Хогвартс читает Гарри Поттер и Философский Камень

— Можно мне? — Спросил Невилл и потянулся за довольно толстым на вид томом — Мальчик, который выжил — произнес Лонгботтом, когда за слизеринским столом послышался гул, который, по всей видимости, означал, что им не нравится начало книги. Гарри махнул рукой для друга и тот продолжил — Мистер и миссис Дурсль проживали в доме номер четыре по Тисовой улице и всегда с гордостью заявляли, что они, слава богу, абсолютно нормальные люди. Уж от кого-кого, а от них никак нельзя было ожидать, чтобы они попали в какую-нибудь странную или загадочную ситуацию. Мистер и миссис Дурсль весьма неодобрительно относились к любым странностям, загадкам и прочей ерунде.  — Скучные у тебя родственнички, Гарри — Произнесли одновременно близнецы Уизли  — Вы даже не представляете насколько — Отчаянно сказал Поттер Мистер Дурсль возглавлял фирму под названием «Граннингс», которая специализировалась на производстве дрелей.  — - Что такое дрели? — Спросил глава рыжего семейства.  — Артур, да хватит уже!!! — Возмущенно остудила его миссис Уизли.  — Что ж, я думаю, что в этих книгах будет немало интересного и нового для чистокровных волшебников и некоторых полукровок, поэтому предлагаю записать все, что вам интересно и потом спросить у профессора Бербидж.  — Думаю мисс Грейнджер права, поэтому вот вам пергамент и перья — сказала декан львов. Когда практически у всех уже были записаны дрели, Невилл продолжил — Это был полный мужчина с очень пышными усами и очень короткой шеей. Что же касается миссис Дурсль, она была тощей блондинкой с шеей почти вдвое длиннее, чем положено при ее росте. Однако этот недостаток пришелся ей весьма кстати, поскольку большую часть времени миссис Дурсль следила за соседями и подслушивала их разговоры. А с такой шеей, как у нее, было очень удобно заглядывать за чужие заборы.  — А Петунья совсем не изменилась. Вечно лезет куда не просят — тихо сказал Снейп, но этого было достаточно, чтобы его услышало Золотое Трио  — Вы знали мою тетю? Но откуда? — Недоуменно спросил Гарри, но его вопрос остался без ответа.  — Полностью поддерживаю Сева — Послышался голос Лили.  — Никогда не думал, что я это скажу, но я тоже — А это уже был Джеймс, и после этих слов на него обрушился, казалось, самый холодный взгляд, который только можно представить, но это далеко не так… — У мистера и миссис Дурсль был маленький сын по имени Дадли, и, по их мнению, он был самым чудесным ребенком на свете. Семья Дурсль ей имела все, чего только можно пожелать. Но был у них и один секрет. Причем больше всего на свете они боялись, что кто-нибудь о нем узнает. Дурсли даже представить себе не могли, что с ними будет, если выплывет правда о Поттерах. Миссис Поттер приходилась миссис Дурсль родной сестрой, но они не виделись вот уже несколько лет. Миссис Дурсль даже делала вид, что у нее вовсе нет никакой сестры, потому что сестра и ее никчемный муж были полной противоположностью Дурслям.  — И слава Богу — воскликнул Рон.  — А откуда ты про Бога знаешь? — Спросил какой-то второкурсник, но на это рыжий только махнул рукой. — Когда во вторник мистер и миссис Дурсль проснулись скучным и серым утром — а именно с этого утра начинается наша история, — ничто, включая покрытое тучами небо, не предвещало, что вскоре по всей стране начнут происходить странные и загадочные вещи. Мистер Дурсль что-то напевал себе под нос, завязывая самый отвратительный из своих галстуков. А миссис Дурсль, с трудом усадив сопротивляющегося и орущего Дадли на высокий детский стульчик, со счастливой улыбкой пересказывала мужу последние сплетни. Никто из них не заметил, как за окном пролетела большая сова-неясыть.  — - И что такого в сове? — вставил Драко.  — У магглов совы это очень большая редкость, особенно в Лондоне. — Спокойным тоном произнесла бывшая Эванс. — В половине девятого мистер Дурсль взял свой портфель, клюнул миссис Дурсль в щеку и попытался на прощанье поцеловать Дадли, но промахнулся, потому что Дадли впал в ярость, что с ним происходило довольно часто. Он раскачивался взад-вперед на стульчике, ловко выуживал из тарелки кашу и заляпывал ею стены.  — Ужас!!! Никакого воспитания!!! — Возмущалась Молли. — Ух, ты моя крошка, — со смехом выдавил из себя мистер Дурсль, выходя из дома.  — Они это еще и поощряют!!! — А это уже сказала мадам Боунс, которая до этого не встревала. — Он сел в машину и выехал со двора. На углу улицы мистер Дурсль заметил, что происходит что-то странное, — на тротуаре стояла кошка и внимательно изучала лежащую перед ней карту. В первую секунду мистер Дурсль даже не понял, что именно он увидел, но затем, уже миновав кошку, затормозил и резко оглянулся. На углу Тисовой улицы действительно стояла полосатая кошка, но никакой карты видно не было. — И привидится же такое! — буркнул мистер Дурсль. Наверное, во всем были виноваты мрачное утро и тусклый свет фонаря. На всякий случай мистер Дурсль закрыл глаза, потом открыл их и уставился на кошку. А кошка уставилась на него.  — Мы знаем кто это. Это…  — Точно…  — Сто процентов…  — Профессор Макгонагалл!!!  — Только она может так смотреть. — Со знанием дела сказал Фред.  — О, Мерлин, я даже не хочу знать откуда вам знаком этот взгляд. — Закрыла лицо руками миссис Уизли.  — Почему же? Мы можем рассказать!!!  — Во-первых, ког… — Мистер Дурсль отвернулся и поехал дальше, продолжая следить за кошкой в зеркало заднего вида. Он заметил, что кошка читает табличку, на которой написано «Тисовая улица». Нет, конечно же, не читает, поспешно поправил он самого себя, а просто смотрит на табличку. Ведь кошки не умеют читать — равно как и изучать карты. Мистер Дурсль потряс головой и попытался выбросить из нее кошку. И пока его автомобиль ехал к Лондону из пригорода, мистер Дурсль думал о крупном заказе на дрели, который рассчитывал сегодня получить. Но когда он подъехал к Лондону, заполнившие его голову дрели вылетели оттуда в мгновение ока, потому что, попав в обычную утреннюю автомобильную пробку и от нечего делать глядя по сторонам, мистер Дурсль заметил, что на улицах появилось множество очень странно одетых людей. Людей в мантиях. Мистер Дурсль не переносил людей в нелепой одежде, да взять хотя бы нынешнюю молодежь, которая расхаживает черт знает в чем! И вот теперь эти, нарядившиеся по какой-то дурацкой моде.  — Эээй!!! Мантии это не дурацкая мода!!! — Кричали чистокровки со всех факультетов.  — Профессор Дамблдор, мне кажется, что в школе нужно сделать магловедение обязательным. — Серьёзно сказала Амелия.  — Я над этим подумаю. В общем, у мистера Дурсля было вполне нормальное, лишенное сов утро. Он накричал на пятерых подчиненных, сделал несколько важных звонков и несколько раз повысил голос на своих телефонных собеседников. Так что настроение у него было просто отличное — до тех пор, пока он не решил немного размять ноги…  — Чтоооо??? -…и купить себе булочку в булочной напротив.  — Ааа, фух, апокалипсис отменяется!!! — Выдохнул с облегчением Гарри, когда все, кроме, пожалуй, Снейпа и Амелии Боунс, уже складывались пополам от смеха. — Выйдя из булочной с пакетом, в котором лежал большой пончик, мистер Дурсль вновь вынужден был пройти мимо этих странных личностей, и в этот момент он абсолютно случайно услышал: — … да, совершенно верно, это Поттеры, именно так мне рассказывали… — … да, их сын, Гарри… Мистер Дурсль метнулся через дорогу, поспешно поднялся в офис, рявкнул секретарше, чтобы его не беспокоили, сорвал телефонную трубку и уже набирал предпоследнюю цифру своего домашнего номера, когда вдруг передумал и положил трубку обратно на рычаг. Затем он начал поглаживать усы, думая о том, что… Нет, конечно, это была глупость. Поттер — не такая уж редкая фамилия. Мистер Дурсль легко убедил себя в том, что в Англии живет множество семей, носящих фамилию Поттер и имеющих сына по имени Гарри. И он даже не может со стопроцентной уверенностью утверждать, что его племянника зовут именно Гарри. Он ведь никогда не видел этого мальчика. Вполне возможно, что его зовут Гэри. Или Гарольд.  — Мерлин упаси, чтобы я назвал сына Гарольд!!! — Воскликнул Джеймс, и Хогвартс вновь накрыло волной смеха. После похода за пончиком мистеру Дурслю было куда сложнее сосредоточиться на дрелях. Когда в пять часов вечера он покидал здание фирмы, он был настолько взволнован, что, выходя из дверей, не заметил проходившего мимо человека и врезался в него.  — Бедный человек… -… и как он не убился? — Не извиняйтесь, мой дорогой господин, даже если бы вы меня уронили, сегодня меня бы это совсем не огорчило. Ликуйте, потому что Вы-Знаете-Кто наконец исчез! Даже такие маглы, как вы, должны устроить праздник в этот самый счастливый день! С этими словами старикашка обеими руками обхватил мистера Дурсля где-то в районе живота, крепко стиснул его и ушел. В зале настала тишина, когда все поняли, что это за день, и Гарри в том числе, но он решил разбавить обстановку сказав:  — Я вот что подумал, какие же у этого человека должны быть руки, если он обхватил дядю Вернона? — Большинство взрослых прыснуло себе в кулак и у Поттера получилось то, что он задумал. — Когда миссис Дурсль уложила Дадли в кроватку, мистер Дурсль поцеловал его, пожелал спокойной ночи и пошел в гостиную включить телевизор. По одному из каналов как раз заканчивались вечерние новости.  — Там еще долго про магглов читать? — не выдержав спросил наследник Малфоев.  — Драко, где твоя выдержка? — Спросила Леди Лонгботтом, а миссис Малфой посмотрела на него таким взглядом, от которого даже у Рона побежали мурашки. Миссис Дурсль вошла в гостиную с двумя чашками чая. И мистер Дурсль почувствовал, как тает его решимость ни о чем не говорить жене. Он понял, что хотя бы что-то ему рассказать придется. И нервно прокашлялся. — Э… Петунья, дорогая… Ты давно не получала известий от своей сестры? Как он и ожидал, миссис Дурсль изобразила удивление, а потом на ее лице появилась злость. Все-таки обычно они делали вид, что у нее нет никакой сестры. Так что подобная реакция на вопрос мистера Дурсля была вполне объяснима.  — Ну теперь нет, но мы обязательно к ней наведаемся во время первого же перерыва. — Их сын — он ведь ровесник Дадли, верно? — Полагаю, да. — Голос миссис Дурсль был холоден как лед. — Не напомнишь мне, как его зовут? Гарольд, кажется? — Гарри. На мой взгляд, мерзкое, простонародное имя. — О, конечно. — Мистер Дурсль ощутил, как екнуло сердце. — Я с тобой полностью согласен. Больше мистер Дурсль не возвращался к этой теме — ни когда они допивали чай, ни когда встали и пошли наверх в спальню. Но как только миссис Дурсль ушла в ванную, мистер Дурсль открыл окно и выглянул в сад. Кошка все еще сидела на заборе и смотрела на улицу, словно кого-то ждала.  — Кого вы ждали, профессор? — Поинтересовался Колин.  — Мистер Криви, не перебивайте, тогда узнаете — Строго сказала Минерва В дальнем конце улицы — как раз там, куда неотрывно смотрела кошка — появился человек. Появился неожиданно и бесшумно, будто вырос из-под земли или возник из воздуха. Кошкин хвост дернулся из стороны в сторону, а глаза ее сузились. Никто на Тисовой улице никогда не видел этого человека. Он был высок, худ и очень стар, судя по серебру его волос и бороды — таких длинных, что их можно было заправить за пояс. Он был одет в длинный сюртук, поверх которого была наброшена подметающая землю лиловая мантия, а на его ногах красовались ботинки на высоком каблуке, украшенные пряжками. Глаза за затемненными очками были голубыми, очень живыми, яркими и искрящимися, а нос — очень длинным и кривым, словно его ломали по крайней мере раза два. Звали этого человека  — АЛЬБУС ДАМБЛДОР!!! — Воскликнули все студенты, кроме слизеринцев. Казалось, Альбус Дамблдор абсолютно не понимает, что появился на улице, где ему не рады — не рады всему, связанному с ним, начиная от его имени и заканчивая ботинками. Однако его, похоже, это не беспокоило и он рылся в карманах своей мантии, пытаясь что-то отыскать. Он явно чувствовал, что за ним следят, потому что внезапно поднял глаза и посмотрел на кошку, взирающую на него с другого конца улицы. Странно, но вид кошки почему-то развеселил его. — Это следовало ожидать, — пробормотал он, усмехнувшись.  — Как вы узнали профессора, сэр? — Спросил какой-то первокурсник, но его никто уже не слушал. Наконец во внутреннем кармане он нашел то, что искал. Это был предмет, похожий на серебряную зажигалку. Альбус Дамблдор откинул серебряную крышечку, поднял зажигалку и щелкнул. Ближний к нему уличный фонарь тут же погас с негромким хлопком. Он снова щелкнул зажигалкой — и следующий фонарь погрузился во тьму. После двенадцати щелчков на Тисовой улице погасло все, кроме двух далеких, крошечных колючих огоньков — глаз неотрывно следившей за Дамблдором кошки. И если бы в этот момент кто-либо выглянул из своего окна — даже миссис Дурсль, от чьих глаз-бусинок ничто не могло ускользнуть, — этот человек не смог бы увидеть, что происходит на улице.  — А что это, профессор? — спросил Фред, или же Джордж.  — Это делюминатор. Мое изобретение, он единственный в своем роде. Я думаю, что все его функции будут описаны в сдедующих книгах, а если нет, то я сам вам его покажу. — Странно видеть вас здесь, профессор МакГонагалл. Он улыбнулся и повернулся к полосатой кошке, но та уже исчезла. Вместо нее на заборе сидела довольно сурового вида женщина в очках, форма которых была до странности похожа на отметины вокруг кошачьих глаз. Женщина тоже была в мантии, только в изумрудной. Ее черные волосы были собраны в тугой узел на затылке. И сразу было заметно, что вид у нее раздраженный. — Как вы меня узнали? — спросила она. — Мой дорогой профессор, я в жизни не видел кошки, которая сидела бы столь неподвижно.  — Значит вы в своей жизни видели очень мало кошек. Я не знаю животных, которые были бы столь активными. Если кто-то со мной не согласен, то прошу спросить профессора Амбридж, уж она то знает толк в кошках. — Начальственным тоном произнесла Гермиона, и Гарри невольно вспомнил его первую поездку в Хогвартс. — Станешь тут неподвижной — целый день просидеть на кирпичной стене, — парировала профессор МакГонагалл. — Целый день? В то время как вы могли праздновать вместе с другими? По пути сюда я стал свидетелем, как минимум, дюжины вечеринок и гулянок.  — Действительно. Ребенок осиротел это очень важный повод для празника. — Недовольно фыркнул Поттер-младший. Все, кто сидел в зале с сочуствием на него посмотрели, Бродяга лизнул ему руку, а Лили и Джеймс обняли с обеих сторон. — Будет просто превосходно, если в тот самый день, когда Вы-Знаете-Кто наконец исчез, маглы узнают о нашем существовании. Кстати, я надеюсь, что он на самом деле исчез, это ведь так, Дамблдор? — Вполне очевидно, что это так, — ответил тот. — Так что это действительно праздничный день. Не хотите ли лимонную дольку?  — Дамблдор и его лимонные дольки. — раздраженно фыркнул Снейп, а Минерва подтверждающе кивнула.  — Может продолжим? — спросил Перси. — Мой дорогой профессор, мне кажется, что вы достаточно разумны, чтобы называть его по имени. Это полная ерунда — Вы-Знаете-Кто, Вы-Не-Знаете-Кто… Одиннадцать лет я пытаюсь убедить людей, что они не должны бояться произносить его настоящее имя — Волан-де-Морт.  — Вот то, что я вам все говорю, и, не надо фыркать на мои слова. Ну хорошо. Если вы боитесь называть вещи своими именами, то называйте его как хотите, только не Вы-Знаете-Кто. Мне это имя уже надоело. — рассердился Мальчик, который выжил. — А по сравнению с теми слухами, которые курсируют взад и вперед, стаи сов — это просто ничто. Вы знаете, о чем все говорят? Они гадают, почему он исчез? Гадают, что же наконец смогло его остановить? Впечатление было такое, что профессор МакГонагалл наконец заговорила о том, что беспокоило ее больше всего, о том, что ей так хотелось обсудить, о том, ради чего она просидела целый день как изваяние на холодной каменной стене. И буравящий взгляд, которым она смотрела на Дамблдора, только подтверждал это. Было очевидно: несмотря на то что она знает, о чем говорят все вокруг, она не поверит в это, пока Дамблдор не скажет ей, что это правда. Однако Дамблдор, увлекшийся лимонными дольками, с ответом не торопился. Все уже очень давно хотели узнать, как именно маленький мальчик остановил такого сильного мага, но в глубине души они понимали, что скорее всего директор ничего не скажет. — Говорят, — настойчиво продолжила профессор МакГонагалл, — говорят, что прошлой ночью Волан-де-Морт появился в Годриковой Впадине. Что он появился там из-за Поттеров. Если верить слухам, то Лили и Джеймс Поттеры… То они… Они мертвы… В Большом зале нависла тишина. Все склонили головы в память о них. На минуту все даже забыли про то, что они с ними, пока не послышались всхлипы. Лили плакала, а Джеймс ее успокаивал. На минуту Гарри задумался. Зачем судьба дала ему этот шанс? Почему все сложилось именно так и никак иначе. В голову лезли разные мысли пока он не вспомнил о чтении. Дамблдор и профессор МакГонагалл склонились над свернутыми одеялами. Внутри, еле заметный в этой куче тряпья, лежал крепко спящий маленький мальчик. На лбу, чуть пониже хохолка иссиня-черных волос, был виден странный порез, похожий на молнию.  — Как же я его ненавижу. — Прошипел Поттер. — Значит, именно сюда… — прошептала профессор МакГонагалл. — Да, — подтвердил Дамблдор. — Этот шрам останется у него на всю жизнь. — Вы ведь можете что-то сделать с ним, Дамблдор?  — Гарри в надежде уставился на книгу, но в глубине души понимал, что если бы Дамблдор мог, то он, наверное, сделал бы со шрамом что-нибудь. — Даже если бы мог, не стал бы. Шрамы могут сослужить хорошую службу. У меня, например, есть шрам над левым коленом, который представляет собой абсолютно точную схему лондонской подземки. Ну, Хагрид, давай ребенка сюда, пора покончить со всем этим. Дамблдор взял Гарри на руки и повернулся к дому Дурслей. — Могу я… Могу я попрощаться с ним, сэр? — спросил Хагрид. Он нагнулся над мальчиком, заслоняя его от остальных своей кудлатой головой, и поцеловал ребенка очень колючим из-за обилия волос поцелуем. А затем вдруг завыл, как раненая собака. — Тс-с-с! — прошипела профессор МакГонагалл. — Ты разбудишь маглов!  — А звук мотоцикла их конечно же не разбудит!!! — А Дамблдор перешагнул через невысокий забор и пошел к крыльцу. Он бережно опустил Гарри на порог, достал из кармана мантии письмо, сунул его в одеяло и вернулся к поджидавшей его паре. Целую минуту все трое стояли и неотрывно смотрели на маленький сверток — плечи Хагрида сотрясались, профессор МакГонагалл яростно моргала глазами, а сияние, всегда исходившее от глаз Дамблдора, сейчас померкло. И тут зал взорвался!!!  — Письмо??? Вы додумались оставить Дурслям всего лишь ПИСЬМО??? —  — Вы оставили годовалого ребенка на улице в НОЯБРЕ!!!!!!!  — А если письмо сдует ветром??? Они бы его выкинули или, в лучшем случае, сдали в приют!!! Невилл быстро продолжил читать, пока женщины совсем не убили директора — Удачи тебе, Гарри, — прошептал он, повернулся на каблуках и исчез, шурша мантией. Ветер, налетевший на Тисовую улицу, шевелил аккуратно подстриженные кусты, ухоженная улица тихо спала под чернильным небом, и казалось, что если где-то и могут происходить загадочные вещи, то уж никак не здесь. Гарри Поттер ворочался во сне в своих одеялах. Маленькая ручка нащупала письмо и стиснула его. Он продолжал спать, не зная о том, что он особенный, о том, что стал знаменитостью. Не зная, что он проснется через несколько часов от крика миссис Дурсль, которая перед приходом молочника откроет дверь, чтобы выставить за нее пустые молочные бутылки. Не зная о том, что несколько следующих недель кузен Дадли будет щипать и тыкать его — да и несколько последующих лет тоже…  — Эххх!!! — Громко вздохнул наследник Поттеров. Лили насторожилась. Она знала, что сестра ее не очень любит, но все же надеялась, что она не будет позволять Дадли бить ее сына. И еще он не знал, что в то время, пока он спал, люди, тайно либо открыто собиравшиеся по всей стране, чтобы отметить праздник, поднимали бокалы и произносили шепотом или во весь голос: — За Гарри Поттера — за мальчика, который выжил!  — Ненавижу, когда меня так называют- Буркнул Гарри — Почему все говорят, что я победил Волан-де-Морта, если это твоя магия спасла меня, мам? — Лили на это лишь пожала плячами.  — Все, глава кончилась!!! — Выдохнул Невилл — А я не думал, что читать это будет так сложно. Следующий раз я не буду.  — Давай я. — Сказала девушка с голубыми волосами. Это была Нимфадора Тонкс. Как только она взяла книгу в руки, тут же ее уронила. Ее волосы моментально стали красными, а Нарцисса смотрела на нее в шоке примерно секунду., но потом вспомнила об аристократичности и вновь надела маску Снежной королевы.  — Все. Я читаю. — Аврор обвела взглядом всех присутствуючих взглядом и начала…