Искра

      Дождь барабанил по стеклу автомобиля, сглаживая противоречия и примиряя меня с собственными мыслями. Дворники устало колыхались, отважно сражаясь с косыми линиями разыгравшегося ливня, и периодически создавали видимость едва освещенной улицы. Заглушив мотор, я слилась с ночной тишиной воедино, вдыхая полной грудью прохладный апрельский воздух. Мокрый, пронизывающий ветер спутывал волосы, распутывая мысли. На глаза попалась реклама, которая расплывалась передо мной и сливалась с какими-то выплывающими из подсознания обрывками телевизионной болтовни, превращаясь в какофонию звуков, бессмысленный набор слов. Быстро просмотрев рекламные объявления, я остановилась на повороте, наглядно характеризовавшем ночную жизнь города. Замысловатые неоновые вывески переливались всеми цветами радуги, а музыка гремела не только в клубах, но даже на улице. Я поджала губы и прибавила шагу. Босоножки на высоких каблуках отлично подходили для ночного клуба и пьяных танцев до рассвета. В последние недели единственная цель на вечер — ворваться в эпицентр бурлящей жизни этого города и забыться до беспамятства. Наконец завернула в одно из заведений, которое с наступлением сумерек становилось убежищем молодости.       Мигом получив заказ, я устало откинулась на спинку кресла возле барной стойки. С жадностью глотала коньяк, стараясь побыстрее утолить жажду. Я удовлетворенно облизнула губы, расплываясь в удовольствии, и осмотрелась вокруг, насколько позволяла обстановка. Взгляд остановился на толпе танцующей под градусом молодежи. Ухмыльнулась, делая ещё один глоток из своего бокала, ощущая, как горьковатая жидкость смачивала заднюю стенку горла, а за ней разливался жар по телу, приносящий легкость. Это был второй, а может третий бокал, я точно не помнила, да и не желала помнить. Мне нужно было расслабиться.       Вдруг взгляд зацепился за одну медленно качающуюся под музыку фигуру. Орлов… чертов Влад Орлов… Идеально сложенный и до дрожи в коленях сексуальный, пьющий сейчас в своей компании парень. По залу плавно перемещались несколько его друзей — кто-то сидел, кто-то медленно двигался в такт песне, кто-то напевал мелодию или воспроизводил какой-то ритм. Влад тряхнул головой, откинув с лица темно-пепельные волосы. Часть женской аудитории, что искала себе партнера на ночь, очевидно вспыхнула от этого ничего не значащего жеста, окружая его в попытке получить хоть долю внимания. Я же лишь скалилась, когда до ушей долетали очередные визги о том, какой он. До моего затуманенного разума всё же доходило понимание: красив, чертовски красив. Я и без них знала, какой он: сжигающий до пепла, наполняющий до остатка, необузданно дикий дурманящий наркотик. Ненавижу всё, связанное с ним, даже те места, где замерла его тень.       Мне стоило подойти к нему. Поздороваться ради приличия, но это грозило закончиться очередным скандалом с нескончаемым потоком брани, ругательств и оскорблений, поэтому я не торопилась это делать, позволяя алкоголю затуманивать мои мысли. Мне хватало смелости играть с этим огнём без доли страха обжечься. Разве я когда-нибудь боялась его? Никогда. Сознательно ходила по острию ножа и получала от этого своё обычное дьявольское удовольствие. Вела эту нескончаемую игру фарса с примесью жгучей ненависти. Эти отношения походили на напряженную натянутую струну, готовую вот-вот порваться. Когда я снова посмотрела в сторону Орлова, ощутила тяжелый, пронзительный взгляд на себе. Его губы тронула ухмылка и, вручив свой напиток рядом стоявшей девчонке, он вкрадчиво направился ко мне. — Глазенки не сломаешь, принцесса? — наклонившись ко мне, выхватывая свободной рукой мой напиток, проговорил Орлов. В ответ метнула на него разъяренный взгляд, в то время как внутри разгорался пожар неконтролируемого гнева.       Почему так? Почему с ним именно так? Я чувствовала, как всё моё естество сразу же переключалось в боевой режим, ощущала дикое напряжение, от которого взрывались все мосты внутренних предохранителей. — Будь добр, скрась этот вечер своим отсутствием, — сквозь стиснутые зубы прошипела я, бросая на него крайне раздраженный взгляд. Его это, кажется, лишь подзадорило, ведь Орлов лишь самодовольно обвел меня глазами. — Ты правда не хочешь меня видеть? — протянул парень, вальяжно рассевшись рядом со мной, скептически вскинув левую бровь. — Орлов, ты пьян? — выдавила недовольным голосом, в то время как он со скучающим видом рассматривал свою татуировку на руке. — Нет, но работаю над этим, — прижмурившись, парень осушил бокал. Какого черта я сижу и разговариваю с ним? Он испустил самодовольный, короткий смешок, заметив мой взгляд. — Тебе не кажется, что раньше мы это уже проходили? — заискивающе зашептал на моё ухо Влад, а в ответ меня с головы до пят окатила волна жара. — Отвали! — вскипела я в попытке оттолкнуть его, но Орлов схватил меня за запястья, останавливая любые движения. Перед глазами молниеносно пронёсся момент, когда он впервые коснулся меня. Тогда это была фикция. Когда впервые его руки обвились вокруг моей талии, когда его губы обрушились на мои — это также была игра, часть войны, где в битве бурлили эмоции. — Здесь как-то слишком скучно, — игнорируя мой протест, заключил Орлов. Я вжалась в кресло, ощутив, как руки парня легли на мой враз напрягшийся живот. — Ника… — протянул он притягательно бархатным голосом. Влад снова наклонился ко мне, коснувшись носом кожи шеи. Аромат его духов ударил в нос, в одночасье пропитав весь воздух. Сейчас этот запах как спрут вонзался с корнем в мысли, вызывая непристойные галлюцинации. В ту же секунду я ахнула: парень поднял меня на руки, шагая в неизвестном направлении.       Всего лишь мгновение, и с моих губ сорвались многочисленные ругательства, послышался отборный трёхэтажный мат и раздались крики. Я бешено вырывалась, словно от этого зависела моя жизнь, со всей силы била по нему кулаками, вложив разрывающую изнутри агрессию. Волной меня настигло чувство опасения, ведь в каждом его поступке был подвох. Это человек, которому ни при каких обстоятельствах нельзя доверять, нельзя показывать слабинку, нельзя раскрываться или проявлять настоящие чувства. Орлов их использует, отшвырнёт в сторону, а потом ими же уничтожит тебя.       И боже! Я ненавижу то, как этот парень может на меня влиять! Я ненавижу то, что только что была готова выцарапать ему глаза, а теперь вслушиваюсь в его голос, борясь уже с желанием придушить себя за свою привязанность. Как можно так сильно ненавидеть человека и в тоже время желать его?! Как?! Как можно сознательно пускать боль в свою жизнь?! Зная о том, как Орлов пользуется людьми, позволять ему переворачивать с ног на голову свою реальность. И, чёрт подери, без опасения идти на рожон.       Не важно, какие люди бы меня ни окружали, внутри всегда горела эта искра, которую я сотню раз пыталась погасить. Она вела меня по жизненному пути. Ей было наплевать, с кем мне приходилось жить, кого бы я ни пыталась полюбить. Эта искра, наверное, и являлась той бессмертной силой, которую ничто не задавит и не победит. Так называемое снадобье, которое почему-то отравляло меня хуже любого яда. Она каждый раз обжигала сердце, душу, разум — всё, что когда-то воспылало любовью. Но искренность, откровенность и честность вознаграждаются только в романах. В жизни их используют, а потом как ненужный мусор отшвыривают в сторону. Я вовремя сумела превратить эту искру в силу, пропитанную яростью и ненавистью.       Несмотря на все мои попытки вырваться из его цепкой хватки, Орлов ни разу не проявил слабость и размеренно шагал к своей цели. Я осознала, что любые старания бесполезны, поэтому притихла, пока Влад не закинул меня на заднее сидение своего авто. — Круто. Знаешь, весь вечер мечтала о том, чтобы оказаться вместе с тобой в этой машине, — саркастически протянула я, погладив ладонью подлокотник. Орлов сел возле меня, заблокировав двери машины. — Неужели? Чего же ты раньше не сказала, мы бы быстрее здесь оказались, — как ни в чем не бывало бросил он. — Серьезно, зачем мы здесь? — выдохнула я, забарабанив пальцами по тому же подлокотнику. Обстановка вызывала жуткий дискомфорт и настороженность, и мне хотелось поскорее выбраться отсюда. — Принцесса, неужели после всего, что между нами было, ты до сих пор не догадалась? — ехидно полюбопытствовал парень. — Пошёл ты, полупринц недоделанный! — сложив руки на груди, насупившись, буркнула я, отвернувшись к окну. — Струсила? — проигнорировав мою колкость, подкуривая сигарету, вопросил Влад. В воздухе витал запах табака и спиртного, навеивающий смешанные воспоминания. С того времени, как я знакома с Владом, этот аромат ассоциируется лишь с ним и ни с кем другим. — Неужели я похожа на одну из твоих куриц, которые прогибаются здесь по первому зову? — наконец переведя взгляд на него, сказала я, уловив мелькнувшую на его лице ухмылку. — Конечно, нет, Ника. Я всё никак не могу забыть тот вечер и то, что произошло между нами, — вполголоса пробормотал он, окидывая взором салон. — Хватит уже! — возмущенно воскликнула я, отодвигаясь от него. — Почему же? Я хочу напомнить тебе, какой ласковой и нежной ты можешь быть, когда хочешь. Когда хочешь меня, Ника, — томным голосом, от которого по телу пробежала нервная дрожь, проговорил Влад, приближаясь ко мне. Я отодвинулась, пока не уперлась спиной в дверь его машины, а он загнал меня в ловушку, поставив обе свои руки по сторонам от меня.

***

      Память о ночной вечеринке держалась цепко, не отпуская даже в самые склочные моменты жизни. Тогда нас настигли феромоны, немалое количество выпитого алкоголя и внезапная вспышка эмоций, под влиянием которых ненависть резко превратилась в страсть. После зажигательных танцев, о которых помнила каждая мышца изнуренного тела, я отправилась в гостевую спальню, чтобы отдохнуть. Комната была пропитана ароматом никотина, коньяка и сногсшибательных духов. С того времени этот запах одновременно и возбуждал, и успокаивал, и напоминал, как он держал меня в объятиях после умопомрачительной ночи любви. Осторожно переставляя ноги, в темноте на ощупь я кое-как нашла постель и рухнула на неё. Но упала на что-то твердое и горячее и, вскрикнув, попыталась подорваться, но меня притянули обратно за талию, зарываясь в мои волосы, шумно вдыхая их аромат. — Как сладко, принцесса, — прошептал голос с хрипотцой, а моё сердце предательски ёкнуло, пропустив удар. — Влад… — игриво промурлыкала я, и его руки сильнее сжали мою талию.       Он развернул моё лицо за подбородок и обрушил свои губы на мои. Комната закружилась и медленно куда-то поплыла, каждое прикосновение раздавалось маленьким электрическим разрядом по всему телу. Я довольно жмурилась, старательно подставляя губы под торопливые жадные поцелуи. Меня захлестнуло сладостное, трепещущее и волнующее чувство, и, уже не контролируя себя, я наслаждалась недозволенным, словно голодная хищница добычей. Медленно запустила руки в его гладкие волосы, притягивая Орлова ещё ближе. На секунду наши затуманенные взгляды встретились, он замер, а его зрачки светились словно угли костра. Я безвольно выдохнула, по спине пробежала незнакомая дрожь. Одной рукой притянула парня к себе и вновь поцеловала, не прерывая прикосновения, перевернулась, оказавшись сверху, и второй начала медленно расстегивать его рубашку. Влад оторвался от моих губ и потянул волосы назад, заставляя запрокинуть голову, впившись поцелуем в шею. Я зачарованно смотрела на тёмную макушку, чувствуя тёплое дыхание и невероятные ощущения, которые заставляли вскрикивать. У меня закружилась голова, пальцы сжали его рубашку, руки дрожали — и теперь мне не удавалось высвободить ни одну пуговицу с петли. Его зубы резко вцепились в мою ключицу, и я не могла сдержать стона, с помощью Влада в клочья разорвав рубашку. Стала скользить руками по его телу, изучая изгибы, пальцами остановилась на напряженном накачанном торсе, вырисовывая замысловатые узоры. В тот момент опустилась поцелуями к шее. Соблазнительная пульсирующая жилка манила, и я впилась в его кожу. — Принцесса, мать твою, — блаженно выдохнул он.       Его руки рывком обхватили мою талию и притянули меня к обнажённой груди. Пульс ускорился, и кровь прилила к ушам, от чего стало невыносимо жарко. Я услышала звук расстегивания молнии, заглушаемый частым дыханием, и вот уже Влад стянул джинсы вниз. Тотчас Орлов недовольно зарычал и сорвал с меня платье. Он провёл рукой по моей спине и перевернул меня так, что я вновь упала на шелковистые простыни. Теперь Влад начал двигаться всё ниже, поцелуи становились всё жарче, пока я не вздрогнула от столь острого чувства, что никогда не испытывала. Голова снова затуманилась, глаза закрылись, руки ухватились за широкие плечи, а пальцы судорожно сжались, царапая ногтями его кожу. Я почти лишилась рассудка от острейшего приступа удовольствия, что никогда раньше не испытывала, а когда немного пришла в себя, то вновь ощутила вкус его губ. Запустила пальцы в непокорные темные волосы и притянула его голову ближе, чтобы целовать так жарко и страстно, показывая, как пылает от него моё тело. Напряжение возрастало, приближаясь к кульминации. В комнате совсем не хватало воздуха. Горячая волна пошла по телу, казалось, вся сила и энергия, которые были во мне, стремились высвободиться. По телу пробежала дрожь, и Влад усилил напор. Вцепившись ногтями в его спину, я закричала, волны экстаза одна за другой побежали по влажному телу. Орлов прижался ко мне, крепко обняв за шею, и выдохнул моё имя.

***

— Это было ошибкой, всего лишь случайностью по пьяни! — запротестовала я, прижав ладони к его груди, чтобы не позволить приблизиться. — Я так не считаю, — прямо смотря на меня, опаляя своим взглядом, заявил Влад. В тот момент я стушевалась под его пронзительным взором. — Ты мне нравишься, Ника.       Сердце выпрыгивало из груди, пытаясь опровергнуть мой ответ. Я нервничала, не зная, куда скрыться от него, как ответить, чтобы прекратить эту пытку, куда ударить, чтобы сбежать подальше. Разум твердил не верить, ведь столько раз мне удавалось удостовериться, что каждое его слово — заведомая ложь. Переспать с ним было ошибкой. Вести войну с ним было ошибкой. Оставаться здесь, наедине, было ошибкой. Более того, я была уверена в том, что Орлов это тоже прекрасно знал, но его признание ломало всё. Зачем он так поступал? Чтобы поиздеваться, поглумиться? Чтобы наглядно показать своё превосходство и мою слабость? Чтобы сломить меня? — Влад, хватит вести эту игру! — отчаянно закричала я. В резко прозвучавшем голосе играли нотки пронзительности.       Не отвечая, он продолжал приближаться. На мгновение я почувствовала замешательство, пульс участился, сердце забилось сильнее словно в лихорадке, но разум не выдавал никаких действий. Влад взял меня за руки, притянул к себе и нежно поцеловал в губы. В голове шумело, перед глазами всё плыло. Горячая волна обдавала с ног до головы, в венах гулял адреналин. Тело будто прокалывала сотня иголок, сотня маленьких железных изящных клювов заставляла вздрогнуть. По позвоночнику скатывалась холодная капля, которая струилась вниз, ткань платья прилипла к мокрой дорожке. Орлов гладил изгибы моей спины, поднимаясь к волосам. — Я не ответила тебе, — нежно произнесла я, переплетая наши ладони. — Тебе и не нужно, — умиротворенно заключил Влад. Я наклонилась к нему и ласково впилась в бархатистые губы.