Betrayal.

      Всю неделю ребята не виделись, но очень часто общались в сети, так как дел у всех было невпроворот. Алекс выбирала себе гитару и постепенно убивала команду тренировками. Казунари изучал новые аккорды. Тацуя часто играл на барабанах, так как это успокаивало, и ему становилось легче. Тецуя изучал песни Алекс, которые она ему прислала специально для конкурса.       В конце недели они все встретились в той же студии. Когда ребята туда пришли, они поймали лёгкий шок, потому что увидели там Теппея, Имаёши и Ханамию, но подходить не решились и просто заняли место в общем полукруге.       Буквально через пять минут пришла Минами и попросила у каждого название группы или псевдоним, под которым он будет выступать. Звучали разные имена и названия групп, и каково было удивление ребят, когда они узнали, что трое их знакомых состоят в группе. Кажется, Казунари дар речи потерял — ну не верил он, что такие разные люди могут вообще существовать рядом друг с другом. Тецу просто зашёл за спину Алекс и тихонечко угорал, так как знал, что Ханамии симпатичен Теппей. А так как последний зажёгся идеей музыки благодаря их компании, то не удивительно, что они сейчас тут все вместе. А Имаёши вообще с детства оказывается поёт; когда ребята об этом узнали, они не хило так подвисли, он потом долго с них угорал.       — Наша группа называется «Пыль», все песни будет исполнять Теппей, их названия: «Забей», «Все это и есть любовь» и «Отель». Это песни групп «Секрет» и «Ненси».        У организатора конкурса чуть глаза на лоб вылезли, такие старые песни никто никогда ещё не пел. Если у них выйдет хорошо, то ребята смогут конкурировать с теми, кто поёт свои песни. Девушка улыбнулась — это будет чудесный конкурс.       Наша пятерка только улыбнулась и приняла вызов; песни которые выбрала группа Киёши действительно очень сложные. Но они в них верили. Как впрочем и в себя. Тем временем каждый, до кого доходила очередь, называл свой псевдоним или название группы, а также названия песен, которые они будут исполнять. Ребята совсем не удивились тому факту, что собственных песен ни у кого не было. Манами их об этом предупреждала, так что когда очередь дошла до нашей пятёрки, то Тецуя их представил:       — Группа «Moonlight», будем исполнять свои собственные песни, — весь скоп, который там был, посмотрел на Тецую как на самое жалкое, что вообще есть в мире, столько ненавидящих взглядов и только несколько в поддержку ребят.       — Можешь, пожалуйста, сказать их названия, чтобы я могла записать, — попросила его девушка.        — У нас три песни, которые исполняют разные участники группы, — говорит Тецуя, — песню «Сидя на крыше», исполняет Тацуя-кун, дальше идёт песня Алекс-тян и называется она «Муза», и последнюю песню исполняет Казунари-кун, её название «Думать о тебе», — на этом Куроко закончил, а на ребят всё так же продолжали смотреть ненавидяще, от чего ребята хотели сквозь землю провалиться. Было неприятно осознавать, что тебя недолюбливают только за то, что ты не такой же как все, что они решили петь свой репертуар, а не брать уже готовые песни. Хотя взгляд поддержки они получили от Киёши и Имаёши, но с ними ребята неплохо общались, а вот Ханамия смотрел на них очень задумчиво, отчего пятёрка поёжилась.       Далее представила своё название ещё одна группа, а после были уже одиночки.       Когда все разошлись ребята пошли по домам, а Алекс и Тецуя поехали в поместье семьи Акаши — Шиори устраивала похороны.       Как же Алекс не хотела туда ехать, знал наверное только господь бог и Тецуя, который сидел рядом с девушкой, но это было нужно. После поместья они поедут на кладбище, и только одно радовало Алекс, там не будет лишних людей, только она, Тецуя, Шиори и Масаоми-сан. А ещё партнёр отца по бизнесу Феликс Миронов, вроде с супругой, но она уже не помнит, что ей говорила Шиори.       Когда они приехала к воротам поместья, то они были открыты, и их уже ждали. Девушка припарковалась, вышла из машины, а вслед за ней вышел и Куроко. После она закрыла машину и прямо с разворота попала в объятия хозяйки поместья, которая решила их встретить.       Алекс только бровку выгнула, и больше ничего не вызвало её удивления. А вот Куроко не знал, как на такое реагировать, они с Шиори общались редко, но метко; когда они встречались за этим всегда было интересно наблюдать.       Шиори подошла к девушке, обняла её и сказала:       — Моя дорогая, привет, я так по тебе соскучилась, мы давно не виделись, — у Шиори натянутая улыбка и смотрит она без азарта, не как раньше, а совсем по-другому. Девушка шипит скорее по привычке, чем сильно пугает проходящую мимо служанку и Тецую, который слышал такое только тогда, когда девушку бесило поведение Аомине на площадке.       — Шиори, сколько раз повторять, я терпеть не могу, когда меня так называют, — женщина пропускает это мимо ушей и тащит девушку внутрь дома, а Алекс хватает парня за манжет пиджака и тянет его за собой.       Алекс не упирается, но руки с Шиори расцепляет, она уже отвыкла от настойчивости матери Сея, но руку Тецу она так и не выпустила — поддержка друга детства ей сейчас важна как никогда.       В холле дома их уже ждёт Масаоми Акаши, партнёр по бизнесу её отца Феликс Миронов и его супруга Афина. Мужчина кивает девушке и парню в знак приветствия, так как знает, что Александрия достаточно закрытый человек в общении с малознакомыми людьми, а виделись они не так много раз, чтобы считать их хотя бы знакомыми.       — Масаоми-сан, Феликс-сан, Афина-сан, — девушка кивает в знак приветствия и уважения к людям в гостиной, зеркально за ней повторяет Куроко и наступает тишина. Акаши-сан вызывает машину на кладбище и сообщает присутствующим:       — Сейчас подъедет машина, я думаю, в ней поедут взрослые, а Алекс скорее всего поедет на своей, я прав? — мужчина направляет взгляд на девушку, и Алекс кивает в знак согласия.       — Тогда поедешь за нами, так как адрес ты не знаешь, — после этого мужчина развернулся и пошёл в сторону выхода, и все направились за ним.       Когда девушка села в машину, её сознание затопило отчаяние и мысли были только об одном: «Что мне делать дальше?»       Сильнейшее отчаяние, безысходность прожгла изнутри. Невыносимое непонятное чувство. Запутанность. Бессилие. Уныние. Подавленность. Где начало и где конец всего этого кошмара? Потерянность. Слабость. Девушка бьётся о стенки своего разума и не может вырваться наружу. Все попытки тщетны.       Кто она такая? Почему она живет, а её родители нет? Где ответ на все вопросы? Как привести свою жизнь в порядок, что делать с отчаянием, которое затапливает её сейчас?        Ей кажется, что она чужая в этом мире. Ей нужно найти смысл, чтобы можно было двигаться дальше, или он уже есть? Но точно ли это так? Или у них нет даже шанса вернуть самих себя из всего этого пиздеца, который произошёл буквально месяц назад. Поговорить не с кем на такие темы, её сейчас поймёт только Тецу, который сидит рядом, только потому что у его отца серьёзная травма, и такое он уже однажды испытал. Если быть точным, то как и она с Сацуки, трижды… Где же ответы? Такая пустота внутри. Отчаяние. Серое, глухое, безнадёжное, глубокое отчаяние.       «Я готова отдать ВСЁ за мельчающую крупицу прозрения, за маленький просвет в этой боли и бессилии, которым ВЫ нас наградили, когда уехали. Только вокруг всё одно и то же, их нет рядом, ни родителей, ни любимых и дорогих сердцу людей. Ничто уже не имеет смысла. Я хочу заснуть и никогда больше не просыпаться. Я так устала. Устала думать. Устала искать пути выхода из этого кошмара. Устала жить. Я на грани. Я в отчаянии, что мне делать?!»       Слёзы льются бесконечным потоком, её трясёт и колотит, Тецуя правильно понял состояние девушки, мягко коснулся её руки и сказал:       — Алекс, жизнь имеет смысл, у тебя есть я, Сацуки-тян, Тацуя-кун и Казунари-кун, мы всегда будем рядом, мы тебя не бросим, — он замолчал буквально на минуту, а потом добавил, — я обещаю.       Девушка взяла себя под контроль, посмотрела на Куроко и сказала:       — Тецу, я знаю тебя с детства, и я знаю, что ты сейчас будешь делать вид, что все хорошо и даже отлично, но это не так, скажи мне, — девушка замолчала и посмотрела на Тецу в упор, — скажи мне, что у тебя на душе.       Тецуя смотрит на девушку долго, минут пять точно, а потом начинает говорить, так тихо, как будто с ней и вправду говорит призрак:       — Знаешь, сейчас я испытываю одиночество, дикое одиночество. И тот, кто говорит, будто бы он любит одиночество — никогда его не испытывал, — Тецу смотрит на Алекс, которая сейчас его понимает, так как после смерти бабушки она жила одна, в те моменты, когда её родители были в разъездах. — Это вакуумное, тупое состояние, ты как бы понимаешь, что можешь многое сделать и многое умеешь, и даже есть люди, которые рядом, которые тебя поддерживают, но ты не видишь никакого смысла в этом, — Тецуя замолкает на минуту, собираясь с мыслями и продолжает: — Когда ты прекрасно осознаешь, что просираешь свои лучшие годы, но ничего с этим не можешь сделать. Алекс, когда ты мне говорила, что одиночество — это вовсе не уединение после шумных тренировок, я не верил, — усмешка у парня выходит грустной и совсем не весёлой, — а теперь верю. И поэтому моё одиночество — это чёткие голодные глаза, жадно скользящие по взглядам вокруг проходящих людей. Это колоссальный потенциал нежности и тепла, который причиняет боль с каждой мыслью о своей беспомощности.       Парень заканчивает говорить и смотрит на девушку.       — Вот что я чувствую, Лекс, это кошмарно больно и невыносимо, я не вижу смысла жизни без него, а с ним получается невозможно, — усмешка, — ибо он укатил к чёрту на рога и даже не сказал об этом, — Куроко смотрит на девушку и продолжает: — Я думаю, спрашивать тебя об Акаши не следует, так ведь?       Девушку перетряхнуло от одного только упоминания этого самодовольного кретина, и она кивнула, а Тецу продолжил:       — Поехали уже, Шиори-сан весь твой телефон оборвала, мы тут уже двадцать минут сидим.       Девушка выезжает из ворот особняка и догоняет машину семьи Акаши, моргает фарами, чтобы впереди поняли, она их догнала. У неё в голове куча мыслей, и только одна из них яро так долбит по мозгам: «Тецуе совершенно не идёт холодный тон голоса и вот эти безжизненные глаза».       Сами похороны проходят сквозь неё, она не понимает, что происходит — и понимать не желает. Она просто хочет отсюда сбежать, как можно быстрее, как можно дальше, чтобы не видеть эти холодные черты родителей, чтобы не смотреть в их холодные лица, которые раньше светились счастьем, любовью и заботой.       Мимо неё пролетает, как священник их отпевает, как все кладут цветы. Мимо проходит даже то, что она сама подходит к ним, кладёт цветы, а потом резко летит вниз, и, кажется, совсем не замечает, что ревёт она уже в голос и совсем не сдерживается.       Сейчас ей плевать на всё: на чёртов этикет, на то, что она тут совсем не одна. В её голове только то, что теперь они её не обнимут, не поцелуют. Теперь она их больше не увидит. Не посмеётся с папой над очередным рассказом об их поездках. Не испечёт маме её любимый торт. Они больше ей никогда не позвонят и не спросят как дела. Её семьи нет. Больше. Их. Нет. Она уже не замечает, как Тецу и Масаоми оттаскивают её от гробов родителей, как Шиори не сдерживает слёз и плачет, и тем более уже не помнит, как их опускали в ямы.       Кажется, она отключилась, а глаза открыла уже в своей квартире, а рядом с ней на кровати сидел Куроко. ________________________________ Глава проверена бетой♥️