Я влюблён в тебя

***

— Я влюблен в тебя!!! Лэнс опешил. Он остановился у двери спиной к Уолтеру. — Если тебе неприятно, можешь просто уйти. Только… никогда не вспоминай об этом, если покинешь эту комнату. -Лэнс услышал всхлипы. Было очевидно, что парнишка уже еле сдерживал свои слёзы. От напряжённого воздуха в комнате возбуждение начинало понемногу проходить. Тишина. Только тихие всхлипы за спиной агента. Лэнс знал о чувствах Уолтера и до признания. Если бы он был глупцом и слепцом, тогда, и только тогда он смог бы не заметить, что человек, которого он так хочет защитить и тело которого так жаждет вкусить, стал испытывать к нему особенные чувства. Он сам не знает, когда это началось. Когда он начал думать о том, как бы мило и сексуально смотрелся учёный в его чёрном махровом халате? Но при всём при том, он не уверен, можно ли назвать эти чувства любовью. В этот момент Стерлинг очень завидовал молодому напарнику. Ведь в отличии от него самого, тот уже разобрался в своих чувствах. Уолтер присел на край большой, аккуратно застеленной кровати и, нарушив эстетику, потянул одеяло на себя, чтобы прикрыть срамоту. Он немного отодвинулся вглубь кровати и прижал колени к телу, обхватив их руками. На Уолта накатили эмоции и в горле встал комок из тех заветных слов, которые он так хотел когда-нибудь произнести, находясь на пике удовольствия доставляемого ему агентом. — Я… — вдруг нарушил молчание Лэнс. — Я хочу сказать, что, не то чтобы я не испытывал к тебе вообще никаких чувств… — Стерлинг пытался правильно подобрать слова так, чтобы мальчишка понял его правильно. Но Беккет его уже не слушал, он полностью отдался внутренним угрызениям совести. «Зачем я рассказал ему? Как мне теперь смотреть ему в глаза?» «Как ты мог, идиот? Ему, наверное, сейчас очень противно…» «Что же теперь делать? Он точно возненавидит меня после этого!» Уолтер, который до этого всегда лишь хныкал в подушку и топил свои печали за просмотром ещё одной дорамы, сейчас плакал во весь голос. Громко. Безутешно. Лэнс сжал кулаки. Развернувшись и сделав несколько больших, быстрых шагов, он оказался прямо возле этого рыдающего рыжего комочка. Положив руки ему на плечи и легонько встряхнув, мужчина улыбнулся: — А кому сейчас легко? Не реви по пустякам… Он прижал голову Уолтера к своему плечу и приобнял его, но затем, когда тот начал вырываться, сжал сильнее. — У-уходи-и-и… — от этого Беккет разрыдался ещё сильнее и, не уступая агенту, начал брыкаться ещё больше. И руками, и ногами, он пытался оттолкнуть крепко сжимающего его мужчину, но всё было безуспешно. Из-за излишнего количества телодвижений край одеяла, которым Уолтер прикрывался, сползло — сначала на кровать, а затем и на пол. Оба не обратили на это ни малейшего внимания ввиду своей занятости. Лэнс понял, что все его попытки безуспешны, и ему пришлось пойти на крайние меры. Он схватил лицо парнишки и резко, навалившись на него всем весом и повалив на кровать, затянул в поцелуй, от которого по разгоряченным телам пробежала мелкая дрожь. Волна возбуждения накатила на оба тела с новой силой. Агент толкался языком всё глубже и глубже, а учёный, в свою очередь, еле поспевал за темпом умопомрачительного поцелуя. Уолтер был немного в шоке от такого поворота событий, ведь уже готовился к худшему раскладу. Он крепко обхватил широкую шею Стерлинга и пару раз укусил его за нижнюю губу. — Ауч! Ты что, хочешь меня съесть? -ухмыльнувшись, сказал Лэнс. В его бархатном голосе отчётливо слышались нотки возбуждения. Хотя куда там, целый оркестр. Он хотел было отстраниться, ведь парень уже не плакал, но тут он заметил в каком положении они сейчас находятся и возбудился до предела. Раскрасневшийся, Уолт лежал под ним, а агент располагался между его широко разведенных ног. Лэнс ещё раз коротко чмокнул учёного в губы, а затем нырнул в бок, к покрасневшим ушкам рыжеволосого, которые уже буквально сливались с волосами. Он прикусил мочку и несколько раз втянул нежную кожу губами, будто пытался оставить там засос. Агент прокладывал себе дорогу от уха к груди, оставляя за собой на шее и ключицах мокрую дорожку поцелуев, украшенную красными следами. Сначала он хотел снять с парня топ, но вспомнил про широкие вырезы на груди, предназначенные как раз для этого.Он стремительно переместился прямо к ним, коснувшись кончиком языка затвердевшей горошинки, полностью втянул её в рот и сделал несколько посасываний. Через некоторое время Стерлинг отстранился и перешёл к другому соску, опаляя грудь Уолтера горячим дыханием. Мужчина провел по бусинке всей длинной шершавого языка и, не скупясь на площадь обхвата челюстями, закусил кожу вокруг. Учёный вскрикнул: — И это кто кого ещё хочет съесть?.. — простонал он. Лэнс ухмыльнулся и направился к паху. Он припал губами к горячему органу через ткань в районе головки и, легонько прикусив, оттянул крайнюю плоть. — А-ах-м… н-нет… м-м-м… — Уолтер пытался подавить стоны. — Тебе не нравится? Больно? — Нет, мне приятно, просто я хочу сделать кое-что для тебя… «Милашка», — подумал Стерлинг и, ехидно улыбаясь, сел на кровать рядом с Уолтом. — Ну, давай. — Уже вслух подначивал парня агент. Беккет слез с кровати и встал перед агентом на коленки, на прикроватный коврик. Мужчина расстегнул на себе пиджак и большую часть пуговиц на рубашке, оставив снизу лишь три застёгнутые. С оставшимися расправился парень и принялся за ширинку на серых брюках. Из-за волнения у Уолтера немного тряслись руки и, еле-еле справившись с замком, он нервно хихикнул: — Это прямо как пояс верности. Лэнс громко рассмеялся, и это помогло учёному немного расслабиться. «Я не нервничал так, даже когда чуть не выпустил гулять по свету опасный вирус. Ну почему я всегда показываю Лэнсу именно такую свою сторону? Надо взять ситуацию в свои руки!». Он уже было начал тянуться к резинке трусов, но вдруг решил отдать свой первый приказ в качестве капитана ситуации: — Я не хочу быть единственным почти раздетым человеком в этой комнате. Разденься! — Уолтер говорил твёрдо и уверенно, как будто в этот момент совсем не волновался. Стерлинг не ответил ничего, он был слишком удивлён и заинтригован. Поднявшись с кровати, он упёрся членом прямо в лицо парню и начал медленно стягивать с себя одежду. И вот, когда он остался в одних облегающих боксерах, юноша зарделся. — Оставайся в таком положении! — Ещё раз скомандовал Уолтер. Он засунул пальцы в его белье и, подцепив резинку трусов, начал скользить вниз по бёдрам. Сняв их с мужчины, Беккет вернул руки в исходную позицию — на бёдра. Парень около минуты осматривал орган, не отводя взгляда, а затем взял его у основания и засунул головку в рот, будто пробуя его на вкус. Поцелуями он спустился к основанию и, сделав большой мазок языком, вернулся к головке. Учёный взял яички в руку и начал их переминать, а ртом принялся усердно работать, заглатывая всё глубже и глубже, давая члену познать всё большие и большие глубины своей глотки. И вот, он делает последнее движение губами и, слегка поворачивая голову, доходит до самого основания. — Хах… — Лэнс шумно выдыхает и берёт лицо Уолтера в руки. — Где ты этому научился? — Стерлинг отчасти зол: кто научил его мальчика такому? Голубоглазый ещё пару раз заглотнул головку члена и, окончательно выпустив его из объятий своей глотки, встал к вплотную к телу мужчины, томно шепча и заглядывая ему прямо в глаза: — Лучше тебе не знать… Он кладёт руки ему на грудь и лёгким поглаживанием опускаясь к торсу, делает сильный толчок, так, что агент падает на кровать. — Я могу удивить тебя ещё больше. Хочешь? — говорит учёный, медленно направляясь к трельяжу, открывая ящик и доставая оттуда свёрток чёрной упаковочной ткани, какой-то тюбик и темный фаллос. — Я сейчас вернусь. Жди. Лэнс даже не собирался ослушаться приказа, но как только за Уолтером закрылась дверь в ванную комнату (совмещённая, имеющая вход из спальни), подскочил и метнулся к трельяжу. Открыв тот же ящик что и учёный до этого, он обнаружил лежащие там несколько наборов кружевного белья, разных цветов, фасонов и марок, а также фаллоимитаторы разных форм, размеров, цветов и соответствующие их размерам презервативы. Он достал из одной пачки с указателем «XL» пару штук, и вместе с ними направился к кровати. К этому времени как раз из ванной вышел Уолтер. На нём был пеньюар с рукавами ¾, цвета ультрамарин, скрывающий ноги примерно до середины бедра. Пеньюар был обрамлён чёрными кружевами, а на его пояске красовалась вышивка в виде цветов, выполненная белыми и мятными нитками, а также пайетками того же цвета, что и ткань. В руках он держал всё тот же тюбик, с которым уходил, но вот фаллоимитатора у него с собой не было. Лэнс сел на кровать прямо перед напарником, который стоял, оперевшись о дверь из-за трясущихся ног, и, зубами открыв упаковку презерватива, демонстративно натянул его на член. Бекетт зарделся, поняв, что тот лазил в его вещах. — Я буду рад, если на тебе только этот халатик, ведь мне очень не хочется ждать. — Стерлинг обхватил рукой свой член, а второй облокотился на кровать. -Ну же, чего ты ждёшь? А ведь на коленки ко мне садился без всякого стыда. Бесстыжий мальчишка~ Учёный закусил губу и нахмурил бровки. Он подошёл к агенту открыл тюбик и вылил ему на грудь… смазку? Лэнс взглянул на упаковку — «Гель-лубрикант». — Не язви, а то… — А то что, ударишь меня плёточкой? Да «папочка»? — Лэнс приподнял бровь и потянул кончик пояса, завязанного в бантик. Уолт строго посмотрел на него из-за чего тот сразу убрал руку. Учёный развернулся и подошёл к секретеру, порылся в нём и взял какую-то пробирку. — Нет, у меня есть идея получше. -Уолтер подошёл к нему вплотную. — Я превращу тебя в улитку, посажу в прозрачную коробку и заставлю смотреть, как я мастурбирую. — Н-да, лучше мне быть послушным мальчиком… Учёный поставил баночку на прикроватную тумбу и, развязав пояс, скинул с себя халат. Под ним он действительно был голый, не считая резинки на бедре, использующейся для придерживания чулков. Рыжеволосый толкнул агента обеими руками и, забравшись на кровать, сел ему на живот. Оперевшись рукой ему на грудь, он привстал на коленки и одной рукой медленно достал из ануса тот самый фаллос, кинув его на пол. — Ох, так вот, куда он подевался. Кто научил тебя вс… — Беккет, не дав ему договорить, с громким вдохом насадился на его член до самого основания. — Ох, чёрт! Фух… вау… — Лэнс крепко сжал ягодицы Уолтера, почти до крови. Он не двигался где-то с полминуты, но потом начал наращивать темп. Комната наполнилась пошлым хлюпаньем, шлепками и сдавленными стонами. Через двадцать минут усердного трахания, парнишка начал сбавлять темп. — Хей, капитан, я уже отлежал себе всю спину. Да и у тебя, кажется, уже затекли ноги. Может, сменим позицию? Стратегический ход, так сказать. — Хах, стратегия — это не про тебя. Но идея неплохая. Стерлинг перевернул учёного на спину и закинул его ноги к себе на плечи. — Готов? — Как никогда… Вдавив его в постель первым толчком, он сделал второй, сразу после которого мальчишка под ним излился себе на живот с громким стоном, переходящим на крик. — Ты задел… а-хн… м-мх… ещё… — Кажется, я нашёл твоё сладкое местечко. Думаю, мне полагается награда в виде страстного поцелуя, -усмехнувшись, мужчина продолжил толкаться, прижимаясь сильнее и целуя партнера. Он углублял поцелуй в такт своим движениям, из-за чего Беккет стонал и задыхался ещё сильней. Однажды Стерлингу пришлось провести ночь с одним якудза ради информации. Он был довольно женственен, а информация была очень нужна, поэтому агент согласился. А ещё, у этого паренька была одна причуда: он любил, когда в процессе его называли грязной шлюхой. Секс с ним был хорош, по крайней мере так казалось Лэнсу, но только до сегодняшнего дня. Секс с Уолтером, как оказалось, просто невероятен. Ощущение, будто внутри вот-вот взорвётся ярчайшими красками фейерверк. Он был безумно поглощён телом своего напарника. Целовал, прикусывая мягкую кожу и оставляя засосы везде, где достаёт. Нежно проводил по волнистым волосам, пропуская шелковистые пряди между пальцев, и просто наслаждался возбужденным, разгоряченным и очень сексуальным юношей. Услышав, что Беккету уже нечем дышать, он отодвинулся, давая его маленькому телу больше места и перекидывая одну его ногу на плечо, ко второй. — Так кто же всё-таки научил тебя всему этому, маленькая шлюшка? Уолт ничего не ответил. Не потому, что не хотел. Просто не мог. Несмотря на прибавившееся пространство, дышать всё равно было трудно. Он так часто стонал, что вздохнуть было просто некогда. Голубоглазый кончил через несколько толчков после этой фразы. Стерлинг развёл его ноги и, аккуратно выйдя, снял презерватив и закончил, помогая себе уже рукой. Они оставались в таком положении около минуты, переводя дыхание, после чего Лэнс, в последний раз вглянув на юношу, вышел из комнаты. От громкого хлопка двери Уолтер, наконец, пришёл себя. Он перевернулся на бок и несколько раз шумно вздохнул чтобы подавить комок, подступающий к горлу. Плакать уже не было сил. Парень встал и, используя оставшиеся силы, кое-как добрался до ванной. Он принял горячую ванну, обработал кровоточащие следы и, наконец успокоившись, вышел оттуда, натянув на себя пижаму с голубиным принтом. В комнате его встретил агент, стоявший у самой двери в ванную комнату, оперевшись о стену. — Тут… тут бардак. Поспи сегодня со мной. Парень лишь легонько кивнул. Он был удивлен. Мужчина взял его за руку и повёл в свою комнату. Его рука была очень холодной. «Он стоял под холодным душем?» Эта мысль вызвала у учёного улыбку. — Прямо как в дорамах… — тихо, вслух сказал он. — М? — Нет, ничего. Стерлинг лёг на кровать и жестом показал, что Бекетт должен лечь рядом. Тот сначала осторожно присел на край кровати, но когда его с силой потянули за руку, отправился в объятья крепкого, ещё не до конца согревшегося тела. Они лежали лицом друг к другу, но Уолт не мог видеть его лица, потому что Лэнс прижимал его голову к своему плечу. — Eres mi amor.* — напарник сказал это тихо, еле слышно, но Уолтер услышал. — Mutuamente… Они так и проспали всю ночь в обнимку. *- Ты моя любовь.  — Взаимно…