целые эссе. А его племянница и вовсе не понимает его воздыхания к ней, сравнимого с самоубийством.       Именно с самоубийством. Но разве ему теперь нужно что-то ещё?       Разве ему нужно жить в сером мире, где не осталось ничего интересного?

«Ты можешь любить и почитать кого захочешь. Так же как и все остальные.» «Так скажи мне, Наги: почему я не могу?»

      На этом айсберге полно возвышающихся скал из льда. Рокма находится где-то среди них. Она обладает силой, которой нет ни у кого другого. Она обладает властью над его жизнью и власть была скреплена обещанием. Ведь он сам выбрал её в качестве своего жнеца. Она выделяется в этом мире белым пятном, но именно рядом с ней он встретит погибель. Именно ей он на последнем дыхании скажет, как сильно восхищается ею. Даже если потом она просто уйдёт и не вспомнит более.       Идате лежит разбитым на поле боя. Всё ещё живой, но медленно иссыхающий. Рокма сидит рядом на коленях, спокойно смотря в его сторону.       Всё прошло просто идеально. Он умрёт и перед смертью она будет смотреть ему прямо в глаза. И когда сил совершенно не оставалось, он попытался встать и пододвинуться ближе к своей любви и к своему жнецу.

«И остаётся только об этом написать какому-нибудь поэту, чёрт возьми.»

      И как только он был к ней ближе, чем когда-либо — холод — о, этот прекрасный холод, который окружал её будто бы с рождения окутал и его. И смерть обняла его сзади и почти перерезала ему глотку своим лезвием.

«Ведь я знаю, я ужасен. Каждый, кто встречался со мной хотел моей смерти, даже собственный брат. Мне было суждено умереть так рано. И для меня это стало чем-то вроде сокровенной мечты. Всем можно их вершить.» «Так почему же мне нельзя?»

      Сегодня снова падали звёзды. Сегодня настал долгожданный день, когда он умрёт от её рук. День, когда ему сказали, должно было свершиться возмездие. Когда влечение этого уже наскучившего ему существования закончится. Когда он погибнет, почувствовав себя счастливым. Если в мире вообще есть понятие «счастья». Но разве это важно?       Ведь момент его смерти уже сейчас. Сейчас. Сейчас. Сейчас. Сейчас. Наконец-то сейчас. На её руках.

«Наконец»

      Всё это время пока он жил, он жил лишь для того чтобы умереть.

«Для того, чтобы умереть рядом с ней»

      Всё это время он жил, чтобы другие желали ему смерти, а она потом убила бы его.

«И это прекрасное чувство эйфории»

      Он ждал. Ведь ему сказали, что его убьют из ненависти.

«А разве кто-то может ненавидеть сильнее?»

      И когда он почувствовал, как кровь застыла в венах. И он поднял взгляд, чтобы последний раз взглянуть на неё. Она безупречна и жестока к нему - то, что он всегда в ней любил и почитал. Последняя его мысль закончилась в его голове. Он умер раньше, чем мог.       И ветер сильнее и холоднее обычного.       И звёзды всё также падают с неба.