Судья

С момента совместной вылазки Драко и Гермионы прошло около месяца. Грейнджер сумела развернуть ход дела в пользу Фишера благодаря найденным документам в больнице. Было проведено порядка трех судебных экспертиз, которые подтвердили наличие в препарате постороннего элемента, оказывающего негативное воздействие на организм пациента. В свою очередь, Малфою наседали на плечи родители умершей Мелоди, которых не устраивала возможность вынесения оправдательного приговора, как и прокурора. — Драко, милый, неужели ты не видишь, что эта Грейнджер выворачивает дело наизнанку? — периодически поправляя китель, юная мисс Остин кружила по кабинету судьи. В последнее время Джоан была частым гостем у Малфоя на работе. Девушка проводила с ним свои обеденные перерывы, помогая обдумывать возможный итог по делу мистера Фишера. После их ссоры мисс Остин первая пошла на мировую. Она слишком дорожила Малфоем, чтобы строить из себя обиженную леди. Но Драко не замечал возросшего внимания в свою сторону. Его волновал приговор. Молодой человек видел единственное завершение всей этой истории — пожизненное заключение Марка Фишера. Его настолько задевали и злили воспоминания о Грейнджер, щебечущей с Фишером в коридорах суда, что он был готов наслать него аваду при первой же возможности, предварительно помучив. Он даже не смог определить момент, когда его беспристрастность утратила свою силу, и дело приобрело личный характер. — Я думаю, что 25 лет слишком мягко, Джоан, — отстранёно парировал мужчина, — я собираюсь наказать его по всей строгости закона. Выпадая из реальности, Драко снова погружался в свои мысли, вспоминая крайнюю ночь с Грейнджер. В ту ночь, когда он так и не решился остаться у нее. Малфой не раз себя упрекнул за это. Если бы он остался с ней, то не созерцал счастливую Гермиону, которую вел под ручку Марк после каждого судебного заседания. -…и все же, я запрошу 25 лет, а дальше сам решай. Если мне скажут обжаловать твое решение, то, ты же понимаешь, у меня не будет выбора. — Я все понимаю, Джоан. Но у меня есть еще время обдумать все. — Хорошо, тогда я пойду. — взяв в руки пальто, мисс Остин обратилась к мужчине с нотками надежды в голосе. — Мой отец устраивает сегодня дома прием, будут все наши. Я была бы рада увидеть тебя, Драко. — Я что-нибудь придумаю. — выдавив из себя улыбку, Малфой кивнул на прощание Джоан. Он понимал, что она ждет от него слова: «Я заеду за тобой» или «Давай провожу тебя, а вечером увидимся на приеме», но он не скажет ей этого. У Драко были другие планы на вечер, он решился навестить человека, который подарил ему шанс стать кем-то в этом магловском мире. После работы Малфой на своем автомобиле отправился в пригород Лондона, где проживал его наставник. Дорога до небольшого поместья мистера Вэйлона заняла около часа, однако молодой человек не заметил, как быстро пролетело время. Его мысли были заняты Грейнджер, с которой их взаимоотношения сошли на нет после той ночи. Общение приобрело вынужденный характер, исключительно в рамках рабочего времени, не более. Если же раньше Драко устроил такой порядок, то сейчас он был готов вступить в перепалку с девушкой в любое время дня и ночи. Но его уход переменил отношение Грейнджер к его персоне: она перестала заходить к нему в кабинет, сухое «здравствуйте» стало обыденным, а интерес в интеллектуальных боях окончательно утратился. Чего нельзя было сказать про внезапно возросшую заинтересованность Фишера к ее персоне. Он только и делал, что крутился вокруг Гермионы, выбешивая этим Драко. Припарковавшись возле поместья, Малфой тяжёлой походкой направился к парадной двери. Откинув мысли о Грейнджер на задний план, молодой человек занес руку и нажал кнопку звонка. Мгновенно раздавшийся звон оповестил хозяина о позднем госте. — Прошу вас, мистер Малфой. — через несколько секунд дверь открылась, и знакомый слизеринцу дворецкий пригласил его войти внутрь. — Мистер Вэйлон ожидает вас в своем кабинете. Передав пальто пожилому мужчине, Драко направился к кабинету Адама Вэйлона, который располагался на втором этаже. Поднимаясь наверх, молодой человек разглядывал знакомые ему картины, которые расположились вдоль лестницы. Вкусу мистера Вэйлона могла позавидовать добрая часть чистокровных волшебников, ведь от его поместья веяло роскошью, утончённостью и одновременно сдержанностью. Малфой каждый раз подчеркивал это с мыслью, что он никогда не подумал бы, как таким аристократическим вкусом мог обладать обычный магл. Поднявшись на второй этаж, слизеринец без труда нашел дверь кабинета Адама Вэйлона, которая была открыта. Его наставник редко закрывал дверь, он был открытой натурой, которому нечего было скрывать. Тактично постучав, Малфой аккуратно вошел в кабинет. — Драко, — отозвался голос хозяина поместья, — проходи. На удивление Малфоя, в комнате не горел свет. Единственным источником освещения был камин, в котором мирно подергивались языки пламени. Подобная обстановка была не свойственна его наставнику, что заставило молодого человека насторожиться. Пройдя вглубь комнаты, Драко обнаружил Адама Вэйлона, смиренно сидящего в своем любимом кресле возле камина. В одной руке мужчина держал фужер, на четверть наполненный темной жидкостью, другая же рука поглаживала аккуратно уложенную бороду. — Прости, что не поприветствовал тебя как полагается, болезнь окончательно меня настигла. — слова Адама пронзили существо Малфоя насквозь, от чего его настроение ухудшилось вдвойне. — Присаживайся, мой мальчик. — Спасибо. — обогнув сидящего мистера Вэйлона, Драко устроился в кресле напротив. — Неужели ваша поездка в Германию не дала должных результатов? — Я думаю, что ты не за этим пришел сюда, так ведь? — тепло улыбнувшись, мистер Вэйлон перевел взгляд с камина на обеспокоенное лицо Малфоя. — Впрочем, я знаю тебя, Драко. Так что скажу, как есть — не такого эффекта я ожидал за сотни евро. — Вы же знаете, что у меня есть возможность помочь вам. Почему вы отказываете мне? Адам был в курсе второй жизни Малфоя. Молодой человек рассказал ему практически сразу после знакомства. На подсознательном уровне Драко ощущал, что Вэйлону можно доверять. И это чувство его не подвело. Что касается заболевания Адама, то Малфой неоднократно предлагал ему помощь колдомедиков, но получал каждый раз отказ. Адам не хотел ставить Малфоя под удар. Он знал, что жизнь юного Драко была несладкой в его мире, а отголоски прошлого преследуют по сей день. Мистер Вэйлон любил его всем сердцем, он с уверенностью мог сказать, что Драка был ему как сын. — Не стоит продолжать этот разговор, мы оба знаем, что ни к чему он не приведет. Так, о чем ты хотел со мной поговорить? — Что ж, я хотел поговорить… — Боже, Драко, где мои манеры! — внезапно прервал Малфоя Адам. — Ты голоден? Я могу попросить Альфреда приготовить ужин, и мы вместе отобедаем. — Нет, я не голоден, спасибо. — тепло улыбнулся молодой человек. — Может виски? — Откажусь. Я за рулем. — смиренно ответил Драко. — Что же, это похвально. — поставив фужер на рядом стоящий столик, мистер Вэйлон кивнул Малфою, дав понять, что можно продолжать. Не теряя времени Драко начал свой рассказ. Он поведал своему наставнику о ходе судебного разбирательства по делу Фишера, о новом адвокате Гермионе Грейнджер, о новых обстоятельствах дела и многом другом. В свою очередь, мистер Вэйлон внимательно его слушал, не перебивая. -…именно поэтому я пришел к вам, сэр. Я запутался и не знаю, как мне поступить с ним. Выслушав монолог Малфоя, мистер Вэйлон некоторое время молча вглядывался в огонь. Драко не отвлекал его, предоставляя возможность обдумать сказанное им. — Я думаю, что ты не все мне рассказал. — задумчиво протянул Адам. — Я услышал некоторые эмоции в твоем рассказе, Драко. А этого не должно быть, ведь ты судья. Излишняя эмоциональность чужда в нашем нелегком деле, мы не должны испытывать чувства к тем людям, чьи судьбы мы решаем. Точно так же, как и к остальным участникам, какими бы не были эти чувства. — Но ведь дело не в этом, а в вынесении приговора Фишеру. — Драко прекрасно понимал, что скрывать нет смысла. Мистер Вэйлон всегда был проницательным человеком, он мог прочитать его как книжку. — Ты заблуждаешься, Драко. Ты испытываешь ненависть к мистеру Фишеру, чего ранее я не замечал за тобой. А то, как ты описал эту девушку-адвоката, дает мне основания полагать, что вас что-то связывает, как и мистера Фишера с ней. — Вы правы, сэр. Она его бывшая невеста. — А что же связывает тебя с ней, Драко? — задав вопрос, мистер Вэйлон внимательно начал вглядываться в глаза Малфоя, которые не выдавали его волнения. — Ты всегда отлично скрывал свои эмоции, тебе нет в этом равных. Но ты же понимаешь, что я не смогу помочь тебе, если ты будешь скрывать от меня свои чувства. Но Малфой молчал. Он не мог понять, что ему мешает рассказать о Грейнджер. Возможно, внезапно появившиеся чувства к ней словно подставили клинок к его горлу, запрещая признаться в этом. Он однажды дал слабость своим чувствам к Джоан, за что сполна поплатился. Теперь же признаться себе в своих чувствах к Гермионе равносильно выпросить добрую порцию круциатуса. — Если ты не готов сказать мне об этом сейчас, тогда нам стоит отложить этот разговор. — нарушил тишину Адам Вэйлон, переведя свой взгляд снова в сторону камина. — Я хочу, чтобы ты обдумал все и сделал выбор: принимать ли эти чувства или нет. Твой разум затуманен ими, вследствие чего ты не можешь принять мудрое решение. После того, как ты разберешься в себе и своих чувствах, я обязательно помогу тебе. Он как всегда прав. — подумал Драко. — Мне действительно необходимо все обдумать и принять решение. — Я услышал вас, мистер Вэйлон. Спасибо вам. — Я еще ничем не помог тебе, мой мальчик, — поднявшись на ноги, Адам подошел к спинке кресла, на котором сидел Малфой, и положил молодому человеку свою ладонь на плечо, — я верю в тебя, Драко. Всегда верил в тебя. Я не знаю эту девушку, но раз она смогла сбить тебя с пути своим появлением, значит она чего-то стоит. Послушай не только голос разума, но и сердца. Ничего не ответив, Малфой лишь слегка улыбнулся словам своего наставника. Поднявшись с кресла, Драко предложил свою помощь провести до спальни, но, как следовало ожидать, гордый мужчина тактично отказал ему в этом. Попрощавшись, Малфой покинул кабинет Адама Вэйлона. Когда он оказался в своем автомобиле, в его душе царил относительный покой. Нелегкий разговор помог привести мысли в порядок, предоставив возможность Драко трезво обдумать все. Он твердо решил для себя, что разговора с Грейнджер не избежать, он должен прояснить все, обсудить произошедшее той ночью и его скрытые чувства к ней. Заведя машину, Малфой сорвался с места и направился в сторону города. Следующей его остановкой была квартира Гермионы Грейнджер.