Аллегория

      Сумбурный день сменяется другим. После ночи всегда настаёт утро. За утратой всегда приходит смирение и тоска. Джисон опять идет в школу. Его вновь терзают мысли о прошлом, с которыми связана и школа, и дорога к ней. Тяжесть на душе... Иногда он задаётся вопросом, как теперь живёт Сынмин? Вспоминает ли он об их крепкой дружбе? Скучает ли так же сильно, как Хан?

***

      Литературный клуб работает только по вторникам и четвергам, так что он может подготовиться к завтрашнему дню. Середина недели не кажется такой тяжёлой, как обычно. Надо проанализировать одну статью, которую дал ему Чанбин. Так сказать, для проверки навыков и восприятия.       Уроки проходят так же медленно и тяжело, как и тучи за окном - эти тёмные сгустки клякс на небе создают тоскливое настроение. Но эта грустная атмосфера кажется Хану даже приятной. Эта меланхолия сгущается уже какой день - въевшиеся ощущения, как серые тучи, кучкуются медленно, тягуче. Перед наступлением чего-то поистине громадного - ливня, грозы, града.

***

После окончания уроков Джисон решил прогуляться по другой дороге. Которая идет наверх. Он ходил по ней довольно редко, но там его хотя бы не будут мучить мысли о прошлой, счастливой жизни. Ничего с этой тропой не связано. Он чувствует, что наконец сможет вздохнуть спокойно. Он достаёт из портфеля баночку кофе, которую не успел выпить сегодня между уроками. Прохладный ветерок всё так же одиноко гуляет по улице. Иногда он думал, каково это - так же бесцельно блуждать по улицам, как этот незаметный ветер. Не имея ни стремлений, ни тоски, ни переживаний о прошлом. Пройдя ещё чуть дальше, он видит развилку: дорога направо ведёт, судя по всему, в центр города, а дорога налево - наверное, в сквер. Идти в людное место ему сейчас точно не хотелось, к тому же что ему делать в центре, поэтому он свернул в сквер. Он идет уже около минуты, но нет даже намёка на какие-то полянки для пикников или аккуратный бордюрчик. Это оказался лес. Зато зелень здесь скошенная, но, наверное, не для ходьбы по ней. Немножко лавочек и совсем небольшое количество фонарей создают вид прогулочной дороги. Но какой-то через чур одинокой. Он почти допивает кофе, но не может найти поблизости мусорное ведро. Начав поиски, он увидел силуэт какого-то знакомого человека. Кажется, это был кто-то из литературного класса. - Чонин! Привет! Он сидел на лавочке. В руках была какая-то книга - скорее всего, довольно старая, так как обложка была слегла потрёпанная. - Ох, что занесло тебя сюда, Джисони? Я никогда раньше не встречал тебя здесь. - Я решил... сменить обстановку и прогуляться. Я тут в первый раз, так что... понятно, почему ты не видел меня до этого, - его приятно удивило уменьшительно-ласкательное обращение к Джисону, ибо никто раньше его так не называл. - Обычно сюда приходит не так много людей. После несчастного случая с учеником из нашей школы это место стали обходить. - А, так вот, где это было... - болезненно произнёс Хан. - Ты какой-то грустный сегодня. Взбодрись, Джисони! Погодка хоть и не огонь, но не стоит унывать. - Да как-то... - он садится рядом, - не знаю... странно ощущаю себя в последнее время, - он провел большим пальцем по банке, которая уже успела остыть, - поскорее бы завтрашний день. Думаю, в литературном клубе мне будет легче. - Среда... середина недели. Как бы дожить до завтрашнего дня, чтобы поскорее оказаться в литературном клубе. Понимаю, - вздохнул Чонин. От него исходит такая добрая аура, его улыбка такая лучезарная, рядом с ним будто небо становится чистым. Это вызывает у него доверие. Чонин смотрит в одну точку. Его внимание будто что-то внезапно привлекло. - Кстати, а что за книгу ты читаешь? Ее обложка не выглядит новой. Разве ты читаешь книги не нашего времени? - Иногда приходится. Я очень увлекаюсь современной литературой, но мне надо воспитывать себя. Вековые книги оказывают большое влияние на восприятие окружающих тебя вещей. Ну и иногда Минхо настаивает на том, чтобы я приобщался к классике... - он на секунду замолчал, будто вспомнив что-то, - Я могу посоветовать тебе парочку авторов, если тебя это заинтересует. - Звучит интересно. Мне обязательно надо будет ближе познакомиться с классикой, - улыбнулся Джисон, глядя в глаза Чонина. Тот на мгновение смутился, - кстати, что тебя побудило присоединиться к литературному клубу? - Хм... - он взглянул куда-то сквозь деревья и растерянно сжал губы. Его лицо мгновенно переменилось. Оно стало более серьёзным. - Я почему-то был уверен, что это точно подойдёт мне. Я чувствовал её издалека и хотел коснуться. И я не ошибся. Литература сделала меня мной. Я благодарен этому. Хан наблюдал за его задумчивым лицом. Чонин взглянул ему в глаза: они смотрят друг на друга. Недолгое молчание продлилось будто вечность. Чонин смутился и, отводя взгляд в сторону, промычал долгое «ну». - Может, прогуляемся? Я знаю неподалёку вкусную пекарню - хожу туда иногда после уроков, - произнёс Чонин. Джисон кивнул, и они, поднявшись с места, пошли в обратную сторону. Разговаривая об уроках, о школе, Хан узнал, что Чонин учится в одном классе с Хёнджином. Теперь понятно, почему они так хорошо общаются. Раньше Джисон их не замечал, хоть и находится в параллельном классе. Хотя он не так часто вообще наблюдает за кем-то. Банчан, Чанбин и Минхо тоже одноклассники, но на год старше.       Дойдя до пекарни, Хан почуял вкусный аромат свежей выпечки и подошёл ближе. Рядом с пекарней находился ларёк с сигаретами. Толпа курящих парней стоит возле ларька и что-то активно обсуждает. Хан поморщился от неприятного запаха и старался игнорировать запах сигарет. Чонин лишь равнодушно взглянул на компанию и подошел к пекарне. Те посмотрели на Яна и стали громко говорить о чём-то. - Что-нибудь хочешь? Джисон пошарил по карманам. - Кажется, я не взял с собой деньги... - Ничего, я могу заплатить за тебя. Хан смутился, но ничего говорить не стал. Чонин купил два круассана и подошёл к столику рядом. Еда помогла разрядиться и продолжить разговор. Они общались обо всём, перебивая друг друга. На улице становится холоднее, но это не мешает им обсуждать очередное произведение или то, как они провели лето год назад. Хан начинает вновь чувствовать себя счастливым.       По дороге домой они всё так же активно обсуждали какую-то тему. Среди всех учеников они заметили Хёнджина. - О! - Хван с удивлением воскликнул, - я не ожидал, что вы так быстро подружитесь, - с ноткой будто бы какого-то разочарования произнёс Хенджин. Он улыбнулся, но Хан разглядел какую-то грусть в его глазах. Что так повлияло на него? Сегодня случилось что-то неприятное? - Я прогуливался и встретил Чонина, - объяснил Джисон. - А, понятненько, - протянул он, - я рад, что наш коллектив становится таким дружным. - А ты чего тут сидишь? Ждёшь кого-то? - наконец бросил Чонин. Хёнджин поднял книгу, указав на то, что читал. - В такую спокойную погоду грех не почитать, сам знаешь, - всё ещё улыбаясь, он убрал книгу, отряхнулся и встал, - мы можем пойти вместе. Вы ведь домой? - Думаю, да, мне еще надо анализировать статью... - с досадой ответил Хан. - Отлично, тогда пойдём. На улице начинает темнеть. Джисон поверить не может, что провёл так много времени на прогулке. Он давно не чувствовал этого... детского счастья? Хан пытается вспомнить, когда в последний раз ему удавалось так сидеть с кем-то, беспечно разговаривая обо всём, что приходит в голову. Он благодарит себя, что решил пойти другой дорогой, к новым ощущениям, хотя избегание проблем казалось ему не лучшим решением.       Они доходят до первой развилки, где вчера ушёл Чанбин. Джисон с трепетом вспомнил, что завтра пойдёт в литературный клуб. Он слушал обсуждение Чонина и Хёнджина насчет произведения, которое они сейчас проходят на уроке. Под этот гул они не замечают, как доходят до следующей развилки. Чонин прощается с парнями и уходит. - Странно, - задумался Хёнджин, - Минхо вроде бы пошел вчера с Чанбином по этой дороге. Джисон вопросительно взглянул на него. - Я думал, что он живёт дальше, - пояснил Хван, - кстати, как тебе Чонин? Хан потупил взгляд и задумался, почесав висок. - Ну... он приятный. Я не ожидал его встретить, так как намеревался провести этот день в одиночестве. На самом деле, я думал, что он легкомысленно относится к жизни, но он рассуждает очень глубоко. Он очень умный. Хёнджин посмотрел куда-то вдаль и прищурился. Но он будто пытался кого-то увидеть не на улице, а в собственных рассуждениях. Что-то необходимое, что помогло бы разобраться ему в своих мыслях. - Сегодня ты вновь легко оделся. Погода совсем не пугает тебя? - спросил Хёнджин, улыбнувшись. - Ничуть. Не знаю, почему, но мне довольно тепло, - он взглянул на Хвана, одетого в кофту и джинсовку. Сравнивая с ним, Хан и правда оделся легко - рубашка и летние штаны. Но сейчас это почему-то совершенно не пугает его.       День подходит к концу. Второй день, когда он чувствует нечто новое, с восхищением привлекающее его. Он ощущает необходимость быть тут, в литературном клубе.