it is your fault

      Белокурый мальчик в красных плавках держит твою голову под водой,       Потому что хочет тебя убить,       И ты заслужил это, и сам это знаешь,       И ты готов умереть в этом бассейне,       Потому что жаждешь прикоснуться к его рукам, к его губам,       И это может оборвать твою жизнь в любой момент.       Ведь ты в восьмом классе – ты все знаешь.       Ты знаешь, как водить мотоцикл на бездорожье, знаешь, как вычислить дискриминант,       И ты знаешь, что живому мальчику не позволено любить других мальчиков,       Только если он не держит свой язык за зубами, от чего ты не удержался,       Потому что ты слаб и пуст, и это все равно уже неважно.

***

      С научной точки зрения можно умереть от разбитого сердца.       Да, это редкое и, вероятно, случайное явление. Но такое бывает. Иногда эмоции берут над нами верх и могут буквально снести с ног, что приводит к тому, что вы становитесь частью небольшого процента людей, чья причина смерти заключается в разбитом сердце.       Симптомы синдрома разбитого сердца, которые обычный четырнадцатилетний мальчик ни за что не узнал бы, если бы не случайно выбранная им книга в библиотеке, таковы: стенокардия (боль в груди) и одышка. Также у пациента может возникнуть аритмия (нарушенное сердцебиение) или кардиогенный шок, однако последнее наиболее распространенная причина сердечного приступа. Если ваше сердце не в состоянии перекачивать достаточно крови по всему телу – считай, вы уже мертвы.       В ящике стола этого четырнадцатилетнего мальчика спрятана целая страница, посвященная синдрому разбитого сердца, которую он вырвал из той самой библиотечной книги, и если ему вдруг хочется почитать о наиболее вероятной причине собственной гибели, то он достает ее и повторно изучает при тусклом свете прикроватной лампы.       На самом деле Уильям Байерс не умирает от разбитого сердца, хотя и чувствует себя именно так.       Идет дождь, что никак не способствует улучшению его состояния. Уилл напряженно смотрит на биту в своей руке, и внезапно она становится самой тяжелой вещью во всем мире, поэтому он резко роняет ее, как тонну кирпичей. Ошеломляющий шквал эмоций, переполняющих его до краев, ставит его на колени и заставляет отчаянно рыдать. Он плачет, мокрый от дождя и продрогший до костей, а Замок Байерс теперь – обычная куча деревянных досок и воспоминаний у его ног.       — Глупо, — шипит он, вцепившись пальцами в футболку там, где находится его сердце, словно пытаясь сжать его, чтобы избавиться от эмоций. Они, конечно же, никуда не деваются, потому что это не так просто, и он это прекрасно знает. Он знает, что его чувства глупые и неправильные. Он знает, что из-за того, как он смотрит на своего лучшего друга, его могут убить. Странное чувство, которое он испытывает всякий раз, когда Майк и Эл воркуют поблизости, вызывает у него тошноту. Их смех, прикосновения, взгляды, поцелуи. Все это практически вынуждает его рвать на себе волосы.       «Я не виноват, что тебе не нравятся девушки», — легкомысленно выплевывает Майк, хотя это полностью его вина. Так было всегда. Бабочки в животе, пристальные взгляды, желание постоянно быть рядом с друзьями, потому что он не мог им насытиться. То теплое чувство в груди, когда Майк улыбался ему, отчаянное желание быть на месте той, которую Майк держал за руку, той, чью щеку он ласково гладил.       Это так чертовски глупо.       Уилл закрывает лицо руками и всхлипывает, потому что это все, о чем он может думать. Мысль о том, что он, скорее всего, заболеет, если не уйдет домой в ближайшее время, оказывается загнана в самую глубину подсознания, вытесненная собственными глупыми чувствами и желанием умереть. Синдром разбитого сердца довольно редкая медицинская аномалия, которая заставляет его задуматься: «‎Каково это? Наверное, это похоже на сердечный приступ или типа того. Мои легкие начнут содрогаться? Я больше не смогу дышать? Я буду биться в судорогах с пеной изо рта, как будто у меня припадок, пока мое тело не обмякнет? Выяснит ли коронер* причину смерти – вырезанное на моем сердце Майк Уиллер?»       Это вина Майка. Или, может быть, это его собственная вина, и он просто хочет разозлиться на кого-то другого. Но Майк понятия не имеет, сколько Уилл…       «‎Боже, быть подростком ужасно», — заключает он, сидя в грязи среди обломков своего прежнего укрытия. Он думает, что ему все-таки стоит вернуться домой, потому что там тепло и его мама наверняка будет волноваться, если он заболеет. Она до сих пор переживает о его благополучии – впрочем, не так сильно, как в прошлом году, хотя он ее за это не винит. Интересно, если бы она знала, действительно знала о нем все, она бы его все еще любила? А Джонатан?       «‎Конечно, они бы не перестали тебя любить, — возникла успокаивающая мысль на задворках сознания. — Они не твой отец. Они не Майк».       — Уилл!       Голос звучит так, будто находится в десятке метров от него, хотя его обладатель стоит перед ним, и он поднимает взгляд вверх, смотря прямо на причину своей смерти. Майк и Лукас носят несколько слоев одежды, а Уилл – нет, потому что он глуп и ему, если честно, наплевать. Лукас что-то говорит, но Уилл его не слышит. Все, на чем он может сосредоточиться – это Майк, стоящий на коленях рядом с ним.       Почему самые красивые и очаровательные люди такие уродливые внутри?       — Уилл, мне жаль!       Нет, тебе не жаль.       — Я вел себя как придурок, мне следовало подумать о твоих чувствах.       Но ты не подумал.       — Это действительно была классная кампания, просто…       — У вас, ребята, теперь свои жизни. И я не могу быть их частью потому, что мне не нравятся девушки, так? — Уилл звучит хрипло из-за недавней истерики, и Майк, заметив это, выглядит невероятно грустным и виноватым. — Но ты ошибаешься, понимаешь?       Майк внимательно изучает его лицо, оборачивается к Лукасу, но затем снова возвращается к Уиллу.       — Послушай, я знаю, с нашей стороны было неправильно игнорировать тебя. Но ты не можешь больше оставаться под дождем, иначе…       Уилл не совсем уверен, что произошло в следующий момент. Холод, усталость, то, что он во всем запутался? Что бы это ни было, именно оно заставило его внезапно рухнуть, однако Майк вовремя ловит его и крепко прижимает к себе. Лукас вздрагивает от неожиданности и спрашивает Уилла, все ли с ним в порядке, но Уилл не отвечает ему, вместо этого утыкаясь лицом в грудь Майка с прерывистыми рыданиями. По его лицу текут слезы, и Майк нежно гладит его по спине.       Это ты виноват, что мне не нравятся девушки. Это все твоя вина.       Он чувствует, как его сердце выпрыгивает из груди, когда он немного отстраняется, и Майк наблюдает за ним с таким беспокойством, что Уилл боится, что это всего лишь больной плод его подсознания, последняя попытка получить самое желанное перед смертью – хотя бы в воображении. Его губы дрожат, и он делает короткий вдох, решая, что если прямо сейчас он не бросит вызов смерти в лицо, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Пусть и короткую. Лукас издает тихий писк удивления, когда Уилл целует Майка, тут же замирая, и он ожидает, что Майк отстранится. Оттолкнет его, проклянет, обзовет отвратительным. Убьет его, потому что живым мальчикам не позволено любить других мальчиков, а Уилл все равно умирал от синдрома разбитого сердца.       Но он не делает ничего из этого. Майк отвечает на его поцелуй, и Уилл почти не чувствует слишком знакомого покалывания на затылке.