Отличник нетрадиционного поведения

— Я в этом не участвую, - Поттер покачал головой и вернулся к своему обеду. — Гарри, но все собранные деньги пойдут на благотворительность! Твои губы могут спасти чью-то жизнь, - все за столом дружно рассмеялись. Близилась ежегодная благотворительная рождественская ярмарка, и каждый класс должен был выдвинуть свою идею сбора денег. Конечно, от нас, как от старшеклассников, ожидали наибольшего вклада, поэтому, проведя несколько часов к ряду в столовой, мы остановились на будке поцелуев. Поттер, что неудивительно, был самым лакомым кусочком, но наотрез отказывался в этом участвовать по своим личным причинам. — Поттер, чего ты ломаешься? Вы все будете сменять друг друга по очереди, твои губы не отвалятся, - он кинул на меня быстрый взгляд и тут же отвернулся. — Ладно-ладно, - он поднялся из-за стола, захватив свой поднос, — я согласен! Только отцепитесь наконец-то, - мы зааплодировали и он, поклонившись, вышел из столовой. Мне было приятно, что мое слово оказалось решающим. Девочки наказали нам соорудить две будки - для парня и девушки, сославшись на то, что дизайном займутся они сами, поэтому 24 декабря в школьном дворе воцарились сколоченные из дерева будки, щедро украшенные красными и розовыми сердцами и ценником в один доллар за поцелуй. Директор позволил нам приобщить к идее младшеклассников ради благого дела, поэтому из девушек своими губами во имя благотворительности пожертвовали: Джинни, Луна, Лаванда и Гермиона. Парней оказалось больше потому, что изначально задумка рассчитывалась на женскую аудиторию: Рон, Симус, Ли, Дин, Невилл и, конечно же, главный приз сегодняшнего вечера - Гарри Поттер. Остальные обязаны были контролировать процесс, принимать оплату и отдавать сдачу, следя за соблюдением главного правила: один человек - один поцелуй. Конечно, если бы не эта оговорка, мы бы заработали гораздо больше, но мне было даже страшно думать о том, во что превратятся губы Поттера, если какая-нибудь чокнутая фанатка решит спустить на него все деньги, сэкономленные со школьных обедов. — Могут ли участники покупать билеты? - вдруг спросила Луна, — Допустим, если я тоже хочу поцеловать кого-то.. — Бьюсь об заклад, что меня, - Невилл забил себе в грудь, и Луна смущено прыснула. — Конечно, могут, - отозвалась Гермиона, и Лавгуд тут же скривилась, услышав ее голос, — главное не забывать о правиле одного поцелуя, - Грейнджер по-командирски захлопала в ладоши. — По местам, ребята! — Давайте устроим шоу, - крикнул Поттер со своей будки, к которой я тут же шагнул, занимая место контролера. Все исполнители были одеты в красное, но никому из них этот цвет не шёл так, как ему. По моему скромному мнению. — Если что, то вода в нише под будкой, - я улыбнулся ему, и он грустно улыбнулся в ответ. Это была первая улыбка, которой он наградил меня за последние два месяца, и лишь благодаря ей я понял, что лёд между нами наконец начал таять. Я мог сделать ещё один шаг - крошечный, чтобы не спугнуть но, все-таки, шаг. Очередь выстроилась такая, что ей буквально не было конца, но стоило отдать девушкам должное: все поцелуи были довольно невинными - лишь мимолетное прикосновение губами, никаких рук и языков. Поттер сдался через час - его губы были такими красными, что по цвету напоминали скорее саму будку. Его заменил Рон, а меня - Милисента. — Как ощущения? - мы приземлились на ступеньки, и я подал ему бутылку с водой. — Ну как тебе сказать, - он сделал большой глоток, — в моей жизни были и более приятные поцелуи, - кровь хлынула к лицу. — Но зато после этих мне не стыдно. — Как может быть стыдно за поцелуи? - я нахмурил брови - наш первый разговор за два месяца грозил превратиться в новую ссору. — Когда целуешь того, кого нельзя, - он сжал челюсть, — может. — Кому нельзя? Тебе нельзя? Обществу нельзя? - я подскочил со ступенек и встал перед ним, но он тут же поднялся, оказавшись вплотную ко мне и не желая смотреть на меня снизу вверх, — Ты! Сам говорил мне, что тебе все равно! Что для тебя это ничего не значит! Ты лицемер, Поттер, вот ты кто! - я почти сорвался на крик, ярость внутри меня закипала слишком быстро, чтобы я мог ее контролировать. — Это нормально, пока это не касается непосредственно меня! Я пытался и не смог это принять, Малфой, это сильнее меня! - он толкнул меня в плечо и побрел к ребятам, а я, поддавшись импульсу, встал в самый конец очереди, состоявшей из одних представительниц женского пола. Несколько девушек удивлённо повернулись на меня, но я смерил их таким взглядом, что они вряд ли они теперь осмелятся посмотреть в мою сторону ближайшие несколько лет. Поттер, увидев мою макушку в толпе, тут же активно зашевелился, но его то и дело вовлекали в поцелуи, не давая произнести ни слова. Когда подошла моя очередь, я хищно улыбнулся Милисенте, оставшейся стоять на посту, и со стуком положил в корзинку доллар, но брюнет, не придумав ничего лучше, просто развернулся и ушёл. — Какого хрена, Поттер? Я за тебя заплатил, иди сюда и выполни свою работу! - я почти зарычал, и вся толпа уставилась на нас. Гарри Поттер скинул куртку и, бросив на меня злой взгляд, вбежал по ступенькам в школу, заставив меня рвануть за ним. Увидев меня в дверях, он сжал челюсть и с такой скоростью зашагал в мою сторону, что на секунду я пожалел, что ринулся за ним, испугавшись, что он меня ударит. Но он не ударил. Вместо этого Поттер вжал меня в стену, грубо пропихнув крепкое бедро меж моих, и впился в губы жадным поцелуем. Его ладони заскользили вверх по моей талии, задирая рубашку и забираясь под неё, по-хозяйски исследуя плоскую грудь и царапая чувствительные соски. Я запустил пальцы в его волосы, крепко сжав непослушные пряди в своих кулаках, прижимаясь настолько близко, насколько это только было возможно. Язык Поттера гладил мой - требовательно, почти жестко, - так словно.. Словно он соскучился. Эта мысль пронзила сознание стрелой, и я сдавленно застонал ему в губы, потеревшись пахом о его бедро и требуя большего. Поттер тут же распахнул лихорадочно блестящие глаза и отстранился, будто выйдя из транса. — Ты сполна получил то, за что заплатил, - он вытер губы рукавом, как и в прошлый раз - на моей кухне. — А теперь, пожалуйста, давай забудем об этом навсегда. Мне нравятся девушки. На этом всё, - он развернулся и вышел из здания, а я вжался в стену, отпрянув от этих слов, как от пощёчины. Лучше бы врезал. Честное слово, это не так больно.