С самого начала

      Жизнь больше не могла идти своим чередом. Теперь, когда тайна слегка приоткрыла свое лицо и так изящно помахала рукой можно было следовать только в двух направлениях: забыть обо всем и ждать своей неминуемой гибели или хотя бы попытаться узнать ее причины и возможно избежать. Как никогда Кэтти была рада, что круг ее полезных знакомств не ограничивался преподавателями Хогвартса. Накидав дружеское письмо Букки девушке оставалось только ждать и может быть попробовать еще раз пройтись по запретной секции. Данных было не так много, темная леди назвала несколько прозвищ, но ни одного конкретного имени. Способ, которым она проникала в чужие сны так же был не известен. Единственной зацепкой оставалось зеркало. Но теперь слизеринка отчего-то трусила вновь приближаться к древнему артефакту. Разве могла она предположить, что все потуги бессмысленны, что вся ее жизнь была прописана еще задолго до появления на свет, что даже присоединение мисс Кац к сообществу магов это лишь результат сделки в попытке ускорить и так неизбежное. И она конечно же не могла знать, что несколько месяцев назад собственными устами развязала руки своему противнику. С того самого дня даже простая мысль о борьбе вызывала у него лишь смех, провоцируя на ответный ход.       Седрик конечно же заметил изменения в своей подруге. Однажды в попытке приободрить девушку, юноша нежно дотронулся до ее руки, но был грубо отстранен. Возможно он бы обиделся, но стоило для начала выяснить причины столь нетактичного поведения. Поздно вечером мистер Диггори ждал свою возлюбленную в укромном местечке, заранее передав записку о своих намерениях. И она пришла.       Пуффендуйский ловец застыл как статуя. Он всегда отмечал красоту своей спутницы, но сейчас от чего-то она казалась ему ослепительно прекрасной. Длинные белые локоны ниспадали на хрупкие плечи контрастируя с темным платьем. Сумраке трудно было сказать, что это ночная сорочка или платье по средневековому фасону, крой был незамысловат, а ткань проста. Но эта простота лишь подчеркивала природу своей хозяйки. - Седрик, какого Мерлина нужно было тащить меня ночью в такое место? – Девушка была явно недовольна. – Неужели нельзя было поговорить днем, как нормальные люди. - Я пытался, но тебя куда больше волнуют окружающие, нежели мы. – Парень сделал акцент на последнем слове. - Мы? – Кэт явно удивилась. - Ты свободный человек и вольна делать все что тебе вздумается. Но согласившись со мной встречаться, разве не дала мне право быть с тобой? Почему же теперь ты меня гонишь? - Я не гоню тебя. Просто сейчас мне немного, - слизеринка несколько секунд не могла подобрать слово, - сложно. - Так поделись, возможно вместе нам будет проще, чем тебе одной. - Я… Я… Я… просто устала. Ты действительно напрасно беспокоишься. И ты действительно по-прежнему, - девушка медленно приблизилась к пуффендуйцу, - мне дорог.       Тонкие белые пальцы опустились на грудь юноши. Стоя вплотную к своему собеседнику, Кэтрин приподнялась на носочках и нерешительно прильнула к его губам. Мистер Диггори по началу растерялся, но поняв, что наконец наступил момент, которого он ждал с самого Рождества, тут же обхватил талию девушки и перенял инициативу в свои руки.       Идиллию нарушил подозрительный шум. Кэт моментально оторвалась от своего партнера и шепотом крикнув бежим, ринулась в какой-то коридор. Седрик последовал за ней, но почти сразу потерял ее из виду, спустя десять минут он уже оказался у входа в общежития Пуффендуя.       В школьные годы Люпин не просто так носил прозвище «Лунатик». Это было его вечным проклятьем. Вся жизнь преподавателя ЗОТИ подчинялась лунному циклу и сейчас, когда бледный диск исчез с небосклона полностью, потрепанный волк мог по-настоящему ощутить себя человеком. У Римуса не выходил из головы разговор с Гарри. Карта мародеров не могла лгать, а значить Питер Петтигрю действительно был жив и находился в замке. Оставалось только догадываться как он попал сюда и с какой целью. Пользуясь моментом своей временной свободы, Лунатик патрулировал школьные коридоры в надежде встретить старого друга. Однако прогулка затягивалась, а Петтигрю даже мельком не появлялся на старом пергаменте. Сворачивая в очередной поворот Люпин услышал легкий шум, взглянув на карту он обнаружил имя Пуффендуйского старосты, но рядом с ним никого не было. Вернее, рядом с «Седрик Диггори» красовалась черная клякса. Этого просто не могло быть. Решив проверить, маг отправился в сторону нарушителя распорядка. Конечно к приходу профессора, студент уже успел скрыться, но вот клякса осталась. Если бы в свое время Римус не приложил свои собственные руки и силы к созданию карты мародеров, возможно он бы подумал, что она испорчена. Но будучи настоящим экспертом черной магии оборотень понимал, в коридоре что-то было, и оно до сих пор не ушло. - Я знаю, что Вы здесь. Прошу, не вынуждайте применять силу. – Люпин уверенно вещал в темноту, где, судя по карте находилось нечто.       Сначала во мраке блеснуло что-то светлое, чуть позже профессор четко увидел очертания длинных белых волос, а мгновенье спустя чернота выпустила из своих объятий ученицу факультета Слизерин. Все это было похоже на рисунок белым карандашом на черной бумаге, девушка буквально вырисовывалась, появляясь частями как чеширский кот, только последней была не улыбка, а глаза. - Мисс Кац? Кэтрин? Что ты делаешь здесь в такое время? – Римус явно не ожидал увидеть именно ее, от того не сразу обратился к своей студентке в привычной неформальной форме. - Простите, профессор, кажется я опять бродила во сне. Ох уж этот проклятый лунатизм. – Девушка виновато опустила глаза и если бы маг не был так обескуражен словом, так напоминающим его прозвище, то непременно бы заметил легкую ухмылку, искривившую губы его ученицы.       Воспользовавшись растерянностью оборотня слизеринка попросила проводить ее до общежития, и добрый профессор в стремлении снизить неловкость девушки направился в нужном направлении предусмотрительно сменив тему. Всю дорогу бывший гриффиндорец не мог понять, что его так беспокоит и когда он уже почти отмахнулся от своих подозрений парочка вошла в зал трофеев. В свете факелов то и дело поблескивали отполированные десятками учеников наградные кубки и значки. К некоторым из них приложил свою руку и сам Люпин. В ностальгических чувствах бросив взгляд в сторону трофеев Римус не поверил увиденному, с гладкой поверхности на него смотрело только его собственное лицо, несмотря на то, что между ним и наградой шествовала мисс Кац. Опустив глаза бывший, мародер изумился еще больше: у его спутницы отсутствовала тень.       Остаток пути преподаватель защиты от темных искусств хоть и поддерживал разговор, внутренне пытался сопоставить увиденное со своими знаниями. Девочка явно не была вампиром, не смотря на отсутствие отражения эти кровососы обладали тенью. Упыри же тени не имели, зато оставляя свои души в зеркалах, возвращаясь видели свои отражения. Таким образом принадлежность к нечисти полностью отметалась. Лезть сейчас на рожон явно не стоило и Люпин смиренно довел спутницу до подземелий. Когда девушка любезно поблагодарила своего провожатого и скрылась за стеной, Римус еще раз взглянул на карту. Клякса двигалась по гостиной Слизерина, в отдельной комнате четкими буквами красовалась надпись: Екатерина Кац. Когда пятно достигло имени оно слилось с буквами и исчезло. Оборотень озадачился еще больше.       Кэтрин мирно спала в свой персональной комнате. После первого рождества в Хогвартсе кошмары перестали ее посещать, но и сны в общем снились ей теперь крайне редко. Сегодня оказалась как раз такая ночь. Погрузившись в царство Морфея Кэт не сразу поняла, где она находится. Огромное поле было застлано туманом и трудно было разобрать хоть что-нибудь. Постепенно белесая пелена стала прижиматься к земле оголяя деревья и могильные камни. Вскоре перед девушкой возникло высокое надгробие с глубоко высеченной подписью: ТОМ РЕДДЛ.       Все было так реально. Кэтрин чувствовала сырость на своих ногах. Прохладный воздух пах пылью, впрочем, это было не удивительно недалеко от девушки стоял огромный тис. Конечно же после истории с тайной комнатой Кэт догадывалась, чья могила предстала перед ней. Но то что произошло дальше, потрясло ее до глубины души.       Повернув голову на легкий шум, слизеринка заметила распластавшегося на земле Гарри Поттера. Решив помочь мальчишке Кэтти направилась в сторону гриффиндорца. В это время ловец красно-золотых сам пришел в себя и едва поднявшись судорожно схватился за лоб, корчась от боли. На фоне произошедшего девушка не сразу заметила движение за спиной. Далее все происходило как в замедленной съемке. Когда Кэт услышала «убей лишнюю» и обернулась, маленькая фигура уже занесла палочку. Трудно было сказать откуда появился Седрик, возможно он уже был там, но в момент, когда зеленая вспышка оторвалась от древка Пуффендуйский ловец осознанно преградил путь к Слизеринской старосте. Тело его содрогнулось, глаза остекленели, и юноша упал на землю пригвоздив и Кэтрин Кажется время остановилось, разъедая остатки кацовской души. Туман подобно морской волне накрыл ледяного Седрика и окаменевшую Кэт. По мере того как белоснежная пелена отступала девушка приходила в себя. Уже очнувшись Кэтти все еще ощущала тяжесть чужого тела, сырость и запах пыли. Сомнений не было мистер Диггори скоро умрет. Единственное, что знала Кэт – к этому будет причастен Поттер.       Весь следующий день Кэт была сама не своя. С момента последней встречи в Седрике явно что-то поменялось, он стал еще более деликатным, а от его успокаивающей улыбки хотелось кричать. Именно такое выражение лица стояло перед глазами девушки, когда взгляд ловца навсегда потерял свой блеск.       На фоне неприятных воспоминаний теоретический урок защиты от темных искусств прошел незаметно. Уже покидая кабинет слизеринка услышала профессорский зов. - Кэтрин, задержись на минутку. – Это было еще подозрительней, чем сон, Седрик и все вместе взятое. У девушки не было каких-то особых отношений с Люпином и можно было только догадываться зачем она ему понадобилась. – Я хочу тебе кое-что показать. – Как бы догадываясь о сомнениях студентки добавил преподаватель ЗОТИ и направился в свой кабинет, жестом приглашая с собой.       Рабочая обитель профессора Люпина радикально отличалась от кабинета Снейпа. Конечно стоило учитывать разницу предметов, но речь даже не об обстановке, а скорее об атмосфере. Здесь даже самый жуткий череп излучал радушие, а в кабинете зельевара пустая склянка могла отравить как настоящий яд. Взмахом палочки маг задвинул ставни и зажег свечи. В центре кабинета стояло большое зеркало. Легких холодок скользнул по девичей спине прежде чем она поняла, что перед ней не зеркало Еиналеж.       Такая реакция не осталась не замеченной. Стараясь быть еще более радушным Люпин призвал девушку подойти ближе к зеркалу. Как только Кэтрин оказалась напротив расписной рамы под ее ногами загорелся пол, вырисовывая странный рисунок из рун, напоминающий большой ключ Соломона.       Римус уже начал жалеть о своей затеи, девушка отчетливо отражалась в зеркале и вполне естественно отбрасывала тень. И когда он уже был готов все остановить и даже извинится, взгляд коснулся зеркальной поверхности. Отражение юной леди хоть и было точь-в-точь как его первоисточник, но одна деталь все же отсутствовала: тень, ее не было. - Что здесь происходит? – Возмущенно воскликнула девушка.       Но профессор молчал. Он просто не знал, что ответить.