Дождь в конце зимы

Небо поливало обильными слезами землю. Было темно и сыро. Просыпаешься, а на улице будто ночь. И вставать совсем не хочется. Самое начало весны, когда грозы ещё не слышно, но в воздухе время от времени, гонимые ветром, качаются тёплые пышные локоны солнца. Весна в этом году просыпается с трудом. Копна каштановых волос всколыхнулась, зашевелилось белоснежное одеяло. Йо выбрался из своего укрытия, но, услышав стук капель по крыше, спрятался обратно. Но ненадолго. — ЙОООО! — Анна круче любого современного будильника, в прошлом настоящем и будущем, шаман знает точно. Йо слышит неторопливые шаги Анны, слышит звук открывающейся двери. Но только зажмуривает глаза сильнее. За что и получает кулаком по голове. — За чтоооо? — хнычет Асакура. — Ты совсем меня за идиотку держишь, притворяясь спящим? — холодный взгляд медиума вполне может заменить ведро ледяной воды с утра пораньше. — Нет, конечно, Анна, — вздыхает бедный Йо, — ты же прекрасно знаешь. В комнате на пару минут наступает благородное молчание. — Собирайся, у нас продукты закончились, а коротышка заболел, — бросает девушка через плечо, красиво отбрасывая отросшие волосы цвета горного мёда через плечо. «Морти заболел? Надо бы ему позвонить», — проносится в мыслях до появления белокурого самурая. На лице Йо всегда появлялась улыбка, когда он видел своего лучшего друга. — Господин Йо, — шепчет Амидамару над ухом, — там такой ужасный ливень. Может, вы не пойдёте? — Никуда уж тут не денешься, — обречённо отвечает Йо в тон своему духу-хранителю. — ЙООООО! — крик внизу оповещает о том, что стоит всё-таки поторопиться. И шаман с перепугу бросается к шкафу, но запутавшись в одеяле и простынях, падает на пол, сильно ударившись носом. Но даже это судьбоносное происшествие не может снизить скорость Йо! Поэтому ровно через десять минут шаман был полностью готов пройти этот долгий и страшный путь сражений с ненастьем. Тепло одевшись и накинув жёлтый дождевик, шаман отправился в дорогу, на прощание помахав скованному алыми бусинами Анны Амидамару. Ветер отчаянно хлистал в лицо крупные капли воды, сбивал с ног, подбрасывал коряги. Сначала Йо был сердит и сосредоточенно обходил ловушки. Но потом он рассмеялся ветру прямо в лицо и побежал по лужам как ненормальный. Бедняга даже задул тише, не в силах прийти в себя. А Йо было хорошо. Он даже согрелся, неприятная зябкая дрожь ушла. Парень был рад даже такой погоде сейчас. На душе вдруг стало легко и приятно. А когда душа поёт, тело редко отстаёт, сами знаете. Вот и Асакура запел. — Стааань камнем и огнём, ветром и водой, маааленький герой, — на этих прекрасных нотах шаман и добрался к магазину. Промокший, запыхавшийся, но счастливый. «Закрыто из-за неполадок с электричеством», — читает Йо вывеску на двери. — Замечательно, — Асакура садится на корточки. Домой возвращаться совсем не хочется. Идти в другой магазин тоже. Поэтому Йо просто сидит и вслушивается в яростные завывания ветра и грустную песню дождя. Он не знает, сколько времени прошло. Но внезапно дождь утих, и Йо открыл глаза. Вдали показалась до боли знакомая фигура. И фурёку… «Хао», — испуганно проносится в голове. — «Но что? Но как?» Ответы Йо получает незамедлительно. — Я всегда слежу за тобой, братишка, — ласково произносит Повелитель Огня. Голос, как и обладатель, в мгновение оказываются на расстоянии вытянутой руки. — Но… — Чего я хочу? — продолжает Хао, и его губы ловко складываются в усмешку — Соскучился. Хао тоже опускается на корточки напротив, заглядывая в самые глаза Йо. Последний не знает, отчего мурашки внезапно пробежали по его позвоночнику. — Не хочешь возвращаться домой? — вкрадчиво спрашивает брат-близнец. Йо кивает в подтверждение и тяжело вздыхает, предчувствуя, сколько дел ему нужно будет переделать, когда он вернётся. У Анны поручения не заканчиваются. Никогда. — Тогда идём со мной, — Хао протягивает руку. — А?.. — Да не бойся, не заберу я тебя у твоей драгоценной Анны и твоих друзей, — смеётся тысячелетний подросток, глядя, как глаза Йо увеличились от испуга и удивления, — По крайней мере пока. Последние слова Хао произнёс жёстче и серьёзнее, ставя точку в разговоре. Йо не знает, почему поверил, почему пошёл. Он почувствовал. Брат не хочет ему зла. Хао телепортировал Йо куда-то в густой тёмно-зелёный лес, отдающий древностью и покрытый спешащим за горизонт туманом. Йо инстинктивно поёжился. В лёгких билась сила, с каждым новым вдохом проникала в капилляры и разносилась артериями по телу. Ноги непослушно подкосились. Если бы не тёплая и сильная рука Хао, вовремя подхватившая непослушное тело, Йо бы упал. — Дыши медленнее, — властно шепчет старший, прижимая брата к себе поближе. — Что это за место? — полушёпотом спрашивает Йо, послушно выполняя указания Хао. — Лес самых первых шаманов. Когда-то давно здесь жили предки всех ныне живущих на Земле шаманов. Тысячу лет назад мне показал его один из духов, которого я освободил. Хао шепчет что-то на странном, но красивом языке, вопрошающе глядя вглубь чащи. Йо непонимающе хлопает ресницами, всё ещё пытаясь прийти в себя. До тех пор, пока из глубины леса не подул ветер. Йо готов был поклясться, что если бы не железная воля его брата, его бы этот ветер унёс как пушинку. И не сказать, что он был бы против. Слишком здесь всё было притягательное и… родное, что ли. На ветвях и камнях сидел любознательный мох. Ноги тонули в полупрозрачной туманной дымке. Высокие многовековые деревья загромождали небо, и казалось, что они сами были им. Между деревьями то и дело светились и гасли голубые огни — духи этого места. — Они не против принять нас здесь, — громко говорит Хао и счастливо заглядывает в уставшее лицо Йо. Йо не помнит, что было дальше. Только глаза тёмного горького шоколада, которые затем превратились в звёздное небо. Очнулся Йо в палатке, укрытый тёплым бежевым пончо брата. Голова гудела жутко. Почему-то сильно хотелось пить. Пульс не хотел успокаиваться, пелена перед глазами не спадала, как бы сильно Асакура ни моргал. — Проснулся? — Хао вошёл бесшумно, как и подобает настоящему воину. Амидамару бы поставил его в пример. При других обстоятельствах. Стало обидно за брата. Никто не хочет его понять, никто не хочет ему помочь. Все боятся его. Но был ли хоть один, кто действительно искренне верил в него с того момента все его реинкарнации? — Воды, Хао, пожалуйста, — Йо так красиво облизывает пересохшие губы, что Хао на минуту теряется в реальности. Но, опомнившись, достаёт алый кувшин, присаживается рядом и помогает напиться. Но жажда не проходит. Йо в отчаянии хватается за новую сухую одежду, предоставленную судя по всему его же братом, пока тот спал. — Сколько сейчас времени? — сипит Йо, сдерживая голос. — Солнце село совсем недавно, — Хао внимательно вглядывается в каждое движение, и Йо становится не по себе. Младший брат пытается встать. — Мне нужно домой, — самому себе твердит несколько раз Йо, но тут же падает в заботливые и надёжные руки брата. — Йо? — в глазах брата непонимание, удивление и примесь чего-то такого, что Йо ещё не до конца не понимает. — Мне жарко, — Йо и вправду пышет жаром, — Хао, что со мной? — имя брата срывается в мучительном стоне. Тело изнывает и потряхивает. Кажущаяся холодной рука Хао ложится на щёку и Йо трётся о неё, словно котёнок, стараясь унять самого себя. — Слишком рано я тебя туда отвёл, — Повелитель Огня закусывает губу и замирает у лица брата на мгновение, а потом впивается поцелуем, проталкивая сильный язык сквозь мягкие податливые губы. Одурманенный напором, Йо отвечает, неумело и так нежно. Ищет своим языком язык Хао, а когда находит, посасывает и сплетает их вместе, громко постанывая в поцелуй. Хао отстраняется, но когда слышит протестующий стон близнеца, укладывает обратно на кровать и накрывает его собственным телом, прижимаясь ближе. — Другого выхода у нас всё равно нет, но так ты с ума меня сведёшь, Йо — шепчет он в губы перед тем, как снова поцеловать. Разум Йо затопили инстинкты. Ему хотелось. Безумно хотелось рядом Хао. Только его. Нет, не только рядом. Соединиться. Стать одним целым. Йо закидывает ноги на Хао и сцепляет их на его талии в замок. От полного контроля тысячелетнего шамана не осталось и следа. Горящие костры, согревающие его приспешников, вмиг поднимаются ярким столбом ввысь на несколько метров, нарушая мерное столкновение молекул. Напуганная Опачо спешит в палатку к господину. Она одна имела право входить туда. Все чувствовали Йо здесь, но никто не понимал, что происходит. На пути у маленькой девочки становится дух Огня, загораживая путь рукой. — Беспокоить нельзя? — опечаленно спрашивает шаманка. — Но всё хорошо? Алое чудовище будто подмигивает своим изумрудным красивым глазом и медленно кивает. Опачо убегает вниз к Мари, Мати и Канне. Чтобы их успокоить и, конечно же, поиграть в куклы. Они обещали. — Хочу тебя, хочу, — хнычет Йо вперемешку со стонами, — Хао, прошу, стань со мной одним целым. Скорее… Я больше не вынесу. На глазах слёзы, волосы разметались на подушке, напоминая расплескавшееся какао. Порванная рубашка, сильно вздымающаяся грудь. А в самих глазах Йо, отливающими чёрным согретым солнцем чаем, плескается необузданное желание. И это желание будоражит звёздную кровь Хао. Он рывком спускает штаны с Йо, вызывая у того довольный крик. — Хаааао, — невыносимо терпеть этот сладкий голос, зовущий по имени и так отчаянно умоляющий. Хао вводит внутрь сразу два пальца, потому что внутри уже всё влажно. Мышцы так сильно сжимают, что Хао не выдерживает и стонет сам на ухо Йо, а затем покрывает рваными поцелуями шею, ключицу. А близнец откликается на каждое движение. — Войди, — Йо дрожащими руками хватает Хао за лицо, снова простонав в губы его имя. — Чёрт, Йо, — и Хао входит рывком. Йо в этот же момент сильно толкается навстречу, помогая плоти брата войти до основания. Слёзы слетают из глаз от боли и дикого наслаждения, чувства глубокого удовлетворения. Оба дают себе передышку. Но потом Хао выбивает у Йо стоны до самого рассвета. До хрипоты. До полной потери голоса. И Йо довольный засыпает на плече у Повелителя Огня. А Хао, сверкая алыми глазами, наполненный новой силой, решительный и могучий, как никогда, сейчас перебирает волосы любимого. — Теперь, Йо, когда мы едины, я не отдам тебя никому.