Перепиши свою жизнь

Тёплый, уже весенний ветер щекотал лица шиноби, только возвращающихся с задания. Солнце то и дело выглядывало из-за облаков, щедро одаривая тёмную, безжизненную землю красно-фиолетовым светом. — Какаши! Мы с тобой соревновались уже сотни раз. Надо бы ещё разок! — решительно прокричал густобровый мужчина. На что его напарник лишь устало взглянул в сторону единственным открытым глазом и тяжело вздохнул, как вдруг его внимание что-то привлекло. — Погоди, там что-то вдалеке, — с долей сомнения в голосе проговорил ниндзя. Закипающий от отсутствия внимания в свою сторону Гай всё же решил взглянуть на ярко выделяющийся на фоне темно-красной почвы объект. Он был неподвижен, ничтожно мал в масштабах пустыря, будто светился белым, призывая заметить его. Шиноби обменялись немыми взглядами и побежали в сторону белого пятна. Шаг за шагом их догадки находили подтверждение в постепенно приближающемся силуэте. На земле лежала девочка лет шести-семи. Хотя было сложно точно определить возраст, она была явно истощена, руки и ноги были настолько тонкими, что казалось сломаются от неосторожного взгляда, а всё остальное тело было скрыто длинными белоснежными волосами. Шиноби в зелёном костюме не веря своим глазам уставился на девочку и с какой-то злобой взъерошил волосы. — Ближайший населённый пункт находится в радиусе сорока километров! Что здесь делает ребёнок такого возраста? — не скрывая возмущения спросил Гай. Его товарищ лишь молча наклонился и осторожно убрал волосы с шеи девочки, чтобы проверить пульс. — Она жива, — сухо констатировал шиноби, как вдруг на его глаза попалась метка, что скрывалась на шее под прядями волос. — Взгляни-ка, похоже на знак клана, — подметил густобровый, — будет лучше отнести её в ближайшую деревню, нам как раз по пути, а там уже разберутся. Напарник лишь кивнул и поднял невесомое тело. На рассвете двое шиноби влетели в маленькую деревушку, потревожив покой местных жителей. — Срочно, врача! Есть в деревне врач?! — во все горло закричал Гай. — Нам нужна помощь! На несколько секунд в воздухе повисла тишина. — Что у вас случилось? — обеспокоенный голос девушки словно возобновил ход жизни на маленькой улице. — Я местный врач, работаю в нескольких деревнях поблизости. — Мы нашли её в сорока километрах отсюда, — Какаши указал взглядом на девочку, что лежала у него на руках. — Мой дом находится недалеко отсюда, я осмотрю её там, — быстро проговорила молодая девушка. Все дома в деревне были крошечными, на вид старые, доски скрипели даже от порывов ветра и дом местного врача был не исключением. После тщательного осмотра, девушка перевела взгляд на густобрового шиноби. — У неё сильное истощение, обезвоживание, и практически не осталось чакры. Физических повреждений нет. Я поставила ей капельницу, остаётся только ждать когда она очнётся, — с ноткой жалости в голосе сообщила она. В головах шиноби появилось ещё больше вопросов. ''Кто мог довести маленького ребёнка до такого состояния? Как она прошла столько километров, откуда, и прошла ли сама или её кто-то оставил? Более того, кому могло придти в голову выкачивать чакру…'' — Вы не узнаёте её? Мы могли предположить, что она из вашей деревни, это ведь ближайший населённый пункт от того места где мы её нашли, — с явной надеждой спросил Гай. — Если вы местный медик, то наверняка знаете здесь многих. Девушка лишь отрицательно покачала головой. — Я знаю всех детей в этой и во всех ближайших деревнях, могу сказать точно, что она не из этих краёв. А это вызывает у меня ещё большее удивление… — она указала на ноги ребёнка. — На ногах нет ни пылинки я молчу про ссадины. Вы точно нашли её без обуви? — Точно. И вокруг ничего не было, — сухо сообщил Какаши, который вот уже час сидел явно над чем-то задумавшись. Глаза Гая вдруг загорелись. — А, точно, у девочки метка сзади на шее. Уверен вы узнаете её, если она хоть однажды вам встречалась. — подавшись вперёд от напряжения выдал он. Девушка осторожно повернула голову ребёнка, всматриваясь в изображение на коже, затем перевела взгляд на мужчин. — Похоже на цветок камелии. Но это совсем ни о чём не говорит мне, извините, — на выдохе констатировала она. На лице напарников появилась растерянность. — Мы останемся здесь до следующего утра. Немного отдохнём и тогда уже решим, что делать дальше, — сладко зевнув протянул Какаши. — Вы можете остаться в моем доме, здесь есть свободная комната. Но так или иначе, вы не можете уйти из деревни без девочки. Я не смогу найти её семью, и приюта поблизости тоже нет. Никто из местных не захочет брать на себя такую ответственность. — впервые в мягком голосе девушки-медика прозвучала строгость. Гай озадаченно почесал затылок. — Что ж, на время поиска её семьи нам придётся оставить её в приюте Канохи. — после этих слов он был окинут явно неодобрительным взглядом напарника, который незамедлительно отправился в гостевую комнату. — Меня зовут Хироко, — прервав тишину представилась девушка. — Я Майто Гай, шиноби Конохи, — с фирменной улыбкой выпалил мужчина. Запоздалое знакомство хоть и разрядило напряженную обстановку, но не помогло наладить контакт между незнакомцами. Осознав это, шиноби уже собирался последовать за напарником, чтобы хорошо отдохнуть перед длинной дорогой, как краем глаза уловил движения. У девочки едва двигался палец. Затем другой. Затем на какой-то миг движение прекратилось. Наблюдавшие замерли в ожидании после чего резко и шумно вздохнув, девочка подскочила широко открыв глаза, напугав не только шиноби, но и сидящего совсем близко медика. Мгновенно придя в себя, Хироко взяла ребёнка за руку и стала поглаживать по спине. — Всё в порядке, ты в безопасности, дыши. Я врач, а этот господин нашёл тебе неподалёку. Ты можешь рассказать что случилось? Девочка медленно повернула голову на звук женского голоса. — Включите свет, ничего не видно… Где я? Голос был тихим, дыхание наконец успокоилось. Увидев, что девочка пришла в себя шиноби почувствовал облегчение. — Ха-ха, юная леди, вы должно быть шутите, на дворе утро… — рассмеялся Гай, но увидев выражение лица Хироко, собрал несложный пазл, который собирать совсем не хотелось, в своей голове, и улыбка на его лице тут же угасла. Хироко, стараясь не выдавать волнения, взглянула в глаза ребёнка и твёрдо убедилась, что не знает никого с такими глазами. Левый был рубиново-красный, а правый чёрный. Дети с гетерохромией встречаются крайне редко, да и от тех родители отказываются, считая таких детей проклятыми. — Ты помнишь, где ты живёшь? Из какой ты деревни? — мягко спросила медик. Над комнатой повисло напряжённое молчание. Тишина тянулась не меньше минуты. Девочка смотрела будто в пустоту, то моргая слишком часто, то замирая вовсе. — Я не помню, — чётко проговорила она. На лице не было ни растерянности, ни испуга, что не могло не удивить присутствующих. Возможно, все ожидали услышать просьбы о помощи, желание вернуться домой к родителям и конечно же всё это в перемешку с детским плачем. — Хотя бы имя своё помнишь? — задал вопрос внезапно появившийся в дверном проёме Какаши. Далее снова последовала тишина, которую все присутствующие боялись нарушить и спугнуть потерянные воспоминания. — Нет, — после небольшой паузы ответила девочка. Гай посмотрел на Хироко с вопросом и ноткой досады в глазах, на что получил в ответ кивок в сторону двери. Выйдя за которую, все трое пришли к выводу, что девочку все же придётся забрать в приют Конохи. А слова медика превратили в пыль надежды на то, что девочка сможет остаться здесь и найти своих родителей: — Я не могу дать гарантий, что её память или зрение восстановятся, но могу сказать точно, что это не результат физического воздействия, это не травма, как один из вариантов — сильное эмоциональное потрясение. Никаких прогнозов, к сожалению, я вам не предоставлю. Здесь вам ждать не зачем, в приюте разберутся, как поступить с ней, — выпалила Хироко и поспешила к ребёнку. Девочка сидела на кровати, её белые длинные волосы аккуратно и даже как-то аристократично струились вниз по спине и собирались на кровати блестящими завивающимися локонами. При свете Весеннего солнца можно было заметить идеальную фарфоровую кожу, миниатюрное, с тонкими чертами лицо. Несмотря на неудовлетворительное состояние она сидела с королевской осанкой, благородно сложив друг на друга изящные кисти рук. — Я слышу как поют птицы. Сейчас и правда день? — повернув голову на звук шагов спросила она. Хироко подошла к малышке и взяла за руку. — Я думаю, что когда ты хорошо отдохнёшь, твои глаза придут в норму, не переживай. Я принесу тебе что-нибудь покушать, а ты ложись и набирайся сил. Девочка одёрнула руку и опустила голову. — Куда мне идти теперь, если я не помню, где мой дом? — с какой-то взрослой серьёзностью сказанная ею фраза заставила Хироко подумать, что возможно девочка не так мала насколько выглядит. — Мы отведем тебя в детский приют Конохи. — войдя в комнату объявил Какаши. — Что ж, звучит не так страшно, — выдохнув с облегчением и откинувшись на подушку, ответила девочка. — Какая она, эта ваша Коноха?

***

На рассвете следующего дня все трое выдвинулись в путь. — Надень это. Дорога будет долгой они тебе понадобятся. — Хироко вложила в маленькие ручки сандали и тёплую красную кофту, которая в отличии от обуви была бы явно не по размеру. Кивнув, девочка молча обулась и накинула кофту поверх белого платья с красной строчкой, в котором её нашли. — Ты точно сможешь идти сама? — обеспокоено спросил Гай на что получил кивок полный решимости. — Если устанешь, обязательно говори. — С этими словами густобровый мужчина взял крохотную невесомую ручку. На что девочка привычно одернула её и осторожно взяла мужчину за зеленый рукав. — Какие капризные дети нынче пошли. — Гай рассмеялся и почесал затылок. — Держитесь крепче, юная леди. Услышав эти слова она гордо подняла подбородок и даже легко улыбнулась. Путь до Конохи был тяжёлым для ослабшего тела, но за всю дорогу шиноби не услышали ни единой жалобы, не уловили ни одного уставшего взгляда. Подходя к деревне Гай всё же решился заговорить с девочкой: — Не хочешь выбрать себе имя на то время, пока не вспомнишь настоящее? В приюте не будут спрашивать какое тебе нравится, поэтому… — мужчина задумчиво протягивая каждое слово. — Может ты хочешь какое-то красивое? Девочка как-то тяжело вздохнула. — Красивое… А какое имя считается красивым? — Твоё имя будет Камелия, — прервал диалог Какаши. — Оно тебе подходит. В сердце малышки что-то ёкнуло. ''Это чувствует человек, когда впервые слышит свое имя? '' — Почему Камелия? — прозвучал лёгкий детский голос. Сероволосый шиноби дотронулся до шеи девочки. — Здесь у тебя нарисована камелия. — Вот как… — она провела кончиками пальцев по метке. — Мне действительно нравится это имя. — Получил ответ Какаши. — Ты выбрал потрясающее имя, Какаши! — Гай вопил со своей фирменной улыбкой. — Носи его с гордостью, юная леди. В ответ последовал лишь немногозначный кивок и лучезарная улыбка.