Океан Страсти

Crazy in Love — Amelia Doe       Чувства, как торнадо, налетели и едва не снесли с ног двух парней, которые были так заняты друг другом, что и не замечали этого. Пак опустил руку на торс Чонгука и начал медленно подниматься вверх. При этом гладя и царапая загорелую кожу маленькими коготками. Чимин верхом на альфе, а говорят мечты не сбываются.       Чонгук яро с этим не согласен, потому что все его сокровенные, дикие, интимные желания сбываются именно сейчас. Такой дикий и суровый адвокат в жизни, и такой горячий и крышесносно-сексуальный омега в постели. Альфа точно продал душу, и он уверен в том, кому. Тому, кто сейчас плавно наклоняется, при этом ерзая своей сексуальной задницей по уже давно вставшему дружку, и начинает проводить кончиком языка по и так горячей коже.       Чон Чонгук сейчас находится и в раю, и в аду одновременно. Спорим, даже Дин и Сэм Винчестеры этого не смогли повторить, хотя были и там, и там. Влажный от слюны язык описывает известны только омеге узоры и поднимается все выше. Чон руками вцепился в простынь по бокам и, кажется, скоро ее порвет от напряжения, желания и страсти.       Он так сильно хочет сжать задницу Пака в своей руке, хочет провести подушечками пальцев по нежной, мягкой, едва не атласной коже, хочет почувствовать, как после его прикосновения появятся мурашки. Хочет опрокинуть его на кровать и, наконец, почувствовать, как это быть внутри омеги. Но он сам согласился на эту игру, сейчас Чимин главный. Сейчас он его палач и добродетель.       А Чимин хоть и сам уже на грани, держится и продолжает свои сладкие пытки. Возможно, он сам себе никогда и не признается, но он уже давно хотел обладать этим телом и душой. Над душой он еще поработает, а вот тело, наконец, в его власти. И он не будет спешить, он будет наслаждаться и тянуть, пусть простит ему Чон Чонгук.       Блондин проводит подушечками пальцев по бокам альфы, пока его язык наматывает круги вокруг ареолы, и время от времени задевая сосок, но сразу возвращаясь назад… дразниться. А Чонгук дугой выгибается и тихо стонет, как обычная омега. Он хочет, чтобы это продолжалось и закончилось одновременно.       Чимин поднимает взгляд на лицо альфы и, наконец, всасывает сосок, Чонгук чутко стонет, а член дергается и трется о задницу Пака. На лице омеги дьявольски-сексуальная ухмылка, но он только начал. Пак и не мог представить, что альфа будет таким чувствительным и восприимчив к его прикосновениям, он как горячая глина в руках опытного гончара.        Омега проводит мокрым, скользким языком по соску, расслабляя тело под собой, а в следующую секунду слегка кусает зубами. Чонгука бросает то в жар, то холод, и это заводит адвоката еще больше. Собственный член больно пульсирует и требует, чтобы с ним уже что-то сделали, но Пак еще не насладился сполна.       Закончив с одним соском, он переходит на второй, а Чонгук в эту секунду вспоминает все молитвы и не только… Так же медленно проводит вокруг ареолы и повторяет ту же процедуру… сводя тем самым бедного Чонгука. Альфа извивается, как струна, и уже ждет, когда на нем сыграют. А Чимин хоть и умеет играть, ждет… выжидает. И только он сам знает, чего именно. Язык проходится по соску, который уже давно стоит смирно и поднимает голову, заглядывая Гуку прямо в душу. Медленно и плавно надвигается на него, кончиком языка проводит по скуле и одним резким движением возвращается в сидячее положение. Шатен чуть не стонет от разочарования, но он альфа… должен держаться.       Пак снова плавно изгибается, и на этот раз, чтобы поиграть с пупком парня. Облизывая и наматывая круги вокруг него, чтобы резко проникнуть внутрь и облизать. На этот раз Чонгук не сдерживается и громко стонет. Этот омега довел его просто до ручки, еще немного и он потеряет контроль над собой и сделает с Паком много такого, чего даже в Камасутре не найдешь. Омега, кажется, чувствует это и, ухмыльнувшись, оставляет в покое пупок, переходя от закусок к основному блюду. Блондин проворными пальчиками снимает с Чонгука боксеры, освобождая набухший член альфы. Шатен облегченно вздыхает и спокойно откидывается на атласную черную простынь. «Идеально для первого раза», — думает Чонгук, и это последняя его связная мысль на сегодня.       Чимин ухмыльнулся и спустился ниже, ставя ноги по сторонам от ног Чонгука. Альфа задержал дыхание и неотрывно смотрит на Чимина, омегу, который дался ему ой как не просто. Но пройдено только полпути, дальше его ждет душа адвоката. Чонгук, как истинный собственник, хочет владеть им всецело.       Пак провел кончиком языка по губе, а в следующую секунду Чон действительно понял, ЧТО такое быть и в раю, и в аду одновременно. Юркий язык обвел головку, проникая кончиком в уретру и резко обхватывая ствол полностью. Пока язык истязает возбужденный член альфы, руки Чимина блуждают по накачанным бедрах, царапая, поглаживая, доводя до истомы.       Чонгук откидывает голову назад и закрывает глаза, не в силах больше смотреть на такую ​​убийственную картину. Он полностью отдается Паку на растерзания… такое медленное и сладкое. Чимин насаживается на член, при этом облизывая языком каждую венку. Альфа не сдерживается и начинает подвиливать бедрами, просовывая член дальше, упираясь в глотку омеги.       Чимин не против, он только начинает подавать вибрации по члену, и этого уже для одного бедного альфы замного. Терпению Чонгука приходит конец. Рукой он нежно тянет Пака за волосы и отталкивает от себя. Адвокат даже не успевает что-то сказать, как оказывается животом на кровати, а его задница поднята.       Пришло время Чонгука насладиться сполна, и хотя он до одури хочет проникнуть в Чимина, спешить он также не будет. Это понимает и омега, когда Чонгук оставляет влажный поцелуй на правой ягодице, когда сильные, жилистые руки сжимают и мнут упругую плоть. Пак на это только больше выпячивает задницу и сжимает в маленьких, но сильных руках ту самую атласную простынь.        Омега чувствует, как влажный и скользкий язык Чонгука проходится между его двух половинок и спускается к члену, который давно стоит колом. Гук губами оттягивает плоть на мошонке, причмокивая при этом. Адвоката выгибает еще больше, и он сейчас не то, что кого-то другого… он себя сейчас не может защитить.       А Чонгук ухмыляется и зубами вгрызается в нежную плоть на ягодицах, оставляя после себя красный след. Пак на это ахает и чутко стонет. Место укуса горит огнем, но ненадолго, уже через секунду Гук вылизывает его и оно снова горит, но уже не от боли. Кто-то бы сказал, что их прелюдия затянулась, но во-первых, прелюдия, как фантик на конфетке, единственное, что тебя отделяет от наслаждения, и поэтому ты только больше оттягиваешь момент, наслаждаясь им. А во-вторых, им все равно, они заняты.       Чимин так сильно хочет попросить Чонгука, чтобы он уже прекратил эту пытку и довел их двух до пика. Но омега сам начал эту игру и проигрывать он не намерен. Он будет терпеть до последнего, терпеть и наслаждаться одновременно. А Чонгук вообще-то тоже очень хочет, чтобы Пак уже сдался, потому что он сам держится на честном слове.  И ЧЕСТНОЕ СЛОВО ему осталось еще немного. Член больно пульсирует и трется о живот, провоцируя уже что-то сделать, но у него здесь Пак Чимин, который уже почти сдался.       А если и нет, то сейчас точно сдастся. Блондин чувствует скользкий и горячий язык, который делает круги возле его сфинктера. Омегу начинает трясти, пот стекает по виску, в горле пересохло, руки еще сильнее сжимаются в кулаки, аж костяшки белеют. Чимин на секунду пугается такой реакции своего тела, уж слишком большую власть над ним имеет этот альфа… слишком большую.       Но секунда проходит, а язык Чонгука проникает внутрь, и мыслей, страха как не бывало. В голове только мысли о мольбе не останавливаться. Сильные руки разводят две половинки в сторону, давая языке полный доступ. Чимин до последнего старается не подавать голоса, но это так трудно.       Омега лицом падает в простынь и берет ее в зубы, заглушая собственные стоны. Чимин так был занят мыслями о том, что надо себя взять в руки, что и не заметил, как сильные руки нежно провели по его рукам. Очнулся только тогда, когда эти самые руки разжали его руки и выпустили бедную ткань. А затем подняли нежно голову и забрали изо рта простынь. Пак посмотрел на Чонгука, и по привычке это был холодный, едва насмешливый взгляд, но он сразу изменился в нежно-чувствительный, стоило только взглянуть в эти темно-шоколадные колодцы нежности. — Я хочу слышать твой голос… хочу слышать твои чувствительные стоны. Недаром же я столько бегал за тобой, — нежно сказал альфа и чутко поцеловал в носик. Как будто они сейчас не были полностью голыми и не умирали от желания. Пак на это слегка и как-то хаотично помотал головой. «Он еще не готов… Ну ничего, я умею быть терпеливым, когда есть чего ждать», — подумал шатен и нежно взял взмокшие пряди волос со лба омеги. — Ладно. Я подожду, когда ты сможешь мне полностью доверять. Когда ты полностью будешь принадлежать мне, — решительно сказал Чон и резким движением перевернул блондина на спину, нависая над ним. Медленно опустился и накрыл губы адвоката, жестко и горячо сминая их, язык решительно проник внутрь и сминал все на своем пути, принося с собой чистое неразбавленное наслаждение.       А Пак, Пак просто уплывал от такого напора, от таких слов, действий, взглядов, прикосновений… от Чон Чонгука. Как там когда-то говорил ему Тэхён: «Вам нужно найти настоящего альфу, а не просто название от него». Кажется, Пак Чимин нашел его, такого, от которого в жесткого адвоката быстрее бьется сердце и подкашиваются коленки, но рано об этом говорить еще.       Но если верить словам Чона, омега уже так просто не отвертится. Но он, кажется, этого и не хочет. Пока их языки сплетались в только им известном танце, альфа преподнес пальцы к их ртам и поменял их на свой язык. Чимину не нужно говорить два раза, он обильно смазал слюной пальцы шатена.       А затем Гук забрал пальцы и снова заменил языком, заложил правую ногу омеги себе на пояс и начал смачивать сфинктер слюной, несколько секунд и он проник внутрь, довольно легко, благодаря языку. Руки Чимина поглаживали и царапали крепкое тело альфы, заводя того еще больше. Руки все поднимались, пока не залезли в волосы и не начали больно оттягивать.       На удивление омеги, Чонгук застонал и глубже засунул палец, попадая по точке, и здесь уже в омеги фейерверки перед глазами. Пока Гук нашел точку, он сунул по очереди еще два пальца, при этом принося Чимину только удовольствие. Пальцев в заднем проходе было мало, рук на их телах было мало, их самих было мало…       Чонгук оторвался от сладких и покрасневших губ Пака и посмотрел в глаза, ставя немой вопрос. Блондин серьезно посмотрел в глаза, еще несколько секунду он медлил, а затем уверенно кивнул и привлек Гука к себе для поцелуя. Пока язык альфы доставлял Пака ко всем странам Азии, член резко и одновременно с тем нежно проник внутрь.       И если язык в Азию, тогда грубый, длинный член альфы доставил его в рай и там и оставил. Никогда адвокат не чувствовал себя таким наполненным. Таким целостным, таким нужным. От этих всех эмоций просто крышу рвало. И не только Чимину, Чонгук едва сдержался, чтобы не кончить сразу, внутри омеги было так горячо, будто он находился в кратере вулкана, и так тесно, будто его сейчас раздавят. И это просто отключало все тормоза в операционной системе Чон Чонгука. — Не сдерживайся, — сказал Пак, тяжело дыша, и это было то, что вырубило всю систему. Чонгук сжал свои пальцы с пальцами Чимина, и это было интимнее, чем-то, что альфа находился сейчас в омеге.       Чонгук начал двигаться, сначала медленно и плавно, но с каждым разом фрикции становились все резче, грубее… дикими. Чимин уже здесь не смог сдержаться и сладко застонал, у Чона в эту секунду дернулся член внутри омеги, это почувствовал и Пак, и смотрел на Чона с широко открытыми глазами. Но сразу забыл все мысли, как только альфа заложил его две ноги себе чуть ли не на плечи и стал еще глубже входить под другим углом.       Раз за разом тараня простату, тело в омеги дрожало и будь он на ногах, точно бы упал. Пот стекал по телу, перемешиваясь с засохшей слюной, что оставил Чонгук по всему телу блондина. По комнате расходились звуки шлепков задницы о мошонку, тяжелых вздох, чувствительных стонов и громкого сердцебиения. Это была идеальная мелодия… это была их мелодия.       Еще несколько точных попаданий и Пак кончил с высоким стоном, тело прошибли легкие конвульсии, а после — полное расслабление. Чонгук сделал еще несколько толчков и также оказался на пике. Горячая сперма стекала с их животов и по накачанных икрах омеги. Это все так возбуждало альфу, что кажется, это был не последний их сегодняшний подход. Он попробовал запретный плод по имени Пак Чимин и не факт, что он теперь когда-то сможет им насытиться. — Чимин~и, — нежно позвал Чонгук. — Да? — потеряно спросил омега. — Не засыпай пока, — ухмыльнулся альфа.