Спутница Аида

      Алексис Поттер любила сравнивать себя с Персефоной.       Иногда, в моменты хорошего настроения, она даже позволяла себе думать, что они похожи внешне.       Тот же ироничный изгиб губ, словно бы обещающий пренеприятную кару тем, кто рискнет пойти против ее слова.       Те же тонкие брови, которые она иногда приподнимает в удивлении. Алексис не любит хмурится — боится появления морщин.       Она вообще боится того, чего не следует. Например, появления морщин или плохо сдать экзамен. И совершенно не боится того, чего боятся все остальные, нормальные, люди. Она совершенно не боится Ужас Подземелий Хогвартса. Ни Снейпа, на которого ей все равно, ни Василиска, с которым она даже подружилась.       Ей кажется, что Персефоне по статусу положено дружить с различными подземными тварями. Особенно с Цербером. Потому она и одолжила у Хагрида Пушка, поселив его сначала в Запретном Лесу, а потом и в самом Хогвартсе, в одном из тайных ходов, ведущих к Василиску.       Полувеликан, конечно, искал своего питомца, но безуспешно. Никто не видел как, когда и куда уводили эту маленькую собачку. В том числе и Алексис. Со временем дело замяли, ввиду появления новых проблем.       На третьем курсе, во время побега Блэка из Азкабана, она думала, что нашла себе своего Аида. Пусть любовь была бы и не такой, как в мифе, но этим она была готова пожертвовать. Ведь почему бы не считать беглого преступника (убийцу!) Злом?       Разочарование было велико. Очень.       Мало того, что Зло не оправдало возложенных на него надежд, так еще и оказалось в реальности белым и пушистым, больше похожим на добро. А заведовал этим «добром» Дамблдор, которого она люто презирала.       На следующем курсе, когда все вокруг были заняты Турниром Трех Волшебников, она вновь занялась поисками своего Аида. Ведь Персефона не может править без него. Это аксиома.       Нашла она его только к концу пятого курса, попав случайно с Гриффиндорцами в Министерство Магии, где на ее глазах состоялась дуэль между директором Хогвартса и воскресшим Темным Лордом.       А сама Алексис в тот день впервые убила. И ни секунды своей жизни не жалела об этом. Беллатриса Лейстрендж должна быть мертва. За то, что она сделала с Сириусом Блэком. И никак иначе.       В тот день на и так слабое психическое состояние, расшатанное мифами, исполняющейся наяву сказкой и убийством, наложилась картина схватки. Алексис выбрала себе своего Аида.       Тогда в Министерстве Темный Лорд потерял в схватке одну из своих самых верных соратниц, но приобрел нечто большее.       Ту, что привела его к победе, заставив весь Магический мир склонить головы и встать на колени.