Под клетчатой юбкой

Мидория был настолько подавлен молчанием Тодороки, что ему было плевать на все. На оборачивающихся и глядящих ему вслед мужчин, на то, что дома его наверняка ждет мама, а на вечеринке с ним могут сделать что-то плохое. Он тащился по улице, волоча за собой ноги приближаясь к дому, откуда доносились звуки музыки. Изуку не рассчитывал пересечься здесь с Ураракой, по ее рассказам она всегда сидела где-то в дальнем углу снятого дома и разговаривала о чем-то с подругами. А еще из ее рассказов Мидория понял, что в самом центре комнаты, где обычно располагалась гостиная или кухня, стояли алкогольные напитки. Все его последующие действия были словно под действием психоделических таблеток. Пейзаж из сверкающих лампочек и темного неба сливался в одну большую и совершенно непонятную картину какого-то художника импрессиониста. Деку толкнул дверь от себя и едва не прихлопнул ею какую-то темноволосую девушку с прямой челкой и причудливыми серьгами в ушах. — Осторожнее, — недовольно цокнула языком она, выдыхая из ноздрей сигаретный дым. Мидория засмотрелся на девушку, но рассматривал он скорее не ее черты лица, а просто смотрел сквозь нее, хотя со стороны могло показаться, что он чертовски неприлично пялится на незнакомку. — Подвинься уже, — фыркнула она, толкая бедром Изуку и скрываясь где-то во дворе дома. Деку закатил глаза, заходя внутрь. В уши ударила громкая музыка, перед глазами все сверкало, мельтешило, прыгало, вертелось, заставляя Мидорию прижиматься к стенке, пробираться куда-то в центр дома едва ли не на ощупь. В какой-то момент Изуку показалось, что он ползет по потолку, от чего неконтролируемо вскрикнул. Его сознание вернулось в реальный мир, а вокруг никто и не заметил его возгласа. Здесь было не так уж и плохо. Все заняты своим, но замкнуты в одном помещении с алкоголем, друг другом и несколькими свободными комнатами для уединения, о чем, если честно, Деку особо и не думал. Его разум дурманила обида на Шото, на себя, за то что был таким дураком. Ухватив первую попавшуюся бутылку, Мидория пьет с горла едва ли не залпом, кривя лицо от неприятного привкуса, однако продолжая давиться напитком. Он должен был забыться. Если не сейчас, то когда? Он потерял счет времени среди криков, вечных телодвижений, как вдруг мидориевы плечи оказались сжаты чьей-то не особо сильной хваткой. — Деку! Мидория поморщился, опуская бутылку куда-то вниз, однако не выпуская ее из рук. Деку прищурил глаза, несколько раз моргнул и наконец увидел перед собой Урараку. Но она не выглядела радостной, ее словно переполнял гнев и негодование. — Ты что здесь делаешь? — если бы в комнате было не так шумно, она бы шептала, но из-за раздирающей уши и сознание музыки, ой приходилось кричать, чтобы Изуку ее услышал. — Пью, — невозмутимо кивает сам себе Мидория. Очако хватает его за запястье и тянет прочь от стола с напитками. Наконец они вышли в сад, где было слегка потише. Урарака прижала Деку к стене. — Какого черта ты сюда так приперся? — она перешла на шепот, — я думала у вас с Тодороки свидание. Мидория поморщил лоб. — Я не знаю о чем ты. Урарака закатила глаза. — Ты в курсе что ты можешь отхватить кучу проблем, просто потому что ты приперся сюда в таком виде? — девушка обвинительно указала пальцем на юбку Деку. —Мне все равно, — откинул голову назад Мидория, безучастно пожимая плечами. — Сам ангел хранит твою задницу, скажи спасибо, что Каминари попросил меня сгонять за текиллой. Мы сейчас же идем домой, — решительно заявила девушка, крепко сжимая кулаки. Она прекрасно понимала, на что мог нарваться молодой парень, чертовски привлекательно разодетый в вызывающий наряд. Мидория молчал, закрыв глаза, он стоял, запрокинув голову к небу и прижавшись спиной к каменной стене дома. — Блять, — выругалась Очако, — я забыла за столом свою сумку. Оставайся здесь и не смей ни с кем говорить, чем меньше людей тебя увидит, тем лучше. Урарака мгновенно скрылась за входной дверью. Деку приоткрыл глаза и нащупал в кармане телефон. По-прежнему никаких сообщений. на экранных часах была почти полночь. Деку хотел было открыть чат с Тодороки и написать ему еще, как вдруг Изуку составила компанию высокая фигура незнакомого парня. Он перегородил дорогу Мидории к отступлению, одной рукой упершись в стену слева от несчастного парня. — Почему одна? — поднял брови блондинистый парень с невозможно растрепанной прической. — Не одна, — буркнул себе под нос Мидория, изо всех сил стараясь отыскать в чатах Тодороки. Перед глазами все плыло и предательски расплывалось так, что Изуку не мог сообразить, правильно ли он держит телефон. — Не вижу здесь никого, — передернул широкими плечами незнакомец, наклоняясь к Деку. — Кто тебя сюда позвал? — Это не твое дело, — Изуку отворачивается, но сильная рука парня возвращает хрупкое тело парня в исходное положение. — Ты дерзкая. Мидория закатил глаза, на что незнакомец грубо ухватил его за подбородок и повернул к себе. — Но даже с таким херовым характером ты ничего такая, — он впился взглядом в изумрудно-зеленые, сейчас широко распахнутые от страха, глаза Изуку. — Ты даже не знаешь меня, чтобы такое говорить, — Мидория, кажется, потерял последнюю каплю самосохранения и попытался выкрутиться из хватки наглеца. Блондин поднял брови. Кажется, он не ожидал такого ответа от, на вид, запуганной девушки. Он отпустил подбородок Изуку, но не отступил назад. Их искрометные переглядки прервал вибрирующий в руке Мидории телефон. На экране высветился незнакомый номер и Деку едва не задохнулся. В его душе почему-то зажегся огонек бессмысленной надежды. Кто мог звонить в такое время? Изуку, не обращая внимание на то, как незнакомец искривил губы при виде звонка, быстро отвечает на звонок. — Да? — все, что говорит он как можно более спокойным голосом. Но даже так он звучал чертовски пьяно. — Деку? — знакомый голос с другого конца телефонной линии заставил мир Изуку рухнуть. Это был Тодороки. Мидория раскрыл рот, но не смел ничего сказать. — Деку? Это ты? — Я, — едва не скуля мямлит Мидория, обхватывая смартфон обеими руками и прижимая его к уху так, словно от этого зависела вся его жизнь. Он ощутил как его ноги стали ватными от нахлынувших эмоций. Ему точно это все не кажется? — Мне столько нужно тебе сказать. На самом деле... — Шото не договорил, как вдруг его прервал наглый высоченный парень. Из рук Мидории был нагло выхвачен телефон. — Извини, но эта чикса сейчас слегка занята мной, — говорит незнакомец в трубку и нажимает на сброс телефонного звонка. Сердце Деку, кажется, крошится на сотни маленьких частей. Он не в силах что-то сказать, что-то сделать или хотя бы позвать на помощь. Куда подевалась Урарака? Казалось, прошли тысячелетия с момента, когда она ушла. Или, быть может, прошло лишь несколько мгновений? — Ты, я смотрю, действительно с характером, детка, — он грубо продолжает присваивать себе смартфон Мидории. У Изуку подкосились ноги. Наглый парень не выключал экран специально, а сейчас опустил взгляд в телефон, начав стучать пальцами по экрану. — Что ты делаешь? — Мидория собрал все силы опьяненного алкоголем организма и ударил маленьким кулачком по плечу парня. Он даже не шелохнулся. — Подписываюсь на себя с твоего аккаунта, — хмыкнул он. Из-за двери показалась Урарака. Она застыла в дверном проеме, однако ее удивление почти моментально сменилось на гнев. — Я же просила! — разозлилась она, сжимая лямку сумки через плечо обеими руками. Деку растерялся. — Бакуго, — она скривила губы. — Почему ты пристаешь... — она украдкой взглянула на пошатнувшегося Изуку. —...к ней? — Потому что она секси, — пожал плечами Кацуки. — Он у тебя что-то забрал? — Очако перевела взгляд на Мидорию и тот незамедлительно кивнул настолько, насколько его организм позволял сделать этот кивок. Конечно, это было похоже больше на судорогу. — Бакуго, задница, — прошипела Урарака. Кажется, они не поладили в разгар вечеринки. Изуку не растерялся и подпрыгнув, выхватил телефон из рук Кацуки, что сверлил взглядом Очако. Бакуго инстинктивно ухватил Мидорию за запястье стальной хваткой, сжав его так, словно вот-вот готов сломать его точно тонкую веточку. Однако, хватка ослабла так же быстро, как и появилась на руке Изуку. Приземлившись на ноги, Мидория удачно начал свою карьеру падения лицом в траву, однако одноклассница быстро его подхватила прежде, чем Кацки успел применить силу. — Пошел нахер, — Урарака улыбнулась, выставляя вперед себя кулак с оттопыренным средним пальцем, второй рукой она придерживала валящегося с ног Мидорию. Деку еще никогда ее такой не видел. Вот они оба идут по тихой улице. Урарака что-то пречитает, активно и театрально жестикулируя руками, а Деку даже ее не слушает. Он набирает неизвестный номер и слушает гудки, доносящиеся из динамика. Тишина. Изуку вдыхает полные легкие воздуха, стараясь успокоиться. Его домогался парень из параллельного класса и Мидория чувствовал себя вещью после таких слов в свой адрес. От этого холодок бродил по его спине, не давая согреться. Гудок. Никто не отвечает. Мидория весь дрожит, одной рукой упрямо продолжая сжимать горлышко полу-пустой бутылки вина, а второй держа телефон, в который он неотрывно глядел. Гудок. Деку распускает волосы, надевая тонкую резинку для волос на собственное тонкое и невозможно бледное запястье, на котором теперь красовалась алая отметина от железной хватки Кацуки. Какой же этот парень мудак. Гудок. Мидория теряет надежду и теперь даже не смотрит на небо. Периодически его ноги заплетаются друг о друга, парень спотыкается восьмой раз за минуту. Последний гудок. Мир Деку рушится. — Деку? — в трубку едва ли не кричит голос Тодороки. — Что это черт возьми было?