сигареты на двоих

       чанбин с крисом делит пачку сигарет, позволяя другу забрать последнюю. газ в зажигалке почти кончился, его попусту тратить нельзя, но со ничего не говорит, когда бан несколько раз зажигает её, бессовестно укорачивая срок жизни вещицы. чанбин с крисом квартиру снимает, а ещё совместные треки пишет.        жизнь лёгкой никогда не была — долги, за неуплату которых окажешься на улице и ссохнешься от голода, учёба, на которой профессоры и профессорки (озлобленные на жизнь старики и старухи) то и дело намереваются поживиться твоей кровью, работа, отнимающая последние силы и желание существовать к концу трудового дня.        вдвоём держаться было... проще, что ли.        цены на жильё, делёные на двоих казались не такими неподъёмными, всегда есть кому помочь с домашкой и с кем пойти в бар после работы в пятницу, кладя самый что ни на есть большой орган из всех возможных на печень и на своё самочувствие на следующий день.        башка после водки с пивом (именно в таком порядке) трещит не по-детски, от солнечного света, пробивающегося сквозь дешёвые шторы блевать тянет; везёт, что есть чан, с которым пили вроде как одинаково, да только тот на человека похож, и с ехидной ухмылкой готов другу подать стакан воды с уже растворённой в нём таблеткой.

***

       погода ни к чёрту. некогда голубое небо затянуто сизыми тучами, явно намекая на скорое начало ливня. чанбин на балконе стоит хмурый весь, оглядывая старые серые дома. — что, с феликсом не свезло? — с порога спрашивает вышедший на балкон бан, сжимая сигарету между зубами, после делясь с другом. — ага, — угрюмо отвечает парень, подкуривая и затягиваясь, — сказал, что в общении с карликами не заинтересован. хохот блондина заставляет со раздражённо фыркнуть, и тем не менее смех приятеля всё же слегка, но настроение поднимает. — знаешь, что тебе нужно в такую чудесную пятницу? — что? — сходить со старым добрым кристофером в бар. — без обид, но мне не в кайф каждое утро субботы просыпаться с ебаным похмельем и желанием оторвать себе башку. — в этот раз ограничимся парой коктейлей. — чан выдыхает дым, туша сигарету о подоконник. — звучит по-пидорски. — идёшь?        на улице идёт дождь.        двое парней стоят у бара под козырьком, спиной прислонившись к грязно-серому кирпичу. они и правда выпили всего по одному коктейлю, так что сейчас оба трезвы.        чанбин с крисом делит пачку сигарет, позволяя... другу (?) забрать последнюю. с чаном, в целом, комфортно. иначе зачем бы с ним было делить квартиру, правда?        вот только кое-чего чанбин всё же не может понять.        глядя на худые бледные пальцы, сжимающие никотиновую палочку, на пухлые сухие губы, придерживающие фильтр, на спутавшиеся пшеничные волосы, прядями спадающие на добрые, но грустные глаза, чанбин не мог понять одного. — и чего ж к тебе, тянет-то так, блять... — я обаятельный, — чуть помешкав отвечает крис, делая очередную затяжку, после выпуская едкий дым из лёгких. — и то правда. — каким-то не своим голосом хрипит брюнет, принимая из рук криса оставшуюся половину сигареты.        дождь и не думает прекращаться, зонтов у ребят с собой нет, так что приходится посильнее натянуть капюшоны толстовок, быстрым шагом семеня в сторону остановки. глядя на время, оба понимают, что транспорт уже час как не ходит, так что до дома, видимо, добираться придётся пешком.        у чанбина на душе отчего-то кошки скребут, в то время как у чана детство в жопе заиграло: тот непринуждённо перепрыгивает через лужи, улыбаясь несильно и думая о своём. со фыркает, когда брызги от очередного прыжка попадают ему на джинсы; крис краснеет слегка, тихо "прости" говорит, и больше не прыгает.        дома они сидят под пледом на диване, стараясь высохнуть поскорее и согреться. намокшая одежда висит на батарее, так что оба сейчас лишь в шортах домашних и футболках, но контакт кожи их вовсе не смущает — слишком долго знакомы для этого. по крайней мере, так кажется.        не то что бы чан чанбину нравился, просто с ним уютно и тепло рядом; бан и не гей вроде как, так что мыслей насчёт него таких возникать не должно, но со борется с желанием обнять, раствориться в руках друга (?). взгляд младшего не остаётся незамеченным, да и блондин не глупый — по глазам (тем более, таким знакомым) читать умеет, так что с широкой улыбкой расставляет руки для объятий.        чанбин фыркает для приличия, прежде чем устроиться поудобнее в чановых руках, потому что ну по-пидорски как-то, и слабые стороны свои показывать вовсе не хочется; старший же вообще о таких вещах не думает — обниматься он любит и ничего такого в этом никогда не видел, так что лишь крепче сжимает друга, в шутку целуя (хотя, скорее, клюя) куда-то в щёку, заставляя того громко возмущаться и остервенело вытирать лицо.        они оба засыпают очень скоро — утомительная прогулка в купе с дождём и небольшой, но всё же дозой алкоголя дают о себе знать, и парни срубаются прямо так — в объятиях друг друга, под одним пледом.

***

       чанбин просыпается первым; на дворе ночь, в квартире темно, лишь маленькая настольная лампа в гостиной горит, тусклым светом освещая небольшую комнату. он поворачивает голову, видя лежащего под ним чана тут же смущается, пытается аккуратно встать, что бы друга не разбудить.        на балконе достаточно прохладно, так что со возвращается в комнату, быстро хватая какую-то кофту с дивана. неожиданно, в кофте находится пачка сигарет. там всего штук семь осталось, но уже неплохо — до стипендии дожить можно.        брюнет чиркает зажигалкой, прикуривая. после прошедшего дождя небо красивое — облака и тучи расползлись, так что звёзды видно очень даже хорошо. заглядевшись на отдалённые космические тела парень даже не замечает, как дверь балкона приоткрывается, и туда проскальзывает чан. — стрельнешь? чанбин подскакивает от неожиданности, слегка охая, но пачку протягивает. — дурак, напугал, блять.        бан усмехается, поджигая сигарету, затягиваясь и выдыхая дым из лёгких. на некоторое время между юношами царит тишина, но не привычная для них двоих, уютная, а такая, что хоть ножницами режь.        — знаешь, я вот вроде не пил ни черта, а кажется, словно напился, — как-то осторожно начинает крис, поглядывая на бина со странным блеском в глазах, — как ты себя чувствуешь? — честно? паршиво, — выдыхает младший. на вопросительный взгляд чана тот лишь плечами жмёт, затягиваясь вновь. ему приходится вновь посмотреть в сторону австралийца, что бы понять, что взгляд вовсе не вопросительный, — чан? ты во мне так дыру протрёшь, — неуверенно пытается отшутиться брюнет, на автомате разворачиваясь к другу полностью.        они смотрят в глаза друг другу ещё какое-то время; кажется, проходит много времени, несколько звёзд успевают упасть, а мир чанбина успевает перевернуться несколько раз, когда чан наклоняется и целует.        прикосновение робкое и неуверенное, пропитанное каким-то призрачным отчаянием и персиковым бальзамом для губ; со требуется всего четыре секунды, чтобы осознать, что происходит, но кристофер к тому моменту уже отстраняется, виновато глядя на... друга?        чанбин чувствует необходимость что-то сказать, знает, что должен, но слова комом в горле встают, не давая возможности сказать бану, что всё нормально; он видит в карих глазах напротив, как мир их обладателя рушится, и бин сделать даже ничего не может, просто стоит и смотрит. — чан, я... — голос неуверенно ломается и хрипит, отнимая последние капли уверенности. — не говори ничего, извини. не знаю, что на меня нашло. я пойду спать, прости.        блондин разворачивается в сторону к двери, готовый вот-вот закричать от чувства разбитости и безысходности; чанбин, наконец-то получает контроль над своим телом. ему требуются другие четыре секунды, чтобы за запястье притянуть хёна к себе, неуверенно прикасаясь к его губам. бин быстро усиляет напор, слегка сминая чужие потрескавшиеся губы, он чувствует, как чан дрожит и начинает дрожать сам. кристофер пальцы их сплетает, как-то не до конца понимая, что вообще происходит.

***

       чанбин с крисом делит пачку сигарет, позволяя другу забрать последнюю. газ в зажигалке почти кончился, его попусту тратить нельзя, но со ничего не говорит, когда бан несколько раз зажигает её, бессовестно укорачивая срок жизни вещицы. чанбин с крисом квартиру снимает, а ещё совместные треки пишет.               они целуются каждый вечер на балконе, помогают друг другу с домашкой, по выходным ходят в бар, а ещё любят, кажется.