По-волчьи

Корабль несильно тряхнуло, когда тот пристал к берегу, и Сокджин резко открыл глаза и прислушался. Наверху раздались торопливые шаги, затем крики и топот на лестнице. Они были в море несколько суток и угодили в шторм, и связанный омега, не имея возможность зацепиться за что-нибудь, постоянно бился головой о стену. Было горько осознавать, что ты никому не нужен, но Джин гнал от себя эти мысли, стараясь забыть о своём прошлом. Отец-пьяница продал его за несколько золотых работорговцам, но винить его было не за что. Люди в их городе голодали, отдавая последние деньги за плесневый хлеб. Семьи были большими и зачастую младших детей, неспособных работать, продавали в порту. Покупали их недорого, но много, в основном омег. Сокджин являлся омегой, взрослым самостоятельным юношей, который работал. Но его отец все равно сбагрил его работорговцам, и те увезли его. Если честно, то плевать. Жить в вечной бедности и голоде не хотелось. А туда, куда его везли, наверняка будут кормить. Омег часто продавали в дом кисэн или в богатые дома в прислуги. Быть кисэн не так уж и плохо: ты сыт, одет и живёшь в тепле. В тоже время тебе приходится работать и иногда ублажать мужчин. Дверь в каюту открылась через пару часов после того, как корабль причалил. Из тёмного коридора показались два мужских силуэта, и Джин подтянул ноги к груди, смотря вперёд. Одного из этих мужчин он знал. Он купил его в порту, сунув отцу деньги, притащил омегу на корабль и запер внизу. Приносил он еду раз в день, и то, эту кашу есть было мерзко, что аж тошнило. Этот мужчина был взрослым альфой, невысоким и бородатым, а ещё он всегда пах рыбой и солью. — Это он? — спросил второй мужчина хрипло и потер свою чёрную бороду. Выглядел он не очень красиво, и Джин поморщился, когда к нему протянули руку. Мужчина тронул рукой клок чёрных омежьих волос и тяжело вздохнул. — Слишком худой, — произнёс он. — Зато красивый, — сказал второй и сел на корточки рядом с Джином. — Высокий, красивый и послушный. Разве он не подходит для кисэн? Покупатель хмыкнул, ещё раз окинул омегу с ног до головы и кивнул. — Я беру его. Сокджина вывели из каюты, потом спустили на землю. Он шёл в окружении нескольких альф в город, слушая какие-то байки. Значит, кисэн. Окинув взглядом большой чёрный дом, с длинным забором вокруг, омега последовал во двор, где сновали другие кисэн в одинаковых одеждах. В центре двора стоял огромный дуб, к которому был привязан юноша. Сокджин его рассмотреть не успел, потому что его втолкали в дом и повели куда-то по коридору. Он очутился в небольшой светлой комнате, где на полу на футоне сидел невысокий взрослый мужчина, занимавшийся какими-то свитками. Когда в комнату вошли, он отвлекся от своего дела и поднял голову. Его липкий, гадкий взгляд прошёлся по Джину. Мужчина улыбнулся и махнул рукой, чтобы слуга ушёл. — Как твоё имя, омега? — спросил мужчина, когда дверь за слугой закрылась. Сокджин повёл плечами и опустил взгляд, чувствуя нутром, что не к добру все это. — Я Сокджин, господин, — ответил омега. Мужчина улыбнулся, сворачивая свитки, встал на ноги и подошёл к Киму. Он положил руки ему на плечи и заставил поднять голову. — Ты очень красивый, Сокджин. Знаешь, таких, как ты, будут любить гости. Ты станешь прекрасным кисэн, — проговорил он вкрадчиво и поцеловал Джина, нагло сжав руками ягодицы. Сокджин дернулся, чувствуя, как к горлу подступает тошнота, и сильно толкнул альфу в грудь. Тот отлетел в сторону и упал на низкий рабочий столик спиной, сметая свитки на пол. Поднявшись, он зло взглянул на Джина и позвал прислугу. В комнату вбежал невысокий старик, который тут же поклонился хозяину дома. — Привязать его к дереву! — зло прошипел тот, указав пальцем на Джина. — Не кормить сутки! Пусть подумает, как вести себя с хозяином. Старик кивнул, позвал из коридора ещё одного слугу, моложе и крепче, и наказал отвести омегу во двор. Мужчина стянул ему руки верёвкой, вытолкал во двор и потащил к дереву. Руки уже начали затекать, и Джин пошевелил пальцами, пытаясь оттянуть тот момент, когда его руки заболят. — Наконец-то сюда ещё кого-то посадили, — раздался голос рядом, и Джин дернулся, чтобы посмотреть на говорящего. Им оказался темноволосый юноша, с тёмными глазами и ровными скулами. Этот юноша был очень симпатичным и улыбчивым, и Джин просто не понимал, почему тот находится здесь. — Я уже скучать начал. Джин тяжело вздохнул. — Меня посадили сюда, потому что я ударил хозяина дома. Брюнет рассмеялся, вытягивая свои длинные ноги вперёд. — Я здесь по той же причине. Меня похитили, когда я ушёл в человеческую деревню, — произнёс он и посмотрел на своего соседа по несчастью. — Я же оборотень, и меня дорого купили. Джин распахнул глаза от удивления. Он слышал, что далеко-далеко за морем живут люди-волки, но увидеть их он и не мечтал. Почему при слове «оборотень» в голове появляется образ страшного, зубастого животного, который брызжет слюной по сторонам и бросается на людей. — Удивлён? — Я никогда не видел оборотней, — ответил Сокджин. — Ты… — Меня зовут Тэхен, — представился оборотень и широко улыбнулся. — Я Сокджин. Стемнело быстро. Солнце ушло за горизонт, оставив эту местность в темноте. На небе зажглись первые маленькие созвездия. — Мой брат скоро придёт сюда и всё уничтожит здесь, — сказал Тэхен, зевая. — Он найдёт меня. Я верю в это. Джин, слушая его сквозь сон, кивнул. Клонило в сон, и омега быстро заснул. Его разбудили шаги и шёпот. Рядом с деревом стоял человек. Его тонкий силуэт склонился над Тэхеном, и Джин, испугавшись, дернулся. — Эй, не бойся, — шепнул Тэхен. Вглядевшись, Сокджин смог разглядеть лицо неизвестного. Он был милым юношей, с пухлыми губами и большими глазами. В руках он держал кусок хлеба, который принёс с собой. — Это Чимин. Он кормит меня. Юноша кивнул, передавая кусок оборотню, достал из широкого рукава бутылку с водой, вынул пробку и поднес бутылку к губам Джина, заставляя попить. Пока омега пил, Тэхен съел часть хлеба и отдал остатки Чимину, чтобы тот покормил Кима. — Господин был очень зол сегодня, — произнёс тихо Чимин, напоив оборотня и убрав бутылку обратно в рукав. Он посмотрел на Джина. — Ты его разозлил. Сокджин опустил голову и подтянул ноги к груди. Внутри скреблось чувство злобы вперемешку с сожалением, и омега закрыл глаза, в полуха слушая чужой разговор. — Завтра господин придёт сюда, — произнёс Чимин, поднимаясь с колен и отряхивая платье от пыли. Почему этот милый омежка служит в доме кисэн? Не место ему здесь вовсе.— К тебе, — он указал на Тэхена. — Ко мне? — ухмыльнулся омега и фыркнул. — Пусть этот хрыч идёт к чёрту. Я никогда в жизни не соглашусь на это. — Твоё дело, — пожал плечами Чимин и удалился в дом. Сокджин вопросительно посмотрел на Тэхена, пытаясь понять, чем этот с виду красивый юноша не угодил господину дома. — Этот старик не может заставить меня стать кисэн уже месяц, — начал оборотень, — и приходит ко мне каждое утро. Говорит, что продаст меня. Кисэн часто продают в другие дома, если они чем-то не устраивают своего хозяина. А оборотня с руками оторвут. — Ты говорил, что за тобой придёт брат, — вспомнил Джин. Он, если честно, не верил, думая, что бедный парень выдумал это от отчаяния. Надеяться никогда не поздно, но не в их случае, когда всё решено. Тэхен тяжело вздохнул. — Ты не веришь, — догадался он самостоятельно. — Но он придёт. Он уже знает, что я здесь. Конечно, подумал Джин и прикрыл глаза. На улице холодало, и по коже бежали мурашки от низкой температуры. Глубокой ночью по двору пробежали пару служек, но в это время Джин уже не спал. Тэхен в это время уже сопел, уткнувшись носом в свои колени. Солнце поднялось над горизонтом, играя рыжими лучами на крыше дома. Двор оживился, молодые опытные кисэн начали суетиться, готовясь к рабочему дню. Из дома потянуло запахом еды и душистого чая, и Джин заводил носом. Есть хотелось дико, и от того куска хлеба в желудке ничего не осталось… Когда солнце взошло ещё выше и начало светить своими лучами в лицо, которое из-за связанных рук нельзя было прикрыть, пришёл хозяин дома. Он бросил беглый недовольный взгляд на Джина, а затем подошёл к Тэхену и склонился к нему. — Как твои дела, Тэтэ? Омега зевнул, показывая своё безразличие к этому человеку. — Было куда лучше, пока вы не пришли, — огрызнулся он и откинул голову на дерево. — Чего надо? Кисэн я не стану даже под угрозой смерти. — Ну ты же понимаешь, что тогда я тебя продам? — вкрадчиво спросил мужчина, протягивая руку к лицу оборотня. Тот рыкнул на него, заставив Джина вздрогнуть от неожиданности. — Наглая сучка! — зло бросил альфа, выпрямляясь. — Я всё равно тебя сломаю. Тэхен фыркнул. — Тогда мой брат сломает тебе шею. Хозяин дома взглянул на Джина и сложил руки на груди. — А ты надумал? Или будешь дальше бороться с неизбежным? — спросил он у Джина. Тот резко вздернул голову, воодушевлённый речью Тэхена, и стиснул зубы.  — Пошёл к чёрту, — ругнулся омега и получил одобрительные кивок со стороны оборотня. — Я не буду кисэн. Альфа, выслушав его, потер подбородок и устало вздохнул. Затем позвал слугу — высокого крепкого альфу. — Двадцать ударов ему за то, что выводит меня из себя уже второй раз, — приказал хозяин и ушёл в дом. Слуга сходил в сарай неподалёку и вынес оттуда толстую гладкую палку из бамбука. Отвязал Джина от дерева и, протащив на другую сторону двора, уложил животом на скамейку. Его руки ловко развязали пояс и стянули ткань штанов вниз. Сокджин почувствовал, как от стыда алеют щёки. Он дернулся назад, оборачиваясь, и столкнулся взглядом с Тэхеном. Тот смотрел с испугом и сожалением, перебирая ногами, и водил носом по сторонам. У двери в дом собрались кисэн, которые шептались между собой, обсуждая омегу, получившего такое суровое наказание. Твёрдая палка молниеносно коснулась поясницы, задев ягодицы. Кажется, она рассекла кожу, потому что по ноге что-то потекло. — Раз! Второй удар пришёлся по левой ягодице. Чувствуя, как по коже бегут полосы боли, Сокджин не смел издать и звука и сжимал дрожащими руками край скамейки. Шепот за спиной стих, а Тэхен начал что-то кричать. Уже ничего не слыша, Джин считал удары и молился, чтобы это быстрее закончилось. Удары ранили, рассекая кожу до крови, и раны начало щипать. Несколько раз его ударили прямо по ногам. Крик, раздавшийся в доме, заставил слугу отвлечься от наказания. Он отбросил палку в сторону и бросился в дом, чтобы помочь. Затем раздался ещё один крик, весь двор всполошился, но Джин ничего не слышал, теряя сознание от боли. Он чувствовал, что кто-то осторожно взял его на руки, а затем отключился окончательно… 🐺🐺🐺 Намджун не сдерживался и рвал этого старого ублюдка, похитившего его брата, на куски. Он потратил месяц, чтобы выследить Тэхена по запаху, и нашёл его здесь, в доме кисэн. — Если с ним что-нибудь сделали, то я убью всех, — произнёс Намджун, обтирая руки от крови какой-то тряпкой, что валялись на полу. Кивнув, его друг, Юнги, направился в соседнюю комнату, где разогнал всех кисэн в поисках Тэхена. Того там не оказалось, и Намджун бросился в другую часть дома, ища брата. На пути появился ещё один альфа, но оборотень легко оттолкнул его от себя. Тот отлетел в сторону и, ударившись головой о стену, потерял сознание. Юнги открыл первую попавшуюся дверь и замер, увидев перед собой невысокого светловолосого омегу. Тот не подавал признаков страха и просто смотрел на оборотня, изредка моргая. Альфа ухмыльнулся, показывая свои клыки и пытаясь запугать мальчишку, но Чимин по-прежнему не испугался его. — Тэхен привязан к дереву во дворе дома, — проговорил кисэн, когда рядом появился Намджун, и оба оборотня бросились наружу. Тэхен действительно оказался там. Замерев на месте в паре шагов от дерева, Намджун осмотрел брата с ног до головы. Тот улыбнулся, потом засмеялся, дергая ногами, и альфа когтем разрезал чёртову верёвку. Тэхен бросился на шею брату, всё ещё смеясь, и обнял его дрожащими руками. Внутри всё ликовало от осознания того, что он дождался. Он знал, что Намджун придёт за ним, потому что этот альфа способен горы сдвинуть ради своих родных. — Боже, я знал, — произнёс Тэхен, отстранившись, и коснулся щеки брата. — Ты нашёл меня. — Я не мог иначе, — ответил альфа и помог младшему подняться. — Теперь мы должны уйти как можно дальше. Тэхен кивнул и вдруг обернулся назад, к той скамье, где наказывали провинившихся. Сокджин по-прежнему лежал там, обнажив свои окровавленные спину и бедра, и не двигался. — Мы должны забрать из этого дома ещё двоих, — сказал омега, подходя к скамье. Он развернул Джина на спину и натянул на него штаны, пытаясь скрыть наготу. Большие кровавые борозды протянулись от лопаток до середины бедер, и выглядело это ужасно. Намджун нахмурился. — Зачем? Тэхен тяжело вздохнул, прижимая ухо к чужой груди, где ещё билось сердце. — Он умрёт, если его не забрать, — ответил омега. — А второй омега, Чимин. Если бы не он, то я умер бы с голоду. Мы забираем двоих. Чимин! Из дома торопливо вышел тот самый омега, который указал на местонахождение Тэхена. Намджун тяжело вздохнул, потому что с младшим братом спорить бесполезно, ведь тот упрям, как никто на земле. К тому же, смотря на этого избитого юношу, альфа понимает, что на его месте мог оказаться и Тэхен. Жалость не дала ему бросить этого омегу, поэтому Намджун осторожно, чтобы не задеть свежие раны, поднял юношу на руки и направился прочь. Юнги шёл позади, чтобы, если что, сказать о погоне. Наверняка убийц хозяина этого дома будут искать, но оборотням плевать. Никто не смеет забирать омег из их племени. 🐺🐺🐺 Белый блестящий снег хрустел под ногами идущих. Тэхен, кутаясь в чёрную накидку своего старшего брата, шёл позади всех и изредка оглядывался. Они ушли уже очень далеко и добрались до гор, осталось только перейти через перевал, и они дома. — Нужно отдохнуть, — сказал Намджун, остановившись. Он держал на руках Джина, завернутого в накидку Юнги, но омега ни разу не проснулся. Оборотни вообще не мерзнут, но к слабым омегам это не относилось. Сокджин заворочался в чужих руках и медленно открыл свои глаза. Он растерянно осмотрел лицо Намджуна и вдруг дёрнулся, но альфа его удержал. — Эй, успокойся ты, — шикнул оборотень, сажая юношу на камень. Джин повёл плечами, осматривая всё вокруг, и выдохнул, увидев Тэхена. — Всё нормально, — сказал тот и улыбнулся, садясь рядом. — Это мой брат, — он указал на Намджуна, — а это Юнги. Блондин кивнул в знак приветствия. — Нам нужно идти дальше, — сказал он, и Намджун кивнул. — К вечеру уже будем дома. Джин медленно кивнул, смотря на свои босые ноги. Кожа моментально приобретала синий оттенок от холода, и омега поежился, сжимая руками край накидки. —Господи, твои губы посинели, — Намджун присел рядом с омегой и сжал его руку. — Давай я понесу тебя на руках. Я оборотень, и моё тело имеет постоянную температуру. Альфа осторожно поднял Джина на руки, и тот сразу же обхватил руками чужую шею. Оборотень действительно был тёплым и пах хвоей, поэтому омега уткнулся носом крепкое плечо и задремал. Намджун ступал мягко, будто не волк, а кошка, и держал бережно даже тогда, когда они перебрались через перевал. Вскоре снег сменился землёй, затем появилась травка и лес. В кронах больших зелёных сосен пели птички, а вдалеке шумела река. Сокджин проснулся только тогда, когда его принесли в дом. В мягкой кровати спать было непривычно, и омега тут же вскинулся и огляделся. Он лежал в небольшой кровати, в комнате больше никого не было. Окно было открыто, и снаружи раздавались голоса. Раны от ударов странным образом затянулись, Джин провёл рукой по ровным гладким ягодицам и удивился. Белая рубаха пахла мылом и травами. В коридоре раздались шаги, и в комнату вошёл Намджун. Он улыбнулся, присаживаясь на край кровати. — Привет, — сказал он. Джин, как дурак, смотрел на эту тёплую улыбку и улыбался. — Привет, — робко ответил омега. Сердце просто зашкаливало свой ритм, отдавая болью в виски, а ладони вспотели от напряжения. — Как ты? Что-нибудь болит? — Мои раны… Они зажили, — произнёс Джин и повёл плечом. Намджун кивнул. — Да, это волчья регенерация, — ответил он и поднял свою руку. — Я вылечил тебя. Забрал твою боль себе. Сокджин шокированно посмотрел на его руку и прижал ладони к груди. — Знаешь, Тэхен уговорил меня оставить тебя здесь. Тебе же некуда идти. — Да, некуда, — согласился Джин и тяжело вздохнул, садясь на кровати. Оборотень вновь улыбнулся, облизывая губы. — Знаешь, ты очень красивый, — произнёс он. — Не понимаю, как ты вообще оказался в доме кисэн… — Это уже не важно. Кивнув, Намджун встал. Кажется, он обиделся, но виду не подал. — Тэхен зайдет к тебе немного позже. Джин проводил взглядом широкую спину и выдохнул, прижимая руки к груди, где сердце никак не могло успокоиться. Он влюбился, как маленький глупый мальчик-омега… 🐺🐺🐺 Жить среди оборотней было неудобно. Они все слышали и знали, когда ты боишься или врёшь. Помимо Сокджина в деревне жили другие люди, в основном прошедшие за помощью и оставшиеся здесь жить наравне с волками. Тэхен был очень общительным юношей, и у него был альфа. Кажется, его звали Чонгук и он был моложе самого Тэ на пару лет. Сокджин видел эту парочку одним вечером, когда они вдвоём сбегали в лес. Чонгук был по-своему милым и странным, а ещё очень весёлым и настойчивым. Он не стеснялся спорить со взрослыми, даже как-то раз огрызнулся с Намджуном. Тот, кстати, приударил за Джином, как сказал Тэхен. Вообще-то Намджун не был очень настойчивым. Изредка приносил из леса цветы и кулечки с ягодами, приглашал на прогулки, от которых омега вежливо отказывался. Оборотень присматривал за Джином и отгонял всех других альф от него. Однажды местный паренёк по имени Хосок просто обнял Джина за талию, как друга, и Намджун на него рявкнул так громко и зло, что в ближайших кустах встрепенулась птица. Сокджин чувствовал к нему какую-то нежность, но подойти и признаться первым не решался. Короче говоря, Намджун ухаживал, как мог. А одним вечером у Намджуна начался гон. Беты стаи загнали его в лесной домик не краю опушки, в котором альфа проводил свои гоны. В деревне переполошились, узнав, что у вожака гон, и омеги начали ходить в лес, надеясь охомутать самого сильного оборотня в округе. Но все возвращались тем же днём, злые и недовольные. Тэхен проводил очередного такого омегу взглядом и улыбнулся. Они с Джином сидели на пороге и перебирали сухие травы. Вечерело. В деревне зажигались первые огни, освещающие часть пустынной площади. Над верхушками сосен повис тонкий полумесяц, вокруг которого плясали мелкие звёздочки. — Это второй за день, — сказал Тэхен, беря в руки веточку какой-то душистой травы. — Мой брат не станет проводить гон с кем-то из этих наглых сучек. Джин напрягся, продолжая разбирать пучок с травами. Он знал, на что намекает Тэхен, и пытался не нервничать. Наверняка Намджун уже второй день ждёт именно его и гонит остальных прочь из-за него же. — Хён, почему ты молчишь? — А что я должен сказать? Намджун найдёт себе нормального омегу из своей стаи, а я уйду. — Но нравишься ему ты, и он не отпустит тебя даже под угрозой смерти, — недовольно проговорил Тэхен и поднялся на ноги. Он услышал издалека знакомые тихие шаги и улыбнулся, узнав Чонгука. Тот стоял неподалёку в тени деревьев и ждал своего омегу. — Мне пора. Джин проводил взглядом эту парочку и тяжело вздохнул, отбрасывая пучок с земляничными листочками в сторону. Вокруг витал запах сильного альфы, который шлейфом уходил в лес. Намджун — прекрасный мужчина, милый и очень заботливый, и пахнет очень даже неплохо. Сокджин закрыл лицо руками, чувствуя, как внутри поднимается волна желания. Знакомая тропинка, петляющая между деревьев, вела вглубь леса, и Джин ступил на неё, надеясь, что Намджун не прогонит его прочь… 🐺🐺🐺 Намджун стоял неподалёку от дома, обнажённый по пояс, в одних тонких штанах, босой. Лёгкий сумрак играл на его лице, но отчётливо были видны желтоватые глаза. В окне хижины горел свет, и Джин встал в несколько шагах от альфы и опустил голову. Лёгкие обжег густой запах сильного зверя. — Я знал, что придёшь, — сказал Намджун хрипло и облизнул сухие губы. — Ты же мой. — Ты отказывал другим омегам из-за меня? — робко спросил Джин. Хотелось верить, что из-за него. — Я люблю тебя. Ты — мой. Втянув носом воздух, омега кивнул. Он весь, от пяток до макушки, принадлежит своему альфе. Намджун втянул Джина в хижину и жадно поцеловал в губы. Тонкая шея пахла так сладко, что оборотень едва подавлял в себе желание укусить бледную кожу. Язык влажно мазнул за ухом, и руки сильно сжали мягкие ягодицы. Кровать скрипнул под напором двух тел, и Сокджин тихонько простонал, когда его раздели. — Ты такой красивый, — прошептал Намджун, проводя рукой по безволосой груди и задевая коричневые соски. Сокджина вело от этих ласк, и он зажмурился. — Не сжимайся, — попросил альфа, пытаясь растянуть узкую розовую дырочку. Стеночки мягко обхватывали пальцы, хлюпая смазкой, и Намджун не переставал лизать языком маленькое мягкое бедро. Джин сам потянулся вперёд и поцеловал альфу, чувствуя, как по телу бегут судороги удовольствия. Намджун со стоном вжался в омегу и потерся об него, чувствуя, как живот обжигает тягучий жар. Пах омега настолько сладко, что у оборотня кружилась голова, и он лизнул подрагивающий живот, собирая языком сладкий вкус. — Можно я повяжу тебя, а? — спросил Намджун, приставляя член к растянутой дырке. Яркая мокрая головка ткнулась в край, и омега пискнул, кивая. Альфа довольно заурчал, переворачивая Джина на живот, и вошёл одним движением. Сокджин взвизгнул, утыкаясь лбом в скрещенные руки, и закрыл глаза. Намджун вжался в омегу всем телом, присосался ртом к уху и принялся трахать Джина. Тот скулил, виляя своей задницей по сторонам, и альфа утробно рычал, кусая доверчиво подставленное плечо. Метка вышла ровной, аккуратной, словно выверенной со всех сторон до миллиметра. Узел сцепил их на некоторое время. Лёжа на плече своего альфы, Джин странно улыбался, смотря из-под опущенных ресниц на Намджуна. Тот улыбался в ответ, поглаживая тонкое плечо широкой ладонью. — Я люблю тебя. Джин зевнул. — Я тебя тоже. Намджун мягко коснулся чужих мокрых от пота волос и загладил их набок. — Ты такой прекрасный, Джин. Улыбнувшись ещё шире, омега поднял голову и поцеловал тонкие розовые губы. — Ммм, давай проведём эти дни вдвоём именно здесь? Хмыкнув, Намджун обхватил Джина за талию и усадил на себя. — Давай, — согласился альфа. 🐺🐺🐺 Чимин расторопно собирал просыпанные на землю яблоки и пытался не смотреть на Юнги, нависшего над ним. Омега возвращался домой из леса с корзинкой, полной диких яблок, и столкнулся с Юнги. Уронил корзину на землю, и яблоки рассыпались по поляне. Чимин жил в деревне уже достаточно долго, чтобы понять, что Юнги — очень странный мужчина. Он скрытный и грубый, и омега не раз испытал его злость на себе. Вот и сейчас Чимин ждал, что на нем сорвутся, но вместо криков Юнги сел рядом и принялся собрать яблоки в корзину. Когда они потянулись за одним яблоком, то соприкоснулись пальцами, и Чимин шарахнулся в сторону, будто его током ударило. — Спасибо, — неуверенно произнёс омега и хотел забрать корзину, но Юнги первым взял её и поднял. — Куда? Чимин опустил голову от неловкости. — Крайний от леса дом. Они шли молча. Омега смотрел под ноги, считая шаги, и не смел поднять голову. Когда они добрались до дома, альфа поставил корзину на порог и поймал Чимина за руку. Тот намеревался сбежать как можно быстрее, но ему не позволили. — Знаешь, не стоит меня бояться. Я пугаю тебя? Чимин покачал головой, и оборотень вздохнул. — Не бойся меня, хорошо? Я не такой плохой. Хотел позвать тебя прогуляться со мной завтра вечером. Пойдёшь? Омега замер, широко распахнув глаза от удивления. Это было настолько неожиданно, что парень просто обомлел. — Эй, — Юнги мягко тронул омегу за плечо. — Ты в порядке? Чимин моргнул и растерянно улыбнулся. — Да, я согласен, — ответил он и покраснел, хватая корзинку. — Пока! Юнги улыбнулся, провожая взглядом омегу…