Всё изменилось в один день...

***

Ну что ж друзья, время пришло. Сейчас наши идиоты герои сидят в аэропорту и ждут свой самолет. Оба сидят в куртках. Зима как никак. И все же, как они не запарились? Ух, ну вот сейчас называют их рейс, говоря, что можно проходить на посадку. — Всё суслик, попёр!— Наруко втюхнула ему все вещи и потолкала к выходу из зала ожидания. — Я и сам могу идти. Да и вообще сама ты суслик!— они так хорошо ладят! Ну прям лапушки! Кхем, ну вообщем не об этом. Наруко и Саске уже прошли контроль. Так как вещей у них не много, да и вообще сумки маленькие, им разрешили не сдавать их в багаж. Они так и поступили. Потом только времени больше тратить, на то, что бы его забрать. Наруко полная интузиазма понеслась по лестницам к самолету. Ну и конечно с Саске. Куда она без него? Когда они уже подходили к концу лестницы, там их встречала стюардесса. Она мило им улыбнулась и сказала — Приятного полёта. — Спасибо, вам тоже,— так же улыбаясь сказала Нару. Саске пошел вперёд ища их места. Они сидели как раз таки по середине. В самолете было два ряда по три места. Но с Наруто и Саске почему то никто не садился. — Слушай, Учиха, а почему с нами никто не садится? — Наверное подумали, что ты сумасшедшая,— ответил ей Саске смотря на девушку которая прислонялась щекой к стеклу. Наруко ещё и глаза так выпучила. Все таки впервые летит на такой штуковине. И тут её как будто ледяной водой окатили. — Саске! Я пирожки в зале ожидания оставила! — А что ж ты раньше не сказала? Уже всё, конец. Нет твоих пирожков . — Ну уж нет! Знаешь сколько я за них заплатила?! Щас, я быстро! — Ты совсем...— рядом с ним уже никого не было, — идиотка... Ну это же Узумаки. В принципи она успела. Не считая того, что Саске упрашивал подождать его "жену" пять минут. Про жену он сказал для того, что бы спихнуть на гормоны. Мол, беременность дело жестокое. Летчик или как там его, лишь понимающе покивал. Саске ведь человек серьезный и позориться ему не особо хотелось. Но методы и отговорки у него конечно странные. После того, как блондинка пришла, не побоюсь добавить, уже с пирожками, Саске ей вдалбливал то какая она идиотка и добе. Ладно оставим этот случай. Так как лететь им довольно долго, Наруко после того, как самолет набрал высоту, по щелчку достала ноут и наушники. Ноги закинула на Саске. Переоделась в тапочки и начала смотреть, скачанный в зале ожидания, фильм. Саске даже не удивился, но возмутился насчет ног. Наруко конечно же его не услышала и продолжила просмотр. Учиха немного развалился в кресле и запракинул голову назад. Как только он уже начал засыпать по нему треснули ногой — Эй, теме, а как мы там говорить то будем? Я ведь русский то незнаю. Прям нема. — Ты думаешь я знаю его? Максимум, что я могу, так это сказать пока на русском. — А почему пока, а не привет? Ой, точно забыла, ты ведь ледяной принц и тебе не надо здароваться. — То, что вы меня так назвали, ничего не говорит. Да и вообще, отстань. У тебя там переводчик в нутри сидит. А я так то хотел поспать.— Саске отвернулся от блондинки и снова начал засыпать. Она лишь пожала плечами, ещё раз подтверждая то, что он идиот и продолжила смотреть фильм. Прошло уже два часа. Сейчас мы можем наблюдать картину под названием "ревущий Учиха и ревущая Узумаки". Как так вышло? Да дело в том, что Саске так и не смог заснуть и решил посмотреть фильм вместе с Наруко. Сейчас идет сцена: она его любит, а он её нет. Он такой козёл, смеётся над ней и отказывает. А она плачет из-за разбитого сердца... Наруко и Саске сидят в обнимку и плачут ещё больше. Если Учиха ещё как то держался, то вот Узумаки нет. Она просто рыдала. А Саске пытася её успокаивать и сам пускал слезу. — Она ведь его *всхлип* любила! А он с ней так *всхлип* поступи-ил. — Да *всхлип* и не говори. Видишь, Наруко, а я тебе *всхлип* в самом начале говорил, что он маразматик и дебил. — Прости. Ты был прав. Если бы он стоял тут, я бы хорошо ему заехала с ноги. Нет ну правда, как он так мог поступить с Рози-и-и. Она ведь такая *всхлип* милашка. — И не говори. — И не говорю. Скажу Сакуре, что тебе Рози понравилась. — Лучше не надо, а то с тобой вместе огребём. — Ну вообще то ты прав. Всё таки они милашки. Правда чуть-чуть зарёванные, но ничего, пройдёт. Фильм этот они с горем пополам досмотрели. Все остальные пассажиры тоже чуть ли не рыдали. Ведь вслушиваясь в их разговоры, можно было понять насколько грустный момент. Так же, я думаю все знают, что у Узумаки шило в... вы поняли где и они не могут сидеть на месте. А кто у нас сидит в самолёте? Правильно, Узумаки! С каждой секундой на Учиху сыпалось всё больше идиотских вопросов и просьб, по типу: — Слушай, Саске, купи чего нибудь поесть. — У тебя же пирожки, на кой чёрт тебе другая еда? — Хм, кстати логично.

***

— Эй, Саске, а Наруто нас не прибьёт? — У тебя же сковродка есть. Её то он точно испугается.

***

— Саскеее, мне скучно. — Поздравляю.

***

— Саске, мы уже прилетели? — Нет. — А теперь? — Нет.

***

— Саске, а что вкуснее, помидоры или огурцы? — Конечно помидоры.

***

— Саске, а черепахи умеют дышать попой? — У них и спроси.

***

— Саске иы умеешь готовить? — Нет. — А что мы тогда будем есть когда прилетим? — Не знаю. — Тогда... — Нет, только не... — РАМЕН!

***

— Ну долго ещёё...? — Нет.

***

Так и продолжалось почти всю дорогу. До прибытия в Россию, а если точнее в Москву осталось два часа. Наруко сидела в наушниках слушая и напевая себе под нос какую то песню, параллельно рисуя задумывавшегося и ничего об этом незнающего Саске. Он же сидел облакотившись на ручку кресла. Наруко умела рисовать, а самое главное очень красиво. Саске немного выходя из своих мыслей заметил, что Наруко иногда отрываясь смотрит на него. Сначала он не понял зачем, а потом до него дошло. — Добе, ты чего там на бумажке мажешь? А ну покажи. — Я? Э, да так вид из окна,— и для большей правдивости посмотрела в окно их соседий. Которые сбоку от них сидели. Оно как раз таки было в стороне где сидел Учиха. — Ну так покажи, мне же интересно. — Тебе это правда интересно? — Да. — Я не могу показать. Потому что ещё не закончила. — Ну и что? Ты же красиво рисуешь, я видел. Давай, давай, показывай. — Ээ, н-нет, не хочу,— Наруко отвернулась от Саске и продолжила рисовать его наглую рожу. Учиха лишь хмыкнул и тоже отвернулся. Через пять минут когда этот инцидент забылся. Ну точнее когда Наруко забыла, Саске принялся приводить свой план в действие. Узумаки снова повернулась на Саске, что бы посмотреть его схожесть со своим рисунком, но его там не было. Она удивилась. Только что, там ведь сидел. Она посмотрела чуть выше и увидела бледнолицего. Он просто встал. На самом деле в ту же секунду заведённая за кресло рука схватила её блокнот. Блондинка этого даже не заметила, пока Саске не сел и стал расматривать её творение. — Эй, а ну отдай!— она покраснела толи от смущения, толи от злости и треснула его по плечу. — Неа. Не знал то, что я облако за окном. — Пф, да кому ты нужен. Просто ты мне мешал в окно смотреть и попал в рисунок! — Хохо, очень даже красиво. Я неплохо получился. Но отговорка тупая, ведь на этом рисунке даже окна нет,— а ведь и вправду. Наруко не рисовала там даже окно. А уж вид из него тем более. Она снова покраснела и отвернулась, что-то бурча под нос. Саске не теряет момента и решил посмотреть весь её блокнот. В нём были как и просто прохожие, так и вся их семья. Дейдара с Итачи, которые сидят вместе на кухне и пьют чай. Шисуи, который сидит в своей комнате и что-то играет на гитаре, а самое забавно, что в углу было нарисованно маленькое сердечко. Микото и Фугаку, сидящие на диване. А так же там он увидел Кушину и Минато. На одном из рисунков был и маленький Наруто, который улыбался и обнимал надувшуюся Дейдару. В основном, как бы уже поняли её блокнот был заполнен портретами людей, но кроме них там были и красивые пейзажи, животные и просто какие то предметы. Саске все рисунки понравились. Он усмехнулся. Мило, что она считает его своей семьёй. Он достал свой телефон и сфотографировал рисунок на котором был изображен он. Так сказать, на память. — Не знал, что ты всех нас рисовала. Причём так незаметно, я ни разу не видел. Довольно красиво. Особенно хорошо вышел Шисуи. С сердечком в углу,— он улыбнулся пытаясь не засмеятся. Ведь лицо у Нару такое смешное. Она вся надутая и красная кричит на него, что это не его дело. — А ну отдай!— теперь уже блокнот в руках своей владелицы. Она прижала его к груди старательно не показывая обложку. Она же не виновата, что на обложке написанна смущащая фраза. Просто у этого блакнота было хорошее качество и он дёшево стоил. — Ну чего ты истеришь то? Я даже не досмотрел. Досмотрю и отдам,— он уже потянул руки, чтоб забрать назад, но блондинка стукнула его по ним же. — А ну отвянь! Не дам говорю!— в итоге через дясять минут "кровожадной" битвы, Саске снова забрал его себе. Наруко зарылась руками в свои волосы и начала ныть о том, что щекотать не честно. Теперь уже Саске досмотрел все рисунки и когда закрыл блокнот увидел жёлтую обложку со словом "Люблю..." (авт: ну типо знаете, прям по середине, японскими буквами). Наруко вжалась в кресло и отвернулась. Вот надо было ей рисовать этого глупого теме?! Саске стал серьёзным и... заржал как конь. — Наруко, это так... ахахахха мило! Мне это льстит. Ахахахахахха... — Да кому ты нужен. Просто блокнот был хороший вот и взяла его. Если так хочешь могу вырвать рисунок и выбросить,— у неё был такой голос будто щас заплачет. Ну ей и вправду было обидно. Чего смеяться то сразу? — Ты что, обиделась? Я же пошутил,— в ответ ему молчание — Нет, ну серьёзно, я не хотел тебя обижать,— он похлопал её по плечу. Она повернулась и треснула его по голове не пойми откуда взявшейся сковородкой показывая язык. — Я тоже серьёзно! Так тебе и надо, индюк ты не воспитанный. Тепрь остальные пассажиры не рыдали, а тряслись от страха и сочувствовали бедному парню. Неплохо он так огрёб. Хотя, это же Узумаки. Так что ему ещё хиленько достало. Всего лишь один удар сковородкой, так ещё и слабый. Учиха счастливчик. — А-та-та, добе, за что? Да и откуда ты её достала? — За всё хорошее! А про сковородку не скажу. Это секрет всех Узумаки владеющих сковородкой,— она гаденько улыбнулась. А обиды уже как и не было. — Пф, ну и ладно. Зн...— его монолог перебил голос стюардессы. — Самолет начинает сбавлять высоту, прошу всех пристегнуть ремни безопасности, задвинуть столики и убрать электронные приборы,— то же самое она повторила на английском. Наруко убрала свой ноут, наушники и всё прочее. Осталасть только она, тот блокнот и карандаш. Дорисовать Саске то надо. Сам же Учиха внимательно смотрел на то как она чиркает карандашом по листку бумаги. Это интересное зрелище. И вот калёсики которые выпустил самолет коснулись земли. Через пару минут когда он остановился все в салоне захлопали (авт: не знаю, короче когда мы летали все всегда в конце хлопали). Саске встал со своего места отстёгивая ремень. Он достал две сумки и их куртки из верхнего отдела. Одну куртку он бросил Наруко, а другую одел на себя. Через некоторое время он вышли вместе со всей толпой. Осталось только найти дом этого идиота, поговорить с ним на языке сковородки и уехать. ~Ну, Ку куда теперь? ~Эм, ну мы в Москве. Я думаю, что сейчас вам надо найти гостиницу и немного поспать. Устали наверное. ~Ладнушки. — Теперь нам нужна гостиница. — Ну ладно,— они поплелись по всему городу. Расположение этих самых гостиниц то они не знают. С горем по полам, но они дошли до неё. Город оказался довольно большим и красивым. Они много чего увидели пока шли. И в итоге решили завтра походить по городу. Посмотреть, что да, как. Теперь они столкнулись с проблемой речи. Курама мог перевести, что они говорят, но Наруко то сказать на их языке не сможет. В итоге Ку, снова предложил свою помощь. Он так скажем, "захватит" её тело, на время диологов и скажет всё как надо. Нару конечно согласилась и теперь они стоят у ресепшена. — Здраствуйте, можно у вас взять номер на двоих, на три дня. — Конечно,— она порылась где-то в ящике и протянула им ключи, — Хорошего, вам отдыха. Курама вернул Наруко тело и из-за этого она только кивнула в ответ. Теперь они уже направляются номеру. Когда они зашли то их челюсти просто отвалились... Там была двухместная кровать. На самом то деле Курама сказал — Здраствуйте, можно у вас взять номер на двоих, с двухместной кроватью, на три дня. Помощь должна оплачиваться. Оплачиваться их страданиями! Теперь на весь номер слышен ужасно громкий крик: — КУРАМАААААА!