we will never know

***

      Домой я доехал в состоянии, которое можно сравнить с полной дезориентацией. Мысли путались, слишком быстро менялись. У меня не получалось сконцентрироваться на чём-то одном. Я не могу поверить в то, что только что произошло. Как он узнал? И почему была такая реакция?.. Что я не так сделал? Мне нужно было рассказать ему самому. Но как? «Привет, я Тим и у меня шизофрения. Обычно осенью у меня начинается лёгкая депрессивная фаза, окружающие говорят, что иногда я могу нести полный бред, при том, сам того не замечая, не знаю, когда у меня случится следующий приступ, и как я буду себя вести, также я буду переменчивым. От меня будет навалом проблем, ну ничего, ты терпи, принимай и люби. Да, кстати, а ещё я влюблён в тебя.»?! Боже... Ему Салли рассказала? За что? За что, мать твою?! Она меня так сильно ненавидит? Я в чём-то виноват? А если это так, то в чём?.. В том, что у меня это расстройство? Но я же его не выбирал. В том, что тогда по глупости перестал принимать лекарства, лгал матери и психотерапевту? В том, что из-за меня нам пришлось переехать и Салли потеряла всех своих друзей? Да... Да, я виноват, но не настолько же, чтобы так жестоко мстить! Это самое худшее, что она могла сделать по отношению ко мне! Всё только начало налаживаться в отношениях с Брайаном, и тут... Как бы он отреагировал, если бы о таком рассказал ему я и чуть позже? Также и тогда мне было бы ещё больней?.. Сегодня у меня ужасный день. Да что там день, жизнь!       Я вхожу в свою комнату, закрываю дверь и не понимаю, как оказываюсь на полу, прижав к себе ноги. Смотрю в дальний тёмный угол, куда не доходили лучи света от лампы на прикроватной тумбочке. Чёрт возьми! Тяжело дыша, закрываю лицо руками. Что на меня нашло? Меня начинает потряхивать, а эта странность с дыханием не проходит. Будто что-то давит прямо на грудь! Такое чувство, что я это не я, а какой-то другой человек. Этот разум словно не мой!       В мою дверь тихо постучали. — Тим, я... — Салли запинается, вздыхает — Я войду?       Не отвечаю, она знает что это означает «нет». Что ей нужно? — Слушай, я должна была сделать то, что сделала. Хоть ты и думаешь, что нет.       Должна?! Ты, как нормальная сестра, должна была не лезть не в своё дело! — Я рассказала ему не потому, что ненавижу тебя, а потому, что заметила, как ты заигрался. Хватит. Может, кого-то ты и обманешь, но точно не меня, — она делает паузу, а после добавляет: — Вы не сможете вместе. Ты и сам-то это знаешь, — она заканчивает свою речь и, кажется, уходит.       Не хочу даже мысли об этом допускать!       Руки сами тянутся к телефону, мессенджеру, открывают нужный диалог.

Вы 0:29 — Я всё объясню, только позволь мне это сделать.

      Не думая, печатую «Ты слишком дорог мне»,но вовремя прихожу в себя и, к счастью не успев отправить, закрываю с ним чат. Перехожу в Instagram.

Вы 0:30 — Ты тут? Вы 0:30 — Энн, боже, ответь! Он узнал, и я не знаю, что мне делать!

      Глаза очень сильно заслезились.

Вы 0:30 — Его реакция была ужасна, он не хочет меня видеть! Вы 0:30 — Я не могу так больше!

      Пока набирал сообщения, не сдержавшись, разревелся. Конечно, сегодня у неё ночная смена, она не может ответить! Это даже забавно, единственный человек, которому я могу выговориться, - это медсестра в психиатрической клинике, в которой я пребывал в последний раз. Но несмотря на это мы действительно здорово подружились. Она знает буквально обо всём, что происходит у меня в жизни.       Наконец встаю с пола, перемещаюсь на кровать. Вздыхаю, вытираю слёзы с лица. Мне почти удалось успокоиться, но мой взгляд случайно останавливается на собственной гитаре у двери. Тут же память предательски начала вырисовывать картины, воспоминания. Как он был здесь в первый раз, и я, жутко волнуясь, исполнил ему песню. Я впервые кому-то играл. Тогда я не случайно выбрал именно ту песню, но он, кажется, и не понял этого. Как я по глупости чуть не поцеловал Брайана раньше времени. Неудивительно, что его это оттолкнуло. Следом же воспоминание, о той самой ночи, когда мы в первый раз поцеловались, опять же-таки слишком рано. Он тогда только расстался с Джессикой, и мне неизвестно, чувствовал ли он что-нибудь к ней. А если он ещё любит её, то мне в любом случае бы разбили сердце, и я остался бы ни с чем?.. Чёрт!       Вновь начинаю рыдать, но уже с большей силой. Пришлось закрыть лицо подушкой, ведь из меня вырвался крик. Какой же я жалкий! Серьёзно надеюсь, что меня кто-нибудь такого примет? Никому такой, как я, не нужен! Я даже не знаю, какое у меня будущее. Смогу ли я работать, учиться дальше? Господи!.. Как это глупо! Казалось, моё желание быть с ним исполнилось, но... Не могу же я вот так, в одно мгновение, потерять всё?..

***

      Не знаю, сколько сейчас времени, не знаю, утро сейчас или день, не знаю, спал ли я вообще. Мне уже нужно принять лекарства, но встать с кровати не получается. Даже проверять соцсети нет никаких сил. Хотя я только, кажется, проснулся...       В дверь тихо постучали, а после она немного приоткрылась. — Уже проснулся? — узнаю голос матери, поэтому вылезаю из своего «кокона», а именно, одеяла, в которое я обернул себя полностью.       Привстаю, садясь, при этом облокотившись о подушку. Она явно хотела поговорить. Мама дружелюбно улыбается и устраивается рядом со мной. — Как вы с Салли провели вчерашний вечер? — интересуется она. — Я делал домашнее задание, Салли не знаю. Но домой я забрал её уже ночью, — отстранённо отвечаю я, при этом совершено не смотря на мать.       Она кивает, а потом на её лице вновь расцветает улыбка. — Я поговорю с ней, не переживай, — уже раз сотый за последний год говорит мне мама. Сколько с Салли ни говори, бесполезно. — А что насчёт тебя? Как твои дела? — Всё в норме, — не задумавшись отвечаю я, отведя взгляд в сторону.       Тихо вздыхаю. Уж какое-никакое, но состояние в котором нахожусь сейчас я, мне не скрыть. Просто ибо нет сил, желания. Мерзко. — Ты уверен? — переспрашивает она, конечно же не поверив мне с первого раза.       Молчу ещё немного, размышляя, стоит ли рассказывать. Закусываю губу, решив, что полуправде тоже имеет место быть. — Кое-кто, кто мне очень сильно дорог, узнал о моём диагнозе, — говорю медленно, нерешительно, делая паузы. — И... Реакция была ужасна. Этот человек сказал, что не хочет видеть меня. И я вот сижу и думаю, — на последнем незаконченном предложение мой голос дрогнул, но мне удалось, проглотив ком в горле, взять себя в руки. — Это было из-за того, что он узнал это не от меня или просто потому, что ему такой не нужен, — через силу я закончил и перевёл глаза на мать, как бы тем самым приглашая прокомментировать.       Она было опешила от сказанного, а потом же, переварив, выстроила сочувствующее выражение лица. — Боже, милый, — она наклоняет голову в бок, явно и сама расстроившись. Ну вот, зря сказал, теперь будет жалеть меня. — Слушай, кто бы этот человек ни был, ты ни капли не виноват, что он плохо к этому отнёсся. Если он чувствует к тебе тоже самое, что и ты к нему, он обязательно поменяет своё решение и извинится перед тобой. Не знаю, было ли это на эмоциях и из-за того, что узнал он это не от тебя, но не позволяй себе так сильно расстраиваться. Тебе нужно поберечь своё ментальное здоровье, — договорив, она ободряюще улыбается. Я киваю, задумавшись над её словами.       После мама расставляет руки, приглашая в объятия. — Не надо меня обнимать, я не маленький, — наиграно вредничаю я, отворачиваясь.       Она издаёт тихий смешок. — Совсем не изменился с детства, — делает вывод мама, вздыхая, вызывая у меня слабую, но искреннюю улыбку.       Она уходит, вероятно, поговорить с Салли. А я же, заметно приободрившись, дотягиваюсь до телефона на прикроватной тумбочке, чтобы проверить сообщения. Сразу же захожу на Facebook, пропустив Instagram и успокаивающие слова Энн. И... Ничего. Все мои сообщения прочитаны, но ответа Брайана нет.

Непонятно, как сошлись, непонятно, какие на самом деле между нами отношения. А что, если Салли всё-таки права?