С самого начала

      Кэтрин просидела в директорском кабинете не меньше часа. Торопиться ей было не куда. Теперь школа в лице Дамблдора и Снейпа получила полную опеку над студенткой, и ее судьба была столь же туманной, сколь и очевидной. Главный вопрос сейчас в том, где ученица проведет лето. По закону она должна была отправиться в детский дом по месту жительства, а по договору в летний пансион, но учитывая некоторые обстоятельства Альбус настаивал, чтобы мисс Кац не покидала школу даже летом, во всяком случае в этом году.       Кэт было все равно. За год постоянных экспериментов со временем, Кэтрин совершенно перестала его чувствовать. Когда «няньки» наконец вернулись девочка даже не заметила, что они вообще уходили. Слизеринка сидела в большом кресле вертя в руках небольшую серую коробочку, которую директор неосторожно, а может и преднамеренно, оставил на своем столе. - Мисс Кац, решение относительно вашего пребывания в Хогвартсе принято, и оно положительное. – Начал профессор Снейп. – Это лето вы проведете в школе и… Мисс Кац, вы вообще меня слушаете? - Что? Простите, я задумалась. – Кэтрин растеряно хлопала глазами, пытаясь сообразить, что она вообще тут делает и почему она не заметила, как вернулись эти британцы. - Удивительно, оказывается вы умеете думать? – Саркастично заметил декан. Слова мага задели Кэт и как по щелчку тумблера она собралась. - Вы говорили о том, что это лето я проведу здесь, профессор. – На обращении послышались угрожающие нотки. У Снейпа недобро блеснули глаза. - Северус, пожалуйста будь немного деликатнее, девочке столько пришлось пережить. – Вмешался наконец директор. - Сколькое? Сколькое мне пришлось пережить? – Кэтти была спокойна, буря давно утихла и волны эмоций вернулись в глубины души. – Разве вы можете что-то об этом знать? Давайте оставим все любезности, и я наконец пойду в свою комнату. Просто сообщите, когда мне будет позволено посетить Косую аллею. - И, пожалуй, мне следует это вернуть. – Кэтрин открыла коробку и сложила в нее кулон, руководство и часы. Последние обнулились, сразу как покинули руку своей бывшей хозяйки. Крышка захлопнулась и серебристое яйцо сначала растянулось в восьмерку, потом в цветок, а затем выстроилось в число 888. Девочка встала и направилась в подземелья. - Вы слишком много ей позволяете, Альбус. – Воскликнул Северус, провожая ученицу взглядом. – Она становится все нахальней и упрямей. - Как и все мы в ее возрасте, мальчик мой, как и все мы. – Дамблдор поднял серенькую коробочку с кресла. – Любопытная вещица. Ей уж больше двух тысяч лет, но за это время ее не смог открыть ни один волшебник. – Вещица скрылась в ящике стола.       Снейп непонимающе взглянул на директора. Похоже предчувствие опять не обмануло зельевара, это старый интриган подложил хроноворот студентке. - Однако сейчас меня больше волнует судьба Анны. – Маг уселся на Хогвартский «трон». – Мисс Кац ничего не упоминала о своем последнем путешествии? - Ничего. - Это определенно все усложняет. Видишь ли, Северус, именно бабушка мисс Кац предупредила меня о повышенном интересе к девочке. К ним в дом пришло сразу 11 писем, Анна заподозрила неладное и решила проверить. Когда-то давно эта женщина оказала мне неоценимую услугу, в этот раз пришла моя очередь. Я проверил и мисс Кац действительно оказалась зачислена в списки Хогвартса. - Но разве Перо приема не записывает только новорожденных волшебников Соединенного Королевства и Ирландии? – Снейп начинал догадываться к чему клонит директор. - Именно так. А Кэтрин никогда не покидала пределов своего городка. - Тогда как… - Зельевар не успел задать вопрос. - Не знаю. Но одно могу сказать точно мисс Кац не была рождена волшебницей, ее имя появилось в книге за неделю до вашего знакомства. - А разве ее бабушка не была колдуньей? - В том то и дело, Северус, что Анна – не ее родственница.       Снейп оказался озадачен откровением директора. Альбус конечно умолчал о том, что та самая Анна была родной сестрой министра магии и хоть и являлась сквибом в свое время обладала довольно внушительным влиянием в мире магии. Тем не менее на пике своей власти и молодости серый кардинал внезапно исчез, уступив дорогу младшему брату. Дамблдор абсолютно точно знал, что только благодаря ее связям Корнелиус Фадж стал тем, кем он был. Возможно это и повлияло на столь щедрое финансирование.       В том, что старушка мертва сомнений не было, как и в том, что ее смерть не случайна. Разгадка произошедшего крылась в том роковом дне и Кэтрин там побывала, но категорически отказывалась об этом говорить. Погруженный в свои раздумья декан Слизерина мчался привычным шагом по коридорам Хогвартса. - Стоп. Альбус сказал, что писем было 11. – Северус отчетливо помнил, что в тот день в доме вместе с ним было 12 магов.       Он должен был все выяснить. На кону была безопасность его студентки и возможно всей школы. Влетевший в комнату профессор застал свою подопечную на постели в компании какой-то старинной книги. И еще до того, как полы его мантии коснулись каменного пола, Северус уже проник в сознание девочки.       Разум Кэт был в упорядоченном покое. Почувствовав чужое вмешательство все вокруг завертелось в бешенном вихре, так, что маг не мог ни за что ухватиться. Призвав на помощь все свое мастерство, он начал понемногу выуживать образы. Они были обрывистыми, резкими, как колдографии в желтых газетах.       Кэт в наколдованной мантии сидит вместе со всеми. Ждет на заднем дворе, когда все уйдут. Вот она уже в доме, перед ней Анна. Зеленая вспышка, вокруг огонь. Старушка со стеклянными глазами в неестественной позе на полу. Картинки менялись как лошадки на карусели. Внезапно все остановилось и перед Северусом возник пустой школьный класс с большим зеркалом. В отражении он увидел свою ученицу, но только значительно повзрослевшую. Ее бледные волосы едва касались пола, а темные глаза поглощали свет. Черное бархатное платье было расшито серебром и от факельного освещения мерцало в полумраке. Она прикоснулась к зеркалу с обратной стороны. - Вам здесь не место. Убирайтесь немедленно. – Сказала женщина в черном и профессора буквально выволокло обратно.       Первое, что увидел Снейп когда вернулся в свой разум была обложка книги в руках девочки. Ощутив в своей голове постороннего, Кэт стала сопротивляться от чего непроизвольно захлопнула книгу. На потертой поверхности можно было отчетливо прочитать «Экспульсо». Профессор принял боевую стойку.