This night we lost…

      POV 3 года до настоящих событий       — Суд вынес решение о расторжении брака между гражданкой М и гражданином Д… — сегодня мои родители развелись, а ещё месяц назад они улыбались друг другу и клялись в вечной любви. Что могло произойти за этот месяц — остаётся загадкой. Мама говорит, что это их обоюдное решение, и они хотят просто остаться друзьями, а папа уходит от ответа. Единственная их совместная попытка все объяснить провалилась со словами:       «Вероникан, так будет лучше для нас всех.»       Первым делом, приехав домой, отец сразу же собрал вещи и ушел со словами: «Я буду заглядывать к вам в гости!» Мама села в гостиной в кресле у окна и принялась читать книгу, будто ни в чем не бывало. Это ее ежедневная традиция ровно в полдень.       Стало пусто. Теперь не было разговоров ранним утром, доносящихся из кухни, по всей видимости, за чашкой кофе, оставленных папой по привычке кружек на столе в гостиной, когда он садился с чаем у громко работающего телевизора с новостями, просьб о помощи в поисках одинаковых носков и шуток, иногда несмешных, но до боли привычных.       Мама стала чаще встречаться с подругами и реже бывать дома. Позже ей подвернулся удачный случай и она нашла новую работу. Платят меньше, но маме нравится. И тогда я стала просыпаться и засыпать в абсолютном одиночестве. Первое время мама приходила домой ночью и уходила довольно рано, о чем свидетельствовала не вымытая ею посуда, которую она использовала, или лежащая на ее кровати одежда, спустя время я несколько раз пыталась не спать или просыпаться намного раньше, чтобы ее застать, но она так и не появлялась. Я писала ей, но она лишь отвечала, что завал на работе, берет сверхурочные или слишком устает и засыпает прямо за рабочим столом.       Папа тоже несколько дней не выходил на связь: обычно мы часто списывались и гуляли вместе, но не теперь. Позже оказалось, что он не смог жить без мамы и спился. А через несколько дней умер от передозировки.       В школе я особо ни с кем не дружила, так как у всех были разные интересы: когда все ходили в клубы или ездили компаниями на моря или на концерты, я, надевая наушники, ходила в лес фотографировать белочек, птиц и других тамошних животных.

Мне 16 и я чувствую себя самым одиноким человеком во Вселенной.

      Вскоре я закончила школу и здесь меня уже ничего не держало. Мама часто отправляла мне деньги, так что я смогла приберечь немалую сумму. Так что в свое совершеннолетие я отправилась в путешествие. Чикаго, Новый Орлеан, Атланта, Бостон, Лос-Анджелес, Сиэтл и конечная станция — Нью-Йорк. В этом городе началась моя история.       В это время в Нью-Йорке проходил кинофестиваль, где собралось много звёзд и известных людей. Мне удалось проникнуть сквозь огромную толпу журналистов и фанатов в первые ряды красной дорожки. Зрелище было страшное.       После фестиваля у входа мне удалось сделать несколько фотографий выходящих звёзд. Там же я и познакомилась с сыном мэра Да’Эйжа. Оказалось, что у нас много общего, и он пригласил меня посетить их город. Так как в Нью-Йорке дел у меня не оставалось, мы отправились в Да’Эйжа вместе, где Лиам, так зовут сына мэра, познакомил меня со своим отцом.       Мне предложили работу: сначала я работала личным фотографом, спустя время я стала помогать в архиве, а позже секретарше самого мэра. В 19 я вступила в ряды телохранителей, а в 20 стала главой охраны.       Я никогда и подумать не могла, что из маленькой девочки, папиной принцессы, бегающей в розовых платьицах за бабочками, вырастет девушка, которая заботится о сохранности мэрии, более того, строящей заговоры и составляющей стратегии.       С мамой все связи оборвались. Когда-то она отправляла фотографии с новым мужем и их ребенком на пляже в Майами, но это была единственная весточка от нее.       В Да’Эйжа у меня тоже нет друзей, кроме Лиама, который постоянно мотается между какими-то фестивалями. Есть только мэр и подчинённые. Розовые платья сменились строгими костюмами, а бабочки — людьми, которые так или иначе мешают делам мэрии.